In your shadows

Он проснулся, когда рядом с ним что-то сдвинулось, что-то потревожило воздух ровно настолько, чтобы обострилась бдительность. Сукуна затуманенно моргнул и открыл глаза, которые от недосыпа казались сухими и полными песка. У него болела спина от того, что он вырубился сидя на диване в таком непривычном положении. Рядом с ним больше не было тёплого присутствия, его обдало холодным воздухом, и он поёжился от чувства потери. Сукуна не шевелился, пытаясь осознать то, что он видел сквозь полуприкрытые глаза, которые вообще не хотели открываться. Ему снился такой приятный сон... В наивном отчаянии он попытался погрузиться в него обратно, даже когда почувствовал, как кто-то бросил ему на плечи одеяло, и он осознал чьё-то присутствие в квартире. Так, кто-то бродит по квартире? Он немного очнулся ото сна, который всё ещё пытался удержать его в плену. О, этот сон. Мягкие руки пробегают по его плечам, тонкие пальцы впиваются в его кожу, тихий шёпот и томные вздохи. Иссиня-чёрные волосы и такие зелёные глаза, что затмили бы собой самый яркий изумруд. — Фушигуро? — пробормотал он, поворачивая голову. Фушигуро Мегуми застыл на полпути между кухней и дверью в спальню, и уставился на него этими своими невозможными ярко-зелёными глазами. Сукуна откинул одеяло немного дальше от себя и слегка потряс головой, прогоняя сон, готовый встать, если понадобится. — Ты в порядке? Что ты делаешь? Почему не спишь? Фушигуро, казалось, вообще не дышал, он поджал губы и опустил голову, прерывая зрительный контакт. — Ага. Да, я в порядке. Всё нормально. Сукуна настороженно посмотрел на него и подумал о нежных руках, которые прикасались к нему во сне. В реальной жизни эти руки, наверное, не хотели бы к нему прикасаться. — Ложись спать, — бросил ему Фушигуро, возвращаясь в свою комнату быстрыми, яростными шагами. Дверь захлопнулась прежде, чем Сукуна успел ответить. Он тупо моргал, пытаясь понять, что произошло, но без кого-то, кто удерживал бы его внимание, он снова откинулся на диван в надежде погрузиться обратно в свой чудный сон с мягкими руками и изумрудными глазами. _________________ Сукуна зажмурился от резкого света утреннего солнца и с трудом подавил желание натянуть одеяло на голову и отгородиться от мира. Но он заставил себя сесть на диване, у него были дела, которые нужно было сделать, а Фушигуро нужно было идти в колледж, и в тот момент Сукуна искренне ненавидел саму концепцию высшего образования. Вместо того, чтобы лежать и ненавидеть весь мир и себя в том числе, он встал со своей импровизированной постели, решив, что если он должен страдать, то и Фушигуро тоже. Он вскочил, подошел к двери в спальню Мегуми и трижды громко постучал. — Эй, просыпайся, пока не опоздал на учёбу, — крикнул он. Ответа с той стороны не последовало. У Сукуны было предчувствие, что если они опоздают, преподаватели Фушигуро точно найдут способ обвинить в этом его. Вероятно, потому что сам Фушигуро со стопроцентной вероятностью свалит на него вину. Ну уж нет, он на это не согласен, за это ему не платили. Мегуми потребовалось почти десять минут, чтобы выйти из своей комнаты. Он молча кивнул Сукуне и протянул ему свой рюкзак, на который Сукуна посмотрел с лёгким отвращением и поставил на пол. — Ты должен позавтракать, — сказал Сукуна. — Ты вчера почти не ужинал. Хотя, насколько помнил Сукуна, ему удалось немного поспать, что уже больше, чем было до него. Если бы он достаточно сильно сосредоточился, то всё ещё мог бы почувствовать тепло на своем боку от того, как Фушигуро к нему прижимался. — Я не голоден, — зевнул Мегуми. — Нам нужно идти. Такой же упрямый, как всегда. Сукуна только закатил глаза, вполне ожидая такого ответа. Упрямый до безобразия, на самом деле. Но это был спор, на который сегодня у Сукуны не было сил. Если Фушигуро Мегуми не хочет есть, то и Сукуна не будет об этом беспокоиться. — Сегодня