Premonition of love

Намджун стал неспешно наступать. Когда альфа приблизился к Джину, то стал его обнюхивать, пытаясь привлечь внимание омеги к себе. Не было никаких сомнений, что такой сладкий манящий запах исходил от него. Волку нравился Джин, и сам омега не раз видел Намджуна в волчьем обличии, страха перед ним он не чувствовал. Волк провёл носом по волосам и лбу Джина. Ему хотелось его успокоить, защитить и забрать его боль, чтобы омега не мучился. Сзади раздалось рычание Мин Су, который не желал отступать. Намджун повернулся к нему, прижал уши и присел, готовясь к прыжку. То же самое сделал и его соперник. Секунда, и они сцепились между собой. Это была ожесточённая битва, каждый из них не собирался отступать,каждый из них был по-своему силён и ловок. Мин Су попытался укусить Намджуна за шею, но тот успел увернуться, и, воспользовавшись моментом, схватил того за холку и сжал свою челюсть. Соперник был обездвижен, Намджун швырнул Мин Су в сторону, и тот, ударившись о ствол дерева, упал на землю. Волк подошёл со спины, встал над ним на задние лапы и с силой ударил его передними лапами в бок. Так он заявил сопернику, что битва окончена, и ему уже пора бежать с поля боя. Мин Су ничего не оставалось, как поскорее уйти прочь, чтобы избежать позора со стороны своей стаи. Последний раз взглянув на омегу, он, прихрамывая, удалился. Не сказать, что и Намджун был цел и невредим, на задней лапе был глубокий шрам от когтей соперника. Он знал, что раны, причинённые альфой, заживали намного медленнее. Удостоверившись, что Мин Су ушёл, Намджун повернулся к Джину. Он, наконец, мог позаботиться о раненом омеге. Медленно перебирая лапами, альфа подходил всё ближе и ближе. Джин всё так же оставался в одной позе, видимо, в этом положении ему было легче переносить боль. Запах омеги сводил с ума, альфа не мог насытиться ароматом. Он выпустил свои феромоны, отчего Джин сжался ещё сильнее. Альфе не понравилось такое поведение со стороны омеги, он попытался убрать руки с лица юноши, но всё было без толку. Тогда Намджун принял решение обратиться. Ему показалось, что так будет намного легче успокоить его. Это получилось у него не сразу, волк не хотел отступать, но хорошо, что Намджун мог контролировать его. Нехотя волк всё же отступил, в последний раз втянув в себя аромат омеги. Вот уже альфа стоял перед Джином в своём человеческом обличии, полностью обнажённый. — Джин, посмотри на меня, это я. Омега вздрогнул от голоса Намджуна, он отлепил свои руки от лица, на котором читалась гримаса боли. — Намджун, — не выдержав, омега разрыдался. — Тут был Мин Су. — Он что-то сделал? — обеспокоенно спросил альфа, на что Джин отрицательно помотал головой. Намджун выдохнул с облегчением, ведь если бы Мин Су что-то сделал, то лёгким ушибом точно не отделался бы. — Чонгук, — крикнул Джин. — Где он? Они добрались до деревни? — С ним и другими всё хорошо, не волнуйся за них. Нам нужно вернуться домой и срочно оказать тебе помощь. — Мне нужно попасть в квартиру. — Это невозможно, дороги перекрыты, ты не сможешь туда попасть, не в этот раз. Альфа говорил паузами, он еле сдерживался. Намджун готов был сорвать с омеги одежду и взять его прямо там. — Мне нужно, — не успев договорить, омега согнулся от боли. — Джин, нам нужно в деревню, там тебя никто не тронет, я обещаю. — А ты? Где гарантия того, что ты не трахнешь меня? — прямой вопрос смутил альфу, но он был уместен в данной ситуации. — Я даю тебе слово, что не прикоснусь к тебе, пока ты сам этого не захочешь, — Намджун нехотя отполз от Джина и поднял руки. — Я хочу домой. — Хорошо, я отнесу тебя, если ты позволишь. Омега взглянул на него с опаской, когда тот протянул к нему руки, но ему ничего не оставалось, как дать добро на следующее действие. Джину было неловко от вида обнажённого тела Намджуна, но, с другой стороны, каждый раз, когда он смотрел на него, волна возбуждения накрывала его с новой силой. Намджун взял Джина на руки и ускоренным шагом направился назад в деревню. По дороге обратно омега не мог успокоиться, он прижимался к альфе и тёрся о его тело. У альфы действительно была железная