In your shadows

Скоро всё закончится. Скоро наступит тот самый день, и всё закончится. Как именно закончится, что будет дальше и будет ли вообще это «дальше» — Мегуми предпочитал не думать.  Сон ускользал от Мегуми, словно сыпучий песок сквозь пальцы, словно он пытался набрать воду в разбитую чашку. Сон был где-то там, под тонким эфемерным слоем, его было видно, но чем больше он пытался за него ухватиться, тем быстрее он от него ускользал. Поэтому он лежал в постели, в темноте, свернувшись калачиком на боку, и смотрел на Сукуну, едва освещённого лунным светом, что пробивался сквозь узкую щель между шторами. Мегуми с трудом мог разглядеть очертания его лица, но он слышал его тихое, ровное дыхание. Когда он впервые получил по почте письмо с угрозами, то подумал, что это было просто, ну… просто письмо. Глупость, которой не стоит предавать значения. Зачем беспокоиться о том, что было очевидно странным и нелепым, если ничего больше не произошло? Мегуми тяжело вздохнул, пытаясь расслабиться и не думать об этом сталкере и о том, что он обещал с ним сделать.   Сукуна был прав, Мегуми будет сражаться, но Мегуми не был бойцом. Юджи был бойцом, и он проиграл, и Сукуна тоже мог проиграть, и мог лежать там, на койке в реанимации... Тревога свернулась в желудке Мегуми, холодная, как лёд, липкая, как слизь, и выгнала из его разума последние остатки сна. Нет, он не хотел думать о том, что сталкер угрожал его изнасиловать, разорвать изнутри, препарировать, как какую-то подопытную крысу. Мегуми не хотел думать о том факте, что он, вообще-то, ещё девственник, и о том, что он никогда раньше не делал ничего подобного, и поэтому был шанс, что его первое и единственное воспоминание о сексе может быть жестоким и кровавым, и вообще, быть последним, что с ним случится, прямо перед тем, как ему вскроют живот. Изумрудные глаза открылись, не особо улавливая момент, когда Мегуми вообще их закрыл. Лучше было смотреть на Сукуну, чем закрывать глаза и видеть образы, которые подсовывал ему воспалённый разум. Интересно, какой Сукуна в постели? Он нежный любовник, или грубый, или умеет быть разным? Если… если первый опыт Мегуми будет с Сукуной, как Сукуна будет с ним обращаться? Наверное, ласково и осторожно? Мегуми нравилось так думать. Сукуна сделал бы всё это приятным. Сукуна точно знал бы, что с ним делать, и что ему нужно, и… Мегуми был бы с ним в безопасности.   Это то, что ему было нужно. Больше, чем сон, больше, чем что-либо ещё. Ему просто нужен был Сукуна, чувствовать его, обнимать его, прижиматься к нему… Всё это, и ничего больше. Мегуми подобрался к нему поближе, забираясь сверху, обнимая настолько крепко, насколько мог, прижимаясь к нему так, будто слоёв ткани между ними не существовало.  Сукуна моргнул, прогоняя сонливость, и пробрался сквозь туман быстрее, чем хотелось бы Мегуми.  ••• Он лежал на спине, Мегуми сидел на нём верхом, и его силуэт едва можно было различить в темноте ночи. Его руки автоматически легли на бёдра Мегуми, пытаясь остановить происходящее, чем бы оно ни было, прежде, чем оно каким-либо образом продолжится. — Милый, — пробормотал Сукуна. От ощущения веса Мегуми прямо на своих бёдрах, ему действительно становилось всё труднее, его тело было слишком взбудоражено видом настолько красивого человека, прямо здесь, верхом на нём. — Не расскажешь, чем ты тут занимаешься? Мегуми, казалось, даже не замечал его останавливающей хватки, продолжая вращать бёдрами, прижимаясь к Сукуне, как сумасшедший, и застонал только тогда, когда Сукуна приложил ещё больше усилий, чтобы заставить его остановиться. Его тонкие руки легли на плечи Сукуны, с