пятница, — заметил он, пока они шли в колледж. — Какие планы? Фушигуро не баловал себя, не так ли? Не смотря на опеку абсурдно богатого Годжо, машины у Мегуми не было, квартира была маленькой и довольно простой. Еда, которую он ел, была скучной, и в кампусе было всего несколько человек, с которыми он взаимодействовал. Ещё меньше было тех, с кем он общался в реальной жизни. Каким бы интересным он ни был, в быту Фушигуро Мегуми был скучным. Но в этой скуке была безопасность, и Сукуна не мог не задаваться вопросом, каким же человеком он был год назад, до того, как всё это произошло, когда огонь внутри него, который пылал так ярко — тот, который Сукуна увидел лишь мельком, — мог гореть свободно и в полную силу. — Маки упомянула об одной вечеринке, — пробормотал Фушигуро так тихо, что Сукуна почти его не расслышал. — Я не был на студенческих вечеринках… Это было неправильно буквально на всех уровнях, и Сукуна снова поймал себя на мыслях о том, от какой части обычной жизни, от какой части себя Фушигуро отказался из-за этого сталкера. Было довольно несправедливо думать, что он не знал всего Фушигуро Мегуми. Сукуна хотел увидеть в нём всё, хотел, чтобы эта искра превратилась в пламя, в огонь, который сжигал бы леса и опустошал города. — Даже я был на студенческих вечеринках, а я даже не доучился в колледже, — заметил Сукуна. — Умоляю, скажи мне, что ты был хотя бы на одной, хотя бы на посвящении в студенты или типа того? Сукуна вспомнил свою первую тусовку в колледже. Это было громче, чем он думал, и куда более дико. Было выпито больше, чем он рассчитывал, и в итоге он оказался пьяным в стельку в постели с какой-то блондинкой, имени которой он до сих пор не мог вспомнить. У Фушигуро не было причин отказывать себе в этом удовольствии, пока Сукуна был рядом, чтобы его охранять. Он глянул на Мегуми. Его щёки окрасились в восхитительный оттенок розового, как будто вечеринки были чем-то постыдным, и кивнул головой. — Я был только на одной, давно, до того, как это всё началось. Но не с тех пор. Они вошли в первую на сегодня аудиторию, и Сукуна уже заранее вытащил свой телефон. Он запустил какую-то времяубивающую игрушку, в то время как профессор монотонно бубнил о законах, и Сукуна даже не утруждался его слушать. — Знаешь, ты можешь пойти на эту вечеринку, — как бы невзначай сказал Сукуна, чуть повернувшись к Мегуми. Тот вытащил из своего рюкзака увесистый учебник и ноутбук. А, ну понятно, какого хрена эта сумка была такой тяжёлой. — Значит, ты пойдёшь со мной? На самом деле Сукуна не был в восторге от этой идеи - пойти на вечеринку и не иметь возможности выпить. Но у него были определённые обязанности, он должен был в первую очередь позаботиться о безопасности Мегуми, и как бы ни было порой легко притворяться, что ничего не происходит, все улики были налицо. Он серьезно посмотрел на Фушигуро. — Я обеспечу твою безопасность, если ты захочешь туда пойти. Ты не должен позволять этому парню держать себя в плену и ставить жизнь на паузу. Мегуми моргнул, глядя на него, хлопнул своими длинными ресницами раз, два, три, нахмурил брови и бросил на Сукуну недоверчивый, растерянный взгляд, но ничего не ответил. Сукуна провёл остаток учебного дня, переписываясь с Урауме, скидывал ему дурацкие мемы и видео с котиками, разрываясь между желанием развлечься и пониманием того, что он, вообще-то, его отвлекает, пока тот занимается делом Фушигуро. Они прогуливались по кампусу, направляясь к библиотеке, когда Сукуна получил новости, которые его действительно заинтересовали. Урауме отправил ему единственное за сегодня сообщение по делу, оставив без комментариев содержимое пакета с уликами, который Сукуна для него оставил. Хотя Сукуна сомневался, что что-то вообще может сбить Урауме с толку, скорее всего, он принял тот палец как должное и даже бровью не повёл. [Урауме]: Камо Норитоши — это имя, на которое