XII
8 сентября 2025 г., 23:17
***
— Мордред, можно тебя на пару слов? Каждая мышца в теле орала от усталости, но юноша нашел в себе силы обернуться. Волосы Артура были темными от пота, липли ко лбу. Щеки пылали как после хорошей попойки. Мордред знал о своем внешнем виде. На самом деле, был уверен, выглядит на порядок хуже. Юный рыцарь старался не падать на колени, не качаться. Король окинул его придирчивым взглядом. Не малых усилий стоило удержать подбородок. Похоже, даже Артур не мог не заметить растрепанных волос и темных кругов под глазами. — Сколько ты спал прошлой ночью? Так хотелось солгать. Если скажет, что провел каждую секунду заместо сна у постели Мерлина… что ж, Артур ни за что не позволит продолжать в том же духе. Мордред прекрасно понимал, он не в состоянии долго выдерживать ритм тренировок; часом ранее ловил на себе сочувствующие взгляды товарищей-рыцарей, пока дрожащими руками пытался вложить меч в ножны. Но физическое и психическое состояние для него — ничто, пока… Мерлин ещё не окреп для того, чтобы просто встать с постели. И Артур знал об этом. — Нисколько, сир, — ответил друид. На признание факта вслух ушло немало сил, но юноша сдержался: не опустил плечи, не отвел глаза. Король так долго хранил молчание, что Мордред мысленно стал готовится к худшему. Вместо угроз губы Пендрагона сложились в легкой полуулыбке: — Послушай, Мордред, мне нет нужды говорить тебе, насколько это влияет на твои физические возможности и умственные способности – два важнейших качества хорошего воина, – но я также понимаю: заставить тебя подчиниться приказу сложней, чем обучить лошадь вальсу. В этом вы с Мерлином удивительно похожи. Он никогда не слушает ни слова из того, что я говорю. Никогда. И, всё же, необъяснимым образом, ему всегда удавалось поступать правильно. Это не перестаёт меня удивлять. — Он — просто чудо, сир. Взгляд, брошенный Артуром, мгновенно заставил Мордреда пожалеть о своих словах. — Он такой. — согласился король. — И если ты когда-нибудь расскажешь ему о нашем разговоре, я позабочусь о том, что это будет последним, что ты скажешь. Мордред не смог удержаться от улыбки. — Понял. — Гаюс сказал, сколько времени потребуется на восстановление? — Он не уверен, — ответил Мордред, повторяя слова лекаря, с которым периодически пересекался из-за «дежурств» возле кровати мага. — Он сделал всё, от него зависящее. Сейчас дело за Мерлином. Мы никогда не узнаем, через что ему пришлось пройти в плену. Он стиснул зубы на последнем слове . Артур со вздохом провёл рукой по спутанным волосам. — Тебе лучше вернуться к нему. Передай, что я приду, как только смогу, хорошо? Мордред кивнул. — Конечно, сир. — А, и Мордред? Глаза Артура тревожно блеснули. — Не думай, что я позабыл о твоем побеге. Я позабочусь о том, чтобы ты и остальные рыцари понесли достойное наказание за неподчинение королю. Мордред сглотнул. Прежде чем успел придумать ответ, Артур направился в сторону оружейной. С мгновение он смотрел вслед королю, после чего, со спокойной совестью, двинулся в противоположную сторону, к покоям Гаюса. На пороге его встретил запах еды. Друид замер в дверях. Ему потребовалось время, чтобы осознать… Улыбка на морщинистом лице подтверждала, он не бредит. Мерлин, укутавшись в одеяло по шею, сидел за маленьким столиком. Рядом стояла дымящаяся миска. Маг был бледным, изможденным, но живым. — Мордред! — окликнул лекарь юношу, мгновенно разрушая повисшую тишину. Старик поставил на стол напротив Мерлина вторую миску, жестом пригласил присесть. — Вот, ешьте, пока не остыло. Мерлин поднял голову, очевидно, лишь сейчас заметив гостя. Лицо было чуть сероватым, кожа казалась