In your shadows

В своём собственном доме Сукуна всегда спал с открытыми окнами. Он просыпался с первыми утренними лучами солнца, если только не был на работе. Со временем он обнаружил, что это гораздо более приятный способ начать день, чем вой будильника, который заставлял его проснуться ментальным ведром ледяной воды.  Он проснулся в квартире Фушигуро Мегуми абсолютно дезориентированным, его спина болела из-за бугров под обивкой дивана. Одна из пружин вонзилась ему в поясницу, достаточно острая, чтобы оставить синяк. Не было ни единого шанса снова сейчас заснуть.  Его телефон радостно сообщил, что уже почти шесть утра, слишком рано, чтобы проснуться, но достаточно поздно, чтобы снова заснуть. Сукуна растянулся на диване, упираясь руками и ногами в подлокотники, разминая ноющие, затекшие мышцы.  Если так будет продолжаться и дальше, ему придётся купить Фушигуро Мегуми новый диван. Он ни за что не протянет два месяца, засыпая на этой ужасной штуковине. Ну, по крайней мере, это оказалось интересным делом. Сукуна сел, перебирая в голове всё, что он знал о Фушигуро. Почти год его преследовал кто-то, кто не понимал, что такое границы. Он отказался идти в полицию, ему пришлось переехать и он даже потерял собаку.  Фушигуро Мегуми был в очевидной опасности но, помимо того, что выглядел немного уставшим, почти не показывал этого. Он или идиот, или невероятно сильный духом человек.  Сукуна с ворчанием поднялся на ноги и достал из сумки предметы первой необходимости, чтобы взять их с собой в ванную. Он зашёл туда и запер за собой дверь.  В ванной комнате Фушигуро не было ничего интересного. Она была маленькой, ровно настолько, чтобы в ней помещались только раковина, унитаз и ванна с душем, на бортике которой лежали мыло с ароматом жасмина и мочалка. Ни стеллажей, на которых можно было бы спрятать камеру, ни аптечки, к которой можно было бы подобраться, чтобы заменить лекарства. Сукуна исключительно по привычке заглянул в вентиляционное отверстие, расположенное немного в стороне от душа.  Фушигуро Мегуми проверил все окна и двери перед тем, как лечь спать. Буквально всё в его поведении кричало о том, что он уже стал немного параноиком. Сукуна не сомневался, что Мегуми проверял и вентиляцию.  Это всё равно не помешало Сукуне встать на унитаз и с небольшим усилием сдернуть решетку. Там не было ничего, ни мигающего красного огонька, ни скрытой камеры, направленной на душ, чтобы запечатлеть непристойные образы ничего не подозревающего субъекта.  Сукуна вернул вентиляционную решётку на место, быстро почистил зубы и вышел из ванной, словно никогда туда не заходил, оставив там только зубную щетку, чтобы каждый раз не таскать её с собой.  Он вышел из ванной как раз в тот момент, когда Фушигуро вышел из своей спальни, уже одетый и готовый к новому дню. Мешки под его глазами стали еще больше. Они выглядели как синяки, огромные, словно кто-то сломал ему переносицу.  Мегуми моргнул, глядя на него, остановился на мгновение, а затем продолжил своё движение на кухню. Сукуна последовал за ним, наблюдая, как тот открыл холодильник, как уже делал прошлой ночью, и закрыл его через мгновение с тяжелым вздохом.  — Ты хоть немного поспал? — Сукуна поймал себя на том, что спрашивает, не совсем понимая, зачем он это делает.  Выспался Фушигуро Мегуми или нет, его, в целом, не должно было волновать. Его единственной задачей было уберечь Фушигуро от беды, независимо от того, как сильно тот недосыпал.  Фушигуро не ответил, по крайней мере сначала. Он прислонился лбом к стальному краю холодильника и тихо вздохнул. Сукуна ждал, скрестив руки на груди, и наблюдал за ним.  — Мне нужно сходить в продуктовый магазин, — наконец пробормотал Фушигуро, слегка повернувшись к Сукуне.  Сукуна слегка кивнул головой, указывая на дверь. Фушигуро не двигался, только смотрел на него, такой же измученный, как всегда.  