Проснись

Головная боль не прекращалась, но именно она заставила прийти в сознание. Чимин попытался лечь на бок. Хотелось сжаться в маленький комок и заскулить от того, как сильно всё болело. Кто-то положил руку на плечо, призывая оставаться в том же положении, на спине. — Осторожно. Не нужно делать резких движений. — Проговорил неизвестный голос. — Что случилось? — Слова с трудом вырвались из пересохшего горла. — Вы потеряли сознание и сейчас находитесь в больнице. — Из-за обычного обморока теперь сразу же увозят на скорой? — Из-за обморока нет, а вот нервное и физическое истощение являются «отличным» поводом. — Сурово отрезал врач. — Долго меня здесь продержат? — Зависит от того, как быстро вы пойдёте на поправку. Всё это время танцор лежал с закрытыми глазами, не желая мириться с реальностью. — Сейчас я проверю ваши жизненные показатели. Не возражаете? — Пожалуйста. Не найдя причин для беспокойства, доктор сказал: — Отдыхайте. Я зайду позже. Оставшись один, Пак медленно повернул голову в сторону. За окном ярко светило солнце. Часы, размещённые на противоположной от постели стене, сообщали о том, что сейчас десять часов утра. Он попытался сесть, но застонал от боли, совсем забыв про капельницу, воткнутую в руку. Напрямую Чимин так и не решился спросить. Неужели с ним действительно настолько всё плохо? Осторожно вернув голову на подушку, он стал вспоминать события прошедшего дня. Они с Хоби поехали навестить Юнги. Кажется, по дороге в больницу удалось немного поспать. Потом зашли в палату и…темнота. Из-за потери сознания оказался здесь и, похоже, застрял на некоторое время. В двери постучали, а через секунду в образовавшемся проёме возникло лицо Хосока. — Можно? — Да, проходи. — Я видел, что врач ушёл, поэтому решил тебя проведать. — Сказал Чон, присаживаясь на стул, стоявший рядом с постелью. — Как Юнги? Слишком очевидная надежда в голосе и во взгляде вызвала жалость на лице старшего друга. — Увы, без изменений. Пак вновь отвернулся к окну, собираясь с мыслями. — Я хочу к нему. — Твёрдо сказал он. — Не думаю, что… — Хён, пожалуйста. Я только взгляну и сразу же вернусь обратно. — Чон недовольно поджал губы, так как не хотел содействовать в нарушении больничного режима. — Пожалуйста. Мольба не позволила сказать «нет». Вскоре зашла медсестра, чтобы убрать капельницу. Хоби помог надеть халат, как только за девушкой закрылись двери. — Если я окажусь в тюрьме из-за тебя, можешь не навещать. — Возмущался он. — Договорились. Передвигаться быстро не получалось. В какой-то момент слабость взяла верх, и они были вынуждены остановиться. — Давай вернёмся? Ты отдохнёшь, а вечером я ещё раз приеду и сам отведу тебя. — Я в порядке. — Слабо прозвучало в ответ. — Да, оно и видно. — Хосок решил сменить тактику. — Ты провёл ночь в больнице не просто так, а потому что довёл себя до истощения. Когда ты в последний раз нормально питался? Отвечать на подобного рода вопросы Чимин не хотел, так как ему было нечего сказать в своё оправдание. Он нормально не спал и не ел с момента аварии. Вот и результат. — Хорошо. Пошли обратно. — Танцор сдался. Крепко держась за плечо друга, медленными шагами поковылял в противоположную сторону. Они не смогли преодолеть расстояние от палаты до лифта. Даже такой короткий путь оказался не под силу. Вновь опустившись на кровать, Пак закрыл глаза, всеми силами пытаясь унять тошноту и головокружение. — Отдыхай и набирайся сил. Вечером я приеду. Чимин молча кивнул, переведя на него усталый взгляд. Когда Хосок ушёл, Чимин захотел немного вздремнуть, чтобы время пролетело, как можно скорее. Он не успел додумать эту мысль, потому что двери снова открылись, и к нему зашёл другой врач. — Добрый день, господин Пак. Меня зовут доктор Кин. Я работаю в этой больнице психотерапевтом и пришёл, чтобы поговорить с вами. — Со мной всё в порядке. — Огрызнулся