Он и она

В спальне темно. Через огромное окно в пол, сквозь серые шторы, просачивается свет от фонарей. Он освещает вид на искусанные губы Эвы и капельки пота на лбу брюнета. В комнате тишина, грубо нарушаемая громкими вздохами. Попытками Мун взять в лёгкие как можно больше воздуха, прежде чем она снова забудет как дышать, сидя сверху на Кристофере. Он целует её ключицы. До боли сжимает круглые бёдра, а потом нежно гладит. Извиняется. Она блаженно закатывает глаза каждый раз, когда её тело насаживается на каменный член Шистада. Очень большой член Шистада. Электрические заряды раз за разом проходят по всему организму, прошибая каждый миллиметр. Крис почти уверен, что он на грани сумасшествия, когда одна его рука обхватывает упругую девичью грудь. Идеальную, лучшую, что он видел. А другая — помогает сойти с ума уже Мун, очерчивая пальцами круговые движения на её клиторе. — Кончи на мне, — не просьба, а приказ. Эва подчиняется. Переходит почти что на крик, когда он вдалбливается в лоно с бешеной скоростью. Впивается ногтями в его плечи, от чего точно останутся следы, и бурная волна между ног захватывает в миг. Дыши, девочка, дыши. — Я хорошо отблагодарил тебя за помощь в проекте?

***

Мун лежит в ванной. Мягкая пена с кокосовым запахом обволакивает кожу. Ароматические ванильные свечи придают атмосферы. Она знает, что сегодня намажется лучшими косметическими средствами, но ей всё равно не удастся перебить, утилизировать его запах со своего тела. Терпкий запах. Упивающий, внедряющийся в память навечно. Это не духи, это нутро. Так пахнет только он. Бронёй, сталью. Мужчиной. Шистад, Шистад, Шистад, Шистад. Ебучий секс-символ, который вызывает лихорадку ещё со времён школьной эпохи. Душевный скулёж под рёбрами малышки Эвы. Который вызывает течку, желание отдаться, наплевать на чувство собственного достоинства. Он хлопает по ноге и она прибегает. Маленький, милый рыжий шпиц, мать вашу. Только вот поводок слишком длинный. Слишком свободный, как их отношениядружба. Всё это напоминает саморазрушение, крошево. Но когда их руки переплетаются, то это, кажется, подобно дозе кокаина. И Эва не хочет бросать. Она разрешает убивать себя.