5. Малфой, ты заблудился?
16 февраля 2023 г., 20:39
Следующую неделю Драко и Гермиона всё так же просыпались среди ночи и встречались в гостиной.
Чтобы занять себя они составляли план вечеринки в честь Хэллоуина, делали домашние задания, просто болтали о ерунде, играли на рояле, смеялись. Оказалось, что им было удивительно легко так друг с другом проводить время. Каждый из них ловил себя на мысли, что если бы не вечная вражда, то они стали бы друзьями много лет назад. Сошлись бы, как минимум, на почве здоровой конкуренции.
Они вели дискуссии, спорили, доказывали свою точку зрения или соглашались. Под утро засыпали на диване, а проснувшись, быстро собирались и бежали на завтрак.
Приходить в себя утром становилось всё сложнее — ночи без сна давали о себе знать.
— Гермиона, — тихо сказал Гарри, когда они сидели за завтраком, — Ты что-то выглядишь не очень хорошо. Устало.
— Да, Гарри, спасибо, — улыбнулась она смущенному другу, — я знаю. Плохо сплю. Наверное, от того, что новое место или от волнения. Но я в порядке, правда.
Гарри прищурился, глядя на девушку, а потом коротко кивнул.
— А Рон где? — спросила гриффиндорка.
— Соскучилась по язвительным замечаниям? — усмехнулся Поттер и, увидев неодобрительный взгляд карих глаз, добавил: — Проспал. Скоро явится.
Тут рядом с Гермионой кто-то сел и в нос ударил запах мяты.
— Привет, Поттер. — сказал слизеринец.
— Привет, Малфой. — Гарри так удивился, увидев слизеринца за столом Гриффиндора, что даже не сообразил больше ничего ответить, кроме приветствия.
Но, на самом деле, язвить и огрызаться Гарри не хотел. Он проникся к Малфою чем-то вроде уважения после его слов о Гермионе, которые он сказал Рону. Да и в этом году он, вроде бы, не вёл себя как заносчивый засранец. Поэтому Поттер решил, что хотя бы в последний учебный год они должны попробовать просто общаться нормально, не пытаясь убить друг друга при каждой встрече.
— Малфой, ты заблудился? — спросила Гермиона, поворачиваясь к нему, и их лица оказались в нескольких сантиметрах.
Он посмотрел ей в глаза, затем перевёл взгляд на губы, которые блестели от того, что она только что облизнула их, а потом снова посмотрел в глаза. Этот его быстрый взгляд на от девушки не ускользнул и она, удивлённо подняв брови, буравила блондина взглядом.
Наверное, они смотрели друг другу в глаза дольше, чем следовало.
— Кхм. — прокашлялся Гарри, неодобрительно глядя на старост.
— Ээм.. Нет, Грейнджер, я не заблудился. — слизеринец, наконец, отвернулся и вытащил из сумки пергамент и перо. — У меня вопрос по поводу графика патрулирования.
— Прямо сейчас? — ухмыльнулась Грейнджер.
— Именно. — Малфой лучезарно улыбнулся и налил в стоящий перед ним кубок тыквенный сок, и, глянув на девушку, налил и ей тоже. — Так как графики мне нужно отдать старостам сегодня, ждать до сдвоенного зельеварения слишком долго, а бежать на перемене к тебе через всю школу не очень удобно, то почему бы не прямо сейчас?
Гермиона закатила глаза и чуть подвинула тарелку, чтобы Малфой мог положить пергамент рядом.
— Что не так с графиком? — отпив сока, спросила Гермиона, а затем склонилась над листом.
Гарри, наблюдая за ними, внезапно почувствовал себя лишним. Ему казалось, что, наверное, так выглядела их троица раньше — болтающие о чем-то своем, сидя рядышком и никого не замечая вокруг. Эти двое, конечно, подкалывали друг друга и недовольно переглядывались, но выглядели они как закадычные друзья. Им друг с другом было совершенно комфортно, будто не было всех этих лет вражды.
Гарри нахмурился.
Если говорить честно, его устраивало, что Гермиона и Малфой ладят — меньше проблем.