выдержка, он крепко стиснул челюсти и проговаривал в своей голове, что если он что-то сделает с омегой, то, возможно, потеряет его доверие навсегда. Альфа понимал, что это всё из-за течки, и не предпринимал никаких попыток оттолкнуть омегу. Когда они подходили к деревне, их встретил Джу Хёк и прикрыл голое тело альфы. — Джу Хёк, у него началась течка, ещё чуть-чуть, и я не сдержусь, забери его, — пожилой омега понимающе кивнул. Альфа отпустил течного омегу на землю, Джу Хёк перекинул руку Джина через плечо, и они поспешили скорее добраться до дома. Намджун шёл позади, чтобы предотвратить нападение альф из стаи, но как только они вошли в деревню, альфы быстро учуяли запах Джина. У каждого в глазах читалась похоть, и каждый из них хотел овладеть омегой, но грозный рык Намджуна быстро отбил у них желание что-либо делать. Этот рык давал понять, что омега являлся неприкасаемым, и даже главе нельзя было его трогать. Стая склонила голову перед вожаком, и никто не посмел что-то возразить против его решения. Дальше они без происшествий добрались до дома. Чонгук находился в соседнем доме, это было решение Джина, он не хотел, чтобы малыш видел его таким. Джу Хёк довёл раненого омегу до ванной, которая находилась у него в комнате. Джин попросил его принести ему блокаторы, на что пожилой омега ответил, что у него их нет. — Джин, сынок, такими таблетками никто здесь не пользуется. — Они мне нужны, прошу, аджосси. — Я поищу, глава пошёл за врачом, скоро они тебе помогут. Ты молодец, Джин, ты спас столько детей, — Джу Хёк погладил омегу по голове и вышел. Джин захныкал, в штанах было тесно и влажно, омега чувствовал, как поднималась его температура, а боль становилась невыносимой. Обычно Джин справлялся с течкой, залезая в ледяную ванную, это помогало, но ненадолго. Нога пульсировала от боли, омега не мог понять, где он мог так зацепиться.

Четыре часа назад.

Была глубокая ночь, дождь то стихал, то лил с невероятной силой. Всё шло относительно хорошо, пока один из детей не поскользнулся и не упал в воду. Джин среагировал быстро, он передал детей, которые находились у него на руках, другим, и прыгнул в воду. Течение было сильным, но Джин был хорошим пловцом. Мальчика унесло течением на несколько метров. Джин доплыл до него, быстро схватил его за шкирку и приподнял мальчика над водой. Как только он хотел обернуться, чтобы поплыть обратно, ему в грудь ударил небольшой обломок от дерева, чуть выше солнечного сплетения. Омега попытался дышать, но боль была невыносимой. Их отбросило ещё на пару метров, пока Джин пытался прийти в себя. Корни деревьев были хорошо видны, и омега решил ухватиться за них. Как только у него это получилось, он попросил мальчика держаться крепко за дерево. Через несколько секунд Джин ощутил сильнейшую боль в области правой лодыжки. Он закричал от неожиданности, но сразу же прикрыл рот, чтобы не пугать ребёнка. Оказалось, ногу омеги придавило камнем, от паники он попытался вырваться, чем и причинил себе травму. Джин понимал, что обратно им вряд ли удастся добраться. Омега стал думать, оглядывался и наконец увидел, что суша находилась недалеко. Ким задумался, как будет легче перенести туда детей, и в голову пришла лишь одна мысль. Дети должны прыгать в воду по-одному, и тогда течение принесёт их к нему прямо в руки. Это было слишком рискованно, но если он этого не сделает, то неизвестно, что с ними будет там. Сначала омега перенёс первого мальчика, который был с ним. Убедившись, что больше ему ничего не угрожает, он поплыл за остальными детьми. Джин объяснил всё ребятам, некоторые согласились сразу же, а некоторые боялись, но убедив их, что всё будет хорошо, он принялся за свою спасательную операцию. Первым решился Чонгук, чтобы показать другим, что в этом не было ничего страшного, хотя сам он боялся не меньше, но он доверял папе, и поэтому прыгнул в воду. Всё сложилось так, как Джин и предполагал, детей приносило к нему течением, и он стал переносить их одного за другим. На утёсе осталось лишь двое детей, младенец и самый старший из ребят. Он принял решение спуститься, а не прыгать, чтобы не