натянутой, мешки под глазами приобрели тёмный оттенок. Визуально маг потерял в весе; руки как у скелета, скулы грозились разрезать кожу. Садясь за стол, Мордред отвел взгляд до того, как его поймали за разглядыванием. — Мерлин… — имя сорвалось хрипом. Мордред прочистил горло, сидевший напротив мужчина поднял бровь. — Ты выглядишь… — Ужасно? Знаю… — ответил Мерлин, окуная ложку в миску. — Как ты... себя чувствуешь? — Насколько хорошо, насколько возможно. — друид наблюдал за движением ребер собеседника при вздохе. Те отчетливо проглядывали сквозь рубашку. — Проходил через вещи и похуже. Мордред едва удержался от того, чтобы не выпалить: «Например?», но строгий взгляд Гаюс заставил вместо вопроса приступить к супу. Тот был водянистым, имел сильный привкус капусты. У Мордреда не было аппетита, но он остался за столом. Мерлин энергично опустошал свою миску. Друид вспомнил о своём состоянии на тренировочном поле, о просьбе Артура. Он не хотел портить время, которое ему было позволено провести в компании мага, без возможных последний в виде ссоры. Рыцарь подозревал, единственная причина, по которой в него еще не летят колкие проклятья — неспособность мага к диалогу. Но эта мысль была почти сразу отброшена менее жалкой частью его сознания. Идеи были слишком быстрыми и поверхностными, чтобы Мерлин мог их считать. Мордред не уверен, восстановился ли слуга психически; не хотел рисковать — как-то травмировать. — Мордред? Ты меня слушаешь? Друид моргнул, заметил мельтешившую костлявую руку перед лицом. Пока он плавал в своих мыслях, Гаюс придвинул стул к столу и сел, поставив перед собой стопку потрёпанных кожаных фолиантов. Лекарь с сосредоточенно-хмурым видом отложил первый сверху и принялся листать. Мерлин наклонился, Гаюс указал на несколько интересных отрывков, отметил страницы на клочке пергамента. Мордред молча наблюдал, поражаясь контрасту склоненных голов — чёрной, как вороное крыло, Мерлина и белой, как снег, Гаюса. Эмрис поднял на него глаза. — Не хочешь помочь? — не зло поинтересовался он у друида. Гаюс последовал примеру ученика — оторвался от книги. Посмотрел на Мерлина поверх очков так, что Мордреду резко сделалось неловко. Он мысленно посочувствовал магу. — Вообще-то, Мерлин, тебе стоит отдохнуть. Ты только проснулся. Не нужно перенапрягаться. Мордред молча вознёс хвалу старику, брови Мерлина взлетели к линии роста волос. — О правда? Ты сейчас серьезно? — Просто подумал: так будет лучше для тебя, Мерлин, — ответил Гаюс. Судя по уровню терпения в голосе, подобный разговор проходил у них регулярно. — Потребуется время на восстановление. А пока тебе лучше… — Оставаться в постели? Последние три дня я только и делал, что спал, — возразил ученик. — И чувствую себя прекрасно. Всё хорошо. К тому же, чем раньше мы приступим к составлению плана, тем эффективней он получится.— Мерлин умоляюще посмотрел на Мордреда,. — Правда же…? Как бы трудно не было сопротивляться, друид покачал головой. — Прости, Мерлин, но я согласен с Гаюсом. — Конечно, согласен, — проворчал Мерлин. Отодвинул стул, резко вскочил на ноги. Губы скривились в гримасе боли, но он удержал лицо. Бледная кожа и негодование заставили глаза гореть, как у королевы, — возможно, за последние дни он просто забыл насколько они у него яркие. — Ладно, раз я в меньшинстве, буду у себя в комнате. Не успел Мерлин сделать пары шагов, в дверь застучали. Маг замер на полпути. Мордред был достаточно хорошо знаком со стуком короля, а потому не удивиться появившемуся в дверном проеме Артуру. Но… сильно удивился его внешнему виду: тот был одет в простую белую рубашку и темные штаны вместо обычного плаща и кольчуги. Он