пухлых розовых губ сорвался тихий всхлип. — Мегуми, любимый, что ты делаешь? Мегуми откинул голову назад с тихим стоном, и Сукуна не разобрал в темноте выражения его лица. Ногти впились в его плечи, но его движения становились всё менее интенсивными. — Я хочу, чтобы ты меня трахнул, — выдавил Мегуми, всё ещё не глядя на Сукуну. — Пожалуйста. Оу. Ну, не то чтобы такие просьбы не приветствовались, но Сукуна в смятении потянулся в сторону, хватая с тумбочки телефон. Тот ярко сообщил ему, что сейчас почти три часа ночи, что привело к ещё большему замешательству, и не успел Сукуна моргнуть, как Мегуми выхватил мобильник из его рук и бросил куда-то в изножье кровати. — Чёрт… — застонал Сукуна, когда Мегуми попытался стянуть с него футболку, — три часа ночи, детка. Что с тобой происходит? Он не знал, было ли столь неожиданное поведение Мегуми следствием плохого сна или чего-то ещё, но всё-таки Сукуна надеялся, что их первый раз будет совсем не таким. Во-первых, он, как минимум, предполагал, что Мегуми не будет в три часа ночи сидеть на нём, агрессивно вращая бёдрами.  Но Мегуми, похоже, это не волновало. Он снова проехался по паху Сукуны, вызывая дрожь, но разочарованно застонал, когда Сукуна ничего не сделал. — Я думал, что достаточно ясно выразился. Трахни меня. Сукуна многое мог вынести, правда. У Сукуны бывала раньше очень, очень напряжённая работа, но ни одна из них не была такой. И всё было бы славно, однако последние двадцать четыре часа для них обоих были тяжелыми. Они вернулись поздно, были вынуждены убирать в доме после абсолютного разгрома, и всё ещё были полны беспокойства. Но если Мегуми хочет, чтобы его трахнули, Сукуна мог бы это организовать. Кто знает, может, Мегуми любил так расслабляться, и вот, выдалась такая возможность? Он крепко схватил Мегуми за бёдра, не предупреждая, прежде чем перевернуть его, так, что Мегуми рухнул на простыни, а Сукуна навис над ним, втиснув колено между его стройными ногами.  Руки Мегуми взметнулись вверх, и эти изумрудно-зелёные глаза были единственным, что Сукуна мог видеть в темноте комнаты. Он забрался ладонью под футболку Мегуми, следя за тем, чтобы эти яркие глаза всё время смотрели только на него. Мегуми не двинулся с места, лёжа на спине, слегка сжимая руками простыни, в то время как Сукуна оглаживал его грудь, касаясь каждого дюйма кожи, до которого мог дотянуться. — Откуда такое внезапное желание, дорогой? — Сукуна поймал себя на том, что спрашивает, всё ещё сбитый с толку, хотя и, очевидно, заинтересованный.  Яркие изумрудно-зелёные глаза смотрели на него так, словно он был единственным, на что стоило смотреть. — Мне нужна причина, чтобы хотеть тебя? Сукуна схватил Мегуми за бёдра, подтягивая его немного ближе к себе. — Я бы хотел понимать, что же подтолкнуло тебя к столь активным проявлениям этого желания посреди ночи. Ответа Сукуна не получил, хотя он действительно был ему нужен. Мегуми лишь сильнее сжал руки на простынях, когда Сукуна чуть потянул его за подбородок, пытаясь наклонить для поцелуя. Вот только Мегуми почти не реагировал. Он просто закрыл глаза, даже не отвечая на поцелуй. Это было так, словно Сукуна целовал куклу. Он быстро отстранился и навис над ним, всматриваясь в его лицо, обнимая ладонями его щёки.   — Скажи мне, что ты хочешь этого, — тихо потребовал Сукуна. — Скажи мне, что ты хочешь этого, прямо сейчас. Мегуми молчал.  Сукуна потянулся к тумбочке, включил небольшую настольную лампу, и комната сразу залилась резким белым светом. Мегуми не смотрел на него и выглядел так, будто он не мог на него смотреть. Он отвернул голову, по его телу пробежала лёгкая дрожь. Сукуна откинулся, усаживаясь на кровати, не полностью прерывая их контакт, но близко к тому.  — Что с тобой происходит, милый? — Сукуна спросил ещё раз, на этот раз куда мягче. Но Мегуми лишь немного усмехнулся, и это был какой-то отвратительный звук. — Я тебе уже сказал.  Сукуна убрал волосы с лица и откинулся на ноги. Он никогда особо не умел подбирать слова, но он не мог просто игнорировать происходящее.  Поэтому он сделал то, что посчитал лучшим. Он лёг рядом с Мегуми, уговаривая своего подопечного повернуться на бок лицом к нему. Всё ещё напряжённый, Мегуми позволил собой маневрировать, пока его руки не оказались на груди Сукуны, а пальцы с лёгкостью и привычно не проследили линии его татуировок.  — Сейчас три часа ночи, и я не выключу свет, пока ты не скажешь мне, что происходит.  Он нежно провёл пальцами вдоль позвоночника Мегуми, чувствуя, как по его узкой спине пробежала дрожь. У Мегуми перехватило дыхание, словно он не мог решить, что именно сказать. — Ты меня не хочешь? — выдохнул Мегуми в конце концов. Сукуна покачал головой. — Это не так. Я мечтал о том, чтобы тебя трахнуть, с того самого момента, как в первый раз тебя увидел. Но это… это не похоже на тебя.  Мегуми явно застыдился и отвёл взгляд в сторону, резкий свет сделал его розовые щёки ещё более яркими. Но Сукуна не позволил ему сбежать, он схватил Мегуми за подбородок, чтобы не отрываться от него ярко-зелёных глаз. — Это не то, чего я ожидал. Это не значит, что я этого не желаю, но это… неожиданно, — повторил Сукуна. — Не думай, что я не хочу тебя. Я просто хочу понимать, что ты хочешь меня. На самом деле.  Мегуми дёрнулся в его объятиях, стиснув зубы и ощетинившись, как дикий пёс, выражение его лица исказилось. — Я сказал, что хочу! Тогда всё должно быть в порядке, почему ты остановился? — Ты ведь даже не твёрдый, Мегуми, не так ли? – холодно заметил Сукуна. Правда, он и сам довольно быстро увял, как только лёг рядом и начал говорить, но его цель была не в этом. — Ты даже не можешь посмотреть мне в глаза и сказать, что хочешь этого прямо сейчас.  — Я могу… Сукуна усмехнулся. — Я не хочу, чтобы ты делал вид, что всё в порядке. Я хочу, чтобы ты сказал мне, что случилось.  Закусив нижнюю губу настолько сильно, что кожа поменяла цвет, Мегуми не выдержал его взгляда. Пальцы Мегуми осторожно пробежались по его ключице и татуировкам, как будто Мегуми боялся, что Сукуна оттолкнет его, и цеплялся за их близость изо всех сил.  — Это связано с тем, что произошло в больнице? — В конце концов Сукуна рискнул, почти уверенный в его ответе. Одинокий палец замер на ключице, и лицо Мегуми слегка напряглось. Вот об этом и был их разговор в больнице. Он осторожно провёл тыльной стороной ладони по щеке Мегуми. — Я не должен был поступать так с тобой. Прости меня. Но то, что он угрожал тебе этим, не значит, что ему это удастся.  — Я знаю, — тихо сказал Мегуми. Небольшое раздражение покинуло разум Сукуны. Мегуми слишком милый, и слишком устал от всего, чтобы на него злиться. Но Мегуми упрямо молчал, всё ещё бездумно обводя контур татуировки Сукуны. — Почему- — Мне, наверное, не следует об этом беспокоиться, но я всё равно беспокоюсь. Неужели так плохо, что я не хочу, чтобы он забрал у меня ещё что-нибудь? — Мегуми выдавил эти слова быстро, сквозь стиснутые зубы и напряжённое выражение лица. Сукуна молчал. Прижавшись к груди Сукуны, Мегуми посмотрел на него с выражением, которое Сукуна не смог понять. Он скучал по дому Урауме. Он скучал по спокойным утрам и ночам, которые им удавалось проводить рядом друг с другом. Но больше всего Сукуна скучал по тому, как Мегуми мог по-настоящему расслабиться. Ему просто нужно было сделать всё, чтобы они вернулись к обычной и размеренной жизни как можно скорее.  — Мы… мы с Норитоши никогда не заходили так далеко, понимаешь? И я не хочу, чтобы… чтобы его угрозы стали моим единственным опытом, — в конце концов тихо выдавил Мегуми, всё ещё неотрывно глядя на Сукуну. — Пожалуйста. Не заставляй меня умолять.  Сукуна был жестоким человеком. Он вполне умел только брать и брать, не отдавая ничего взамен. Он делал это снова и снова, из раза в раз, когда отвозил людей к себе домой и наслаждался всем, что они могли ему предложить, даже не задумываясь о том, что будет завтра утром. И он так давно хотел полакомиться Фушигуро Мегуми. Но когда он поднял подбородок Мегуми, желая попробовать долгожданное угощение, которое так давно его манило, но было таким недоступным, всё, что он увидел в его глазах, было лишь беспокойством на грани страха, которое было направлено на него. Сукуна тяжело вздохнул.  Нет.  Он не хотел, чтобы Мегуми сожалел о нём. Не об их близости.  — Не так, дорогой, — пробормотал Сукуна, нежно лаская Мегуми по щеке. — Сейчас ночь. Мы оба устали. Давай немного поспим, а утром поговорим об этом. Хорошо? — Сукуна не был уверен, что его ожидает.  Но Мегуми медленно расслабился, ластясь, наклоняясь к его прикосновениям, хотя всё равно слегка нахмурил брови. Уголки его губ дернулись. — Если завтра я всё ещё захочу это сделать, ты… ты согласишься? — спросил он через мгновение. О, Мегуми будет трудно оторвать от себя Сукуну, если он снова заговорит об этом. Но на данный момент Сукуна лишь потянулся назад и выключил свет. — Мы обязательно поговорим об этом завтра. Он прижал Мегуми к своей груди, чувствуя, как его тонкие руки обвивают его за пояс, они быстро уснули вот так, в объятиях друг друга. ••• Когда наступило утро, Мегуми даже не взглянул на него. Если бы Сукуна был таким же умным, как Юджи, он бы воспользовался возможностью подразнить Мегуми по этому поводу, но он знал, что это билет в один конец, в тот мир, где он никогда больше не прикоснётся к Мегуми. А ему очень хотелось прикасаться к Мегуми. Поэтому он приготовил им завтрак: простой салат из овощей, которые Сукуна нашёл в холодильнике, и несколько тостов. По крайней мере, Мегуми, казалось, был доволен этим, свернувшись калачиком на диване.  — Я хочу поговорить о прошлой ночи, — сказал Сукуна, плюхнувшись рядом с Мегуми. Со стоном Мегуми спрятал голову в руках, кончики его ушей покраснели. — Нам точно нужно?  — Да, — засмеялся Сукуна. — Это ты вчера решил пойти на очень смелый способ соблазнения, мой ангел. Ты мог бы просто спросить меня. Лицо Мегуми покраснело ещё больше. — Не будь ослом.  Он ухмыльнулся и потянул за руки Мегуми, отрывая его ладони от лица, чтобы увидеть эти розовые щёки.  Абсолютно очаровательный. Ладно, пришло время сосредоточиться на серьёзных вещах. — Если хочешь, мы можем. Я всё ещё хочу тебя, умоляю, не смей в этом сомневаться. Но прежде чем мы это сделаем, нам нужно установить некоторые правила.  Выражение лица Мегуми стало твёрдым, почти решительным. Он слегка кивнул, позволяя Сукуне держать свои руки на коленях, их колени соприкасались. — Правила? — Он уточнил.  Сукуна провёл большими пальцами по тыльной стороне его ладоней. У него были красивые руки. — Как минимум, нам нужно стоп-слово. Ты должен иметь возможность сказать мне, если тебе что-то не нравится, или нам нужно остановиться.  — Мне не понадобится… — Может, и нет, но оно нам нужно, — отрезал Сукуна, — потому что говорить о сексе и на самом деле доводить дело до конца — это разные вещи. Ты заслуживаешь того, чтобы иметь возможность сказать «нет». В любой момент.  