Потребность

Утром Малфой не был на завтраке, потом не пришел на занятие по уходу за магическими существами. Все давно собрались в кабинете зельеварения, а он так и не появился. Его признание на балу не шло из головы, и Гермиона то и дело посматривала на дверь, ожидая, что он придет. Ей было и страшно, что они снова будут так близко, и она ужасно этого хотела. Снейп тоже задерживался. Перед ними на столах стояли пустые котелки. А котелки с зельем удачи, видимо, были убраны в кладовку, чтобы зелье настоялось. Класс переговаривался. По всему кабинету летали шарики из пергамента. Их никто и не думал левитировать: кидали со всей дури руками. Наконец, дверь распахнулась. Гермиона нетерпеливо повернула голову, но вместо Малфоя в кабинет вошел Снейп. Он с отвращением скинул с мантии шарик, который Гойл кинул в Нотта. — Откройте учебник на странице тридцать шесть, — процедил Снейп сквозь зубы. — Сегодня будем варить эйфорийное зелье. В классе зашушукались. Эйфорийное зелье Гермиона помнила еще с шестого курса. Тогда его сумел сварить Гарри, но Снейп этого, конечно, не знал. Гермиона поймала улыбку друга. Наконец-то зелье из учебника! Наконец-то Гарри сможет воспользоваться подсказками Принца-полукровки и получить свой высший балл. Пусть Снейп позлится, когда увидит, какое зелье у меня получилось, — так и говорило сияющее лицо Гарри. Зелье эйфории — не так уж и плохо. После грустных событий с Кэти Белл и запрета ходить в Хогсмид настроение у учеников было не лучшим. Кто-то даже обвинял во всем Кэти и говорил, что если бы она была аккуратнее, то ничего этого бы ни случилось, и им бы не запретили выходить из Хогвартса на выходные. Она прочитала в учебнике рецепт и пошла в кладовую за компонентами. Но до этого ещё раз взглянула на дверь. На столе у дальней стены стояли котелки. Наверное, это их котелки с зельем удачи. Гермиона не успела их разглядеть, потому что в кладовку начали заходить другие ученики. Она набрала все необходимое: сушеную смокву, иглы дикобраза, баночку с семенами клещевины и настойку горькой полыни. Гермиона уже решила, что Малфой не появится, когда, подойдя к столу, чуть не выронила склянки из рук. Он стоял у котелка и доставал из сумки учебник. — Привет, — сказала Гермиона, ставя склянки на стол. От волнения голос прозвучал чуть слышно. Она набралась смелости, чтобы посмотреть ему в лицо. Быстрый взгляд обнаружил круги под глазами и красные белки глаз. — Эйфорийное зелье? — спросил он. Гермиона кивнула. — Наверное Снейп решил, что всем нам оно не помешает. — Будем ходить потом, как идиоты, и распевать песни. — Это было бы неплохо, — улыбнулась Гермиона. — Говорят, что поют только счастливые люди. Малфой посмотрел на нее долгим взглядом, от которого ей стало не по себе. Драко не спал всю ночь, а наутро, когда одногруппники отправились на уроки, он пошел в Выручай-комнату. Это было единственное время, когда он мог это сделать, чтобы за ним не поперся Поттер. Утро прошло зря. Он провел его в пыльном, холодном и мрачном помещении — и не смог сделать ничего. Драко пришел на зельеварение, чтобы не вызвать у однокурсников подозрений. И потому что хотел увидеть Грейнджер. Она улыбалась. Он не помнил, чтобы она когда-то столько улыбалась. Он вообще теперь с трудом мог вспомнить, какой она была в прошлом. Ее хорошее настроение невольно передавалось и ему. Драко хотелось говорить с ней. Но он не мог продолжать так дальше. Клубок событий, который запустила Темная метка, стал раскручиваться с огромной скоростью. Рано или поздно он починит Исчезательный шкаф, и тогда в школу войдут Пожиратели. Уж лучше разбить ее иллюзии сейчас, чем разбить ее сердце потом, когда они уже не смогут остановиться. Драко отвернулся и стал резать сушеный инжир. Нарезав инжир, бросил его в котелок, чуть не перепутал, какого цвета должно быть зелье, и все это время старался не смотреть