Потребность

За неделю Гермиона успела переделать множество дел. Ей ужасно нравилось заниматься организацией праздника. Хотя ее и бросила Лаванда с Парвати, но одна она не осталась. Очень скоро девочки с Пуффендуя предложили ей помощь, а Луна совершенно неожиданно принесла особенное меню для праздника. Гермиона отнесла меню на кухню и договорились с домовиками, выбрала конкурсы с девочками с Пуффендуя и отправила сову в «Сладкое королевство», чтобы заказать шоколадный фонтан. Но что бы она ни делала, мысли время от времени возвращались к Малфою. И каждый день, глядя на него в Большом зале (ну почему столы их факультетов стоят напротив?!), она думала о том, что в пятницу они снова будут чистить котлы вместе. Эта мысль, помимо ее воли, наполняла ее сладким предвкушением. И Гермиона ждала пятницу. И вот — в пятницу вечером она пришла в кабинет Снейпа, а там вместо Малфоя стоят две девочки на несколько курсов младше. — Вы кто? — спросила Гермиона. — Бриджит. — Я Роуз. — Профессор Снейп сказал нам прийти сегодня мыть котлы, — объяснила Бриджит. — Ну хорошо, — сказала Гермиона, пытаясь не показать свое разочарование. — Здравствуйте, профессор! — повернулись дети к двери. — Я не профессор! — процедил Малфой, оглядывая девочек недовольным взглядом. Он увидел Гермиону и зашел в кабинет. А за ним в кабинет зашли один… второй, третий младшекурсник… — Привет, мы пришли, — сказали мальчики, испуганно оглядывая полки профессора, откуда на них пялились заспиртованные глаза и тянули щупальца самые странные твари. — Вы тоже мыть котлы? — прищурилась Гермиона. — Нет, мы переделывать эссе. — Надеюсь, в этот раз обойдется без инцидентов. — Дверь распахнулась, и в кабинет быстрым шагом вошел Северус Снейп. — Без чего? — спросил мальчик. — Профессор говорит, — ухмыльнулся Драко, — что надеется, что в этот раз котелок не взорвется. Мальчики опасливо посмотрели на котлы. — Он шутит, — сказала Гермиона. — Вот ваши губки, вот котлы. Вопросы будут? — Снейп окинул учеников сердитым взглядом. — Почему котлы нельзя было помыть сразу? — пропищал первокурсник. — Вашего мнения не спрашивали, мистер Питерс. Вы наверное из магловской семьи, поэтому не знаете правил? — прошипел Снейп. — Я недавно узнал, что я волшебник, — смутившись, пробормотал мальчик. — Так вот, котлы здесь моют провинившиеся ученики, а не профессора. — Я понял. — Мы пришли переделывать эссе, — сказал мальчик постарше. — Вы нам поможете, профессор Снейп? — У меня сейчас есть другие дела. — Я помогу вам, — шепнула мальчику Гермиона. Снейп удовлетворенно оглядел класс. Он пригласил всех провинившихся в одно время, чтобы не оставлять Драко наедине с Гермионой Грейнджер. Он бы и сам остался в кабинете, но он слишком не любил детей, чтобы находиться с ними рядом еще и в пятницу вечером. — И держитесь подальше от моих растений, — проворчал он напоследок. Снейп ушел, а Гермиона оглядела кабинет: трое первокурсников, две девочки постарше и гора грязных котлов… Вот тебе и вечер пятницы. А ведь ей еще надо успеть в Хогсмид забрать шоколадный фонтан в «Сладком королевстве». Если станет очень поздно, то придется попросить Рона пойти с ней. Скорее всего так и придется сделать! Не идти же вечером в Хогсмид одной в такое неспокойное время. Гермиона положила куртку на стул и украдкой взглянула на Малфоя. Он с мрачным выражением на лице рылся в своей школьной сумке. Честно говоря… она ожидала совсем не такой вечер. Всегда, когда чего-то слишком сильно хочешь, всё идет не так. А она слишком ждала эту отработку. Слишком мечтала о ней. Драко тоже обвел класс недовольным взглядом. Он не хотел позорно мыть котлы с младшекурсниками. Он