Проснись

Юнги проснулся на следующее утро с тяжёлой головой и тупой болью в области сердца. Он не сразу понял, где находится. Собственная спальня показалась вдруг совершенно чужой и даже пугающей. Сосредотачиваясь на дыхании и пытаясь унять внезапно накатившую панику, он закрыл глаза. Только удалось восстановить нормальный сердечный ритм и хоть немного успокоиться, раздался телефонный звонок. Приняв сидячее положение и нашарив рукой трубку, Мин ответил: — Слушаю. Звонили с работы, куда он уже безбожно опаздывал. Такое случилось впервые, от чего стало очень стыдно. После вчерашних событий, видимо, забыл поставить будильник и вот к чему это привело. Тут же соскочив на ноги, Юнги принёс свои искренние извинения и заверил, что уже выходит из дома, хотя на деле стоял посреди комнаты в одном нижнем белье. Завершив звонок, он выругался себе под нос, а потом услышал шум, доносившийся из соседней комнаты, и замер в непонимании. Лишь несколько мгновений спустя до него дошло, что происходит. — Остался всё-таки. Приятное чувство разлилось в груди от осознания того, что Чимин находился здесь, совсем рядом с ним. Не позволяя себе на этом слишком зацикливаться и пряча довольную улыбку, Мин быстро собрался и вышел в гостиную. Танцора нигде не было видно, а потом в ванной комнате включилась вода. Пользуясь отличной возможностью по-тихому сбежать, он зашёл на кухню, планируя что-нибудь закинуть в рот и сразу же отправиться на выход, но неожиданно снова замер. На столе его ожидал горячий завтрак и кружка свежесваренного кофе. — Доброе утро. — За спиной послышался голос, в котором явственно звучала вина. На секунду прикрыв глаза и подавив неуместное желание попросить Чимина произнести что-нибудь ещё, чтобы послушать его приятный, мелодичный тембр чуть подольше, он холодно произнёс: — Я поехал на работу, скоро вернусь. Не оборачиваясь, Мин направился к выходу, но не успел и пары шагов сделать. Пак моментально оказался перед ним, преграждая путь и, глядя в глаза, скромно попросил: — Можно поехать с тобой? Мне как раз надо в город, а своей машины, как ты знаешь, пока нет. Его руки осторожно касались груди, мягко и ненавязчиво поглаживая. Тело против воли расслаблялось, прося ещё немного ласки, побежали мурашки, напрочь сбивая дыхание. Преодолев второе противоречивое требование абсолютно неразумного сердца, Юнги кое-как взял себя в руки и, слегка сжав его предплечья, убрал Чимина с дороги. — Я уже и так опаздываю. — Меня не нужно ждать, я полностью готов. Не найдя больше весомых аргументов для отказа, он покачал головой и открыл двери. Поездка не заняла много времени и проходила в полной тишине. Было видно, что Пак несколько раз порывался что-то сказать, как-нибудь начать разговор, но в последний момент отказывался от своей затеи, нервно кусая губы. Несмотря на относительно спокойный вид, он волновался, потому что не знал, как подступиться. Юнги это видел, но не собирался облегчать ему задачу и так быстро прощать пять лет одиночества и тоски. Чимину придётся приложить немало усилий, если он действительно хочет остаться рядом. Они прибыли на место. — Я ненадолго заскочу, а потом могу отвезти тебя, куда скажешь. Наивно полагая, что парень будет ждать в машине, старший вышел на парковку перед многоэтажным зданием компании и с удивлением обнаружил рядом с собой Чимина. На немой вопрос, тот с робкой улыбкой ответил: — Хочу посмотреть, где ты работаешь. Если не возражаешь, конечно. Представляя, какой ажиотаж вызовет появление столь знаменитой личности, Юнги не стал спорить и позволил себя сопроводить. Приняв это за маленькую победу, Чимин едва сдержал рвущуюся наружу улыбку, что