на Грейнджер. — Драко, что случилось? — она положила руку на его, когда он чуть было не бросил в котелок втрое больше игл дикобраза, чем необходимо. — Ничего. — Тебе помочь? — Мне не нужна ничья помощь. Она убрала руку так быстро, словно обожглась. — Я просто предложила. — Разве я похож на твоих друзей? Разве я Уизли? — проговорил он со злобой. Драко не хотел вспоминать про Уизли. Но слова вырвались сами и он продолжал: — Мне не нужна твоя помощь и никогда не была нужна. Я скорее испорчу зелье, чем буду просить твою помощь. Гермиона не понимала, что с ним происходит. Еще на прошлом уроке они так хорошо работали вместе. Или во всем виноваты те самые слова? А может, прав Гарри и Малфой что-то замышляет? Или она зря забивает себе голову этим. У него плохое настроение — ее вины в этом нет. Гермиона отвернулась и принялась отсчитывать семена клещевины, то и дело сбиваясь со счета. Щеки горели, а внутри разливалось неприятное чувство. Она бросила горсть семян, не посчитав их. Забыла помешать зелье. Зелье вспыхнуло алым, поднялось и выплеснулось из котелка. Почти то же случилось у всех. Даже у Гарри. Он не мог понять в чем дело, пока до него не дошло, что в учебнике рукой Принца-полукровки было написано «мята перечная», а он добавил обыкновенную, думая, что никакой разницы нет. В конце урока Гарри спросил: — А наше зелье удачи? Оно уже готово? — Готово, — ответил Снейп. — А когда вы нам его дадите? — Оно у вас не получилось, мистер Поттер. — А у кого получилось? — спросила Булстроуд. — Ни у кого. — А можно посмотреть? — спросил Гарри. Он ужасно мечтал заполучить зелье удачи, чтобы поймать наконец Малфоя. — Там нечего смотреть, — отрезал Снейп. — Но мы же даже его не увидели. — Вы можете увидеть его, только если захотите мыть котелки после уроков. Гарри котелки мыть не хотел и поэтому замолчал. Гермиона не могла поверить словам Снейпа — она была уверена, что зелье у них с Малфоем получилось. Оно не могло не получиться! Золотистое, воздушное, сияет — все свойства правильно приготовленного зелья удачи! Неужели Снейп хочет вылить его так же, как вылил амортенцию? Но если амортенция и правда опасна, то кому навредит зелье удачи? Или Снейп боится, что ученики используют его на экзаменах в конце года? Драко тоже не верил профессору. Он помнил, каким вышло зелье, — и был уверен, что оно получилось. После уроков Гарри долго жаловался на Снейпа. Он ужасно хотел заполучить зелье удачи и теперь был очень зол. Рон тоже хотел получить зелье удачи — для чемпионата по квиддичу. И особенно для экзаменов. Им всем оно не повредит. Немного легкости. Немного удачи. — Ладно, мне нужна мантия-невидимка. — Зачем она тебе? — Гарри был особенно подозрителен в эти дни. — Пойду ночью в кладовую в кабинете. Я уверена, что днем наши котелки стояли там. Если зелье получилось, то я отолью немного. Снейп ничего и не заметит. — А мы, что, не пойдем все вместе? Как обычно? — удивился Рон. — Не пойдем. Если он поймает нас всех вместе, то наказание будет строже, а так меня наверняка опять оставят мыть котелки в пятницу. — С хорьком? — спросил Рон. — Одну! В кармане толстовки лежал небольшой бутылек для зелья. Гермиона, невидимая, пробралась в кабинет зельеварения. Там было темно. Гермиона зажгла люмос. Свет осветил кабинет, где днем они варили зелье. Гермиона открыла дверь кладовки. На сердце отлегло, когда она увидела у дальней стены ряд котелков. Лишь бы это были те самые котелки! Подойдя ближе, Гермиона осветила один котелок за другим, пока не обнаружила в одном золотистое зелье: тонкие струйки магии кружились над ним, напоминая клубы пара над кипящей водой. Оно! Их зелье. Какое же оно прекрасное! Даже на вид можно было заметить, какая сила исходит от него. Получилось! Конечно же, оно получилось! Осторожно, с помощью палочки, Гермиона наполнила бутылек зельем. Едва она закончила, как в тишине