хотел быть с Грейнджер, а не это всё… — Ладно, — сказал он, доставая из сумки пузырек с зельем. Вообще-то он приготовил его в Выручай-комнате, чтобы облегчить им работу и чтобы впечатлить Грейнджер. — Ты берешь эти три горшка, — он кивнул одной девочке, — а ты эти три, — он кивнул второй. — А это универсальное чистящее зелье. Ну ладно, не совсем универсальное. Если средство вступит в реакцию с остатками зелья и котелок взорвется… — Правда, взорвется? — воскликнули дети хором. Драко знал, что ничего не взорвется, потому что Снейп всю неделю готовил жаропонижающее и антипростудное зелья для мадам Помфри. Универсальное зелье подходило, чтобы мыть котлы после этих зелий. — Драко шутит, — сказала Гермиона. В ответ он удивленно поднял бровь. — Оно, правда, не взорвется, Малфой? — шепнула Гермиона ему на ухо. Драко ответил не сразу, наслаждаясь тем, как ее волосы щекочут его шею. — Не взорвется, — ответил он. — А что будете делать вы? — Девочка называла высокого, одетого в строгий костюм Малфоя на «вы». — Я? У недовольных я заберу зелье, и они будут чистить котелок водой. — Мы с Драко Малфоем возьмем эти два оставшихся котла, — сказала Гермиона, чтобы помочь девочкам. Благодаря чистящему зелью они закончили мыть котлы пораньше. Девочки ушли, а Гермиона осталась, чтобы помочь мальчикам с эссе. Драко осматривал мрачный кабинет. Он мог бы уже уйти, но он сделал вид, что его ужасно интересуют полки профессора со всякой заспиртованной гадостью. Он рассеянно обводил полки глазами, то и дело бросая взгляды на Грейнджер. Разве он мог подумать ещё год назад, что начнет любоваться ею? Что будет считать ее самой красивой девушкой курса? Разве он думал ещё год назад, что согласится мыть котелок, который мог бы помыть за него младшекурсник, только чтобы понравиться ей? Разве он мог подумать ещё год назад, что будет ждать отработку у Снейпа, чтобы побыть с нею рядом? Гермиона объясняла детям особенности приготовления зелья от кашля. Когда мальчики начинали писать, она украдкой глядела на Малфоя. Он рассматривал эти ужасные склянки со всякой мерзостью. Какой же он красивый! Ещё год назад он казался ей слишком тощим, слишком наглым, слишком… А теперь… Гермиона отвернулась и взглянула на часы на стене. Было почти семь. Сегодня она не успеет забрать фонтан из «Сладкого королевства». Если только она не полетит на метле… Мальчики все не заканчивали с эссе, и Гермиона начинала нервничать. Она точно теперь не успевала! Наконец, младшекурсники собрали свои вещи и под недовольный взгляд Малфоя бросились прочь из кабинета. Гермиона подняла со стула куртку. — Куртка? — Малфой поднял бровь. — Я собираюсь в Хогсмид, — объяснила Гермиона. — Мы заказали в «Сладком королевстве» шоколадный фонтан для бала. А сегодня от них пришла сова: нам сказали, что сегодня вечером его можно будет забрать. Только не говори никому про фонтан. Это сюрприз. — Сюрприз? Да об этом все говорят. — Ты шутишь? — Не шучу. Все знают и про фонтан, и про то, что ты собираешься устраивать на балу игру в бутылочку… — Что? Какая бутылочка? Я не собиралась устраивать игру в бутылочку — Лаванда и Парвати всем растрепали! Ещё и придумали то, чего нет! — Ладно, мне пора, а то не успею. — Ты и так не успеешь. Кафе закрывается в восемь, а уже семь вечера. — Я полечу на метле. — Грейнджер, ты собираешься вечером в Хогсмид? Одна? Ещё и на метле? Вообще-то она должна была идти с Гарри и Роном, как всегда, это не обсуждалось — Драко понял это. Понял, что она собирается туда не одна. Эта мысль пришла им обоим в голову одновременно — и оба замолчали. — Я тебя отвезу на своей метле, — сказал он. Драко знал, что