Проснись

Чимин вновь дотронулся до разбитой губы, что неприятно пульсировала. Открытая ранка приносила дискомфорт каждый раз, когда в неё попадала слюна. Заживляющая мазь, купленная сопровождавшим его помощником, лишь добавляла неприятных ощущений. В пятницу на репетиции он будет «отлично» выглядеть. Мур не упустит шанса, чтобы прокомментировать такой жалкий внешний вид. — Сильно болит? — Спросил парень из стаффа, сидевший напротив. — Терпимо. Обратная поездка в Сеул тем же маршрутом позволила заново пережить события вчерашнего вечера.

***

Сонэ стояла на лестнице, ведущей на второй этаж и смотрела на него с непониманием. — Мальчик мой, что случилось? Кто звонил? Шок после того, что услышал, видимо, слишком ярко отразился на лице. Верить не хотелось. Смотря прямо в глаза мачехе, он чуть слышно спросил: — Ты вспомнила обо мне только по тому, что нужны деньги? Не ожидая такого, госпожа Пак на секунду опешила. Но потом маска притворства слетела с некогда красивого лица, а взгляд стал более жёстким. Тонкие губы сжались в прямую линию, подбородок гордо взлетел вверх. — Ну должна же от тебя быть хоть какая-то польза. — Она сделала несколько шагов вниз. — Твой отец всегда был слишком мягок. И вот к чему это привело. Непутёвый сын, оказавшийся ещё и геем. — Если вам так противно, зачем же я здесь? — Всё, чего ты достиг, стало возможно только благодаря тому, что однажды я выставила тебя за дверь. Смотри, какие замечательные плоды это принесло. — Ещё одна ступенька вниз, и вот они оказались стоящими лицом к лицу. — Смазливое личико стало очень популярным и востребованным. Неожиданно рука взметнулась вверх и наотмашь ударила по лицу. Расположенный в кольце камень рассёк губу до крови, заставив тут же застонать от сильной боли. Чимин по инерции дёрнулся в сторону, находясь в шоке от произошедшего. Сонэ хотелось в полной мере насладиться страданиями своего пасынка. Она схватила его за подбородок, заставляя вновь смотреть в глаза и прошипела: — Ты должен сполна заплатить за все годы, что я смиренно терпела твоё присутствие. Пак дёрнул головой, освобождаясь от чужой руки и не сводя глаз. Как же наивно было с его стороны верить, что эта женщина могла измениться и воспылать к нему любовью. — Сколько? — Спросил он. — Что? — Сонэ не поняла вопроса. — Сколько я «должен» тебе? Назови сумму, и я сегодня же переведу деньги на твой банковский счёт. Поняв, что план раскрыли, она уже думала, что осталась ни с чем, но слова Чимина заставили зло прищуренные глаза вновь загореться жадным огоньком…