Но было в их отношениях что-то, что не давало ему спокойно смотреть на них и заставляло что-то внутри переворачиваться.
А потом он подумал, что если сейчас появится Рон, то завтрак точно полетит к чертям.
— Во-первых, ты поставила в пару Голдстейна и Паркинсон. Почему? Не лучше ли слизеринцев поставить вместе, чтобы избежать чьей-нибудь смерти? — Малфой взял тост и протянул Гермионе, которая плюхнула ему на кусок ложку повидла. — Благодарю. Поставим Аббот и Голдстейна вместе — меньше хлопот.
— Нет, Малфой. — возразила девушка. — Мы не поставим их вместе, потому что это будет не патрулирование. Они просто будут два часа обжиматься по углам.
Малфой усмехнулся:
— Обжиматься? Грейнджер, тебе что, пять лет?
Гермиона закатила глаза:
— А есть какой-то приличный синоним к фразе «будут трахаться везде, где возможно»?
Малфой замер, не донеся тост до рта. Гарри поперхнулся.
— О, Мерлин, вам что, пять лет? — усмехнулась девушка глядя то на Поттера, то на Малфоя.
— Ладно, пусть будет обжиматься. — согласился блондин, улыбаясь, и откусил тост. Пока он жевал, девушка продолжила:
— Я не ставлю их вместе именно поэтому, и, предвкушая следующий вопрос, Забини и Паркинсон патрулируют не вместе по той же причине.
Теперь поперхнулся Малфой.
— Забини и Паркинсон не спят вместе. — серьёзно сказал он.
— Ну конечно. — протянул Поттер.
Блондин глянул на Гарри, а затем перевёл взгляд на Грейнджер, и она, наклонившись поближе, улыбаясь, прошептала:
— Просто трахаются везде, где возможно.
Поттер рассмеялся, видя округлившиеся глаза Малфоя, Гермиона засмеялась тоже.
Драко задумался, правда ли, что Забини и Паркинсон вместе? Почему он не знал? Даже Поттер в курсе. Хотя, чему удивляться, если он почти всегда с Грейнджер или на уроках. Почти не общается со Слизеринцами. Да и не слишком-то они жаждут с ним общаться.
— Кхм. — прочистил горло Малфой. — Ладно, хорошо, с этим разберёмся позже. Есть ещё вопрос.
— У меня тоже есть вопрос! — прозвучал громкий злой голос Рона.
Гарри перестал улыбаться, Гермиона тяжело вздохнула, а Малфой лучезарно улыбнулся Рону и Джинни, подошедшим к столу.
Рыжеволосая девушка тут же отошла и села подальше, видимо, не желая участвовать в конфликте, который неизбежно произойдет дальше. Рон стоял рядом с Гарри и через стол смотрел на сидящих перед ним старост.
— Присаживайся, Уизли. — протянул Малфой и гаденько улыбнулся. — Извини, мы начали завтрак без тебя, это ничего?
Гермиона закатила глаза:
— Малфой!
Рон кипел.
— Какого хрена ты делаешь за этим столом? — прорычал рыжеволосый сквозь зубы.
— Разговариваю с Грейнджер и, очевидно, завтракаю. — спокойно ответил Малфой, закидывая в рот последний кусочек тоста.
— Ты не можешь сидеть за этим столом! — не унимался Уизли.
— Рон, успокойся. — сказала Гермиона.
— А ты заткнись, Гермиона. — грубо ответил рыжеволосый и Грейнджер удивлённо на него глянула. Гарри тоже посмотрел на друга с укором. Гермиона хотела было открыть рот, чтобы что-то ответить, но Малфой чуть коснулся её плеча, призывая молчать.
Гарри отметил этот жест. То, как Гермиона мгновенно поняла, что именно Малфой хотел сказать этим касанием. Она повернулась к слизеринцу и увидела такой яростный взгляд, направленный на Уизли, что невольно поежилась.
Блондин медленно поднялся и опёрся руками на стол, приближая своё лицо ближе к лицу Рона, в глазах которого на секунду мелькнул страх. Каким бы храбрым он не был, такой взгляд Малфоя мог бы напугать даже великана.