навредить малышу. Джин подсказывал ему, куда и какую ногу поставить, чтобы тот не свалился. Когда мальчик уже был в воде, то он поднял младенца над головой, чтобы тот не захлебнулся. К счастью, всё закончилось хорошо, но повреждённая нога омеги сильно болела. Когда они все немного отдохнули, Джин решил, что будет правильно, если они найдут дорогу домой. Омеге нечем было перевязать рану, ведь сумку и рюкзак они оставили на холме, когда перебрались на сушу. Ким посмотрел на свою ногу и ужаснулся, кровь тоненькой струёй вытекала из раны. Тогда один из мальчиков предложил свой маленький шарфик. Джин туго перевязал ногу, чтобы хоть немного остановить поток крови. Чонгук принёс папе палку, чем-то напоминающую посох какого-нибудь волшебника из аниме. И вот, наконец, они отправились домой. Через пару часов Джин почувствовал себя не очень хорошо. Омега ощущал, как поднималась температура, он стал сильно потеть и догадался, что не через два дня, а именно сегодня у него начнётся течка. Пройдя ещё час, они остановились у огромного дуба. Джин знал, что дальше он пойти не сможет, и сказал детям, как им добраться до деревни. Чонгук стал плакать, он не хотел оставлять омегу одного, но Джин сказал ему, чтобы тот вернулся в деревню и позвал отца. Чонгук нехотя согласился и пошёл за остальными детьми. Омега стал ждать появления Намджуна. Ткань, которой он подвязал ногу, была уже красная, пропитанная кровью, и Джин решил её снять. Через некоторое время волна боли, которая образовалась в матке, заставила его согнуться. Позабыв о раненой ноге, Ким сжался, держась за живот. — Тебе нужно перетерпеть, и скоро всё закончится, терпи, — это слова звучали, как успокаивающая мантра для омеги. Интенсивность боли становилась всё больше и больше. Так он пролежал час, пока не услышал хруст веток и тяжёлые шаги, которые приближались к нему. Джин уже подумал, что это Намджун, но ошибся. Этого волка Джин узнал и сразу же закрылся, прижав ноги к животу и закрыв лицо руками. Альфа за считанные секунды оказался рядом с Джином. Он стал обнюхивать омегу, и его волку нравился этот запах. Мин Су хотел забрать Джина и воспитать его под себя, но как только эта мысль посетила его голову, он заметил Намджуна, который вышел из-за деревьев.

End of flashback.

***

Корчась от боли и ругая себя за то, что не держал в доме блокаторы, омега начал метаться по постели. Он испачкал кровью простыни и ковёр. В комнату ворвались двое альф, один из которых был Намджун, а второй врач, с ним омега был знаком, но сейчас он не мог вспомнить его имени. Врач посмотрел на главу, чтобы убедиться, можно ли ему подойти к омеге. Недолго думая, вожак дал добро. Намджун находился в комнате не просто так, он должен был следить за работой врача, и чтобы никаких лишних действий он не совершал по отношению к омеге. — Гон-у, сделай всё быстро и уходи, — альфа обращался к врачу, голос у него был хриплым и грубым. Гон-у кивнул и побежал к омеге. Выпрямив ногу, он стал её осматривать. Поняв, в чём дело, врач принялся останавливать кровь, а уже потом очищать ногу и рану от грязи. Гон-у достал из своей сумки жгут и бинт. Бинт он обмотал вокруг его голени, чтобы при перетягивании жгута кожа не травмировалась от натяжения. Кровотечение случилось из-за того, что немного была задета задняя большеберцовая артерия. Гон-у не раз видел такие раны и мог быстро с ними справиться. Но из-за запаха Джина он не мог сосредоточиться. В комнате становилось душно, аромат, который исходил от омеги, заполнил собой буквально всё. Намджун практически не дышал, он стоял в углу и наблюдал за действиями врача, который пытался остановить кровь. Ему и волку не нравилось, что рядом с омегой находился другой альфа, но поделать он ничего не мог. Из мыслей его вывел дрожащий голос врача. — Глава, мне нужна ваша помощь. Не могли бы вы подержать Джина, пока я зашиваю рану? Альфа подошёл к кровати, нагнулся прямо над омегой и поднёс губы к его уху. От его дыхания у омеги пошли мурашки по всему телу. — Я могу к тебе прикоснуться? Джин, не глядя, просто кивнул, врач показал, как именно глава должен держать омегу. Правая