Проект Крайдепринц: Искусственная человечность

      Альбедо продолжал сидеть на кровати, переваривая всю вылитую на него информацию. Он ещё никогда так не сомневался в желаниях создательницы: что она от него хотела? Какие действия ожидала?       Наконец, с жалостью на лице, Кэйя заговорил: — Ладно, стоит залатать твою руку, а то распугаешь тут людей. Андроидов здесь не любят. Повезло, что ты не выставлял руку на показ, пока шёл сюда.       Робот-врач опустил взгляд на обрубок прошлой конечности. Тот покрылся гидравлической жидкостью, грязью и кровью блондина. Выглядывал металлический скелет, обнажились провода. Художник уже перерубил электричество: — Но ты же здесь.       — Немногие знают. Похвастаюсь, но я хороший актер. Достаточно хороший, чтобы обвести тебя вокруг пальца, — теперь, когда серьезное обсуждение кончился, одноглазый вернулся к поддразниванием.       — У тебя есть кто-нибудь в- — начал вопрос пепельноволосый, однако кто-то зашёл в комнату - высокий мужчина с красными волосами и сердитым лицом. Тело тряслось, алые глаза сквозили чистейшей яростью, бегая от одного андроида к другому.       — Так ты притащил ещё одного. Так и знал, тебе нельзя доверять! — выпалил он.       — Воу, господин Дилюк, не надо так злиться, — сказал Кэйя.       Дилюк полностью проигнорировал бывшего шпиона и замахнулся мечом на Альбедо. Художник дёрнулся, но оружие не дошло до него - другой андроид остановил его рукой. Лезвие прорезало искусственную кожу, но не прошло дальше металлического скелета: — Господин Дилюк, Вы что, забыли свой пистолет? — насмехался синеволосый.       — Как бы то ни было, Альбедо здесь по своей воле. Он принес раненного на лечение, — одноглазый указал на Итэра. Красноволосый скептично сощурил глаза. — Господин Дилюк, у вас же есть честь? Помнится, из-за неё Вы и не стали убивать меня, ведь я спас Вам жизнь.       Дилюк неохотно опустил меч, и Кэйя подошёл на несколько шагов, чтобы унизительно похлопать по плечу.       Альбедо и представить не мог, как утомительно взаимодействовать со столькими людьми вне контролируемой местности, как, например, клиника. Робот-врач кинул взгляд на блондина. Итэр всегда производил впечатление социального человека. Это напомнило ему о кое-чем:       — Кэйя, Вы знакомы со всеми здешними? — спросил художник, привлекая внимание двух забывших о нем мужчин.       — Ага, их здесь не так много, плюс у меня прекрасная память.       — Вы видели кого-нибудь по имени Люмин. Думаю, для Мондштадта это необычное имя. Мы ищем её, — пояснил путешественник. Он так волновался о состоянии парня, что совсем забыл о цели прибытия - Люмин.       Алоглазый застыл и медленно повернулся к кровати: — Итэр...       Теперь пепельноволосый смутился. Имя Итэра никогда не произносилось вслух. Разве что...       — Вы знаете Люмин, — заключил робот-врач, пока другой андроид развлекался на фоне. Альбедо проигнорировал того. — Она сейчас здесь?       Дилюк холодно замер, чувствуя дискомфорт в окружении двух роботов. Прочистив горло, он ответил: — Нет, её здесь нет.       — Вы опоздали на добрые несколько лет. Шесть лет, если быть точнее, — художник нахмурился: не эту информацию он желал услышать. Если Люмин не здесь, то она может быть в любой точке Тейвата.       — Вам известно о её текущем местоположении? — гримаса красноволосого не предвещала ничего хорошего.       — В письме она говорила, что направляется к завершающей точке путешествия - Снежной. Но это было шесть лет назад. А Итэра я знаю из её многочисленных рассказов о близнеце.       — Ох, Дилюк, не знал, что у Вас есть возлюбленная, с которой Вы перекидываетесь любовными письмами, — подколол одноглазый.       Лицо алоглазого по цвету слилось с огненными волосами: — Всё не так! Однажды у нас с Джинн была проблема и она помогала нам, так что с Джинн она тоже переписку ведёт!       — И почему Вы так враждебны? Я ж всего-то был шпионом, — Кэйя пожал плечами и пошёл к выходу из комнаты.       Дилюк зашагал за ним: — Потому что ты был шпионом!       Прошлый шпион встал в проходе, дожидаясь красноволосого: — Это уже в прошлом. Сейчас же я охраняю это место, — Кэйя проигнорировал полный скептицизма взгляд и продолжил. — А ещё лучше оставить Альбедо в покое и позвать Сахарозу.       