A Sorcerer’s Heart

***

— Скорей, Эмрис, — шептал голос, — Скорей. Он умирает! «Прочь!» хотелось прокричать, но в легких не осталось воздуха. Шипы длиной с когти раздирали одежду и кожу. Каждая мышца тела горела. Деревья прижимались друг к другу, загородив солнце и небо, если такие вообще существовали в этом царстве ужаса и бесконечной тьмы. — Беги, Эмрис. — голос, низкий и насмешливый; гладкий, как шелк, и до ужаса, до дрожи знакомый. — Уже почти поздно. Корень, словно змея, хлестнул по лодыжке. Он рухнул камнем, не имея сил поднять руки и замедлить падение. Эффект оказался болезненным. Он лежал лицом вниз на твердой земле. Ему показалось — прошла вечность. Сердце бешено колотилось, как крылья крошечной птицы, запертой в непроницаемой тюрьме. Хотелось добраться, спасти, пока не стало слишком поздно, но у тела не осталось сил даже на то, чтобы подняться. Шаги… Громкие, подобные раскату грома, приближались из тени. Хозяин шагов двигался медленно и торжествующе, смакуя привкус неизбежной победы. Встал вне поля зрения. Какое-то время не слышно ничего, кроме хриплого дыхания Мерлина, пытающегося втянуть воздух в легкие. Когда голос зазвучал вновь, то был пронизан таким презрением, будто ножом резали по черепу… — Ты жалок, Эмрис. Всё, что ты когда-либо делал — лишь мешался. Как ты мог быть настолько глуп… Как мог решить, что Артур когда-либо нуждался в тебе? Что он любил тебя? «Не важно…» Он был потрясён, услышав собственный голос. Грудь вздымалась, как у утопающего, рот был полон грязи и желчи, но слова из него лились практически без усилий. Будто человек, с которым он разговаривал, находился прямо у него в голове. «Мне всё равно, что он чувствует по отношению ко мне. Я никогда не позволю ему умереть. Никогда.» Жестокий смех прошелся ознобом по спине. «Твоя преданность достойна величайшей похвалы, но боюсь, она напрасна. Видишь ли,я уже победил.» Что-то теплое плеснуло на щеку. Оно заскользило по коже, как масло. В горло ударил привкус металла. Страх превратил внутренности в жижу. Мерлин сплюнул кровь, словно яд. Игнорируя боль в груди, перевернулся, чтобы взглянуть на обладателя голоса. То, что он увидел, заставило горло в панике сжаться; алебастровая кожа, испачканные красным тёмные кудри ( растрепанные и спутанные). Безумные голубые глаза, похожие на осколки льда, блеснули во мгле. «Что ты наделал?» Мордред поднял свой приз: меч, выкованный дыханием Дракона — окровавленный и сломанный, как и его хозяин. Оскалил зубы в демонической ухмылке. — Король умер. Да здравствует Король.

***

Мерлин с вялым интересом наблюдал, как рыцари Камелота и Мерсии выходили на бой. Да, Турнир был частью развлечения; мероприятием, призванным заполнить часы, прежде чем можно будет обменять мечи на кубки, но Баярд настоял на прохождении формальных процедур официальных состязаний. Король расположился в королевской ложе, обращаясь своим громоподобным оживленным голосом к людям, выстроившимся аккуратными рядами в синей и красной зонах для зрителей. Артур сидел рядом. Он казался нервным и нетерпеливым; всё, чего он хотел, это разделить бой со своими людьми. Мерлин могслышать каждое слово, сказанное Баярдом (громко и чётко), но звон молоточков в голове мешал сосредоточиться на пламенных речах.