Это была такая мелочь - сходить в магазин. Сукуна не мог вспомнить, когда в последний раз ходил туда сам, Урауме обычно заказывал ему продукты, пока он был на работе. И всё же Фушигуро Мегуми был не просто кем-то, и для него любой выход на улицу был ещё одним способом подобраться к нему поближе.  — Я, конечно, пойду с тобой, — сказал Сукуна, кивнув с ухмылкой.  Фушигуро выглядел так, словно предпочел бы съесть стекло, его брови нахмурились, а губы скривились в недовольной гримасе. Сукуна отступил в сторону, когда Фушигуро деловито прошествовал мимо него, направился к двери и открыл все засовы. Сукуна шёл всего на полшага позади.  Дом, в котором находилась квартира Фушигуро, был одним из тех, что Сукуне было бы легко охранять. Там была только одна лестница, по которой Сукуне потребовалось двадцать две секунды, чтобы подняться на три этажа в квартиру Фушигуро. Помимо этого, там имелись лифт и пожарная лестница, которая вела прямо в квартиру.  Фушигуро направился к лифту, нажал кнопку первого этажа и замер, скрестив руки на груди. Он слегка покачнулся, когда лифт начал движение, и очнулся из транса только тогда, когда двери открылись.  Лобби дома было невзрачным. Камеры были направлены на вход в подъезд и двери лифта, вдоль стен висели почтовые ящики. Ещё там было небольшое мусорное ведро, но в остальном ничто не тревожило инстинкты Сукуны.  — Вы когда-нибудь просили их проверить камеры? — спросил Сукуна из любопытства.  Фушигуро вышел из подъезда на улицу, оглянувшись на него. — Да, однажды Годжо заставил их всё проверить, сразу после взлома. Но он так ничего и не нашёл.  В этом не было ничего удивительного. Если преследователь смог организовать проникновение, то он смог бы избежать и двух маленьких камер, которые всё равно выглядели так хлипко, что вряд ли снимали достаточно хорошо, чтобы была возможность разглядеть лицо на плёнке.  Фушигуро прикрыл зевок рукой, измотанный. Они шли рядом, пока не завернули за угол и не подошли к магазину. Было рано, слишком рано для большинства людей, чтобы ходить по магазинам, но Сукуна всё равно внимательно осмотрел вход. Когда они зашли, их встретил порыв кондиционера, и Сукуна как-то уязвимо поёжился. Быстрый осмотр магазина - это всё, что успел сделать Сукуна, прежде чем Фушигуро взял корзинку и с ворчанием сунул её в руку телохранителя.  — Неси это, — сказал он через плечо.  Сукуна с недоумением посмотрел на корзинку, которую был вынужден держать, и только инстинкт, выработанный годами работы, подтолкнул его наконец сдвинуться с места и последовать за Фушигуро. — Эй, я не нанимался тебе тут прислуживать.  Фушигуро корзинку обратно не взял. Вместо этого он молча положил в неё два помидора и кочан капусты. — Сатору мог бы с таким же успехом заплатить тебе, чтобы ты здесь делал хоть что-нибудь полезное.  Фушигуро слегка наклонил голову к плечу, и Сукуна практически видел, как в его голове крутятся шестерёнки, пока он разглядывал его с ног до головы. Поскольку предполагалось, что Сукуна должен выглядеть непринужденно, а не как телохранитель, он надел простую белую рубашку и пару тёмных джинсов. — Я выставлю Сатору счет за твоё питание, — пробормотал Фушигуро себе под нос, возвращаясь к выбору продуктов.  Сукуна стиснул зубы, пальцы сжались на ручке корзины, когда в неё небрежно опустили авокадо. Фушигуро вообще не выглядел обеспокоенным, только закатил глаза, когда заметил, что Сукуна сверлит его взглядом.  — Ну, не дуйся, — пожал плечами Фушигуро. — Поможешь мне? Возьми, пожалуйста, немного спаржи? — Я здесь, чтобы обеспечить твою безопасность, Фушигуро Мегуми, — напомнил Сукуна низким голосом.  Не часто ему приходилось иметь дело с трудными клиентами, которые не понимали всей серьезности ситуации, в которой оказались. Фушигуро понимал серьезность ситуации, достаточно, чтобы проверять замки и окна, перестать нормально спать и не хотеть выходить на улицу в даже продуктовый магазин, и всё же каким-то образом ему удавалось вести себя так, как будто всё это для него не имело значения.  