больше походил на человека, навещающего больного друга, чем на королевскую особу. Увидев Мерлина, замершего на месте в позе пуганного кролика, удерживаемого в моменте стремительного бегства, Артур расплылся в улыбке, способной озарить весь замок. — Ты проснулся. — улыбка превратилась в ухмылку, достойную шута. Какие мифические трансформации… а как ещё объяснить тот факт, если что лицо Мерлина из угрюмого превратилось в радостное быстрей, чем Мордред моргнул. Мерлин скоро пересек комнату, чтобы встретить Артура. Остановился, бросил беглый, смущенный взгляд на лекаря. — Э-э, не могли бы вы...? Гаюс кивнул, махнул Мордреду рукой. — Пойдемте, оставим их на пару минут. Как только они вышли на лестницу, Мордред почувствовал, как облегчение покинуло тело, а кости обмякли под тяжестью усталости. Он с трудом удержался, чтобы не свалиться со ступенек. Прислонился спиной к стене позади. Гаюс протянул руку, будто хотел удержать, но, похоже, передумал. Вместо этого он сунул руки в рукава и посмотрел на Мордреда исподлобья. Юноше всегда было трудно понять ход мыслей старика. Но сейчас… ему показалось, будто Гаюс его жалел. — Он не это имел в виду, — начал лекарь, нарушая молчание, в течение которого Мордред тщетно пытался расслышать, о чём говорят по ту сторону двери. — Он не привык находиться рядом с людьми со схожим даром. Не уверен, что он знает, как нужно реагировать. Мордред откинул голову на прохладную каменную кладку. — Не уверен, что знаю, как реагировать на его перепады настроения. Гаюс понимающе кивнул. — Думаю, он хочет довериться кому-то. Делает вид, что всё в порядке, но ему тяжело из-за бремени, что он несёт. Оно принесло одни страдания. Каждый раз, когда он находит кого-то, с кем может найти общий язык… Что ж, обычно всё складывается не лучшим образом. Можно понять его нежелание пытаться снова. — Я знаю, почему он не доверяет мне, — сказал Мордред. В голосе звенела горечь. Сила воли, на то, чтобы сдерживаться, покинула его. Рыцарь даже не пытался скрыть свою боль. — Я его не вину его... — Не говорите так…— мягко возразил Гаюс. — Мерлин видит, как Артур проникается доверием… Он принял вас как рыцаря Круглого Стола. Не нужно быть волшебником, чтобы понять: Мерлин принимает слова Артура на веру. Ну, большую их часть. Он пережил множество испытаний. Это больше, чем может вынести человек с его силой и выносливостью. Простите его за то, что он иногда бывает вспыльчив. Мордред поднял руку, провёл ею по волосам. Пальцы были жирными, грязными. Он нуждался в ванне и нормальном сне, был бы рад заплатить за них конечностью. — Не знаю, что с вами приключилось в плену, но, похоже, это оставило на вас неизгладимый след. Я понимаю ваше желание поддержать его, но, возможно, лучше провести какое-то время порознь. Пока Мерлин не поправится, любой стресс может серьёзно повлиять на его состояние. Я не говорю, что вы будете действовать ему на нервы… Мордред покачал головой. — Гаюс! Я не могу. Я виноват в том, что он в таком состоянии. Я должен был... должен был быть там, защитить его — как положено. Пальцы правой руки крепко сжали рукоять меча. Клинок был короче, шире прошлого. Придется привыкать к новому балансу, но Артур настаивал, что со временем я полюблю новое оружие сильней старого. Было бы неплохо… Прежде чем Гаюс успел ответить, Артур вышел в коридор. Дверь осталась открытой, через щель Мордред заметил, как Мерлин сел за стол, положив темную голову на скрещенные руки. — Сколько времени пройдет, прежде чем он полностью поправится? — спросил Артур, обращаясь к старому лекарю. Гаюс медленно покачал головой. — Трудно сказать, сир. Мерлин силен, но с учетом пережитого