Мини-макси 2

      Микаэлю нужно было торопиться. В первый момент захотелось просто схватить вещи и бежать из автомастерской сломя голову, чтобы не подводить под монастырь этих простых добродушных мужиков. Они и не поймут, как начнут сходить с ума. Идиотская природа этой напасти неисповедима. Каким-то альфам удаётся удержать себя в руках, каким-то даже не вменяют изнасилование, если нападают на течного омегу. Есть правила, которые никто не отменял, и дом, где можно укрыться. Как раз сейчас у Микки не было такого места. Он даже от Стивена, с которым жил, сбегал на неделю, объяснив раз, почему не стоит рисковать свободой и карьерами. Альфа вроде был не против: меньше возни и всех этих ухаживаний. А Микка в одиночку проходил через привычный ад. Он и в первую течку был один без заботливых рук и стакана тёплого какао. Когда скручивало особенно сильно, Микка подвывал и оглаживал себя, закатывая глаза и ненавидя похотливую омежью сущность ещё больше.       Он всё растирал и растирал бледную кожу полотенцем, мучительно думая, что предпринять и кому довериться. Немедленно отправиться в гостиницу значит завернуть в аптеку и супермаркет, чтобы набрать вещей и продуктов на пять дней — на это уйдут силы и время. А состояние ухудшалось, плавало, и голова уже шла кругом от бессилия. Микка оделся и вышел из душа.       Альфа встретил как ни в чём не бывало — омежий запах ещё не стал опасно оглушающим и лишающим воли.       — Что-то ты мне совсем не нравишься. Здоров? — помрачнел Томас, думавший, что хорошим обедом и разговором можно поднять даже сильно упавшее настроение.       — Дайте мне телефон Ахи, пожалуйста.       — Ты можешь попросить меня…       — Об этом не могу! — резко выдохнул Микка, сам пугаясь своей остроты, и жалко улыбнулся. — Он сидел на моей шее, тут особый уровень доверия, шеф.       Микка понял, что вырулил. Томас оскалился и кивнул: чувство юмора он ценил не меньше наличия ума. Микаэль поднялся в комнату, прислушиваясь к тягучим неумолимым волнам внутри тела.       — Ахи, привет. — Хорошо, парень принял звонок.       — Микка? Привет! Дед тебя уже пригласил на ужин? — приятный низкий голос Ахилла подействовал, как лёгкая анестезия. Омега сглотнул.       — Не уверен, что это хорошая идея…       — Дед Крис лучше знает! — у Ахи ещё и смех сексуальный! — Он настаивает на знакомстве…       — Ахи, перебью… мне помощь нужна и быстро! — с отчаянием бросил Микка и лёг. — Прости, что прошу о таком, но зайди в аптеку и позвони мне оттуда. Я сам скажу провизору, что упаковать.       — У тебя…       — Не вгоняй меня ещё в бóльшую краску, Ахи! И прости, что доставляю проблемы!       — Буду через пятнадцать минут. Тебе нельзя там оставаться. Привезу сюда. Наш Крис — просто золото.       — Нет… Ахи! — Микка едва не сорвался. — Это твоя семья!..       — Давай об этом позже? Жди звонка! Ахилл       Слышали выражение: «как будто крылья выросли за спиной»? Вот примерно на таких я и летел! Успев по ходу сборов поговорить с о-дедом, получил от него скидочную карту и адрес самой честной аптеки, я домчал до неё минут за пять. Даже тени смущения не испытав, нашëл милого омежку, объяснил ситуацию и набрал Микку. Провизор очень быстро организовал набор и отнёс на кассу. При этом он с восхищением и лёгкой завистью смотрел на меня, даже мимо моего роста, просто на меня. Ещё семь минут бежал до автосервиса, обогнав неспешного велосипедиста с заказной едой. Порядком взмокший, я влетел в автомастерскую. Дед плющил клыками зубочистку и выглядел встревоженным.       — Твой гость заперся в комнате, и, кажется, ему хреново, — он перевёл взгляд на фирменный аптечный пакет в моих руках. Такие альфа стабильно наблюдал пару-тройку раз в год. — Ахи?! Только не говори…       — Тогда и не спрашивай! Я отвезу Микку домой. Крис готовит комнату.       — Ахи, это уже не просто доверие. Подумай? Привезти к себе течного омегу, это почти предложение руки и сердца.       — Кто бы принял от меня эти запчасти?! — вскипел я. — Дед, давай потом пободаемся?!       Микка открыл не сразу. Я осторожно вдохнул, но пока ничего особенного не почувствовал. Пахло Миккой, его кожей и волосами, чистым после душа, но в лёгкой нездоровой испарине. Он сразу раскупорил минералку и заглотил подавители, витамины и ещё какой-то порошок. Я покинул комнату, дав ему провернуть что-то ещё, сакральное, отчего Микка слегка простонал. Постучав и получив разрешение, я опять вошёл. Омега сидел в подушках, не рискнув при мне лежать. От этого стало досадно. Но плевать, с кем меня сравнивали сейчас, я беспокоился о состоянии Микки.       — Собирайся, пока не рвануло! Поедем к Крису.       — Нет, Ахи. Я не настолько бессовестный и бездомный. Помоги закупить продукты, я верну деньги по чекам, и отвези в гостиницу. Я скажу адрес.       Оставалось только скрипнуть зубами. Но в этот момент Микку скрутило, прямо на моих глазах. Сильный большой парень вдруг всхлипнул, завалился набок и обнял себя.       — Не смотри!       — Прикажешь глаза вынуть?! — Я сам собрал его небольшой скарб в рюкзак, не забыв ноут и зарядку. — Приступ пройдёт, и двинемся. Возьмём машину Томаса.       — Ты куда? — спросил он мне в спину.       — Пути расчищать! Там семь вполне рабочих альф, трое из них несемейные.       — Спасибо…       — Гостиница далеко?       Микка назвал адрес в спальном районе для пенсионеров, где парковая зона и много кислорода, всего пара дорог и вполне тихо. Пойдёт!       — Дед, собери всех в офисе минут на пять. Придумай, чем отвлечь. Мне надо вывести Микку, — шепнул я Томасу. — И дай ключи от тачки.       — Не вопрос. Парни! Пятиминутка в столовой! Живо! — грохнул его мощный баритон, мне перебросили тяжёлый брелок.       Я напился из кулера, за минуту многое взвесив. Хорошо, что буду знать, где он… Крис сможет привезти домашнюю еду… Микка уже спускался с рюкзаком и пакетом. Я выругался, но промолчал. Омега же с характером! Правда, шатающийся и алеющий румянцем.       Микка сел на заднее, даже, скорее, обвалился, почти сползая на бок.       — Запаха нет? — хрипло спросил он.       — Нет.       — А мне кажется, уже разит за версту.       — Кончай разноситься, а? Ничего в этом мерзкого нет. В случае чего… я не животное. Покреплюсь.       — И часто ты так крепишься, когда рядом стонет течный омега? — жестоко спросил Микка. Я отвечать не стал, завёл машину и быстрее вырулил дворами на главную дорогу. Позвонил Крис, я его расстроил, что едем в гостиницу, ибо Микка никого не хочет стеснять. Теперь молчал мой пассажир, чуть свистя дыханием через зубы.       — Подавители помогают?       — Конечно. Иначе… Ахи ты брал омегу в течке?       — Нет.       — Жалкое зрелище. Ноги сами разъезжаются, смазка рекой, губы просят член, руки просят член, всё просит член, — Микка скривился.       — Если так неприятно, зачем говоришь? — я остановился на светофоре.       — Чтобы ты понимал, почему я еду в гостиницу. У Криса есть истинный, есть Томас, ему не стыдно быть просящим член.       Время тянулось, как жевательная резинка, я аж стукнул по рулю.       — Ты в упор не замечаешь, как сильно мне нравишься, Микка? — продавил я через всё воспитание и приличие. Он пятерней убрал волосы с лица.       — Я не бесчувственный дурак, Ахи. Просто… Ты заслуживаешь кого-то почище.       — Омега не кусок мяса, чтобы свежесть проверять! Дело как раз во мне, Микка. Я не тот, кто тебе нужен. Даже тот, поставивший тебя синяк, оказался нужнее!       — Не бесись! Я повода не давал, и вообще — не давалка! И не меняю альф как перчатки! — показалось, злость переключила Микку от других неприятных ощущений.       — А я не зову тебя сразу в постель! Хотел привезти домой, чтобы ты хотя бы раз…       — Хотя бы раз что? Ты ничего обо мне не знаешь. — Его бледность пугала: смотреть, и то знобило, а его самого — выколачивало.       — Не сбегал. Не прятался, — мне удавалось не схватить его нервака и возбуждения, наверное, чудом. — Это было предложение помощи без всяких подстав и…       — Не надо быть таким добрым со мной! — взревел омега и вдруг задохнулся жаром — вот это его штормило!       — Ты альфа. Я омега. Это нормально увлекаться друг другом и хотеть. Секс — это здорово. А в наше время девственники уже занесены в Красную книгу. Они, как правило, аристократы и обручены уже в утробе.       — Хватит меня кусать и разноситься, Микка. — Я включил кондиционер. — Не хочу остаться в твоей памяти нетерпимым и упрямым.       Омега замолчал, словно сорвался с обрыва куда-то без дна. Позвонил Томас, потом Крис. Я всем терпеливо объяснял, что собираю пробки и светофоры. Потом тормознул перед маркетом, которому доверял, и закупился продуктами посвежее, такими, чтобы быстро открыть и съесть. Микка попросил фруктов и минералки. Купил ему до отвала, еле влезло в багажник. Одну бутылку сразу сунул в руки, пил он много и жадно, словно тушил внутри пожар. Я не удержался и тронул лоб.       — Ни хрена, ты печка…       — Угу… — у него закрывались глаза. Микка даже отрубился минут на десять. Я слушал, как скрежещут его зубы и солирует стон. Тихий, виноватый.       — Да нахуй! — я развернул тачку под визг тормозов вокруг.       — Ахи, не смей!!!       — Потом дашь мне в морду!       — Обязательно! Нет, прямо сейчас!       Два пакета я нёс в зубах, что-то в руках. Микку ломало под рюкзаком. Кристиан встречал уже на улице. Я быстро представил гостя. Дед сразу приобнял парня, покачал головой и потащил на второй этаж.       — У вас большая квартира… — шепнул Микка.       — А эти балбесы не сказали? Бедный мальчик. Вот зачем ты упрямился?       — Что-то не так в этот раз, сэр! — Микку знобило. — В последний раз я не был такой тряпкой, и так не болело.       — Если уже жил с альфой — так всегда. Твой организм взрослеет и хочет получать облегчение через секс. Это самое действенное лекарство, — Крис остановился, давая спазму Микки сойти на нет. — Как Ахилл тебя уговорил?       — Треснул по голове и потащил в свою пещеру.       — Умница Ахи! — Крис усмехнулся. — Это не самое страшное в жизни, Микка, — принять помощь от друзей.       В проветренной комнате шторы были задëрнуты от навязчивого солнца, постель простелена ароматными пеленками, на прикроватной тумбе дымился травяной чай. Сверху лежала длинная рубашка.       — Переодевайся и ложись. Я рядом, не стесняйся позвать. Хочешь, включи телек с мелодрамами и пореви. Хочешь, слушай вашу крышесносную музыку. Только будь как дома, а не в казарме.       — Сэр… Вы — чудо! — Микка взял взрослого омегу за руки.       — Томас всегда так говорит, но я не верю старому льстивому медведю. Сделай одолжение, оставь своих «сэров».       — Спасибо, Крис.       — Уже лучше. Подавители больше не принимай — пожалей организм. Ты в безопасности. Пусть всё идёт в полную силу.       — Я не в вас не уверен, а в себе. — Микка снял вымокшую от пота футболку, с наслаждением обтёрся влажным полотенцем, которое протянул Кристиан, и нырнул головой в ворот рубашки.       — И штаны с трусами! Надо постирать, — приказал взрослый омега. — Походи, осмотрись. Можешь брать всё, что в этой комнате.       — Я бы поспал.       Крис понимающе кивнул.       Когда дед спустился, я допивал литр воды. Крис посмотрел, как на логограмму чольти за секунду до дешифрации, но благоразумно промолчал. Он понимал, что горячило мне кровь.       — Сынок, ты… знаешь, что выбор пары это серьёзно? Микка поломанный мальчик, очень дикий. Тебе придётся много стараться, и то… я не уверен в результате.       