***

Мерлин проснулся ещё до рассвета, дрожа на мокрых от пота простынях. Он лежал неподвижно несколько часов, изо всех сил стараясь взять под контроль дыхание после кошмара, пока не пришла пора вставать и помогать Гвейну с экипировкой, как он и обещал. Друг был на удивление весел, учитывая количество выпитого им накануне алкоголя. Мерлин не придал этому особого значения, методично раскладывая на кровати части брони, готовые на обмундирование. Гвейн рассеянно болтал во время сборов, но легкий стук в дверь заставил его смолкнуть. Мерлин с любопытством посмотрел на рыцаря. — Собираешься ответить? Длинноволосый криво улыбнулся, почти убедив Мерлина, что тому померещилась вспышка паники в темных глазах, крикнул: «Войдите!». Дверь осторожно открыла знакомая девушка с серебристыми волосами, собранными на затылке в небрежный пучок. — Доброе утро, милорд, — пробормотала она, склонившись в реверансе. Глаза девушки расширились, когда она заметила Мерлина, приветствовавшего её самой широкой улыбкой, на какую только был способен. — Снова здравствуй, — сказал он. — Привет, — неуверенно ответила Алиана. Мерлин отошел от кровати и положил руку на плечо Гвейну. Мышцы под ладонью были твердыми, как камень. — Чем можем помочь в такой прекрасный день? — спросил маг. Алиана моргнула, будто на время позабыв о цели прибытия. Спешно поставила поднос на стол, рванула к выходу. Гвейн смотрел на неё, как змея на кролика. Без единого вздоха или движения. — Просто принесла сэру Гвейну завтрак, — протараторила Алиана. — С вашего позволения, милорд, — обратилась она к рыцарю, развернувшись в вежливом полу поклоне. Мужчина вздрогнул так, будто ему на голову вылили ведро ледяной воды. — Конечно. Спасибо. Как только звякнула защелка, Мерлин повернулся к другу. — Ну, и что это было? — А на что это было похоже, Мерлин? — спросил мужчина. К его чести, звучал он искренне смущенным. — Никогда прежде не видел, чтобы ты так себя вёл. — Мерлин скрестил руки на груди, на губах играла дразнящая улыбка. — Что-то случилось между вами? — Не понимаю, о чём ты... — О, да ладно…! — нетерпеливо воскликнул слуга. — Давай, Гвейн, ты можешь рассказать мне: что случилось после того, как я оставил тебя и Алиану одних прошлой ночью? — Я совершенно уверен, что это — не твоё дело, — обрубил разговор Гвейн. Мерлин вздрогнул от жесткости в голосе. Гвейн никогда не упускал возможности поделиться сплетнями, если не давал формальной присяги хранить тайну. — и, если не возражаешь, я был бы признателен, если ты продолжил бы свою работу, а не стоял без дела и чесал языком. Мерлин опустил голову, чувствуя себя поруганным щенком. — Да, милорд, — пробормотал он. Когда они закончили, сэр Гвейн поблагодарил его кратким кивком, взял шлем из рук и, не обернувшись, вышел. Мерлин остался один. Задетый, сбитый с толку, вновь и вновь прокручивая в голове разговор в попытке осознать происходящее.