и того, через что ему ещё предстоит пройти… Не могу сказать, как скоро он придет в нормальное состояние. Лицо короля на миг исказила мука. — Понимаю. Просто сделай всё, что в твоих силах. Гаюс склонился в поклоне. — Конечно. — Проследи, чтобы он не делал ничего... ну, в своем стиле, — спускаясь по лестнице, уточнил Артур, — Вернусь, чтобы проверить, как он, как только смогу. О, и Гаюс, не мог бы передать Мордреду, ему стоит выспаться до того, как он окончательно перестанет осознавать мир вокруг. — Я позабочусь об этом, сир, — не поднимая головы, не разгибаясь, пообещал Гаюс. Король скрылся за поворотом. Мордред уставился на свои шатающиеся ноги, следуя за Гаюсом в комнату. Рухнул на ближайший стул, провел рукой по лбу, в попытке стереть подступающую головную боль. — Не думаешь, что стоит лечь и поспать в постеле? — спросил лекарь Мерлина, поднявшего со стола голову. Маг пару раз моргнул, чем-то неуловимо напоминая сову. — Сделай одолжение своей шее. — Уверен, ей удобней за столом, — выпрямляясь, пробормотал Мерлин. — И до этого мне нужно кое-что обсудить с Мордредом. — Выразительный взгляд заставил до скрежета стиснуть зубы. — Это не займёт много времени. Гаюс тяжко вздохнул. — Ладно, раз надо — пойду, сделаю обход. Надеюсь, к моему возвращению, ты будешь в постели. Ответная улыбка была настолько бессмысленной… но Гаюс ничего не мог поделать — просто собрал свою аптечку и, качая головой, вышел за дверь. Оставшись вдвоем, молодые люди просто слушали его удаляющиеся шаги, разносящиеся по лестнице приглушенным гулом. — Как я сказал, у меня вопросы, — проговорил Мерлин, обрубая на корню зародившуюся тишину. Развёл руками, в извиняющимся жесте. — Не думаю, что ты ожидал, будто я не загоню тебя в угол! Мордред четко уловил момент того, как сплелись в узел пальцы под столом. Мерлин бросил многозначительный взгляд на его колени. — Понимаю, что ты делаешь. Волнение излишне. Я не причину вреда, даже если захочу. Не в том сейчас состоянии. На распутывание пальцев потребовало больше сознательных усилий, чем ожидалось. Освободив конечности, друид уверенно посмотреть на Мерлина, чтобы убедиться, что тот его не боится. Легкая улыбка тронула потрескавшиеся губы. — Вижу, борешься с собой. У тебя всегда такое выражение лица… Не найдясь с ответом Мордред решил, что молчание — лучшая реакция из возможных. Мерлин прочистил горло, отвернулся, спешно осознавая возможный контекст фразы. Но быстро взял себя в руки — выпрямился, расправил плечи. Маг явно старался казаться внушительным, деловитым, несмотря на хрупкость и болезненность образа. Мордред представил, как Мерлин вспоминает Утера, подражая его манере речи. — Я просто хочу знать правду, — начал маг. И звучал настолько изнеможденно …будто физически пытался протащить слова через горло. — А потом хочу вернуться в постель. — Он на мгновение замолчал, в глазах мелькнул ужас. — Прошу, не говори Гаюсу,. Он потом от меня не отстанет… Мордред невольно скривился в улыбке. — Я нем как рыб. — О, хорошо, а то я уж начал волноваться, что ты на меня обиделся и наказываешься молчанием, — почти игриво сказал Мерлин. Должно быть не просто выдавливать из себя улыбку. Он выглядит так, будто его протащили через ад. — Надеялся, мы уже прошли этот этап. Как он может продолжать улыбаться? — А я подумал, что мы договорились, что, да, прошли. Мерлин посмотрел на свои руки. Вид у него был нерешительный. — Да, ну... Мы через многое прошли за последние несколько дней, да? Было бы странно, если бы это никак на нас не отразилось. Мордред пожал плечами. — Мне устраивает любой прогресс в отношениях. Мерлин бросил в него острый взгляд. Мордред