И всё-таки, это дерьмо было реальным, и мешков под глазами Фушигуро Мегуми было достаточно, чтобы утверждать, что оно на него подействовало, несмотря на то, как отчаянно он притворялся, что это не так.  — Я здесь, чтобы защитить тебя, всё остальное для меня не имеет значения. Я тебе не мальчик на побегушках. Драматически вздохнув, Фушигуро бросил на него раздраженный взгляд.  — Чем быстрее мы купим продукты, тем быстрее я смогу вернуться домой. Так ты сходишь за спаржей? — Фушигуро замолчал, облизнув губы. — Пожалуйста. У него и раньше были клиенты, которые пытались командовать им, и которые быстро понимали, что с ним шутки плохи. Сукуна наблюдал, как его дрожащая рука взяла ещё один авокадо и положила его в корзинку.  Его инстинкты требовали, чтобы он не оставлял своего подопечного ни на секунду. Кому-то может потребоваться всего несколько футов, чтобы атаковать, всего секунда, когда Сукуна ослабит бдительность, чтобы разразилась трагедия. Однако в овощном отделе больше никого не было, даже одинокого работника, который бы перебирал подгнившие овощи.  Сукуна быстро прошел десять шагов до спаржи, сунул её в корзинку, а когда обернулся, Фушигуро Мегуми уже не было. Сукуна тихо выругался, корзинка выпала у него из рук. Конечно, конечно, какой же он идиот. Даже грёбаный Годжо Сатору предупреждал его, что это трудный клиент.  У Фушигуро была десятисекундная фора, если он развернулся и сразу же побежал. К заднему входу в магазин добраться труднее, чем к основному. У Сукуны было лишь несколько коротких секунд, и ему пришлось принимать быстрые решения, чтобы сохранить преимущество.  Он громко, ворчливо вздохнул, когда направился обратно ко входу в магазин, он не был в восторге от ситуации, но совсем не беспокоился. Сукуна никогда не упускал своих подопечных, и Мегуми Фушигуро не будет исключением.  Были времена, когда он был к этому близок. Когда кто-то опережал его на полшага и ставил его клиента под угрозу. Сукуна никогда не забудет ни одного случая, когда ему приходилось вынимать пистолет из кобуры. И он не задумываясь вытащит его снова, чтобы обезопасить своего подопечного.  Но этот конкретный эпизод не показался ему одним из тех случаев. У кассы стояла одинокая продавщица, которая играла в своем телефоне, и когда Сукуна прошёл мимо нее, она даже не подняла на него взгляд. В этот конкретный эпизод его клиентом был капризный ребёнок, который просто отказывался от помощи во имя своей гордости. Это был упрямый человек, который не осознавал, что небольшие неудобства, связанные с наличием охраны, могут спасти ему жизнь.  Сукуна всегда восхищался силой, восхищался. Фушигуро Мегуми был очень сильным, в этом не было никаких сомнений. Но на данном этапе его жизни немного дополнительной поддержки ему бы не помешало. Более того, это могло стать вопросом жизни и смерти.  Сукуна быстрым шагом пробрался через стеллажи с продуктами, скользнул через тот же неприятный поток холодного кондиционированного воздуха, через который прошёл меньше десяти минут назад. Он посмотрел направо, затем налево, как раз вовремя, чтобы заметить, как чёрная рубашка и пара тёмных джинсов исчезают за углом.  Нельзя было терять время. Сукуна перешёл на легкий бег, завернул за угол и практически наткнулся на Фушигуро, который выглядел гораздо менее обеспокоенным, чем Сукуна ожидал.  — Всего минута, — сказал Фушигуро, прищёлкнув языком. — В следующий раз мне придётся постараться. Сукуна схватил Фушигуро за плечо, быстро осмотрев его с ног до головы, напряжение покинуло его только тогда, когда он убедился в его целости и сохранности.  — Ты что, идиот? — Сукуна зарычал, низко и серьезно.  