Мегуми пожевал нижнюю губу и отодвинулся, чтобы потереть запястье. —Я не знаю… просто остановись, если я скажу «стоп».  Окей, он мог бы с этим работать. Сукуна тихонько усмехнулся, отстранившись ровно настолько, чтобы уговорить Мегуми подняться с дивана. — Давай, пойдём, примем ванну. —Сукуна оглянулся назад и увидел очаровательно-растерянное выражение лица Мегуми, и оно того стоило.  Они дошли до ванной комнаты, и Сукуна уговорил Мегуми сесть на бортик, включил кран и проверил воду. — Зачем нам ванна? — спросил Мегуми.  Сукуна схватил жасминовое мыло и налил немного в воду, чтобы взбить ароматную пену. — Это поможет тебе расслабиться. Мегуми скрестил лодыжки и весело покачал головой. — Я не думаю, что ванна достаточно большая для нас двоих.  Глядя вниз, Сукуна действительно не хотел признавать, что это был глупый план. Квартира Мегуми и правда была очень маленькой, а его ванна выглядела так, будто едва могла вместить одного Мегуми, а уж тем более их двоих. — Тогда я просто тебя помою. — Сукуна проверил температуру воды. Она была горячей, но не слишком, просто идеальной.  Тонкая рука легла ему на спину и слегка потянула за футболку, чтобы привлечь его внимание. Мегуми спрыгнул с бортика ванны и посмотрел на него с выражением более мягким, чем Сукуна когда-либо видел. Мегуми очень шла эта мягкость, но, возможно, Сукуна был немного предвзят, потому что он считал, что Мегуми идёт вообще всё. — Сукуна, я расслаблен. И я чистый. Отведи меня в постель? Боже, Сукуну еще никто и никогда не уговаривал поскорее себя трахнуть. Если кто-то настаивал, то обычно Сукуна заставлял его сначала купить ему выпить. Если его партнеры порой и обходились ему дёшево, то Сукуна никогда никому так просто не давался. Он обнял Мегуми за талию и быстро потянулся вниз, чтобы перекрыть воду, прежде чем схватить его на руки. Ванная была слишком мала для такого жеста, Мегуми чуть не ударился головой о дверной косяк, когда Сукуна выносил его, но он только обнял его крепче.  — Когда всё закончится, ты переедешь ко мне, — потребовал Сукуна. Лёгкий, воздушный смех донёсся до его ушей, когда Сукуна уложил Мегуми на кровать. — Меня всё устраивает. Киро будет рад больше не делить с тобой диван. Как сказать Мегуми, что ему нужно было лучше воспитывать свою собаку? Сукуна отстранился, чтобы стянуть с себя футболку. Мегуми быстро последовал его примеру, хотя этот шаг был довольно простым для них обоих, поскольку они уже видели друг друга обнажёнными. — Тебе повезло, что ты так сильно любишь эту чертову собаку, — пожаловался Сукуна, стоя на коленях на кровати и раздвигая ноги Мегуми. Мегуми потянулся к нему, тонкие пальцы зарылись в волосы на его затылке и затащили его в поцелуй. Как и все поцелуи, которые случались у них раньше, этот был мягким, сладким, дающий намёк на тепло, растущее под кожей. Сукуна с большим удобством и удовлетворением устроился между сильными бёдрами, будто там всегда было для него место. Он никогда по-настоящему не верил в теорию о родственных душах или во что-то в этом роде, но в тот момент ему нравилось думать о том, насколько Мегуми, казалось, создан специально для него. Или, может быть, он всё ещё был просто немного предвзят. Возможно, родственных душ не существовало, зато существовали усилия и время, вложенные в отношения, когда люди находили друг друга. Мегуми слегка застонал под его губами, грубо впиваясь пальцами в тёмную подрезку волос на затылке Сукуны. На нём всё ещё были штаны, и это должно было быть преступлением, учитывая, насколько красив был Мегуми. Хотя всё это было похоже на десерт