явственно послышался хлопок двери. Снейп! Что ей делать? Где спрятаться? Единственный темный уголок был за стеллажом сбоку, но Снейп все равно может заметить ее, если начнет осматривать кладовку. Вряд ли ей повезёт так сильно и Снейп уйдет, не осмотрев ничего. Оставалось рассчитывать на мантию-невидимку. И на свою удачу. Шаги приближались. Взгляд упал на зелье в бутыльке. Гермиона отпила глоток зелья, встала за стеллажом, закрыла бутылек крышкой и спрятала его в кармане. Едва она погасила люмос, как дверь кладовки открылась. Свет волшебной палочки осветил помещение. Шаги приближались. Гермиона старалась не дышать, рассчитывая только на свою удачу. Человек в черном подошел к котелкам, не замечая ее, хотя она стояла в шаге от него. И Гермиона увидела, что это был Малфой. Он что-то делал у стола, но Гермиона не могла разглядеть, что именно. А потом снова хлопнула дверь. Малфой бросился в угол, где стояла она. Ударил ее плечом, зацепился за мантию ладонью, и она соскользнула наполовину. Малфой стоял, оглядывая Гермиону изумленным взглядом. Она подняла мантию и укрыла их обоих. Драко прижался к ее спине, чтобы им хватило под мантией места. Они стояли не дыша, слыша шаги в кабинете. Наконец, заскрипела дверь. Кладовка ярко осветилась. Между стеллажами раздавались шаги. Дыхание Малфоя казалось ужасно громким, как и ее само. Его рука с палочкой, которая упиралась ей в живот, больно давила, но Гермиона боялась даже пошевелиться, чтобы Снейп не услышал их. — Мистер Снейп, — послышался голос. — Это вы, Филч? — Я решил, что кто-то опять ходит по коридору, — жаловался завхоз. Свет в кладовке погас, а дверь захлопнулась. Снейп ушел. Они стояли там же, ожидая, не вернется ли Снейп. Но шаги и голоса утихли, и Гермиона наконец смогла перевести дыхание. Сердце продолжало бешено колотиться, но давно не из-за страха быть обнаруженной. Малфой все так же стоял за ее спиной, прижимая к себе. Тепло его тела. Аромат ее амортенции. Гермиона скользнула ладонью по его руке. Провела по ней раз-другой. Малфой ослабил давление, и вторая его рука скользнула по ее локтю. Его дыхание прошлось по шее, к уху и остановилось у волос. Он расслабился. Гермиона сняла с них мантию. — Ты слишком хороша для такого, как я. — Волна мурашек прошла по позвоночнику, когда теплые пальцы Малфоя коснулись ее шеи. Он убрал волосы с одного бока, там, где сейчас она чувствовала тепло его дыхания, и перекинул их на спину. — Слишком хорошая, — шептал он. — Разве ты сама не понимаешь, что ты не для меня? Разве она сама не понимает, не чувствует, с кем связалась? Разве она не чувствует холод метки на его предплечье, не догадывается, кто виноват в том, что случилось с Кэти? Разве она не понимает, что произойдет, когда он починит шкаф? Разве он может тащить ее в бездну за собой? Вместо ответа она развернулась. Подняла голову. Коснулась губами его губ. Что-ты-творишь?! Глаза давно привыкли к темноте, и Драко видел ее горящий взгляд. — Ты не понимаешь, что ты делаешь, Гермиона. Драко провел ладонью по ее животу. Скользнул под толстовку. Коснулся обнаженной кожи. Уговаривая себя остановиться. Не ради себя. Ради нее. Гермиона подняла голову, чтобы поцеловать его. Жар вспыхнул внутри, а в голове появилась мысль, настойчивая и яркая, что сейчас Гарри смотрит карту Мародеров и видит их с Малфоем вдвоем. — Гарри! — Что, Гарри? — Гарри! Гарри следит за тобой, — Гермиона отпрыгнула от него, поправляя толстовку. — Он нас увидит! Она не могла сказать больше, чтобы не выдать тайну, что у Гарри есть особая карта, которая показывает передвижение учеников по замку. Она зажгла люмос и кинулась прочь из кабинета. Драко остался там с отчаянно колотящимся сердцем. Он стоял так несколько секунд, обдумывая случившееся, пока рука не коснулась небольшого бутылька в кармане. Зелье удачи, которое ему удалось перелить. Оно ему понадобится.