почувствовал, что случайно задел его за живое. Инстинктивно напрягся, но собеседник не ответил. Возможно, у него просто не осталось на это сил . — Послушай, — мягко начал рыцарь, — может, лучше поговорим завтра, когда оба отдохнем. Мерлин — ожидаемо — покачал головой. — Я никуда не пойду, пока ты не дашь мне ответы, — упрямо сказал он. А потому Мордред рассказал обо всём, что произошло с того момента, как они с Гвейном исчезли в лесу. Воспоминания о том времени, когда его лихорадило из-за раны, были смутными, неясными, но он собрал их воедино и объяснил, как мог. Опустил ту часть, в которой подавил волю Леона и подстроил его желания под свои — он собирался по возможности оставить это в секрете. Его самое постыдное воспоминание, разочарованное лицо Аглайна появлялось на изнанке век так четко, будто тот был здесь, в этой комнате. Когда он упомянул Моргану, верхняя часть тела Мерлина напряглась, но это длилось всего мгновение. Волшебник, казалось, быстро взял себя в руки и расслабиться. Брови спрятались за челкой, когда Мордред сообщил, что именно Моргана помогла им сбежать — он, должно быть, потерял сознание, а потому плохо помнил детали. Закончил свой рассказ встречей с Гвиневрой. Это заняло много времени, к тому моменту, когда он замолк, Мерлин очевидно сонно хлопал глазами. — Как-то так. Это всё, что мне известно из произошедшего, — солгал Мордред. Мерлин кивнул. — Спасибо. Я ценю твою честность. Он взглянул в окно, между бровями пролегла небольшая складка . — Солнце садится. Гаюс должен уже вернуться. Едва Мордред обернулся, чтобы взглянуть на потемневшее небо, дверь распахнулась, и в комнату ворвались четыре рыцаря. Гаюс следовал за ними. Мужчины что-то несли между собой: завернутое в полотно, что-то тяжелое и громоздкое. Мерлин вскочил на ноги, чтобы помочь перенести это на стол. Мордред опознал рабочий стол, который Гаюс использовал для осмотра больных — он не понаслышке знал, как неудобно лежать на этой твердой поверхности. Уставший мозг медленно складывал все части пазла воедино, но все стало на свои места, когда лекарь откинул верхнюю часть простыни, обнажая сероватое, мертвое лицо. — Можете идти, спасибо, — махнув рыцарям, поблагодарил Гаюс. — Никому не рассказывайте о том, что видели. Рыцари поклонились и ушли, оставив лекаря и его ученика осматривать тело. Мерлин отбросил одеяло, чтобы иметь больше свободы в движениях, и теперь стоял с одной стороны головы пациента, пока Гаюс осматривал другую. Ноги дрожали от усилия удержать тело в вертикальном положении, но он либо не замечал этого, либо не обращал внимания. Мордред поднял с пола одеяло и отнес волшебнику, накинув на плечи. Он ожидал, что его оттолкнут, но, похоже, Мерлин нуждался в одеяле больше, чем показывал. — Спасибо, — пробормотал маг, прежде чем вернуться к осмотру тела. Лекарь разглядывал через лупу следы на щеке мужчины. — Ты знаешь, что с ним случилось, Гаюс? — Похоже, на него напали, — ответил старик, выпрямляясь, приступая «раздеванию» трупа. Рунический наряд был сильно изношен — от него осталась пара лоскутков ткани. Низ под тканью тоже был разорван; раны оказались глубокими, из некоторых все еще сочилась густая, липкая кровь. Он умер недавно. — Порезы были нанесены чем-то очень острым. — Кинжалом? — предположил Мерлин. Мордред покачал головой. — Не похоже на следы от колотых ран, нанесенных оружием. — Он указал на рану на боку. — Кожа разодрана. Мечом или кинжалом порез вышел бы более аккуратным. — Мордред прав, — откликнулся с другого конца стола Гаюс. — Скорее всего, это нападение какого-то животного. — В Камелоте? — удивленно спросил Мерлин. — Его нашли у главных ворот, недалеко