Фушигуро непонимающе посмотрел на него, моргнув, прежде чем стряхнуть прикосновение Сукуны. — Последнему потребовалось семь минут, чтобы найти меня, — сказал он, как будто это всё объясняло.  — Похоже, ты действительно забываешь, — протянул Сукуна, снова схватив плечо Фушигуро и прижав его к стене. — Положение, в котором ты находишься. Я действительно не думал, что тот, кого преследуют и закидывают угрозами, может об этом забыть, но раз так, позволь мне тебе напомнить.  Фушигуро вздрогнул от его прикосновения, пытаясь отстраниться, но Сукуна только сильнее прижал его к стене, удерживая в капкане. Испуганный кролик, загнанный волком в угол.  — Где-то там есть кто-то, кто хочет разорвать тебя на части, во всех смыслах этого слова. Я уверен, что ты получил множество писем с подробным описанием того, что этот человек с тобой сделает, когда ты попадешь в его лапы. И поверь, это не «если», а именно «когда», можешь не сомневаться, всё именно так и произойдёт, если ты не включишь свои мозги. Если ты продолжишь убегать от людей, которые хотят обеспечить твою безопасность. Фушигуро не смотрел ему в глаза. Он вырвался из хватки и отскочил в сторону, стиснув зубы, когда Сукуна наклонился ближе и маниакальная ухмылка расползлась по его лицу.  — Прошло сколько, год? Если бы твой сталкер планировал сдаться, он бы это уже сделал. Он бы перешел к какой-нибудь более легкой, более доступной цели. Но он охотится за тобой. Это ты в опасности. Ты, Фушигуро Мегуми. Никто другой. Я-то могу просто уйти, умыть руки от этого дерьма, но ты сбежать не можешь, не так ли? Сукуна схватил Фушигуро за челюсть, заставляя его взглянуть на него. Усталые зеленые глаза встретились с багровым взглядом Сукуны. — Тогда уходи, — процедил Фушигуро сквозь стиснутые зубы. — Я не буду тебя останавливать. Маленький вспыльчивый огонёк перед ним был настроен враждебно. Усталый, дрожащий от изнеможения, но всё ещё смотрящий на него полными ненависти зелёными глазами, которые могли бы покорить весь этот грёбаный мир. Сукуне это понравилось. Это была та ненависть, которая понадобится ему позже.  Сукуна отпустил челюсть Фушигуро, их лица были невероятно близко, носы почти соприкасались. Рука Фушигуро легла ему на грудь, и Сукуне потребовалось мгновение, чтобы понять, что тот пытается оттолкнуть его. Мда, Фушигуро явно нуждался в здоровой пище и нормальном ночном сне.  Звук шин вырвал Сукуну из мыслей, блестящая чёрно-белая полицейская машина подъехала к ним. Сукуна уже отпустил челюсть Фушигуро, но не отступил назад, и в следующий момент крепко схватил Мегуми за рубашку сзади.  — У вас тут какая-то проблема? — спросил офицер, выходя из машины и протягивая руку к кобуре на бедре. У него были длинные серебристые волосы, и выглядел он так, словно  слишком часто бывал в драках. Шрам тянулся по правой стороне его лица, через бровь и глаз. Он тонко улыбался крайне фальшивой улыбкой.  Рука Фушигуро расслабилась на груди Сукуны, прервав их короткий контакт, когда он вздохнул, но его тело было напряжено, он был натянут, как тетива. Он шагнул вперед, пока не поравнялся с Сукуной, явно не намереваясь больше за ним прятаться.  — Я спросил, — повторил офицер, его улыбка стала чуть шире, — есть ли у вас какая-то проблема? Ты знаком с Мегуми? — Махито, — поприветствовал офицера Фушигуро, — тебя прислал Тоджи? Хотя Махито и продолжал улыбаться, его лицо было холодным, как лёд, его глаза буквально сверлили Сукуну, на Фушигуро он взглянул лишь мельком. — Я попрошу вас от него отойти. Из тех нескольких эпизодов в своей практике, когда Сукуна имел дело с полицией, он не мог сказать, что был самым большим поклонником людей, которые сначала стреляли, а потом задавали вопросы. И того, как рука Махито задержалась на пистолете, было вполне достаточно, чтобы Сукуна сделал все необходимые выводы об этом человеке. Фушигуро схватил его за предплечье прежде, чем он успел среагировать, костяшки его пальцев побелели, а ногти впились в кожу. Сукуна повернулся, чтобы взглянуть на него, чтобы сказать, что всё в порядке, но Фушигуро заговорил первым.  — Он мой парень, — быстро сказал Мегуми. Зелёные глаза перехватили  багровый взгляд Сукуны, тонкая рука сжала его предплечье.  — Оу? — Махито убрал руку с пистолета. Тем не менее, его плечи всё ещё были напряжены. Сукуна ухмыльнулся, накрыв ладонью руку Фушигуро на своей руке. Мегуми сжимал достаточно сильно, чтобы кровь начала отливать, и Сукуна мягко провёл большим пальцем по его костяшкам, чтобы чуть облегчить хватку. Фушигуро сжал его ещё крепче. — Шеф Фушигуро не упоминал, что ты с кем-то встречаешься, — сказал Махито, почти поддразнивая, склонив голову набок. Серебристые волосы, разделенные на два хвоста, спадали на одно плечо. — Однако он рассказал нам о другой твоей проблеме.  Ногти Фушигуро сильнее впились в его кожу. Сукуна продолжал гладить тыльную сторону его ладони, касаясь большим пальцем запястья Мегуми. Его пульс маленькой птицей бился о кожу Сукуны. — Всё ещё следит за мной, как всегда? — Фушигуро язвительно фыркнул.  — Конечно, он беспокоится о тебе, — весело ответил Махито. — Нечасто преступники преследуют детей сотрудников полиции. Хотя они - довольно лёгкие мишени. Фушигуро поджал губы и стиснул челюсть, когда отвернулся, всё ещё крепко держась за руку Сукуны, как за спасательный круг. Сукуна прочистил горло, шагнув вперед, достаточно, чтобы Фушигуро оказался за его спиной, частично скрытый от глаз назойливого офицера. — Это было весело, но нам пора идти, нам ещё нужно зайти в магазин. — Он натянуто улыбнулся офицеру. — Нас ведь не задерживают? Фушигуро громко усмехнулся, а Махито отошёл в сторону и направился к своей полицейской машине. Сукуна слегка подтолкнул руку Мегуми вниз, пока не смог переплести их пальцы, а другой рукой обхватил его талию.  Если Фушигуро хотел, чтобы он играл роль послушного бойфренда, то он мог, по крайней мере, получать от этого удовольствие.  — Вовсе нет, — сказал Махито, всё ещё улыбаясь. — Я с нетерпением жду встречи с тобой завтра, Мегуми! Это буквально всё, о чем говорит шеф Фушигуро.  Фушигуро не ответил, потянув Сукуну за собой, чтобы пройти мимо полицейской машины и завернуть за угол, где вместо того, чтобы отстраниться, ещё крепче сжал руку Сукуны. — Не отпускай, — пробормотал он едва слышно. — Он всё ещё за нами наблюдает. Сукуна чувствовал на них этот пронзительный взгляд, пока они не вернулись в магазин, в котором было намного больше людей, чем раньше. Фушигуро не прошел дальше, только стоял у двери, крепко держа Сукуну за руку, пока патрульная машина не проехала мимо на слишком низкой скорости, и не выехала, наконец, со стоянки почти минуту спустя.  Фушигуро бросил его руку, словно она была сделана из огня, и кинул на него странный взгляд, прежде чем выйти из магазина, ожидая, что Сукуна последует за ним. Сукуна так и поступил. Он встал рядом с Фушигуро.  — Ну что? — спросил Сукуна, кивнув назад. — Всё ещё хочешь спаржу? Губы Фушигуро изогнулись в подобии улыбки, которую Сукуна упустил бы, если бы не смотрел на него в упор.  — Ненавижу спаржу.  Легкий смешок вырвался у Сукуны, когда они зашли за угол, обратно к многоквартирному дому. Фушигуро вытащил свой телефон, простой черный, немного староватый, и повозился с ним, прежде чем сунуть обратно в карман.  Когда они вошли в дом, Сукуна придержал дверь в подъезд, решив, что не может откладывать этот вопрос вечность.  — Почему ты не попросил отца тебе помочь? Фушигуро достал свои ключи и как раз засунул их в почтовый ящик, когда Сукуна это спросил. Он замер с наполовину открытой дверцей, переводя взгляд с содержимого ящика на самого Сукуну.  