***

Прошло почти два часа, а не Мерлин так и не приблизился к разгадке. Одно можно было сказать наверняка: Гвейн вел себя необычно, и перемена произошла с ним быстрей, чем маг успел моргнуть. Мерлин устало помассировал виски. Он чувствовал себя так, словно гигант сдавил голову массивными лапами и пытался расплющить, как кусок глины. Ему так хотелось найти тёмный угол, прилечь и не отсвечивать, но тогда он не узнает результаты Артура. И тогда, тот решит, что слуга отлынивает от своих обязанностей. — Мерлин? Каждый мускул в теле мгновенно напрягся. Маг, двигаясь как старик с артритом, медленно обернулся к человеку — часами ранее — хладнокровно убившему его лучшего друга. — Могу я поговорить с тобой? — тихо спросил Мордред. Рыцари покинули арену, и теперь слонялись по краям, разбившись на небольшие группы, уделяя пристальное внимание двум мужчинам, кружащим друг напротив друга по песку. Мерлин сразу узнал Персиваля; тот выглядел горой мышц в сравнении со своим противником — тощим мальчишкой восемнадцати лет. Нечестный бой, но возможно, в этом вся суть. Мордред — единственный, кто не смотрел; его глаза блестели настойчивостью, проникшей под кожу холодными щупальцами. — Что такое, Мордред? — спросил Мерлин, изо всех сил стараясь не допустить холода в голосе. Задача не из простых, ведь Мордред — последний, кого он хотел видеть. Избыточное напряжение, оставшееся с их последней конфронтации, повисло грозовой тучей. — Речь об Артуре. — И что с ним? Мерлин был доволен степенью беспечности в собственном голосе. Мозг усердно анализировал, услужливо подбрасывая в мельчайших подробностях всевозможные сценарии на тему « как именно Артур мог пострадать». Мордред подошел поближе, наполнив нос Мерлина запахом металла с намеком на мужественность, чего королевский слуга никак не ожидал почуять от нежной мальчишеской кожи. Его(Мерлина) одновременно охватило желание отступить и вдохнуть. Последнее сильно встревожило; он сжал челюсти и начал дышать исключительно через рот. — Думаю, в замке короля Баярда могут быть люди, желающие навредить ему, — осторожно начал Мордред. — Эта мысль не даёт мне покоя с момента нашего прибытия. Мерлин нахмурился. — Что именно ты спрашиваешь, Мордред? — Мне было интересно, почувствовал ли ты что-то подобное, вот и всё, — ответил друид. Взгляд остался настороженным, но Мерлин задался вопросом, обнаружит ли он брешь, если попытается заглянуть в его разум. — Я хотел обрести душевный покой. Убедиться, что это не паранойя. — И почему тебя это так беспокоит? — требовательно спросил Мерлин. Мордред устало вздохнул. — Сколько раз мы должны через это проходить? Ты не единственный, кого заботит безопасность короля, Мерлин. Ответственность за его защиту лежит не только на твоих плечах. Пришла пора это принять. — Само собой…. Просто скажи, чего хотел. Взгляд Мордреда скользнул по лицу Мерлина. Под таким ракурсом солнечный свет делал глаза почти прозрачными; Мерлин разглядывал собеседника не осознанно, пока Мордред не улыбнулся одной из своих мимолетных улыбок. Маг стиснул зубы, старательно игнорируя теплый румянец, вспыхнувший на щеках. — Подозреваю, один из слуг Баярда владеет магией. Желудок Мерлина сделал паническое сальто. Как он узнал? Я обещал Алиане, что никому не позволю… — Оу… Мордред кивнул. — Я почувствовал. Всего на секунду, но кто бы это ни был, он обладает великой силой. И это злая сила. Когда я почувствовал её, испытал тоже самое, что и в лесу — будто что-то темное заползало в сердце… — Это… интересно, — прокомментировал Мерлин. Он осознавал, насколько неубедительно прозвучал ответ. Хмурый взгляд Мордреда был полон подозрений. — Ты уверен, что не ошибся? Мышца на челюсти собеседника дернулась. — Абсолютно. Готов поклясться жизнью короля. Мерлин вздрогнул. — Не говори так….— сказал он, с запозданием осознавая, что именно намерение Мордреда вызвало у него такую ​​реакцию. Друид посмотрел на него из-под опущенных ресниц. Они были длинными, как у девушки. Такими черными… лишь сильней подчеркивали глубину цвета глаз. — Ты не выглядишь обеспокоенным… — Не понимаю… и как это связано с Артуром? Как только последнее слово слетело с языка, воздух меж ними заискрил. Мерлин, по привычке, приготовился ко взрыву, но его не последовало. Выражение лица Мордреда сделалось бесстрастным и холодным, как у каменной статуи. — Ну, раз ты не веришь, что ему грозит опасность, значит её и правда нет. Прости, что побеспокоил… Когда рыцарь развернулся, чтобы уйти, из тени возникла маленькая фигура. Это был мальчик, нарядно одетый в синюю тунику с серебряным гербом в виде кабана Баярда. Вблизи взгляд, пронзивший Мерлина до костей, встревожил лишь сильней. Слуга Артура почувствовал, как напрягся Мордред. — Сэр Мордред? — протянул мальчик. Приняв кивок друида за ответ, указал на опустевшую арену. Как и ожидалось, Персиваль вышел победителем в последнем поединке, но получил несколько порезов и синяков. Его противник, очевидно, оказался более опытным… — В следующем бою вы будете сражаться с сэром Родриком. Если хотите подготовиться, мой король начнет бой, когда вы будете готовы. Вежливость была вынужденной, мальчик не сильно интересовался мнением Мордреда. Смотрел на него как на комок грязи на ботинке. Рыцарь в ответ посмотрел так, будто у слуги внезапно выросли клыки, но быстро восстановил самообладание и ушел, не проронив ни слова.

***

Неподалёку от арены Алиана помогала сэру Родрику с перчатками. Она говорила с ним, но губы девушки двигались слишком быстро, чтобы Мерлин мог догадаться о содержании беседы. Сэр Родрик был далеко не таким крупным, как Персиваль, но рядом с ним Алиана казалась слишком хрупкой. Последнюю пряжку та застегнула механическим движением, встав на цыпочки и что-то прошептав рыцарю на ухо. Мужчина кивнул, принимая ответ, хотя выражение лица казалось бессознательным. Алиана в последний раз похлопала его по локтю, сэр Родрик, расправив плечи, последовал за Мордредом в круг…