***

На душе было очень паршиво, а находиться в родительском доме вообще невыносимо. Узнав сумму и получив реквизиты, он вызвал такси и вернулся в гостиницу. Увидев разбитую губу, прибывшие с ним сотрудники начали суетиться и беспокоиться. Каждый переживал, кто-то даже предложил вызвать полицию, чтобы во всём разобраться. Конечно же, Чимин не позволил этого сделать. Он пролежал до самого рассвета с открытыми глазами, потому что так и не сумел заснуть. Не тратя времени, они с утра выдвинулись в обратный путь. Практически всю дорогу танцор ловил на себе сочувствующие взгляды. Команда знала, к кому он ездил и с каким настроением вернулся, не говоря уже о внешнем виде. Пак сбросил информацию по поводу денежного перевода менеджеру, попросив контролировать каждую потраченную вону. Тот не стал задавать лишних вопросов, пообещав всё сделать. Первым делом хотелось попасть к Юнги в больницу, но к моменту их возвращения было ещё слишком рано. Путь лежал в квартиру Хоби. Чон ещё находился дома. Кажется, сегодня у него выходной. Удивлённо посмотрев на открывшуюся дверь и увидев вошедшего тонсена, он с беспокойством спросил: — Ты уже вернулся? Тяжело вздохнув, Чимин сбросил вещи и прошёл на кухню, чтобы попить воды. Начинающая подсыхать ранка снова дала о себе знать, заставив поморщиться. Обернувшись на старшего друга, парень лицезрел на его лице шок. — Что случилось? Присев за стол, Пак рассказал о том, как съездил домой. Перед поездкой он предупредил Хосока, чтобы не терял. Чимин не переставал нервно сжимать в руке стакан, пока говорил. Услышав об истинных мотивах, подтолкнувших разыскать пасынка, Чон возмущённо произнёс: — Что за наглость такая? Надеюсь, ты послал её куда подальше? — Я даже сообразить не успел, как получил удар по лицу. — Прости, конечно, но твоя мачеха настоящая дрянь. Печально улыбнувшись, танцор сказал: — Я оплатил её лечение и проживание. Хоби не поверил своим ушам. Наклонившись к нему, он задал вполне резонный вопрос: — Но зачем? Она же этого не достойна. — Отец любил её, и Сонэ всё-таки меня вырастила. Позаботиться о ней мой долг. Чон покачал головой, выражая своё несогласие, но спорить не стал. Решив сменить тему, Чимин спросил: — Как ты поживал всё это время? Я пропустил что-нибудь интересное? Закрыв неприятную для обоих тему, они поделились новостями. — Прости, что редко звонил. В студии так много работы, что я прихожу без сил и сразу же отрубаюсь спать. — Ничего страшного. Я встретил бывшего одногруппника, который помог мне в одном деле. — Пак внимательно смотрел в глаза, решаясь попросить о сокровенном. — Чонгук приходил в палату и подносил телефон к уху Юнги. Мне хотелось, чтобы он слышал мой голос и знал, я ни на секунду про него не забываю. — Чимин… — Проблема в том, что его выписали, а я вечером снова улетаю в Нью-Йорк. — Чон понял, что парень собирается спросить. — Сможешь ли ты это делать, хён? — Я могу. Одновременно повернувшись на голос, они увидели Намджуна. Он прошёл на кухню, пояснив своё внезапное появление: — У вас входная дверь приоткрыта. — Видимо, я не плотно захлопнул. — Виновато сказал Пак, глядя на Хоби. — Прости. — Насчёт твоей просьбы, Чимин. — Ким продолжал стоять, не отводя глаз с танцора. — Я готов помочь, если требуется. Чимин поднялся на ноги и подошёл ближе. Суровый взгляд, которым обычно на него смотрел этот человек, смягчился. Неожиданные изменения, произошедшие с момента последней встречи, которая была ещё на похоронах Сокджина, сбивали с толку. — Хён, ты не обязан… — Я этого хочу. Юнги ведь и мой друг. Уверен, он сделал бы для меня тоже самое. Чувство благодарности затопило с головой. Слова застряли в горле, перекрываемые рвущимися наружу слезами. — Спасибо. — Прозвучало едва слышно. Хосок не смог с ними поехать в больницу, так как сестра попросила приглядеть за племянником. Тишина, сопровождавшая их всю дорогу, разбавлялась только негромкой музыкой. Намджун остался снаружи палаты, давая Чимину возможность ещё раз попрощаться, так как уже через несколько часов его ждал самолёт. Обойдя кровать и присаживаясь с левой стороны, он взял за руку и несильно сжал. Ответной реакции не последовало, но было бы глупо ждать чего-то подобного. — Прости, мне придётся снова ненадолго уехать. — Пак взглянул на бледное лицо и поджал губы. — Я бы очень хотел остаться рядом с тобой. Отпустив ладонь и поднявшись на ноги, он подошёл к окну. Жаркий летний день уже был в самом разгаре. Пока они с Намджуном добирались до больницы, пришлось включить кондиционер. А внутри палаты стоял какой-то леденящий душу холод. Оглянувшись, Чимин поймал себя на неутешительной и даже постыдной мысли, что ему не хочется здесь больше ни минуты находиться. Стены давили со всех сторон, дышать тоже практически не получалось. Вернувшись к постели, он опустился на колени рядом с изголовьем. — На самом деле, я всем сердцем желаю вместе с тобой оказаться за много тысяч миль отсюда. — Он погладил тёмные пряди. — Я представлял для нас совершенно другую жизнь. Но для того, чтобы понять это, ты должен проснуться. Увидев его выходящим из дверей, Намджун встал. — Ещё раз спасибо, хён. Это очень много для меня значит. Ким молча кивнул, не зная, что сказать. Озвученное в квартире друга предложение вырвалось так внезапно, что слегка напугало. Поездка в машине помогла всё обдумать и прийти к выводу, что он действительно хочет это сделать. Юнги не причастен к смерти Джина, как и Чимин. Разница лишь в том, что один лежит в коме и не может ничего ответить, а второй не посмеет даже возразить, чувствуя себя виноватым в произошедшем. Но так не должно продолжаться. Ничьей вины в случившейся трагедии нет. Открыть рот, чтобы извиниться, не получилось. Но Пак видел всё по глазам и даже улыбнулся ему, давая понять, что не держит обиды. — Могу спросить, что с губой? — Этот вопрос крутился на языке с того момента, как увидел. — Неудачная встреча с родственниками. — Отшутился парень, отводя печальный взгляд. — Понятно. — Сказал Джун. — У меня есть твой номер. Буду ждать звонка в любое время. — Хорошо. Попрощавшись, танцор направился в сторону выхода.