— Ещё раз ты заткнёшь её, Уизли, и я засуну в твой поганый рот половую тряпку и заколдую её так, чтобы ты никогда не смог её оттуда вынуть. И это лучшее, что может тебя ждать. — Малфой говорил спокойно, тихо и медленно, но в его голосе слышалась ярость, которую можно было чувствовать даже в воздухе вокруг него. — А теперь — сядь, и как обычно засунь в себя чёртову тонну еды и помолчи. Не устраивай тут сцен. И кстати, никто и никогда не говорил, что столы должны делиться на факультеты. Просто так повелось. Раньше, в старые добрые времена, все спокойно сидели вперемешку. Да и сейчас, если ты не заметил, некоторые так делают. Так что не смей говорить мне, где я могу или не могу сидеть. Этот стол такой же мой, как и твой. И сегодня я хочу завтракать тут.
Рон хотел возразить, но Гарри дёрнул его за рукав, призывая последовать совету слизеринца.
— Сядь. — ещё раз спокойно, но властно произнёс Малфой.
Рон, к удивлению Гермионы, сел и уткнулся в блондина злым взглядом. А тот всё ещё возвышался над столом и выглядел крайне враждебно. Он клокотал от ярости.
Гермиона осторожно коснулась его руки:
— Драко, успокойся.
Она назвала его по имени, зная, что это произведет нужный эффект. Гарри и Рон вытаращились на неё. Никто из них не называл его по имени. Никогда.
Малфой будто пришёл в себя и посмотрел на девушку с удивлением. Она потянула его за рукав, чтобы он сел, и парень повиновался.
Гарри исподлобья наблюдал за старостами. Они словно понимали друг друга без слов. Знали, что нужно сказать или сделать, чтобы другой точно всё понял.
— Мы вроде решили, что называть друг друга по имени странно, Грейнджер? — улыбнулся блондин и взял ещё один тост.
— Странно, но зато эффективно. — произнесла Гермиона, подняв брови и плюхнув ему на тост новую порцию повидла. — Второй вопрос, Малфой. Я слушаю.
— Ах, да. — начал парень, как ни в чём не бывало, накладывая в тарелку яичницу и бекон, чем жутко злил Рона, который пыхтел напротив него. — Собрание старост.
— Что с собранием-то не так, Малфой? — возразила девушка.
— 19 сентября. — спокойно сказал Малфой. Он смотрел на нее так, будто она должна была понять, что не так.
— И? — нетерпеливо спросила девушка. — Ну, Малфой, закончи мысль. Какие проблемы у тебя с 19 числом?
Малфой быстро глянул на Поттера и тот, кажется, понял, почему слизеринцу не нравится собрание именно 19 числа. Он легонько кивнул, отвечая на его быстрый взгляд.
— 19 вечером я не могу, Грейнджер. У меня давно были планы на этот вечер. — соврал блондин.
— Ой, Малфой, серьёзно? — строго сказала девушка.
— Гермиона, слушай, Рон и Джинни в этот день не смогут тоже. — серьёзно сказал Поттер. — Я на этот день тренировку назначил. И поле уже забронировал для нас. Извини.
Малфой многозначительно посмотрел на гриффиндорца. Уизли метнул на друга непонимающий взгляд.
Блондин улыбнулся Гарри.
Молодец, Поттер. Подыграл как надо.
Девушка вздохнула:
— Ладно. Тогда может...
— Подожди. — перебил её слизеринец. — У пуффендуйцев тренировка 13 числа, у когтевранцев 16, у Слизерина 18. Не смотри так, Грейнджер. Я не виноват, что почти все старосты играют в квиддич. — он пожал плечами и отпил сок.
Гермиона придвинула к себе лист пергамента, на котором Малфой написал название факультетов и напротив даты тренировок. Нахмурилась.
— Может тогда 15 сентября? — неуверенно сказала она.
— Отлично! — блондин хлопнул в ладоши, записал дату и обвел её в кружок. — Пусть будет пятнадцатое. Больше у меня вопросов нет.