я постоянно натыкаюсь. Узнай, кто это. Он поднял голову, а Фушигуро рядом не было. Они только что шли плечом к плечу. Как ему удалось вот так внезапно исчезнуть? Сукуна резко обернулся и увидел, что Фушигуро стоит у ближайшего торгового автомата и разговаривает с кем-то, кого Сукуна не узнал. Его волосы были заплетены в две косы у лица с вплетёнными в них белыми лентами, он стоял совсем рядом с Мегуми, расслабленно прикрыв глаза. Это было в четырёх шагах, семи ударах его сердца и слишком далеко. Фушигуро держал в руке банку кофе и выглядел совершенно незаинтересованным в том, с кем бы он ни разговаривал. Сукуна оказался рядом через долю секунды. — Кто это? — спросил он, обнимая Фушигуро за талию. — Кто-то, о ком мне стоит беспокоиться? Закатив глаза, Мегуми оттолкнул его руку, но Сукуна остался рядом, едва прижимаясь к нему боком. — Тц. Не будь странным. Парень перед ними слегка кашлянул. Сукуна перевёл на него взгляд, но ничего не сказал. От Фушигуро не исходило никакого напряжения, никаких причин для беспокойства, по крайней мере, на данный момент. — Я Камо Норитоши, — представился он, когда стало очевидно, что Мегуми не собирается делать это за него. — А ты?… О, кстати, о птичках! Это облегчило ему задачу, ну разве не славно? Фушигуро открыл банку кофе и сделал глоток, переводя невозмутимый взгляд с одного на другого. Через секунду он поморщился, как будто вдруг вспомнил про ту шараду, которую сам устроил. — Это Сукуна, — нерешительно представил Фушигуро, — мой… парень. На этот раз, когда Сукуна обнял его за талию и притянул к себе, он не оттолкнул его. — О, — сказал Камо. Сукуна никогда раньше не сталкивался с такой неловкостью, и в то же время он никогда не чувствовал себя более живым. Он был в восторге от происходящего и от того, как растерянно этот парень на него посмотрел. Что это тут у нас, неужели бывший бойфренд? С ухмылкой он притянул Мегуми ещё на дюйм ближе и положил подбородок ему на плечо, не обращая внимания на то, что тот попытался от него отмахнуться. — Он твой бывший? Ты не рассказывал мне, с кем встречался до меня. — Сукуна не сводил глаз с Камо. — Почему ты с ним разговариваешь? Несмотря на дико смущённый вид, Камо, похоже, не испытывал к нему ни капли ревности. Он неловко сложил руки перед собой, поджал губы и нахмурил брови — ну просто воплощение беспокойства. — Он просто подошёл спросить, как у меня дела, — ответил Мегуми раньше, чем Камо успел что-то сказать. Кивнув в его сторону, Мегуми отстранился от Сукуны, допивая остатки кофе. — Я напишу тебе позже. Прежде чем Сукуна смог попытаться устроить ещё одну сцену, Фушигуро схватил его за запястье, крепко сжав пальцами кожу, и потащил его прочь с силой, о которой Сукуна и не подозревал. Камо не остановил их, просто молча наблюдал, как Сукуну утащил его подопечный. Фушигуро не пошёл в библиотеку. Вместо этого он привёл Сукуну к краю кампуса, повернувшись, чтобы сурово на него посмотреть. — Ты осёл, — выпалил он. — Какого хрена это было? — Камо Норитоши — твой бывший? — вместо этого совершенно спокойно спросил Сукуна. — Как долго вы встречались? Фушигуро выглядел так, будто скорее съест спаржу, чем расскажет Сукуне о своей личной жизни. Однако Сукуна не двинулся с места, ожидая его объяснений. — Не твоё дело. Сукуна закатил глаза. — Он может быть твоим сталкером, болван. Кто угодно может быть. Хотя любой человек, скорее всего, с большей опаской отнесся бы к незнакомцу на улице, чем к бывшему любовнику. По крайней мере, казалось, что у Фушигуро не было причин его подозревать. — Он не такой. Норитоши не причинил бы мне вреда, — защищался Фушигуро. Сукуна ласково посмотрел на него. — Ты можешь быть в этом на сто процентов уверен? Он не мог, на самом деле. Если Фушигуро не знал, кто его преследует, тогда были причины скептически относиться ко всем, включая самого Сукуну. Это мог быть кто угодно, от