Why you don't truth serum an Addams

Никто не хотел двигаться, некоторые были слишком напуганы, чтобы даже дышать, в результате чего по крайней мере двое из клыкастых и сирена потеряли сознание. Бьянка пыталась сдержать улыбку. Это было именно то, чего она хотела! Доказать, что у Аддамс есть эмоции, просто они были похоронены глубоко, глубоко, глубоко, глубоко внутри. И этого ли она ожидала? Да ни хрена подобного. ТАКОГО никто не мог ожидать. Лицо бедной Инид было ярко-красным, и она с трудом выдавливала из себя слова. Уэнсдей все еще стояла перед ней на одном колене и нежно целовала ее руки. Бедный Ксавьер выглядел так, словно кто-то переехал его щенка в рождественское утро, Йоко ехидно ухмылялась, а Аякс был под таким кайфом, что Бьянка сомневалась, знает ли он, где находится. Затем глаза Инид вспыхнули ярким желтым цветом. — Что случилось с Уиллой? Меня не было 2 минуты! Оборотень наклонилась и взяла лицо Уэнсдей в свои руки. — Уилла, ты в порядке? Ты какая-то теплая, Уилла, ты никогда не бываешь теплой! Уэнсдей, казалось, уловила только часть переживаний Инид. Она осторожно положила свои руки на руки блондинки и начала шептать. — Mi amor, ты в порядке? Что случилось? Как я могу все исправить и вернуть твою прекрасную улыбку на лицо? — Уэнсдей медленно повернулась к столу, за которым сидели их друзья. — Они доставляют тебе неудобства, любовь моя? Хочешь, я позабочусь о них? — Рука девушки начала двигаться к одному из ее многочисленных скрытых оружий. — Нет! Нет, нет, давай не будем этого делать, — Инид стремительно ухватила Уэнсдей за руку. Блондинка посмотрела на своих друзей. — Лучше один из вас скажет мне, что вы сделали с моей лучшей подругой прямо сейчас, или я начну отрывать головы! Все практически слышали, как гот упал в обморок. Бьянка была первой, кто встал. — Хорошо, мы расскажем все, но нам, наверное, лучше уединиться. Только тогда Инид поняла, что все смотрят на нее и Уэнсдей. — Хорошо, мы можем пойти в нашу общагу, но я хочу получить ответы сразу же, как только мы придем. Добраться с Уэнсдей до общежития оказалось очень сложно, юная готка не хотела отрывать взгляд от оборотня ни на секунду, в результате чего она наступала на ноги, хвосты и щупальца многих своих одноклассников. В конце концов они добрались до комнаты в общежитии. От удара открывшейся двери Вещь проснулся и подскочил, глядя на группу из шести человек, только что вошедших в комнату. Он очень быстро заметил, что с Уэнсдей не все в порядке. Как он узнал? Ну, это было очень просто. Он был ее многолетним компаньоном и лучшим другом, а еще она держалась за руку с Инид и не сводила с нее глаз. Это было очень настораживающе. Уэнсдей не была человеком, который часто моргает, но даже он никогда не видел, чтобы она так долго на что-то пялилась. Он начал неистово стучать по столу, пытаясь привлечь внимание Уэнсдей или Энид. К сожалению, он привлек внимание только мальчика-горгона. — Инид, твой маленький ручной чувак сходит с ума. «Маленький ручной чувак», — сказал он, но ничего в нем не было маленького! На самом деле он был очень большой рукой! И эта очень большая рука очень беспокоилась за свою сестру. Вещь начал стучать громче: ИНИД, ЧТО НЕ ТАК С УЭНСДЕЙ? Блондинка повернулась к нему лицом. — Я не знаю, именно это и хотели сказать мне эти четверо. Затем они повернулись к друзьям, а Уэнсдей начала играть с волосами Энид, чтобы занять себя на какое-то время. После нескольких секунд молчания Бьянка снова поняла, что она долж- — Я не имею к этому никакого отношения, Инид. Я просто пытался поспать в классе, но она продолжала меня пинать! А потом она сказала Ксавьеру, что мы дадим Уэнсдей зелье, которое мы сделали, и добавим его в ее чай! И они с Йоко были полностью согласны. Они даже не спросили меня, хочу ли я, так что я вроде как обиделся, но я бы сказал «нет», потому что я хочу дожить хотя бы до 21 года, понимаешь? После словесной блевотины, вырвавшейся изо рта Аякса, Инид смогла соединить точки. — Вы, ребята, накачали Уэнсдей наркотиками? Зельем, которое усиливает эмоции. Но как? Все ваши зелья были ужасны. Йоко слегка прочистила горло, прежде чем заговорить. — Я сделала партию, которую мы использовали на Уэнсдей, Ксавьер сделал две для сдачи, а Бьянка просто наплевала в свою колбочку, я думаю. Но мы не ожидали, что все получится именно так! Мы просто думали, что она будет добрее или что-то в этом роде, а Ксавьер просто хотел узнать, влюблена ли она в него тайно или нет. Я думаю, что теперь ответ довольно ясен. Вещь не мог поверить своим отсутствующим ушам; Уэнсдей каким-то образом была одурманена тремя тупицами. Она нашла людей, с которыми потеряла бдительность, а они подмешали ей зелье в напиток и превратили ее в… в Гомеса! О, дорогой Сатана, Гомес и Мортиша убьют его. Вещь заметно задрожал при мысли о том, что главы семейства Аддамс сделают с ним. Они, наверное, оставят его в темном шкафчике, пока он не потеряет загар и его кожа не высохнет, они оторвут ему пальцы и пришьют их задом наперед, они свернут его в бекон и отдадут Пуберту! Уэнсдей впервые оторвала взгляд от Инид и посмотрела на Вещь, наклонилась и взяла его на руки. — Вещь, что случилось, мой друг? Не нужно бояться, никто не причинит тебе вреда, ты не сделал ничего плохого, — сказала она утешительно, чего, по правде говоря, никто в комнате не ожидал. Хотя это должно было заставить Вещь чувствовать себя лучше, это только ухудшило его самочувствие. Уэнсдей была совершенно одурманена, он не знал, как много из разговора она слышала и воспринимала. Какой бы отвар ей ни дали, он был достаточно силен, чтобы не дать ей сосредоточиться на нескольких вещах одновременно. Он прополз по руке Уэнсдей до ее плеча, где он изобразил что-то близко похожее на рыдание. Инид была в растерянности; она знала, что зелье, которое они использовали, не должно было дать такого эффекта. Профессор сказал, что оно безвредно в… малых дозах. — Сколько ты ей дала? Группа посмотрела на Бьянку. — Я просто вылила то, что дала мне Йоко. Брови Йоко взлетели вверх. — Ты не должна была вливать всю дозу! — Почему ты тогда не сказала об этом? — Это было написано на бутылке! — Так, все заткнулись, пока я к вам не обратилась, — сказала Энид, — Йоко, как долго это должно длиться? — Ну, это должно было длиться меньше дня, но с тем, сколько Бьянка туда напихала, это, наверное, будет больше 2-3 дня. Блондинка провела руками по волосам и тяжело вздохнула. — Так, значит, нам нужно продержаться до выходных, — она повернулась лицом к брюнетке, которая по-прежнему пыталась утешить Вещь, — всего три дня, мы можем продержаться три дня.