Гермиона закатила глаза:
— Прекрасно!
Рон опустил ложку в тарелку и скрестил руки на груди:
— И теперь ты свалишь, Малфой?
Блондин улыбнулся самой широкой улыбкой и сказал, растягивая слова:
— Нет, Уизли, я не доставлю тебе такого удовольствия. Я останусь тут до тех пор, пока Грейнджер как следует не позавтракает. Потому что знаю, что если сейчас уйду, то ты накинешься на неё и она, чтобы избежать твоих вспышек идиотизма, встанет и уйдёт. Так что, Уизли, если хочешь что-то сказать, то вот он я. Милости прошу, изливай свой яд на кого-то, кто этого достоин. И ещё, я буду сидеть тут каждый приём пищи, пока ты снова не научишься быть добрым другом и не перестанешь доводить свою лучшую подругу до приступов бешенства.
Малфой расплылся в улыбке, а Гермиона вздохнула, схватив эклер и зыркнула на парня, сидящего рядом.
Тоже мне, рыцарь в сияющих доспехах! Хотя Рон при нём хотя бы молчит, что не может не радовать.
Они молча ели. Гермиона и Гарри иногда поглядывали на совершенно спокойного Малфоя и красного от злости Рона.
Гарри думал о том, что всё это выглядит совершенно сюрреалистично — Рон обижает Гермиону, а Малфой её защищает. Странно.
Невольно он стал думать обо всех словах подруги про то, что они совсем не знали Малфоя. Поттер даже признался себе, что Малфой ему вроде нравится, когда не оскорбляет всех вокруг и не выглядит, как напыщенный индюк. Может они даже смогли бы дружить. Гермиона же может.
Но Рон… Вот он бы не смог точно.
И ещё эта история с 19 сентября. Гарри был уверен, что Малфой решил перенести встречу старост, потому что знал, что у Гермионы день рождения. Благородно.
Грейнджер положила ложку и промокнула губы салфеткой.
— Я закончила. Скоро нужно быть на уроке. — сказала девушка.
— Отлично, — Малфой тут же встал из-за стола. — Я наконец осчастливлю тебя, Уизли, своим отсутствием.
Гермиона цокнула, закатив глаза. Гарри ухмыльнулся.
— Слава Мерлину. — прошипел Рон.
Малфой ехидно улыбнулся и ответил:
— До встречи на обеде, Уизли. — он подмигнул Грейнджер, кивнул Поттеру и зашагал к выходу из Большого зала.
— Чёрт, я забыл кое-что спросить у Малфоя. — сказал Гарри, ударив себя по лбу. — Встретимся на уроке.
Он встал и быстро пошёл за Малфоем. Гермиона смотрела вслед другу с подозрением. Она сидела за столом и смотрела на Рона. Когда же он перестанет её ненавидеть?
Она буравила друга взглядом, но он даже не поднял на неё глаз. Жевал свой завтрак, продолжая краснеть от злости.
Гермиона допила сок, сунула в сумку учебник, с которым пришла, надеясь немного почитать за завтраком, и вздохнула. Она снова подумала о Гарри, который зачем-то побежал за Малфоем.
— С каких пор, интересно, у Гарри к Малфою вопросы? — спросила девушка и перевела взгляд на Рона. Тот злобно глянул на неё.
— Откуда мне знать! — гаркнул он. — Это ты у нас специалист по Малфою. Вы же теперь лучшие друзья. Таскаетесь везде вместе. Кормите друг друга с ложечки. Ты, может, и замуж выйдешь за этого хорька?
Гермиона сделала глубокий вдох и недовольно посмотрела на друга. Он бесил её невероятно. В её голове уже родились слова, которые, пожалуй, стоило бы сдержать, но она этого делать не собиралась.