после хорошей трапезы, к финишу не нужно было спешить. Сукуна всё увидит в своё время. Не прерывая поцелуя, он осторожно поднёс руки к соскам Мегуми, прокатывая их между пальцами. Реакция была мгновенной. Мегуми ахнул в поцелуй, отстраняясь с покрасневшими щеками. Сукуна поспешил за ним, целуя Мегуми в шею, покрывая влажными касаниями губ его плечи, его ключицы, намереваясь оставить на Мегуми свои следы любым возможным способом. — Что, Камо никогда не утруждал себя прелюдией? — Сукуна фыркнул, чувствуя, как соски Мегуми твердеют под его пальцами. Мегуми ещё больше покраснел, потянув Сукуну за волосы в слабой попытке заставить его вести себя прилично. — Я же говорил тебе, что мы никогда не делали ничего подобного.  Охренеть. Нет, правда, подумать только, Сукуна собирался забрать себе его первый раз. Сукуна собирался ласкать его так, пока он не забудет своё собственное имя.  — Мило, — только и сумел пробормотать он, наклоняясь, чтобы облизнуть один из этих дерзких сосков. Он чувствовал, как Мегуми напрягается от ощущений, поэтому опустил руку, нежно оглаживая кожу у самого края штанов Мегуми, но пока не продвигаясь дальше. Ему всё ещё хотелось растягивать наслаждение как можно дольше. Мегуми покраснел от кончиков ушей до самых плеч, что само по себе было восхитительным зрелищем. Похоже, он не знал, что делать со своими руками, и потому потянулся назад, сжимая подушки, чтобы было за что ухватиться. С влажным хлопком Сукуна оторвался от его соска, удовлетворенно ухмыляясь при виде проделанной работы. Припухший и покрасневший, просто очаровательный. Прежде чем он успел сделать всё то же самое с другим, Мегуми притянул его к себе для ещё одного поцелуя, намного более страстного, жгучего, почти обжигающего.  Тонкие ноги обвились вокруг талии Сукуны, создавая едва выносимую интимную близость, которая неистово и всё больше нарастала между джинсами и спортивными штанами. Мегуми схватил его за шею, когда Сукуна разорвал их поцелуй, и он был невыносимо соблазнительным, розовощёкий и тяжело дышащий.    — Смазка на тумбочке, — выдохнул Мегуми, прежде чем Сукуна успел об этом спросить. И действительно, Сукуне не пришлось долго искать бутылочку со смазкой, он нашёл её через мгновение. Было забавно думать, что Мегуми специально оставил её здесь, потому ждал его, Сукуну. — Я смотрю, ты подготовился, не так ли, дорогой? Мегуми покраснел ещё сильнее, не в силах смотреть Сукуне в глаза. — Это так плохо? Вовсе нет, Сукуна не думал, что однажды с ним случится что-то ещё лучше. Он схватил Мегуми за бёдра, приподнимая его немного выше по кровати. Его подопечный тихонько застонал под ним, и его руки потянулись назад, схватаясь за простыни. Сукуна не мог поверить в происходящее. Мегуми был так прекрасен, так невыразимо хорош, что сердце ошалело билось, а пальцы тряслись от предвкушения.  Между ними всё ещё было слишком много одежды. Сукуна скользнул рукой по животу Мегуми, коснувшись края его штанов, прежде чем стянуть их вместе с нижним бельем, обнажая его во всей красе одним лёгким движением. У Мегуми был красивый член, уже наполовину твёрдый и упиравшийся в его бедро. Сукуна нежно огладил его ноги, слегка покачиваясь по кровати, пока его горячее нетерпеливое дыхание не обрушилось на живот Мегуми. — Тебе не обязательно, — быстро сказал Мегуми, почувствовав, что он задумал. Сукуна задавался вопросом, станет ли румянец, который растекался по этим нежным щекам, ещё ярче. Он надеялся, что будет. — Но я хочу, — честно возразил Сукуна. — Что, Камо даже никогда не сосал тебе? Он многое потерял. Ты очень аппетитный.  