от леса. Возможно, он шел за помощью после нападения. Мерлин широко раскрыл глаза. — Он шел сюда пешком? — Похоже на то. Или добрался верхом, но животное позже сбежало. Он указал на колени мужчины. — Судя по состоянию рук и коленей, ему, возможно, пришлось проползти часть пути. — Мерлин поднял руку и приложил кулак ко рту. — Что могло с ним приключится? Артур сам сказал, в лесу на многие мили нет живности. Гаюс с каждым словом мага все сильней мрачнел. — Возможно, нечто и распугало животных. Мордред почувствовал, как холодная лапа скрутила живот. — Мы должны рассказать об этом Артуру. Мерлин так энергично покачал головой, что чуть не свалился набок. — Плохая идея. Он захочет помчаться в лес и столкнется в итоге с монстром — чем бы он ни было. Мы не можем ничего рассказать, пока не будем уверены, с чем имеем дело. — На сей раз я с тобой согласен, Мерлин, — поддакнул Гаюс. — Артур может и король, но он не менее опрометчив и импульсивен, чем когда был принцем. Я бы сказал, нам повезло, что Гвен рядом. Она его уравновешивает. Мордред не мог не согласиться. Он посмотрел на кровавое месиво, что когда-то было туловищем. Друид снимал шкуру, потрошил животных столько раз, что и не сосчитать, но это не производило особого впечатления. Здесь же другой случай. Мысль о том, что что-то могло сотворить такое с человеком, вызывала табун мурашки по спине. И это что-то скрывалось где-то в лесах, вблизи Камелота... Не хорошо, совсем не хорошо. Сишком много угроз, с которыми надо считаться, находилось близко к его дому. Он бросил взгляд украдкой на Мерлина. Маг стоял в позе, похожей на его собственную — сжал кулаки, положил их на стол рядом с разорванной рукой пациента. Гаюс закончил внешний осмотр, пощупал зубы мужчины, снял с трупа грязные сапоги и аккуратно отложив в сторону, на потом. — Это всё, что я могу сделать на данный момент, — подал голос лекарь. Он посмотрел на лицо мужчины, искаженное болью, навсегда застывшее в этом выражении. Поднял простыни, чтобы скрыть лицо от посторонних глаз. — Я осмотрю его одежду, сапоги, личные вещи, которые он мог иметь при себе. Можно очистить раны — так мы больше узнаем о причине их появления. Но не продвинемся дальше, пока не найдем больше кусочков головоломки. Он полчередно одарил своим фирменным суровым взглядом Мерлина и Мордреда. — Дальше я сам справлюсь. Вы слишком устали, чтобы помочь. По крайней мере, сегодня. — Я в порядке, — в унисон сказали юноши. Мерлин «закрепил» свои слова зевотой. Мордред почувствовал острое желание повторить за ним. Гаюс скрестил руки на груди. — Все ясно. А теперь… идите спать. И никаких больше препираний. Мерлин, явно сдавшись, посмотрел на Мордреда. — Ты... придешь завтра? — Да. Постараюсь. Мерлин кивнул. — Хорошо. Ну... тогда спокойной ночи. — Спокойной ночи, — ответил Мордред, когда Мерлин повернулся и побрел к двери своей спальни. Тихо щелкнула защелка, Мордред обратился к лекарю. — Если что-нибудь... Гаюс склонил голову. — Думаю, худшее позади. Сегодня ночью он должен быть в порядке. Но если что-нибудь случится, я обязательно вам сообщу. Как рана? — Заживает. Пальцы коснулись места, где потихоньку затягивались рубцы от раны, нанесенной сэром Родриком. — Завтра я вас осмотрю, на всякий случай». — Вы не против, если я вернусь сюда, чтобы помочь с... ситуацией? — Конечно, нет. Дополнительная пара рук никогда не бывает лишней. Старик улыбнулся так, что Мордред не был уверен, нравится ли ему это или нет. — Кроме того, у вас передо мной задолжность. Мордред усмехнулся. — Ваша правда. Я обязательно верну долг за то, что вы донесли на меня королеве, а не Артуру. Гаюс улыбнулся. — Буду ждать.