пациент. Его возмутило, что прислали специалиста именно в данной области. Он же не псих и попыток самоубийства не предпринимал. Вся эта ситуация не более, чем глупое недоразумение. — Вижу, что моё присутствие кажется оскорбительным, но не стоит так думать. Задача максимально проста. Мы побеседуем и, если потребуется, я назначу вам необходимое лечение. — Антидепрессанты мне не нужны. Чимин пробовал их, когда уехал в Штаты, бросив Юнги. Результат был не самым лучшим. Постоянная вялость, желание лечь и уснуть. Он сходил к другому специалисту, тот выписал новое лекарство, но история повторилась. Пришлось сцепить зубы и справляться самому. Упорство и труд до полного изнеможения принесли свои плоды. Вскоре, мысли о побеге от любимого человека и полный обрыв с ним связи уже не так остро беспокоили. Но Чимин не переставал об этом думать. Никогда… — Хорошо. Давайте рассмотрим другие варианты. — Мужчина уже вооружился блокнотом, в котором что-то записывал. Пак даже не заметил, когда это произошло. — Сколько часов в сутки вы спите? Поняв, что от него в любом случае не отстанут, Чимин вздохнул и попытался сесть поудобнее. К счастью, беседа не продлилась слишком долго. Когда опрос подошёл к концу, его неимоверно клонило в сон. — Спасибо за уделённое время. — Можно подумать, ему предоставили хоть какой-то выбор. — Завтра я ещё раз к вам загляну. Ничего не ответив, танцор отвернулся и почти мгновенно уснул. Казалось бы, он только прикрыл веки, а его снова разбудили. Медленно подняв заспанные глаза, Пак увидел, что на улице опустились сумерки. Покой потревожила медсестра, которая принесла ужин. Она не уходила до тех пор, пока тарелка не опустела. Такое чувство, что он находился здесь с диагнозом расстройство пищевого поведения, и без надзора просто смыл бы всю еду в унитаз. Едва Пак успел закончить, в палату зашёл Хосок. — Привет. Выглядишь намного лучше. — Спасибо здешнему персоналу. Чимин посмотрел на медсестру, которая убирала с его кровати поднос, а затем так очаровательно ей улыбнулся, что девушка вмиг покраснела. Он сделал это не просто так. Танцор надеялся таким образом показать, что с ним всё в порядке, и нет причин для столь жёсткого контроля. Если он окажется достаточно убедительным, возможно, в следующий раз ему позволят без свидетелей принимать пищу. Хотелось бы верить. Как только они остались вдвоём, Пак решительно посмотрел на гостя. — Я хочу его увидеть. На этот раз спорить Чон не стал. Страхуя на тот случай, если станет плохо, он шёл максимально близко, не спуская глаз. Внутри палаты находился Чонки. — Привет. Как ты? — Спросил он, едва увидев Чимина. — Прости, что так получилось. — Парень тут же почувствовал за собой вину. У него в доме находился старший брат Юнги, но вместо оказания гостю радушного приёма, он прохлаждался здесь, валяясь на больничной койке, потому что упал в обморок из-за дурацкого истощения. Подумаешь, пару раз забыл позавтракать. Может быть, ещё и поужинать. — Брось. Всё в порядке. — Затем Мин-старший перевёл взгляд на небольшую сумку. — Я привёз тебе чистые вещи. — Это я попросил, чтобы ты мог чувствовать себя комфортно. — Пояснил Чон. Суета вокруг него душила и была совершенно ненужной. Гнев и паника грозили в любой момент вырваться наружу громким криком. Немного успокоившись, Чимин заставил себя произнести максимально нейтральным голосом: — Могу я побыть с ним наедине? Чонки переглянулся с Хоби. Видя напряжённое состояние, тяжело вздымающуюся грудь и дрожь в руках, оба поспешили на выход. Долго стоять на ногах оказалось утомительным. Пак осторожно лёг рядом и, глядя на спокойные черты лица, прошептал, уже плача: — Я прошу, очень сильно прошу. Проснись. Сделай это ради меня. Он не знал, сколько пробыл в палате, но радовало то, что их никто не беспокоил. В какой-то момент глаза перестали открываться, и Чимин провалился в сон.