Он словно оказался между двумя наковальнями, и ему некуда было деться. Сукуна шагнул вперед, схватив письма и маленький коричневый сверток, который лежал поверх. Там были два обычных письма, спрятанных между тремя конвертами без опознавательных знаков. Почтовый ящик был недостаточно большим, чтобы вместить свёрток, так что либо преследователь был почтальоном, либо имел способ его подкупить. Фушигуро рванул вперед, на удивление быстро, но Сукуна был быстрее, и его свободная рука с легкостью оттолкнула Фушигуро назад.  — Отдай, — пробормотал Фушигуро сквозь стиснутые зубы. Он снова попытался схватить письма, но сопротивляться Сукуне было бессмысленно.  — Знаешь, тебе не обязательно это читать, — заметил Сукуна. — Здесь нет адреса. Как думаешь, почтальон видел, кто это был? Фушигуро повис на его руке, достаточно сильно, чтобы Сукуна едва не разжал свою хватку, но Мегуми всё ещё был слаб. Вся мощь этого мира была в его силе воли и решимости, но, увы, в его хватке и движениях не было никакой физической силы. Его руки дрожали, когда он пытался оттолкнуть Сукуну, чтобы восстановить контроль над ситуацией.  Более хороший человек сдался бы и позволил Мегуми Фушигуро получить то, чего не хочет. Но Сукуна не был хорошим человеком.  — Скажи мне, почему ты не обратишься за помощью к своему отцу, начальнику полиции, или я оставлю это у себя, — пригрозил Сукуна.  Желание борьбы внезапно покинуло Фушигуро. Он провел рукой по своим взъерошенным, торчащим вихрами волосам, и вздохнул, закрывая почтовый ящик. Фушигуро ничего не ответил, перевел взгляд с лица Сукуны на конверты, которые он держал в заложниках, и просто развернулся, чтобы вызвать лифт.  Сукуна сунул их под мышку, не сводя глаз с Фушигуро, когда они поднимались наверх, в квартиру, которую покинули меньше часа назад. Фушигуро лег на диван, на котором Сукуна провёл ночь, и уставился на него усталыми изумрудно-зелеными глазами.  — У тебя есть что-нибудь более нарядное? — спросил Фушигуро, осматривая его с ног до головы.  Легкий смешок сорвался с губ Сукуны, когда он вскрыл первый конверт. Это была всего лишь страница из блокнота, которая была исписана всё тем же словом «шлюха». Как-то совсем не креативно, по мнению Сукуны.  — Я умею наряжаться, если захочу, Фушигуро Мегуми. Почему ты спрашиваешь? Фушигуро прикрыл глаза рукой, хмурясь в никуда и загораживая свет. Сукуна вскрыл второй конверт. Там была фотография Фушигуро, идущего по улице с парой ярко-красных наушников на шее и рюкзаком на плечах. На обратной стороне четкими печатными буквами было накарябано нечто такое, от чего у Сукуны скрутило живот от отвращения.  — Ты был так близок к тому, чтобы стать моим. Всего месяц, Мегуми, и ты будешь моим навсегда. — Завтра состоится ежегодный благотворительный вечер, который организует мой отец. Вроде как ожидается, что я приду, — вздохнул Фушигуро.  Сукуна вскрыл последний конверт и быстро закрыл его. Фушигуро не нужно было видеть эти фотографии. Хотя, по крайней мере, теперь Сукуна сможет описать кому-нибудь, как выглядит собака внутри.  — И тебе придется для этого приодеться, — сказал Фушигуро, его голос становился все медленнее и ровнее, погружаясь в сон с каждой секундой. — Может быть, тогда ты поймешь, почему я не попрошу отца о помощи. Сукуна даже не потрудился вскрыть посылку. С этим дерьмом всё было понятно. Он взял все три конверта и маленький свёрток и просто выбросил их в мусорное ведро.  Покончив с этим, Сукуна повернулся к Фушигуро, который, казалось, заснул, его грудь мерно вздымалась и опускалась.  Лично ему было всё равно, получит Фушигуро помощь от своего отца или же от Годжо Сатору. Было бы неплохо заручиться поддержкой полиции или ещё кого, но это не было необходимо, чтобы обеспечить безопасность Мегуми. Но Сукуна не стал бы отрицать своего любопытства к этому вспыльчивому огоньку с изумрудными глазами, который сейчас, наконец-то, спит на диване.  — Ну разве ты не интересный экземпляр, Мегуми? — протянул Сукуна, небрежно набросив одеяло на тело Фушигуро. — Посмотрим, к чему это нас приведет…