И, к радости Сукуны, Мегуми покраснел ещё сильнее, его член дёрнулся, когда Сукуна погладил его, облизал по всей длине, и мгновением позже Мегуми захлебнулся в рваном стоне.  — Тебе действительно нужно всё время его отчитывать? — с надрывом выдохнул Мегуми. Сукуна тихо усмехнулся.  Он продолжал поглаживать его, пока Мегуми не затвердел и не потёк в его руке, и на этот раз, когда он снова длинно его облизал, Мегуми содрогнулся всем телом, восхитительное зрелище. — Я только хочу убедиться, что ты больше никогда не будешь думать об этом парне. — Я не… — Мегуми со стоном оборвался, когда Сукуна взял головку его члена в рот, слегка посасывая. Сукуне пришлось быстро схватить его за бёдра, удерживая, не давая самому толкаться в его рот.  Быстро стало понятно, что ответом на вопрос о минете было «нет». Сукуна опустился ещё ниже, провёл языком по стволу до самого основания и вверх и медленно взял в рот ещё глубже, мягко покачиваясь вверх-вниз, крепко обжимая его губами. Под ним Мегуми извивался и дёргался, пока Сукуна не позволил ему осторожно обхватить ногой своё плечо. Сукуна одобрительное помычал, когда Мегуми вплёлся пальцами в его волосы, ещё раз обведя языком головку его члена, лаская его так, как никого и никогда. Мегуми кончил с рваным стоном, и по вкусу почти напоминал цветы, которыми он пах. — Ты настоящий подлец, — сказал Мегуми, задыхаясь, слабо глядя на Сукуну. Сукуна усмехнулся и схватил бутылку смазки. Мегуми прикрыл глаза тыльной стороной ладони, всё ещё пытаясь отдышаться. Его член был всё таким же налитым и красным, красиво прижимаясь к животу. — Я даже не пытался быть подлецом, дорогой, — он улыбнулся, — ничего не могу с собой поделать, ты слишком соблазнительный.  Сукуна быстро снял с себя одежду и бросил её на пол. Не обращая внимания на собственную наготу, поскольку Сукуне всегда было комфортно быть голым, он быстро вернул всё внимание Мегуми. Он легко нанёс смазку на пальцы, потер её немного, согревая, прежде чем позволить себе приблизиться. Мегуми со стоном вздохнул, извиваясь под ним, когда Сукуна прижал к нему палец, и не просил его остановиться. Тем не менее, Сукуна остановился и уточнил. — Ты уверен? Мегуми замер на мгновение, и Сукуна должен был отдать ему должное за то, что он действительно всё обдумал. Сукуна не хотел, чтобы Мегуми сожалел об этом. — Да, да, я хочу тебя, — сказал Мегуми, протягивая к нему руки, — просто иди сюда, ко мне, пожалуйста. Сукуна не смог сдержать лёгкую улыбку и осторожно опустился. Мегуми обвил руками его плечи, обхватил ногами талию, подарив Сукуне одно из лучших объятий, которые он когда-либо получал в своей жизни. Это было прекрасно, но в тот момент их обоюдное возбуждение нельзя было игнорировать. Сукуна наклонил голову и нежно поцеловал Мегуми, в то время как палец, который так терпеливо ждал, проник прямо в его жаркое нутро. Мегуми был напряжён, но Сукуна и не ожидал иного. Он зашипел в поцелуй, напрягшись ещё сильнее на мгновение, прежде чем расслабиться, когда Сукуна поцеловал его ещё нежнее, ещё крепче. Какое-то время ни один из них ничего не делал, кроме поцелуев, давая друг другу время, чтобы собраться. Однако в конце концов Мегуми оторвался от его губ, уткнувшись лицом в плечо Сукуны и дав ему возможность расцеловать его шею и плечи, оставляя за собой пурпурные следы. Едва ли потребовалось какое-то усилие, чтобы Сукуна смог просунуть второй палец и скользнуть им внутрь рядом с первым. Мегуми под ним чуть зашипел от дискомфорта, но Сукуна нежно ворковал, шептал комплименты, продолжая покрывать всё, до чего мог дотянуться, нежными поцелуями, чтобы отвлечь Мегуми, пока сам он сгибал и разгибал пальцы в поисках того самого укромного местечка внутри.  