на долю секунды всё же успела засветиться на его лице. Как и предполагалось, стоило им зайти внутрь и преодолеть несколько коридоров, восторженные фанаты обступили со всех сторон. Кто-то выражал свою благодарность за тяжёлый труд, другие просили дать автограф или рассказать о новых проектах. Пак не ожидал такого напора, но старался держаться вежливо и профессионально, улыбаясь всем подряд. Танцора слегка оттеснили с дороги, чтобы не мешать другим. Юнги решил не вмешиваться и оставил его разбираться с этим самостоятельно, отправившись дальше. Сделав буквально ещё несколько шагов, он чуть нос к носу не столкнулся с бывшим любовником. — Земин, что ты здесь делаешь? Глупый вопрос. Ведь они работали в одной компании, собственно, так и познакомились, когда только что отучившийся красивый и яркий студент пришёл к ним устраиваться помощником менеджера. После расставания Мин переживал, что им не удастся избежать таких вот неловких столкновений, но сегодняшняя встреча стала первой. Отчасти этому способствовало отсутствие композитора на рабочем месте, так как написание текстов или сочинение музыки для нового проекта можно делать в небольшой домашней студии, которую он недавно оборудовал всем необходимым. — Хотел извиниться. Прости, что так безобразно повёл себя в тот вечер, да ещё и накануне твоего дня рождения. Мне очень жаль. Я хочу вернуть то, что между нами было. Давай попробуем начать всё заново. Что скажешь? Юнги мгновенно ощутил на своей спине прожигающий взгляд, а затем почувствовал, как в его ладонь нырнула чужая рука, уверенно переплетая пальцы и слегка сжимая. — Боюсь, что уже слишком поздно. — Стальным голосом сказал Пак, за секунду оказавшись рядом. Мин не успел как-либо отреагировать на это действие или самостоятельно что-нибудь ответить. Чимин не сводил с незнакомца глаз, недовольно поджав губы. Юнги лишь мельком успел глянуть на их руки, чтобы убедиться в том, что это происходит на самом деле. Более очевидного жеста не придумаешь. Стоявший перед ними парень сразу же растерялся, переводя непонимающий взгляд с одного на другого и ожидая каких-либо объяснений. Поняв, что их не будет, он попытался возразить. — Простите конечно, но… — Закончить ему не дали. — Прощаю. Доброго дня. Жёстко ответил танцор и буквально поволок дальше по коридору, хотя не знал, куда именно нужно идти. При этом весьма ощутимо задел плечом «соперника». Завернув за угол, Мин резко остановился и, наконец-то, освободил ладонь. — Чувство собственности взыграло, и ты вздумал свои права предъявлять? — Да. — Упрямо глядя в глаза и становясь вплотную, ответил Чимин. — Я не потерплю, чтобы рядом с тобой ошивались другие. Отныне этого не будет. — Мне теперь спрашивать твоего дозволения? Танцор понял, что немного перегнул палку, поэтому сбавил обороты и сделал пару шагов назад к противоположной стене. Видя смятение на красивом лице, старший решил окончательно привести его в чувства, поэтому «любезно» напомнил. — Ты здесь только проездом и скоро вновь уедешь. — Не зная этого наверняка, Юнги сказал так, чтобы заодно выяснить данный вопрос. — Не думаю, что стоит вести себя подобным образом. Могут поползти слухи, а тебе это вряд ли нужно. — Я остаюсь. Уже забыл данное мной обещание отдать тебе своё сердце взамен того, что разбил? Юнги медленно к нему приблизился, слегка нависая, несмотря на почти одинаковый рост. — Оно без надобности мне, потому что я больше ничего к тебе не чувствую. Пользуясь такой близостью, Чимин положил свою ладонь ему на грудь, ощущая взволнованный сердечный ритм, а затем с печальной улыбкой произнёс: — Ложь. Но для того, чтобы понять это, ты должен проснуться.