рука альфы легла на голень повреждённой ноги, здоровую ногу они договорились привязать так, чтобы она не мешала. — Джин, послушай меня, я не могу дать тебе обезболивающее, потому что оно подействует не сразу, а у нас нет времени ждать. Я сделаю всё быстро, но тебе придётся терпеть, — врач говорил осторожно, поглядывая на главу. Омега ничего не ответил. Приняв это за согласие, альфа приступил к работе. Убрав одеяло и наволочку, он постелил стерильную салфетку, тем самым подготавливая операционное поле. Гон-у понимал, что это всё небезопасно, но ему ничего не оставалось, кроме как провести операцию. Он был молод, но опытен. Всё это время Намджун держал ноги Джина и иногда посматривал на омегу, который спрятал лицо в подушку. Достав из кейса заранее подготовленные стерильную иголку, нитку, зажимы для сосудов и сосудистые щипцы, врач обработал руки и надел стерильные перчатки. — Глава, опустите ногу на салфетку и держите его, чтобы он не двигался, — его голос стал более уверенным, он полностью сосредоточился. I этап — мобилизация сосуда. Функция этого этапа заключалась в том, чтобы приблизить повреждённый сосуд так, чтобы в дальнейшем при заживлении и ходьбе не возникал дискомфорт. Этот этап занял у него минут пятнадцать. II этап — сближение концов сосуда. Для этой манипуляции использовались сосудистые щипцы, также врач должен учитывать чрезвычайную ранимость сосудистой стенки. Фиксация должна быть такой, чтобы концы сосуда при сближении не выскальзывали, а их внутренняя оболочка не раздавливала. Джин стал вырываться, кричать и плакать, он цеплялся за руки альфы, которые его держали. Врач говорил ему, что он скоро закончит, но боль была невыносима, и терпеть омега больше не мог. Так продолжалось минуты две, пока грозный рык не раздался по комнате. Джин сразу же спрятал лицо в подушку и притих. Намджун не хотел прибегать к таким крайностям, но по-другому омега бы его не понял. Тогда глава взглянул на врача и сказал ему продолжать. III этап — подготовка концов сосуда к наложению шва. IV этап — непосредственное наложение шва. Накладывают шов по одной из принятых методик. В течение всей операции концы сосуда периодически смачивают изотоническим раствором натрия хлорида или раствором антикоагулянта. Перед затягиванием последнего шва герметизирующего сосуда из его просвета необходимо удалить воздух. Для этого зажим снимают с периферического отрезка и, после того как поступившая кровь вытеснит воздух, затягивают последний шов. Воздух можно вытеснить и с помощью шприца путём введения в щель незатянутого последнего стежка изотонического раствора натрия хлорида. Джин потерял сознание во время зашивания сосуда. Намджун повернулся к омеге, ему больше не надо было держать его ногу. Он подошёл ближе, убрав волосы с его лица, щёки были красными, в уголках глаз блестели капельки слёз. Одежда на омеге была грязная, на шее и руках также была грязь. Последний, V этап — пуск кровотока по сосуду, проверка герметичности шва и проходимости сосуда. Большое значение имеет очерёдность и быстрота снятия зажимов. Сначала снимают дистальный, а затем проксимальный зажимы, зажимы снимают быстро. Если кровь бьёт сильной струей, то к линии шва необходимо прижать салфетку, смоченную горячим изотоническим раствором натрия хлорида. Салфетку необходимо удерживать в течение пяти минут. Самое сложное позади, Гон-у выдохнул с облегчением. Самое главное, что основная проблема была решена, теперь ему осталось зашить операционное поле. Гон-у нужно было действовать быстро, ведь неизвестно, в какой момент мог проснуться омега. Через двадцать минут всё было готово, Гон-у ещё раз обработал ногу и приступил к наложению бинта. Закончив, Гон-у осмотрел Джина более детально, ведь если на теле омеги остались раны, то они запросто могли инфицироваться. Пальцы на которых не было ногтей врач аккуратно вымыл и обработал, также он не забыл наложить бинтовую повязку. Гон-ну выпрямился, когда наконец закончил. Волк внутри него порывался выйти, но он держался из последних сил. — Глава, операция прошла успешно, заживление зависит от его регенерации, но я слышал, что