Гермиона лучезарно улыбнулась Рону, а после повторила тот же жест, что недавно делал Малфой, и, поднявшись на ноги, упёрлась руками в стол, чтобы быть ближе к Рону и выплюнула прямо ему в лицо:
— О, Рональд, я бы с радостью вышла замуж за Малфоя хотя бы ради того, чтобы пригласить тебя на эту свадьбу и усадить в первый ряд, чтобы видеть твоё лицо, когда я скажу «Да»! — в этот момент она чувствовала себя злобной сукой, но совсем не жалела об этом.
Что потянуло её сказать это? Но, справедливости ради, Рон первым упомянул свадьбу. Пусть наслаждается!
Подавись!
Она была зла. Очень. И с каким-то неподдельным удовольствием наблюдала за реакцией друга. Рон с ужасом смотрел на неё, открыв рот.
— Я очень польщён, Грейнджер, — с улыбкой проговорил Малфой, неизвестно откуда взявшийся рядом. — Но я бы хотел, чтобы ты вышла за меня не ради того, чтобы позлить своего бывшего, а из большой и чистой любви.
— О, Салазар, Малфой! — Гермиона закатила глаза. — Ты этого не дождёшься.
И она прошла мимо него, направляясь к выходу.
— Чего не дождусь, Грейнджер, твоей любви? — крикнул ей в след блондин.
Она обернулась и с улыбкой ответила:
— Свадьбы, Малфой! Насчёт любви я подумаю.
Она подмигнула улыбающемуся Драко и исчезла в толпе учеников.
Конечно же, она сказала это для Рона. Чтобы он взбесился окончательно. И она с радостью увидела скривившееся лицо Уизли, прежде чем стол гриффиндора исчез за головами учеников.
Блондин обернулся к Рону, который смотрел то на слизеринца, то на толпу, в которой исчезла Гермиона.
— Что у вас с ней? — прошипел Уизли.
— О, Уизли, наши отношения с Грейнджер ты постигнуть не сможешь. Это нечто высокое и прекрасное. — он улыбнулся, и, схватив своё перо, которое забыл, направился к выходу.
Драко знал, что рыжего нужно добить. И сделал это.
От чего-то Малфой ликовал. То ли от мысли, что Уизли чуть в обморок не упал от услышанного, то ли от слов Грейнджер.
«Насчёт любви я подумаю».
***
Гарри догнал Малфоя в холле. — Малфой. — крикнул Поттер. Драко остановился и обернулся. — Чего тебе, Поттер? — Ээм... Я хотел спросить, насчёт 19 сентября. — гриффиндорец не знал как спросить правильно, он не привык общаться с Малфоем и не мог, как Гермиона, легко и непринуждённо с ним болтать. Ещё свежи были воспоминания о том, как каждый их разговор превращался в катастрофу. — Решил ли я перенести собрание из-за того, что Грейнджер забыла про свой день рождения? — Малфой решил помочь Поттеру, понимая, что тому не слишком просто говорить с ним вот так. Не как с заклятым врагом. Он, наверняка, ждёт подвоха и какой-то колкости. — Да. — выдохнув ответил Поттер. — Думаешь, она забыла? Блондин поднял брови: — Это же очевидно! Она поставила собрание на вечер своего дня рождения. Поттер вдруг невесело рассмеялся: — А ты ещё не слишком хорошо её знаешь, Малфой. — он сунул руки в карманы и посмотрел на бывшего врага. — Гермиона Грейнджер — человек, который ставит всеобщее благо выше своих интересов, всегда. Она сама лично лишила себя родителей. Она пожертвовала собой, чтобы выяснить, что за чудовище было в тайной комнате, она закрывала меня собой от Сириуса Блэка, думая, что он хочет убить меня. Она варила оборотное зелье, нарушив чёртову гору школьных правил на втором курсе, воровала у Снейпа ингредиенты. Она всегда прикрывала меня, даже ценой своей жизни. Рон мог уйти, а она оставалась рядом всегда, чего бы ей это не стоило. Мерлин, да мы бы умерли сто раз, если бы не она. Она такая, Малфой, что вполне может поставить собрание старост выше собственного дня рождения. Сознательно. Гарри вдруг понял, что наговорил лишнего. Того, чего не