она откажется, знал, что выберет Поттера и Уизли — это было бы нормальным. Она должна так сделать. Ведь это нерушимое правило их курса: Поттер, Грейнджер и Уизли всегда и везде вместе. Они золотое трио, которое он много раз задевал и от которого огребал не раз. Нерушимое Золотое трио. Но он все равно предложил ей. Наверное, ему просто нечего терять. Может, через пару месяцев его вообще не будет в этом мире. — Конечно, — разве могла она ответить иначе? Она всю жизнь жила ради друзей. Она совершала нехорошие поступки ради них. Она подожгла на квиддиче магию Снейпа, потому что думала, что Снейп заколдовывает метлу Гарри. И она никогда не думала о себе: о своих желаниях и чувствах. — Спасибо. Гермиона улыбнулась. Драко хотел уже вздернуть голову и с ухмылкой заявить, что делает это только ради того, чтобы прогуляться в Хогсмид. Но вместо этого он подошел к ней и убрал назад прядь волос, которую она весь вечер безуспешно пыталась сдуть со лба. — Она все равно упадет, — сказала Гермиона. В этом жесте не было ничего от их прежних отношений, когда Драко мог прижать ее к стенке просто потому, что она его выбесила и он решил ее проучить. Это был дружеский жест, а именно дружбы между ними быть не могло. Могла быть страсть, упреки, подколы, но не это… Сейчас самым правильным было бы взять ее за руку и пойти в Хогсмид, обсуждая уроки и жалуясь на Снейпа, но это было не для них. Держаться за руки — это для обычных людей, которые могут любить другу друга без страха, что их не поймут и не примут. Это для людей, которым нечего друг от друга скрывать, для людей, которые однажды не наставят палочки друг на друга, потому что они воюют на разных сторонах. Гермиона не сводила с него глаз и, наверное, читала его мысли. — Идем, — сказала она. — Сейчас. Метлу захвачу. Драко ушел в слизеринские общежития, а Гермиона осталась ждать у лестниц. И пока она его ждала, сердце трепетало от предвкушения. Наконец, он вернулся: с метлой и пальто в руках. Они шли рядом — как будто в этом не было ничего странного, ничего необычного, будто так и надо. Выйдя из подземелий, они повстречали в коридоре Невилла. — Невилл, скажи мальчикам, что я отправилась в Хогсмид за шоколадным фонтаном. — Хорошо, — ответил Невилл, не сводя с Драко напряжённого взгляда. Невилл ненавидел его — и было за что. Все эти годы Драко высмеивал его, и не он один. Но именно от Драко ему чаще всего доставалось. — А с кем ты идешь? — спросил Невилл. — Хочешь я тебя провожу? — Не надо, меня отвезет на своей метле Др… Малфой. — Ты уверена? Я скажу Макгонагалл, что тебя повез Малфой. — Не беспокойся, Невилл, я не собираюсь ее похищать, — усмехнулся Драко. — Я просто хочу в пятницу вечером выпить сливочного пива в «Трех метлах», пока вы все вынуждены сидеть в школе. — Все будет хорошо, Невилл, — сказала Гермиона. Драко повернулся к выходу из замка. Он услышал, как Гермиона прощается с Невиллом. Она нагнала его, и они снова пошли рядом. К счастью, они никого больше не встретили в коридорах. На улице темнело. Сыпали снежинки. Драко сел на метлу и сказал: — Садись за мной. Крепко обхвати меня, потому что лететь мы будем быстро. Гермиона вспомнила его слова на рождественской вечеринке: «Знаешь, Грейнджер, никогда не думал, что буду танцевать с маглорожденной». Интересно, думал ли он когда-нибудь о полетах с ней? Гермиона села за ним. Почувствовав его запах, глубоко вдохнула воздух. А потом прижалась к его спине, обхватив его руками. Ей было страшно. Ее прошлый полет не был удачным, и приятным тоже не был. И кто придумал все эти романтичные эпитеты: «пронзить древком звездное небо», «улететь в небеса» и прочую чепуху? Летать