Ты - предел моих желаний.

В комнату прокрадывался прохладный летний воздух из приоткрытой форточки, неторопливо окутывал все пространство запахом свежей ночи, а после уже два тела, лежащих на некогда ровно застеленной кровати. В помещении было так тихо, что в ушах будто стоял едкий звон. Но звуки тишины прерывались тяжелым, сбивчивым дыханием. «Теперь твоя очередь» Толя улыбнулся. Его почему-то забавила эта ситуация. —Дим, неужели ты не слышал о том, что добро делают бескорыстно? — довольно шепнул Толя. Вопрос был риторический. Он неспешно накрыл их обоих одеялом, ныряя почти что с головой. На лице Димы скользнул недоумевающий взгляд. —Тебе холодно? —Нет, просто… —Тогда зачем? — Не дал договорить Дима, спуская с себя одеяло. Как вдруг Толя резко перехватил его руку, останавливая, и глядя прямо в глаза жалобным взглядом. Именно сейчас он был похож на маленького, грустного щеночка! Казалось, вот-вот, и заскулит. —Дим…- он сделал глубокий вдох, -…я стесняюсь. Давай накроемся… Было видно, как тяжело ему говорить эти слова. Дима понимающе на него взглянул, но этот взгляд тут же испарился, превращаясь в развратную улыбку. Дима подвинулся вплотную. —Ты такой красивый. Он горячо задышал прямо в Толино ухо. Тот аж вздрогнул. Как же Диму забавляли эти реакции Толи на прикосновения. Блондин крепко обнял его за шею, притянул к себе впритык, и со всей серьёзностью взглянул в глаза. А глаза у Димы весело поблескивали в свете телевизора, переливаясь нежно голубыми волнами, и, как показалось Толе, в темноте они будто даже слабо светились. Дима скорчил недоумевающее лицо: —Ты чего уставился-то? Толя тут же спустился на землю прямиком из своих раздумий, озадаченно охнув. —Ничего, Дим. Глаза у тебя красивые. — смущенно улыбаясь, ответил он. —Только глаза? И всё что-ли? — Он наигранно обиделся. —И сам ты весь такой…красивый. —Какой же ты щедрый на комплименты! Они засмеялись. Но Толя по-прежнему чувствовал себя напряжённо. Ему ещё не хотелось заканчивать, да и Диме, вероятно, тоже. Но он никак не решался продолжить, да и не знал как. Его сердце кричало ему «Бери инициативу на себя! Начни! Сделай!» Но головой он понимал, что толком ничего об этом не знает, и боится что-либо делать. Поэтому он, сам от себя не ожидая, сказал: —Дима… я хочу сделать тебе приятно, — он особо выделил это слово, — но я…толком ничего не умею. —Господи, мне тебя учить? — мягко произнёс тот. —Нет, просто, я… —Поцелуй меня. Толя широко раскрыл свои серые, полные удивления глаза, и не смел больше пошевелиться. Дима напротив так горячо выглядел! И Толя плавился под его взглядом. —Толя, ну что ты завис! — занервничал Дима. —Ой, прости! Он сократил расстояние меж их лицами, и ласково-ласково накрыл губы Димы своими. Поцелуй был трепетным: Толя зарывался пальцами в волосы лежащего напротив брюнета, а тот в ответ аккуратно прижимал его за талию. Было тепло, сердце бешено стучало в груди Толи, и так и норовило выпрыгнуть прочь. Но Дима держал. Они на секунду разорвали поцелуй, как вдруг он прошептал: —Больше. И этого хватило. Они снова слились воедино, оставляя все проблемы позади себя. Было мокро, влажно, горячо, блаженно. Приятно. Так приятно, что тела содрогались, руки снова дрожали в волнении. Было одно но: Дима все ещё лежал в одежде. Толя начал поспешно раздевать его, расстёгивая джинсы, срывая футболку, кажется, с принтом какой-то рок-группы. «классная!» — в очередной раз подметил про себя Толя. Дима остался в одном нижем белье. И не без удовольствия подметил, что Толя стал в разы смелее. Видимо, возбуждение сильно на него действует. Но, похоже, он сглазил. Толя снова замялся, потупив взгляд. —Ну чего ты? — максимально