***

Мерлин наблюдал, как Мордред принял стойку, чувствуя, как в животе растет странное напряжение. Остальные рыцари стояли у ограждений и кричали что-то ободряющее. Противники принялись кружить друг напротив друга. Мерлина не могла не впечатлить способность Мордреда отражать каждое движение сэра Родрика, тот будто уводил более крупного противника в позицию, с которой ему было удобней первым совершить атаку. Постепенно наступила тишина, и рыцарь Камелота нанес первый удар. Металл зазвенел высоко и пронзительно, когда Родрик поднял могучую руку, чтобы отразить выпад. Словно предвидя это, Мордред нырнул под клинок противника и усилил атаку, в результате чего рыцарь пошатнулся, но удивительно быстро пришёл в себя. Мордред был неумолим, он теснил Родрика к краю арены. Другой рыцарь ничего не мог предпринять, лишь неуклюже защищался, избегая удара тупым концом меча. — Боюсь, он более опытен, чем рассчитывал сэр Родрик — сказал мальчик. О чьём присутствии Мерлин благополучно забыл. — Да, — согласился маг, услышав трепет в собственном голосе. — Так и есть… Родрик пытался сменить позиции, отражая удары Мордреда с силой, на которую только был способен, но недостаток силы Мордред компенсировал ловкостью. Он уклонялся от ударов Родрика, так что они бесполезно отскакивали от его клинка и доспехов. Когда рыцарь Баярда поднял меч, друид скользнул под клинок и нанес сильный удар в заднюю часть икры. Ноги противника подкосились, тот взвыл от боли. Собравшиеся у арены красные плащи разродились аплодисментами. Мерлин с удивлением обнаружил, что присоединился к ним. Мордред уклонился от ещё одной атаки, почти лениво ту заблокировав, заставив крупного противника издать рев разочарования. Молодой человек отступил назад, предоставляя больше пространства для маневра. Сэр Родрик напрыгнул на него, подобно медведу. Застигнутый врасплох Мордред слишком поздно поднял клинок, чужой меч ударил плашмя по плечу. Толпа коллективно вздрогнула, когда Мордред поднял руку в перчатке, чтобы осмотреть ранение. Он не сильно пострадал, но Родрик не дал и шанса прийти в себя, обрушив на юношу град ударов. Мордреду едва удалось их избежать. Он пошатнулся под их натиском, теряя равновесие. Воспользовавшись предоставленным шансом, Родрик ударил мечом друида в грудь. Доспехи хрустнули с такой силой, будто человека разрубили пополам. Защищенное кольчугой предплечье Родрика, врезалось в грудь. На мгновение показалось, что Мордред останется в вертикальном положении. Его колени подогнулись, он рухнул на землю. Мозгу Мерлина потребовалось слишком много времени, чтобы осознать увиденное. К моменту, как он пришел в себя, рыцари Камелота прорвались на арену и собрались вокруг распростертого тела Мордреда. Когда к ним присоединился Мерлин, ранения казались очевидными. Кровь просочилась сквозь кольчугу на левом боку Мордреда, пропитав перчатку. Глаза юноши были полуприкрыты, дыхание — поверхностным и быстрым. — Как тупые мечи могут наносить такие ранения? Мерлин не спрашивал кого-то конкретно. Просто смотрел на собравшуюся на песке лужу крови, Сильная рука Леона сжала его плечо. — Никак, — серьезно сказал он. — Лезвие сэра Родрика, должно быть острым, как бритва. Артур внезапно появился у другого плеча Мерлина. — Отнести его к лекарю, — приказал он. Затем поинтересовался: — Где сэр Родрик? Никто не знал. Мужчина, воспользовавшись суматохой, ускользнул, и никто не мог его наути. Никто, казалось, и не знал, кто он и откуда взялся; просто появился одетым в мерсийские доспехи, и ни у кого не возникло ни намека на подозрения. — Кем бы он ни был, — сказал Артур своим рыцарям, стоявшим у постели Мордреда, — он не друг Камелоту. Скажите остальным быть настороже на случай изолированного нападения. — Почему Родрик решил напасть на Мордреда? — спросил Персиваль. Он что-то знает, — подумал Мерлин. Маг бросил взгляд на неподвижно лежащего, холодного, как мертвец друида. Лицо бледное, в тон подушки; белые льняные простыни, скрывающие тяжелые марлевые повязки, туго обмотанные вокруг талии. Он пытался меня предупредить, но я не послушал. — Он будет жить? — тихим голосом спросил маг. Артур развернулся к нему лицом. — У него есть силы на то, чтобы выздороветь, — тихо ответил он. Неуверенность в глазах вызвала у Мерлина приступ тошноты. — Лишь время покажет. Где-то вдалеке протяжно взвыл волк.