опасно, холодно и неприятно. — Мне страшно, — прошептала она. — Просто держись крепче. Я не буду гнать, обещаю. Гермиона обняла его. Прижалась к его спине что было силы. А потом метла оторвалась от земли. Метла поднималась в воздух плавно и аккуратно — совсем не так, как взлетела в прошлый раз метла Гарри. Наверное, характер хозяина отпечатывается и на метле. Гарри импульсивный, он никогда не думает, прежде чем сделать что-то. Малфой владеет собой гораздо лучше. Гермиона крепко обнимала Драко. Он поднялся высоко, и они летели не спеша. И еще — холодно не было. Их окутывали согревающие чары, а может это тепло тела Драко согревало ее. Ветерок проносился мимо, легкий и незлой. Снежинки продолжали сыпать. Внизу Гермиона видела горы, реку, темное зеркало Черного озера и Запретный лес. Небо меняло цвет каждую секунду. Это было так нереально, волшебно — так хорошо, как просто не может быть. Лететь с Драко Малфоем, который в жизни бы не прикоснулся к грязнокровке. Лететь с человеком, о котором она думала все эти дни. Голос сомнения, который мучил ее постоянно, утих. И она просто наслаждалась полетом и его близостью. Драко летел медленно, очень медленно. В прошлый раз он преодолел это расстояние за несколько минут, но сейчас он хотел растянуть мгновение. Он хотел чувствовать, как Гермиона прижимается к нему… Он хотел забыть, что между ними нет ничего общего и никогда не будет, он хотел хотя бы немного побыть с ней. Но все заканчивается. Внизу показались заснеженные крыши домов и освещенные лабиринты улочек — Хогсмид. Драко приземлился перед дверью «Сладкого королевства». Уже полностью стемнело. В «Сладком королевстве» почти не осталось посетителей — только сидела какая-то парочка у окна и за прилавком скучали официанты. Внутри было тепло — Гермиона только тут поняла, как холодно было в небе. — Вы вернулись со своей девушкой? — спросила Драко хозяйка кафе, когда они вошли. Малфой промолчал. — Мы из Хогвартса, — ответила Гермиона, — мы заказали шоколадный фонтан к дню Святого валентина. — Вам придется немного подождать. Мы сейчас его упакуем и уменьшим. Драко сел за столик, Гермиона напротив. Малфой снял пальто и откинулся на стуле. Гермиона сняла куртку. — Что ты хочешь? — Не знаю, — ответила она. — Что-нибудь горячее. Официант принес меню. Обычно в «Сладком королевстве» за все платил Гарри. Он вечно покупал кучу всяких сладостей для друзей. В прошлый раз она платила сама, и ей хватило денег на две шоколадки, и сейчас того, что у нее было с собой, хватило бы на чашку горячего шоколада. — Мне горячий шоколад, — сказала она официанту. — С малиновым сиропом? Со взбитыми сливками? С карамелью? Или наш особый ко дню Святого Валентина? С сиропом из розовых лепестков и свежей малиной? Ей хотелось с сиропом из розовых лепестков, и ей ужасно захотелось свежую малину. Свежая малина в феврале! Но денег ей хватало только на самый простой шоколад. — Самый обычный. — Сладкий или без сахара? — Сладкий. — Горячий или теплый? — Горячий. — Что пожелает господин? — официант обратился к Малфою. Драко посмотрел в меню. — Капуччино, — сказал он и добавил: — И принесите девушке еще один шоколад. С сиропом из розовых лепестков. У нее особая любовь к лепесткам. Гермиона нахмурилась, но от шоколада отказываться не стала. За окном продолжал падать снег. Они никогда не были так близко вне школы. Но сейчас казалось совершенно нормальным, что они сидят рядом: Малфой, который всегда относился к презрением к таким, как она, и лучшая подруга Гарри Поттера. — Здесь красиво, — сказала Гермиона, оглядывая украшенный к дню Святого Валентина зал. — Столько сердец. Когда они успели