почтальона, который продолжал доставлять странные посылки, до однокурсника, мимо которого они только что прошли. И всё же Фушигуро расправил плечи, его лицо застыло, когда он спокойно и уверенно посмотрел Сукуне в глаза. В его голове не было ни колебаний, ни сомнений. — Нет, это точно не он. Фушигуро осознал свою ошибку слишком поздно, когда глаза Сукуны уже прищурились и сверлили дыру в его плоти, отмечая каждую деталь. Сукуна сделал шаг ближе, Фушигуро, заикаясь, сделал полшага назад, прежде чем снова обрёл самообладание. — Фушигуро Мегуми, — медленно протянул Сукуна, — неужели ты знаешь, кто тебя преследует? Он вздрогнул, едва заметно, если не знать, куда смотреть. Фушигуро дёрнул головой, но уже через полсекунды вернул выражение своего лица в нормальное состояние. Он пожал плечами, пытаясь выглядеть беззаботно. — Нет, — тихо сказал он, опустив глаза. — Если бы я знал, я бы не попал в эту передрягу. Но дело не в Норитоши, просто… мы с ним уже давно встречались, когда всё это началось. У него нет причин. Лжец, вертелось на языке Сукуны. Костяшки пальцев Фушигуро побелели от силы, с которой он вцепился в лямки рюкзака, он не хотел встречаться взглядом с Сукуной. По крайней мере, если он не знал, кто это был, у Фушигуро явно была идея, какой-то подозреваемый на примете. —Почему ты думаешь, что у него нет причин? — Вместо этого спросил Сукуна. Если он продолжит настаивать на своём, Фушигуро не уступит. Он будет сопротивляться и закопает любые мысли, любые подозрения, которые у него есть, подальше, вне досягаемости Сукуны. И иногда бороться с огнём при помощи огня было не лучшим способом справиться с пожаром. Иногда лучше огонь придержать, успокоить, позволить ему гореть в своём темпе. Фушигуро Мегуми был человеком, который едва мог справиться со своим собственным пламенем, когда позволял ему разгораться. — Потому что он бросил меня, когда всё это началось. Он заботится о своей матери, и у него не было времени со всем этим разбираться и как-то меня утешать. Затем, не теряя ни секунды, Фушигуро развернулся и пошёл прочь, направляясь в сторону своей квартиры. Сукуна, конечно, пошёл за ним, его рубиновые глаза были прикованы к напряжённой спине Мегуми. Сукуне вдруг стало горько. Что бы он сам почувствовал, если бы с ним начало происходить подобное, а его партнёр просто бросил бы его, оставил самому со всем этим разбираться? Постепенно картина того, через что всё это время проходил Фушигуро Мегуми, становилась все яснее и яснее. Пазл складывался, и там было очень, очень одиноко. — Вот же козлина, — пробормотал Сукуна, не понимая, почему он вообще так расстроился из-за этой новости. Фушигуро на мгновение повернулся к нему с критическим выражением в глазах, которое Сукуна раньше не наблюдал. — Ты здесь всего на два месяца, не так ли? Если бы Сатору не платил тебе, ты сам бы вообще был здесь? Фушигуро сделал паузу, ожидая ответа, а когда Сукуна ничего не сказал, он отвернулся и продолжил идти домой, с невероятным напряжением в плечах, которого раньше не было. Потому что они оба знали, что Сукуны не было бы там, если бы Годжо Сатору не предложил ему работу. И что по прошествии двух месяцев Сукуна уйдет, потому что его контракт окончится, независимо от того, поймают ли сталкера Фушигуро Мегуми или нет. В тот вечер Сукуна приготовил ужин для Мегуми и наблюдал, как тот методично проверяет замки на дверях и окнах. И не было ничего, что заставило бы Сукуну произнести следующие слова; он просто сказал их, потому что чувствовал, что не мог не сказать. — Я не позволю ему причинить тебе боль, — сказал он. Мегуми замер у входа в свою комнату. — Ни за что, пока я здесь. Следующие слова Фушигуро были едкими, но они были тем, что Сукуна заслужил. — И как долго ты ещё здесь будешь? Дверь в спальню захлопнулась, и тишина, эхом отдавшаяся в квартире, впервые в жизни показалась Сукуне невыносимо тяжёлой.