Алоглазый тяжело вздохнул и вышел. Кэйя взглянул на пепельноволосого с симпатией и также покинул комнату, закрывая за собой дверь.       Удостоверившись, что мужчины ушли, художник подтащил стул ближе к кровати и присел. Он слабо сжал чужое запястье, прижимая палец к пульсу и слыша запах крови: — Кажется, Мондштадт - не то место. Однако твоя сестра здесь известна.       Хотя андроид не получал ответа, всё равно продолжал: — Прости за всё это... это всё так... ошеломляюще. Лучше обсудить, когда ты проснешься. Не знаю, что чувствую... местные добрые, но не хочу делиться чем-то настолько интимным... Я не знаю, что дальше...       Слова закончились, и робот замолчал. Зрение размылось, и, вытерев глаза, он постарался ни о чем не думать.       Несколько минут спустя послышался голос Кэйи: — Помни, Сахароза. Это наш секрет, ни слова, — одноглазый одновременно устрашал, но сладкий тон не казался опасным. Андроид сладкой речи вошёл в комнату, затаскивая за собой нервную девушку.       — Альбедо, это Сахароза, наш механик и, возможно, единственная, кто может восстановить твою руку, — представил одноглазый, и из-за его спины вышла Сахароза. Её щёки мгновенно покраснели, и девушка чуть не уронила огромную сумку.       Поотводя глаза несколько секунд, она наконец как следует оглядела андроида: — В-вы не врали, он действительно не обновился!       — Ага, единственный в своем роде, — усмехнулся про себя синеволосый.       Механик опустила инструменты и быстро подошла к роботу-врачу. Страх исчез. Альбедо дернулся, когда та вдруг попыталась ткнуть его в глаз: — Как неожиданно! — ахнула она и забормотала гипотезы.       — Сахароза, просто почини руку, — предупредил Кэйя, вытягивая ту из размышлений. — Нам нужно спрятать его нечеловечность прежде, чем это вызовет проблемы. Поняла? — напомнил он и вручил девушке отброшенную сумку.       — Да, сэр!       — Уважай его, он запрограммирован на человеческие чувства. Ты же не хочешь обидеть его? — Сахароза замотала головой, и мужчина вышел из комнаты, закрыв дверь.       — Прошу прощения, господин Альбедо! Я проявила ужасное неуважение, мне просто было о-очень интересно! — мятноволосая в извинении склонила голову, заставляя художника впасть в ступор.       — Эмм, Сахароза, ничего страшного, правда. И пожалуйста, зовите меня просто Альбедо, — настоял андроид, вспомнив, как в давние года обращались к нему медсестры и молодые врачи.       — Вы так по-человечески отвечаете, самый реалистичный андроид в моей жизни! Я просто не могу обращаться к Вам по-другому.       — Сомневаюсь, что могу остановить Вас, но всё же настаиваю на простом Альбедо, — побеждено вздохнул пепельноволосый. Кажется, его друг-андроид хочет от него одних страданий. Вместо того, чтобы размышлять о хитрости Кэйи, Альбедо наклонился и вытащил руку из сумки.       Парень смущенно вручил её Сахарозе. Он не доверял ей также беспрекословно, как Итэру. Механик восхищённо изучила конечность, кивнула и спросила разрешение начинать, на что получила согласие.       Робот более чем привык к техобслуживанию - почти ежедневному событию в старые добрые. Впрочем, Рэйндоттир обычно выключала его, когда приходилось прикреплять конечности или изменять ещё что-то. Возможно, создательница посчитала, что этого достаточно для ментальной травмы?       Он чувствовал каждое чужое касание, даже соединение проводов. К сожалению, это не выключить. Сахароза ощущалась куда тревожнее, чем хозяйка, пускай и нежнее.       В какой-то момент девушка отошла, чтобы найти подходящий руке гидравлический насос. Маленький рост также значил более короткие по сравнению со стандартом ручки.       Вернувшись, она начала заменять насос. Альбедо решил отвлечься на проверку состояния Итэра - единственное, что андроид мог сделать для него. Тот оставался стабильным, без каких-либо изменений.       Сахароза извинилась и срезала куски искусственной кожи. Андроид чётко чувствовал, как кожа отрывается от металлического скелета, и дергался с каждым рывком, от чего девушка залилась просьбами прощения. Наконец, обнажился металл, и можно было прикрепить руку.       