ласково спросил Дима. —Волнуюсь. — Ответил Толя. —Я подскажу. — как же он подскажет? Ведь сам занимается таким впервые. Однако, всё-таки довёл Толю до оргазма. Причём даже довольно быстро. Ах, как похвально! Дима жарко выдохнул Толе в шею, сплошь покрывая ее мокрыми поцелуями и горячим дыханием. Блондин издал расслабленный выдох. Его руки потянулись ниже, сначала он провёл пальцами по спине, самыми кончиками, вызывая стаю мурашек за собой. Потом дотронулся живота, Дима закусил губу. Опустился ниже, запуская руку в нижнее белье, чувствуя как тяжело задышал Дима в его шею. И тут же он дотронулся пальцами до члена, поглаживая головку. Внутри все сжалось до такой степени, а сердце увеличилось до невозможности, и билось, билось, билось… Он закусил губу. «Вот он… Димин…» - пронеслось в его голове. Он медленно, не торопясь, провёл вверх-вниз, ожидая реакцию. И Дима, не сдержавшись, тихо простонал ему на ухо. Так блаженно и развратно, что к щекам Толи прилила кровь, вызывая лихорадочный румянец. Как же сексуален его Дима. Как же хочется сейчас сделать ему приятно. Толя нежно надрачивал лежащему напротив брюнету, целуя все, что видел: лоб, нос, щёки, губы, шею. Тот дрожал под его прикосновениями, и тяжело дышал прямо в ухо. Взгляд Димы был таким туманным, лестным для Толи. Он будто кричал внутри «наконец-то!» Блондин прижимался к нему, не останавливая движения рукой, постепенно ускоряясь. Стало так горячо, а внизу - тягуче сладко. Дыхание обжигало, лихорадило, бросало в жар. Парни смотрели друг на друга темными, горячими, полными желания взглядами. Дима резко впился в губы Толи грубым,влажным поцелуем. Рукой он отыскал его член, и с блаженством сжал. Толя выгнулся и простонал в губы. Дима начал двигать рукой по стволу, синхронизируя движения. Они оба дрожали, оба влюблённо смотрели, оба хотели этого. Толя хныкал, Дима томно вздыхал. В глазах темнело, земля уходила из под ног. Им так хорошо вдвоём, что хочется кричать. Первым кончил Дима, а после него - Толя. Они резко сцепились в объятиях, держа друг-друга, словно боясь отпустить, ведь всё казалось таким нереальным. Дима громко дышал, а Толя вздрагивал в его руках. Отходя от столь яркого оргазма, они почти сразу уснули. Первым проснулся Дима, но обнаружив, что на улице по-прежнему темно, взглянул на наручные часы. 03:07. «Значит, мама с ночёвкой осталась…» - догадался он, но позвонить ей не решился. Зачем?Разбудит ведь. Вспоминая их совместный вечер с Толей, его тело приятно заныло. Он посмотрел на него: тот мирно и невинно сопел, свернувшись на постели. Как же чудесно он выглядел! Дима собрался повыше накрыть его одеялом, но вдруг вспомнил, что утром придёт мама, и если она застанет их голыми в постели, то будет не очень приятно. Поэтому он аккуратно склонился над ним, и, целуя в висок, прошептал: —Толенька, проснись. Тот и ухом не повёл. Пришлось повторить. —Толь… —Что…такое? - он поёжился и нехотя открыл глаза. —Оденься немного, пожалуйста. - его голос звучал виновато, даже чересчур. Толя цокнул. —Как тебе вообще хватило совести меня разбудить… —Прости меня, просто утром мама придёт, будет неудобно. —Мм…да… - шепнул он, и даже не пошевелился. Видимо, опять в сон провалился. Дима улыбнулся, и решил, что справится сам, раз уж тот не оставил выбора. Он взял свою футболку, и натянул ее на Толю, а тот лишь поднял руки, засовывая в рукава. Класс. Диме нравилось, как он в ней выглядит. Сам он надел свои штаны и сразу улёгся рядом, поспешно накрывая их одеялом, стискивая Толю в объятиях. —Дим. —Что? —Я тебя люблю. Дима широко открыл глаза, стало приятно. А Толя лежал все также, казалось, будто спал. —Спи уже, чудо. —… —Я тебя тоже.