украсить? «Вернулись со своей девушкой…» — всплыли в голове слова хозяйки. Но когда Малфой успел тут побывать? Наверное, в тот день, когда он прогулял школу… В этом не было ничего необычного, но Гермиону стало тревожить гнетущее чувство, которое она не могла себе объяснить. Что-то было не так — но она не могла понять, что именно. Она вспомнила все подозрения Гарри. Скользнула взглядом по руке Малфоя. Конечно, под водолазкой она ничего не смогла увидеть. Вернулся официант. Он поставил на стол кружки с капучино, с горячим шоколадом и с шоколадом, украшенным взбитыми сливками, розовыми лепестками и малиной. — Свежая малина! Гермиона положила ягоду на язык, раздавила ее и зажмурилась от удовольствия. Драко смотрел, как ягода исчезает у нее на языке. Она закрыла глаза и сладко простонала: «М-м». — Необычно… — она отпила шоколад. — Я хочу попробовать. — Конечно… — Гермиона придвинула ему шоколад. Малфой встал и, перегнувшись через стол, коснулся ее губ. Его язык медленно скользнул по ее языку, а затем он отстранился. — Неплохо… Гермиона вспыхнула. Огляделась. Никто не смотрел на них. — Не вздумай, нет… Малфой, нет! — У тебя же есть свой? — он поднял бровь, забирая шоколад с розовыми лепестками себе. — У тебя нездоровая тяга к розовым лепесткам, — проворчала Гермиона. Он ухмыльнулся. И когда он отпил немного, Гермиона послала конфундус в официантов. А затем потянулась через стол и поцеловала его сама. — Нас увидят, — прошептала Гермиона, пытаясь успокоить сбившееся дыхание. — Какая разница? Драко действительно в тот момент стало все равно. Но они сидели напротив друг друга, борясь с желанием сесть рядом и вести себя, как самые обычные влюбленные. — Ты замечательно летаешь, — сказала Гермиона, наслаждаясь шоколадом с розовым сиропом. — Я давно это заметила. Драко поднял бровь. — А как же: «Твой отец купил тебе место в команде?» Он усмехнулся, Гермиона отпила шоколад. Наконец, к ним подошел официант с коробкой, в которую был упакован шоколадный фонтан, и им не пришлось обсуждать неприятный момент. Драко расплатился за них двоих. Гермиона сунула уменьшенную чарами коробку в карман куртки. У самой двери Драко сказал: — Мой отец купил всем метлы, потому что хотел, чтобы у всех игроков была одинаковая экипировка. Когда они вышли на улицу, он поднял метлу и собирался сесть на нее. — Подожди… пока мы не вернулись обратно… — остановила его Гермиона. Она хотела поцеловать его снова, но он опередил ее. Гермиона почувствовала его руки на своей шее, холодные пальцы, вкус шоколада и малины, жар его языка. — Это ничего не значит? — прошептала она. — Совсем ничего, — он нежно поцеловал ее снова, прежде чем сесть на метлу. Гермиона села за ним. В этот раз они возвращались быстро. Но Гермиона всё равно чувствовала приятное расслабление и негу — наверное, именно это и называется счастьем. В замке они разошлись. Гермионе надо было отнести фонтан домовикам. А Драко собирался идти в Выручай-комнату, чтобы снова пытаться починить чертов шкаф. Но когда Гермиона ушла, он развернулся в сторону слизеринских общежитий. Сегодня он наконец поспит. Когда он лег в постель, ему вспомнился сегодняшний вечер: полет, поцелуй в кафе. Это зашло слишком далеко. Слишком далеко. И если кто-нибудь узнает… Если кто-то узнает, что он был с грязнокровкой… Он и без того находится в крайне уязвимом положении, а теперь… Драко решил выбросить это из головы. Он решил провести эти выходные, ни о чем не беспокоясь, не переживая и не боясь. Он все еще жив. И это главное. Он опустил веки, и перед глазами замелькали горы, снег и огни Хогсмида. И он летел, летел, летел, а сзади его обнимала Гермиона.