Когда конечность вернулась на законное место, пепельноволосый вернул напряжение в неё. Механик облегченно наблюдала, как парень двигает пальцами. Приходилось привыкать к новому насосу, но, в целом, функционирует хорошо. Видя исправность руки, он позволил мятноволосой восстановить искусственную кожу и залатать порезы и зарубки от битвы с Испорченными.       — М-могу я запросить описание оставшихся повреждений? — спросила механик.       Альбедо словно вернулся в старую добрую рутину: — Никаких наружных повреждений, правое ухо неисправно, необходима замена искусственной барабанной перепонки. Требуется калибровка правой руки.       Затем Альбедо без слов открыл панель с правой стороны головы, отключая правое ухо. Слава богу в комнате нет зеркал - это, наверное, неприятное зрелище. К счастью, у Сахарозы нашлись нужные части, так что работа началась оперативно. Когда панель снова закрылась, повреждений больше не осталось.       Сахароза собиралась что-то спросить, как вдруг дверь открылась. Разве Кэйя не закрывал её на ключ? Впрочем, всё напряжение спало, стоило Барбаре показаться.       — Вижу, вы закончили. Я рассказала Джинн о случившемся. Она здесь правитель, — сказала Барбара и подошла к Итэру. Проверив его здоровье, блондинка, кажется, пришла к одному с Альбедо выводу. — Альбедо, Кэйя сказал тебе помыться, когда тебя починят. Не волнуйся, я присмотрю за Итэром, — Сахароза восприняла это как призыв уйти, ведь та не желала смущать андроида ещё сильнее.       Оставлять Итэра в таком состоянии не хотелось, но он не мог вечно быть в крови и грязи. Это принесет обоим одни проблемы. Робот неохотно взял новую одежду и последовал по указаниям Барбары к ванной.       К счастью, час был достаточно поздним, чтобы никого не встретить по пути. Он снял разорванную одежду и без раздумий выбросил. Включив воду, он стал наблюдать, как вместе с водой с тела стекает красная и коричневая жидкость.       Холодной воды не хватало, чтобы смыть закручивающуюся в ядре досаду. Руки сжались в плотные кулаки, выдавливая в ладони углубления. Альбедо попытался выровнять дыхание. Не хотелось думать о произошедшем, не хотелось чувствовать, как ядро гноится и прожигает изнутри. Он ничего не поделать с тем, что хозяйка сотворила с миром. Ничем не помочь. Ничем.       Наконец, андроид взял дыхание под контроль, чувствуя лишь оцепенение. Проигнорировав навязчивые мысли, он оделся и вышел.       Быстрая полоска красного возникла на периферийном зрении. Робот обернулся и поймал нечто, прыгнувшее на него. Маленькие ручки обернулись вокруг торса, в груди прижалась знакомая копна светлых волос.       Затем художник встретился с красными глазами: — Кли?       — О, правда ты! — счастливо выпалила девочка вместо ответа. Улыбка на лице не изменилась, несмотря на прошедшие шесть лет. — Выглядишь прям как на фотках! Совсем не изменился!       Альбедо вцепился в неё, стараясь не прикладывать слишком много силы. Он уже успел убедить себя, что больше никогда не увидится с эльфийкой. В ответ блондинка обняла его ещё крепче, кладя голову ему на плечо.       Прежде, чем пепельноволосый успел что-либо ответить, Кли уже сменила тему: — Я должна быть в комнате, потому что тетя Джинн говорит, что на улице опасно. Но там таак скучно, не говори тете Джинн, что я сбежала. Пожалуйста. Конечно ты не скажешь, ты лучший старший брат!       Альбедо глубоко вздохнул. Запас энергии Кли не сократился даже с годами: — Я не скажу тете Джинн, но тогда расскажи, где твоя мама?       Если Рэйндоттир с Алисой, они смогут столкнуться лицом к лицу. Впрочем, то маловероятно.       — Мамочка не здесь. Когда всё бомбануло, она была не дома, — объяснила девочка. Всегда присутствовал шанс, что алхимица не выжила. Впрочем, он слишком упирается в смерть.       Кли оказалась настолько позитивной, что даже ставила в тупик.       — О, кстати, мамочка слала тебе письма!       — Письма? — спросил озадаченный андроид. Как вообще возможно слать письма, учитывая состояние мира? Если она могла слать письма, почему не осталась с ребенком, которому было пять лет?       — Она использует маленьких роботов-почтальонов!       Это имеет смысл. Алиса легко могла создать или перепрограммировать роботов. Сей машины, должно быть, настолько примитивны, что не нуждаются в обновлении и могут передвигаться на далекие дистанции.       — Альбедо, ты пришёл сюда ради меня? Кэйя сказал, что сейчас самолеты не прилетают, значит, ты шёл сюда за тридевять земель!       Возможность просто соврать искушала, но художник не хотел врать: — Я пришёл с... другом. Нам повезло встретиться.       — Мамочка всегда говорила, что я удачливая, — радовалась блондинка. Славно, что апокалипсис не повлиял на её позитивную натуру. Девочка отлипла от его руки и поманила за собой. — Письма в моей комнате.       Альбедо последовал за ней. По её мнению он шёл слишком медленно, так что она взяла его за руку и потянула к спальне. Та представляла собой полный беспорядок: повсюду разбросаны игрушки, а рисунки неорганизованной кучкой запихнуты в уголок.       На столе, в рамочках, стояли фотографии. На нескольких из них она лежала на его руках. Тогда она была совсем малышкой, а сейчас выросла Альбедо по грудь. Однако андроид остался таким же. Абсолютно таким же.       Вместо того, чтобы зациклиться на фотографии, парень наблюдал, как Кли неспешно подходит к одному из шкафов и достает сине-золотой конверт с блестящей надписью "Для Альбедо".       — Ничего, если мы пойдем в другую комнату? Мой друг, с которым я пришёл, поранился и сейчас лечится. Я не хочу оставлять его на слишком долго, — сказал пепельноволосый. Красноглазка кивнула и взяла его за руку.       По прибытию в комнату оказалось, что Барбара ушла, и её замещал Кэйя. Состояние Итэра не изменилось.       Девочка заговорила первой: — Кэйя, не рассказывай тете о нас! Я провожу экскурсию братику!       Кэйя изобразил удивление - пара даже не попыталась спрятать шаги: — Мой рот на замке, — глаз перешёл от эльфийки к андроиду.       — Кто бы знал, что под всей этой грязью скрывается такой симпотяга, — сказал синеволосый и, с ухмылкой, подпер голову рукой. Лицо Альбедо никак не отреагировало.       — Мой братик всегда был красавчиком! — засопела блондинка, приняв тон Кэйи за оскорбление.       — Спасибо, что приглядел за Итэром, пока я был занят. Однако лучше, если ты выйдешь на какое-то время, — попросил робот-врач.       Бывший шпион посмотрел на него расчетливым и холодным взглядом. Мгновение спустя Кэйя встал со стула с преувеличенным вздохом: — Как скажешь, — он уверенно похлопал Альбедо по плечу, обнял Кли и вышел.       Андроид сел за кроватью, а малышка забралась ему на коленки. Она потяжелела, а макушка упиралась в подбородок. Пепельноволосый аккуратно вскрыл конверт и вытянул лист бумаги:       Дорогой Альбедо,       Не знаю, на сколько Рэйндоттир усыпила тебя. Уверена, всё произошедшее собьет тебя с толку. Как я понимаю, ты уже пришёл в Мондштадт, ведь от Бездны ничего не осталось. Надеюсь, ты не поранился настолько, чтобы еле функционировать. Как ты видишь, сейчас я не с Кли. Когда ты прочтёшь это, я буду далеко-далеко.       Кстати, если ты ещё не понял, я оставила подсказку в старой книжке Кли. Даже несколько легчайших слов дались с трудом. Не то чтобы она знает~ Я скопировала код на свой додоко-телефон, пока Рэйндоттир вышла, а ты был в отключке. Всё таки программа Кхемия очень запутанная. Милое же имя?       Ты наверняка гадаешь, где сейчас я и Рэйндоттир. Ну, секрет! Рэйндоттир не хочет, чтобы ты нашёл её прямо сейчас. С ней ли я сейчас? Наверное~       Шутки в сторону, сомневаюсь, что дальше - легче. Ты встретишь испытания, которые доведут тебя до предела. Может, ты машина, но у тебя есть сердце. Защищай его и постарайся не попасться.       С любовью,       Твоя тётушка Алиса.             Альбедо, раздраженно вздохнув, положил письмо на кровать. Стоило ожидать, что алхимик ничем не поможет. Кли обеспокоенно взглянула на него:       — Не волнуйся, Кли. Я просто думал, что Алиса скажет, где моя создательница.       Кли успокоилась и уже через секунду слезла с коленок и пошла к двери: — Мне нужно вернуться, тетя Джинн скоро проверит мою комнату. До завтра, Альбедо!       Андроид пожелал ей спокойной ночи, и девочка исчезла из виду. Разум, наконец, улёгся. Он так устал - на мозги словно давил ужасающий груз. Парень взял тёплую руку блондина. Глаза медленно закрылись, туманная голова опустилась на простыни, и всё затихло.