Крис не ждал от меня ответа — приласкал взглядом. Он не волновался и не предупреждал. Лишь немного приоткрывал занавес реальности. Дед поставил вариться куриный бульон и яйца. В любой сложной ситуации — делай простые вещи, и земля не уйдёт из-под ног. Как подтверждение прозвучало:       — Сходи почисть ванную на втором этаже, внук, приведи её в должный вид. Она скоро понадобится. И очень прошу не лезть сейчас к нему в душу. Я помогу пережить эти дни, а потом пусть решает сам. Хорошо? Если привяжешь его чувством благодарности…       — Дед, я похож на придурка?!       — Нет. Но я вижу, как он тебе нравится.       Удивительно, но я успокоился. Наверное, от осознания, что Микка рядом, в безопасности. Крис запретил ходить на второй этаж, чтобы Микка, не теряя гордости, мог ползать в ванную и назад. Мы с Томасом весь вечер просидели как мыши, не отсвечивая привычными хотелками, телевизор и тот мигал лишь для фона. Крис, кстати, с парнем особенно не носился. Чай отнёс пару раз, да проветрил, пока тот был в ванной.       Томас предавался воспоминаниям, как сам ухаживал за Крисом, сам купал, и грубил сахаром в чае.       — Дед… А секс в течку это что-то особенное? — Томас густо покраснел.       — Такое словами не расскажешь, сынок, — пробубнил здоровяк, потирая затылок. — Кто хоть раз выпустил узел в своего омегу… Так… Эти разговоры меня сейчас самого разогреют. Крис… Дорогуша… Можно тебя на… пять минут?       Дед ушуршал на кухню тёпленьким, там яростно зашипел Крис, что-то упало. Я хотел сделать телек погромче, но в дверь требовательно бахнули, даже как показалось — пнули. Открыл на эмоциях нараспах, и увидел взбешённого альфу. Хозяина красного Феррари. Мгновенно узнал Стивена Уолша. Вблизи он был такой же, как на экранах и постерах — высоким, загорелым и красивым даже перекосившись от гнева. Микка охуенно с ним смотрелся — факт.       — Позови взрослых! — без приветствий обрушил мне на голову визитёр.       — Глаза разуй, приятель! На какой тебе предмет?       — Где этот старый изврат держит моего омегу?       — Стоп! — я выставил ладонь, и альфа налетел на неё грудью. — Ты сейчас о ком? Здесь ничего твоего нет.       — Микка — мой омега и он здесь! — кулаки сжал сильнее и по лицу пробежала судорога нетерпения.       — Микка тебе позвонил и позвал? — я тянул время, пытаясь понять, где накосячил, что приволок хвост.       — Дождёшься от этого сукана! Если бы не жучок, как бы я находил придурка по всем кабакам?       — А при чём тут старый изврат?       — Хозяин автосервиса. На медведя похожий. Короче, много ненужных слов! — Выдержки у нападающего Койотов — ноль, понятно, почему он чемпион лиги по красным карточкам. — Микка, тащи сюда свою мокрую задницу! Поехали домой! — вдруг во всё горло заорал Стивен в дом через меня. На крик вышел растрёпанный Крис и шаг в шаг за ним Томас. Мой дед выглядел внушительно, пыл молодого альфы чуть поугас.       — Во-первых, здравствуйте. Во-вторых, вы выражаетесь в чужой берлоге, а это чревато.       — Хочешь неприятностей, старик? Микка сейчас себя не контролирует. У тебя вон какая подержанная ляля под боком, а тебя потянуло на молоденьких.       Над Томасом сгустилась нехорошая тень, даже Крис отступил, чтобы не ударило током.       — Мне вызвать полицию, старик? — Стивен сощурился.       — Микку сюда привёз я. — Я выступил на простреливаемую взглядами территорию.       — Ты?! Миниверсия? Где ты, а где он?! Любишь эротические игры в памперсах? — он резко прервал насмешки и жёстко продавил каждое слово: — Микка тебе не по зубам — он не для тебя.       — Микка для того, кого выберет. — Я тоже сжал кулаки. — Здесь никто ничьих прав не нарушил. Он свободный омега. Ты хотел полицию — вызывай! Заодно объяснишь им, на каком основании устроил слежку!       — Ты дурак, карлик! На омеге моя многоразовая метка. Пусть мы не истинные, но он мой.       — Напомни мне пункт в законе, где написано, что омега твой без заключения брака? — я с трудом удержал рванувшегося Стивена, получив сильный тычок в плечо. — Он тебя не звал. Проваливай. Микке сейчас нужен покой.       — Ему нужен член, детка! — альфа расхохотался. — А ты собрался пять дней менять ему анальные пробки и держать за руку?       — Козёл! — Мы не успели вцепиться друг в друга. Влез дед. В результате мы разлетелись, как фантики: один на запад, второй на восток. Томас засопел, как бык на корриде.       — Так, ты больше не говори с этим уродом, а ты! — дед ткнул пальцем в Стива. — Пошёл вон из моего дома! Микка сам разберётся, куда идти, когда придёт в себя.       — Пожалеете! — альфач плюнул на порог. — Эта сучка ещё себя покажет! И я в долгу не останусь!       Стивен крутанулся на месте, скрипнув подошвами. Томас захлопнул дверь и начал растирать грудь. Крис встревоженно подошёл и обнял.       — Успокойся немедленно. С первых его слов стало ясно, какой это подонок.       — Накапай мне целебного, дорогуша, — дед присел на корты прямо в прихожей. — Ахи, проверь нашего гостя. Он слышал крики и тоже переживает. — Крис было открыл рот, но Томас посмотрел матом.       Я поскрëбся в дверь. За ней шумно вздохнули.       — Он ушёл, Микка. Откроешь?       Взялся за ручку, прислушиваясь, поднялся ли Микка с постели или, наоборот, лёг.       — Мудак этот твой альфа. Отдыхай. Если что — зови. У Томаса слева прихватило, Крис будет с ним. Поэтому приду я.       — Тебе не открою! — наконец ответил Микка.       — Почему это?       — На мне самая эротичная рубашка в мире. Её твой дедушка носил. Боюсь, не сдержишься.       — Вышли фото?       Через пару минут хохотнул: рубашка из хлопка в мелкий василёк едва доходила до острых колен длиннющих ног, я по ним мысленно рукой провёл. От щиколоток до колен и выше под рубашку…       «Не смей лезть мне под юбку!))))»       «А нечего было отращивать такие охуенные ноги! Тебе принести бульон с яйцом?»       «Мне принеси пожрать, а не водичку».       «Полегчало?»       «Вроде бы».       Положил горку пюре и мясо, выбирая куски попостнее, в пиалу грубо накрошил салат — впервые в жизни дрожали руки. Всё сгрузил на поднос и притащил под дверь.       — Ты ведь не ушёл, Ахи.       — Нет.       — Будь хорошим альфой и свали?       — Стивен реально поставил тебе метку? — Я подпирал дверь и слушал его тихий усталый голос.       — Официальную, лишь в своих мечтах.       — Йес!!!       — Ахи…       — Это не я, это Томас. Дед, харе подслушивать!       Потом меня утащил Крис, укоризненно отчитывая, что морю мальчика голодом. И сообщил ещё одну неплохую новость. Николас взял отгулы и рванул следом за своим карманным тираном, рассчитав, что командировка неплохо совместится с совместным отдыхом. Загулять в Городе Грехов вдвоем не планируя — это мои родители! Зато у нас были пять дней на всё про всё. Томас и я займём себя делами, а Крис спокойно присмотрит за Миккой.       Спать лёг на диване в гостиной. Мне понравилось строчить ему смски:       «Как ты, Микка?»       «Терпимо»       «Терпимо — это как?»       «Ахи! Не приставай!»       «Чай, вода?»       «Всё есть. Я спать!»       «Спокойной ночи.»       «Ахи… Как Томас?»       «Не дождутся. Он их переживёт!»       Спал нервно. Три раза подскакивал, потому что слышал хлопки дверью и шаги наверху. Просыпаясь под утро часов в пять, обнаружил добротный стояк, стало стыдно, но приятно. После всех торопливых дел я прокрался к двери Микки. За ней царила тишина.       Я бы тоже вырубился, если бы так нанервничался и набегался в туалет. Наверное… Не хочу даже представлять, что там творится и перестраивается в омежьем нутре и как это мучительно. Микка был не из тех, кто на публику исполняет партию боли. Он и сам не был к ней готов, объясняя тогда Крису, что такое происходит впервые. На мой характер я бы отвёз омегу в больницу на осмотр, но лезть со своими предложениями не рискнул. Почти невесомые шаги для того и есть, чтобы подкрасться незаметно. Кристиан положил мне руку на плечо, и я дёрнулся, как от разряда.       — Угомонился?       — Вроде. Дед, почему с ним так?       Кристиан взял под руку и повёл меня вниз. Говорить шёпотом было волнительно, но это и умиротворяло.       — Он молод, и есть гормональные нарушения. Прости, я не врач и не могу судить профессионально. Думаю, это его первая полноценная течка по вступлению в детородный возраст.       — И это называется непрофессионально? Дед, ты шутишь?       — Просто следил за своим здоровьем. Роды Алекса были тяжёлыми. Он тоже был очень крупным плодом. Но он не был бы Алексом, если бы вышел, как все… Вторую беременность мне не рекомендовали, а фактически — запретили. Поэтому я не смог подарить Томасу малыша. Ты стал тем ребёнком, которому наш Медведь посвятил себя и называет наследником! — Крис с мягкой улыбкой погладил меня по щеке. — Я стал отцом в 17, Алекс — в 20. Очень хочу дожить до правнука. Мы с Томасом поможем и тебе, как помогли твоим отцам.       — Дед… Мне он очень нравится. Понимаешь? Он вот тут! — я положил руку на сердце. — Черт-те что творится не только с ним, но и со мной. И насколько я понимаю всю химию альфы и омеги…       — Милый, ты не такой ловелас, чтобы уже нагуляться и понять, что пришло наконец настоящее чувство. Микка красивый мальчик, но я видел с тобой куда интереснее. Весёлые и боевые омежки, полные жизни и стремлений.       — Дед, ты переживаешь за меня, спасибо.       Крис запахнул на себе халат поплотнее. Микка, конечно, заслуживал хорошего надёжного альфу, но для своих всегда выбираешь лучшее. Вот что я прочитал в добрых умных глазах.       — Ахи, родной, доверять голосу сердца — это правильно. Но это не только твой выбор. Пара — это выбор двоих. Каждый понимает, что сможет дать другому. А что — нет. Микка знает себя и свои страхи. И главный страх, что он неполноценный омега. Другой, не похожий на твоих прежних дружков. Он не боится поверить тебе. Микка боится поверить в себя и подвести твои ожидания.       — Дед! Разве не поэтому я не должен отступать?! — я вцепился в худощавые плечи. — Ты любил отца Алекса и никого больше не хотел принимать! И если бы Томас отступил?       Крис поëжился.       — Этот танк? Ну уж вряд ли. Я даже полицейских вызывал. Они с ним выпили и посоветовали мне не возражать.       — Дед… Как ты понял, что полюбил Медведя?       — Он полностью занял моё поле зрения, — Крис прижался спиной к стене. — Куда бы я ни посмотрел, я видел его. Ну-у-у, не совсем его. А полочки, розетки, новые ковровые дорожки, нескрипящие двери и ступеньки, всегда отремонтированную тачку и холодильник, забитый продуктами. А ещё я видел его взгляд напротив, который говорил, что я никогда больше не усну один. Томас укрывал меня собой, своим запахом и силой, я разучился ходить, не держась с ним за руки. Да, это было привыкание. Мой первый муж… был самым лучшим альфой на Земле. Томас это знает. Но Томас заполнил пустоту в моём сердце своим терпением и любовью.       — Он сказал, что будет ждать тебя всю жизнь? — я уже кормил с ладоней розовых пони…       Но Крис фыркнул:       — Ты плохо знаешь устройство танков, Ахи. Томас сказал, что ждать некогда, надо жить. Я заставил его пойти учиться и очень многое в себе поменять, но уже на правах законного мужа.       Я улыбался, как счастливый дуралей. Мне дозировано рассказывали непростую историю моей семьи. А ребёнком я наивно думал, что все встретились и полюбили друг друга с первого взгляда без всяких житейских притирок и мелких ссор. Наверное, этот миф развеивается у каждого второго взрослеющего человека.       И это к лучшему. Жизнь сложнее и круче любого хэппи энда.