стоило говорить Малфою, потому что его взгляд был напряжённым, удивлённым и немного злым. — Поттер, вы же оба с рыжим в курсе, что она просто девушка? Вы должны были её защищать, а не она вас? Салазар, это же блять пиздец. — Малфой прикрыл глаза и отвернулся. Поттер вздохнул. — Мы это знаем, как и ты. Но, тем не менее, ты позволяешь ей быть рядом с собой понимая, что это ссорит её с Роном. Нет, он придурок конечно. Но она защищает тебя снова, снова и снова. И делает это сейчас, зная, что её лучший друг будет её ненавидеть. Так что, ты не лучше нас. Да и, поверь, остановить Гермиону Грейнджер, если она что-то себе решила, невозможно. Так что вот, принимай её такой. Малфой устало улыбнулся. — Ох, Грейнджер. — протянул слизеринец. — Поттер, у неё был хоть один нормальный день рождения? — Ну, до Хогвартса, думаю да. — задумчиво сказал Гарри. — Поттер, блять, ты серьёзно? — злобно спросил Малфой. — Слушай, Малфой, ты даже не представляешь, сколько раз ты унижал её в этот день. — Поттер устало вздохнул. — Так что давай не будем. — Знаешь в чём разница, Поттер? Я не был при этом её другом. А вот вы — были. Не могли ей устроить вечеринку с домовиками или что-то в этом роде? Она же заслуживает этого. — справедливо заметил слизеринец. — Мерлин, я вдруг понял, почему ты так ей нравишься. — сказал Поттер, потерев виски. — Ты такой же, как и она. Вы друг о друге говорите одними и теми же словами. Так самозабвенно защищаете друг друга. Вы же там у себя в башне вечно за домашними заданиями сидите, верно? Наверняка ты и Историю Хогвартса прочёл от корки до корки. Малфой ухмыльнулся. — Конечно прочёл. А ты нет? — Нет, так и не прочёл. — ответил Поттер. — У меня всегда рядом была Гермиона Грейнджер, знающая эту книгу наизусть. — Не сомневаюсь. Поттер, нужно устроить ей отличную вечеринку в этом году. Любой ценой. — серьёзно сказал Малфой. Гарри кивнул: — Я согласен. Но она не любит шумные сборища. — Никто и не говорит про шумное сборище. — закатил глаза блондин. Гарри кивнул. У него было ощущение, что у Малфоя уже есть какой-то план. Парень рылся в сумке, что-то ища: — Черт, я забыл перо в Большом зале. — с досадой сказал Малфой. — Я вернусь. — Это же просто перо, Малфой, попроси у кого-нибудь другое. Или купи десять новых, ты же можешь себе позволить. — пожал плечами Поттер. — Нарцисса подарила мне его. — хмуро заметил блондин. — Так что, я заберу его, пожалуй. И он ушёл в сторону Большого зала, оставив Гарри размышлять. Малфой был человеком. Обычным. Сыном, который любил мать достаточно, чтобы хранить перо, подаренное ею. Поттер потер переносицу. Сколько дней рождения они устроили Гермионе? Ни одного. Они дарили ей подарки, но Малфой прав — она была достойна большего. Гарри потряс головой, вдруг подумав, что Малфой за какую-то неделю стал другом лучше, чем они за много лет. По сути, они с Роном только брали. Списывали домашку, пользовались её гениальным мозгом, это она всё всегда продумывала наперед, готовила их к экзаменам, шла с ними в бой. Они всегда только брали, а что отдавали взамен? Они сумели её защитить? Сумели как-то отплатить ей за всё? Эта мысль его мучила. — Гарри, — к нему подошла Гермиона и взяла под руку. — Идём на урок, а то опоздаем. Ты успел задать Малфою свой важный вопрос? — Да, — ответил парень. — Ой, а где Рон? Гермиона вздохнула и посмотрела на друга как бы говоря: «А можем мы не вспоминать о нём?» — Ясно. — сказал Поттер. — Пошли без него, догонит. И они отправились на первый урок, совсем не желая видеть недовольного Рона.
Примечания:
Люблю эту главу!)
Мне нравится, когда в Гермионе просыпается стерва.)