Джин является слабым омегой, так что я не знаю, сколько займёт заживление. Я буду приходить каждый день и проверять, а сейчас ему нужен покой. Когда он проснётся, дайте ему вот эти таблетки, это противовоспалительные. Намджун ничего не ответил, просто кивнул, забирая из рук врача лекарство. Гон-у ещё раз взглянул на омегу и ушёл прочь. Глава развернулся и подошёл к кровати, положив таблетки на прикроватную тумбу. Намджун подумал, что будет правильно помыть Джина, так как нога бы не позволила ему этого сделать. Альфа принял решение намочить полотенце и пройтись по его телу, тем самым избавив от первичной грязи. Ким вышел из комнаты, достав из кладовки маленький тазик и чистое полотенце из шкафа. Наполнив ёмкость горячей водой, он вернулся к омеге, который беспокойно спал. Альфа решил сперва раздеть Джина. Он не был уверен в своём решении, но также Намджун не хотел, чтобы кто-то другой прикасался к омеге. Альфа стал расстёгивать пуговицы на его рубашке. Взгляд Намджуна сразу упал на острые ключицы и грудь Джина. На впалом животе красовался шрам от ожога в виде молнии. Альфе стало интересно, откуда он мог взяться. Приподняв немного тело омеги, он полностью снял рубашку и отбросил ненужную вещь в сторону. Отжав полотенце, Намджун начал протирать ему шею, потом плавно перешёл к ключицам. Альфа заметил, что от таких прикосновений у Джина затвердели соски. Их Намджун тоже не оставил без внимания. Он специально задевал затвердевшие бусины то полотенцем, то руками, отчего омега стал дышать часто и вздрагивать от очередной порции касаний. Повернув омегу на живот, Намджун обнаружил новые шрамы, только уже на лопатках, они были параллельны друг другу. Это был не ожог, а наоборот, они были сделаны аккуратно ножом или лезвием. Намджун окунул полотенце в воду и снова отжал его. Прошёлся по широким плечам, рукам, спине и узкой талии. Закончив с верхней частью, он повернул его обратно на спину. Глаза альфы упали на штаны, которые насквозь пропитались смазкой и запахом Джина. Сглотнув, он стал расстëгивать его ширинку. Намджун спустил их вместе с боксёрами. Сначала он снял их со здоровой ноги, а потом аккуратно, не задевая раненую ногу, ему удалось полностью освободить его от штанов. Глаза альфы заблестели от вида обнажённого омеги. Снова ополоснув полотенце, он поднёс его к здоровой ноге и стал потихоньку очищать её от засохшей грязи. Дойдя до бёдер, альфа заметил, что тело Джина стало реагировать на его касания. Член омеги становился твёрдым, Намджун пытался не смотреть туда, но это было для него слишком сложно. Через две минуты он закончил, и ему стоило бы уйти. Но рука сама потянулась к возбуждённому органу Джина, он был небольшого размера. Обхватив его рукой, альфа провёл большим пальцем по головке члена, растирая смазку. Дыхание омеги участилось. Намджун нагнулся и провёл языком по всей длине члена и головке. Да, он помнил, что обещал омеге не прикасаться к нему без его согласия, но он ничего не мог с собой поделать. Альфа не понимал, почему его так влекло к этому омеге. Осторожно, боясь разбудить, он взял его возбуждённый орган в рот и стал сосать. Омега метался по постели, руками сжимал простыни, ему определённо это нравилось, он иногда делал попытки приподняться, но всё было тщетно. Джин всё ещё находился во сне, но он этого не понимал. Намджун, не отрываясь от омеги, схватил раненую ногу, прижимая её к постели, чтобы рана не открылась вновь. Альфа и сам возбудился, но для него, на данный момент, главным было доставить удовольствие омеге, а не себе. Через две минуты, неожиданно для Намджуна, омега кончил ему в рот. Он без какого-либо отвращения проглотил всё. Выпустив член изо рта, он посмотрел на омегу, у которого было красное лицо и учащённое дыхание. Быстро накрыв его одеялом, он вышел из комнаты, пока не стало слишком поздно. Покинув пределы дома, Намджун сразу же обратился и побежал прочь. Его волк требовал, чтобы тот вернулся обратно и сделал то, что им так необходимо, но он не мог этого допустить. Намджун был уверен, что этого больше не повторится, и омега никогда не узнаёт, что только что сделал альфа.