Поиски не заняли много времени, и за это Сукуна был себе благодарен. Он сжал пальцы, и внезапно Мегуми дёрнулся в его объятиях с тонким стоном, и ощутимая часть напряжения покинула его тело. — Вот и всё, дорогой, теперь всё будет проще, — прошептал Сукуна. — Доверься мне, ладно? Я не причиню тебе вреда.  Мегуми крупно дрожал, зажмурив глаза, когда Сукуна практически злоупотреблял этим местом, нежно потирая его снова и снова, пока Мегуми практически не затрясся в его объятиях. В этот момент третий палец с лёгкостью скользнул внутрь, и Сукуна продолжал его растягивать с ювелирной аккуратностью, пока Мегуми не начал насаживаться на его пальцы, едва ли не трахая ими сам себя. Сукуна отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть на него и на тот беспорядок, который он устроил со своим подопечным. Перед его глазами никогда ещё не было более совершенного зрелища. Мегуми, распростертый под ним, словно подарок небес, всё ещё розовощекий и тяжело дышащий, его член твёрдый и истекающий, глаза затуманились от удовольствия, и сейчас он был более красивым, чем Сукуна когда-либо его видел. — Ты готов ко мне, детка? — спросил Сукуна, вытащив из Мегуми пальцы. В ответ он получил ошеломлённый кивок, но Сукуна не воспринял это как разрешение. Он достал валявшийся рядом со смазкой презерватив, раскатал его по своему члену и почти застонал от ощущений. Бедный, бедный его член, им сегодня целый вечер пренебрегали, он был чертовски твёрд, красен и из него ручьём тек преякулят. Сукуна выдавил поверх ещё больше смазки. Он сжал бедро Мегуми, не настолько сильно, чтобы ему было больно, но достаточно сильно, чтобы оставить розовый отпечаток руки на бледной коже. — Я жду твоего ответа, милый. Ты готов? Словно вернувшись в реальность, Мегуми кивнул, придя в себя как раз в тот момент, когда Сукуна прижал тугую головку своего члена к его входу. — Да, да, я готов. Это всё, что ему было нужно. Сукуна мягко нажал, пока головка не исчезла внутри этого горячего тела, а затем с упоением наблюдал, как он дюйм за дюймом медленно погружается в Мегуми. Это была самая эротичная вещь, которую он когда-либо видел. Мегуми вскрикнул, когда он вошёл до конца, автоматически обхватив ногами талию Сукуны, скрестив лодыжки позади него. — Больно? — спросил Сукуна, нежно поглаживая щёку Мегуми. Брови его подопечного были нахмурены, губы сжаты в тонкую линию. Чёрт, последнее, чего хотел Сукуна, это сделать ему больно.  Но Мегуми только повернул голову и нежно поцеловал его ладонь. — Нет, Суку, это немного странно, но это точно не больно. Продолжай.  С облегчением, Сукуна слегка отстранился, а затем медленно толкнулся обратно в Мегуми. Плотный жар окутывал его член, и ему требовался весь его контроль, вся его выдержка и сила воли, чтобы не схватить Мегуми за бёдра и не начать неистово в него толкаться.  Сукуна сохранял стабильный и ровный темп, меняя его только для того, чтобы попытаться найти это маленькое важное местечко внутри Мегуми. Каждый раз, когда Сукуна погружался в него, из Мегуми вырывался тихий звук удовольствия, только ещё больше подстегивая Сукуну. — Ах, Сукуна, пожалуйста, — взмолился Мегуми, крепко схватив его за плечи. Острые ногти впились в кожу.  — Пожалуйста, что, детка? — Выдохнул Сукуна, всё ещё терзая их обоих размеренными и ровными толчками. Зелёные глаза со слезами взглянули на него сквозь длинные ресницы, и действительно, в мире нет никого красивее Мегуми. По крайней мере, по мнению Сукуны. Сукуна снова воспользовался шансом наклониться и мягко прикусить Мегуми в шею, оставляя несколько следов. — Скажи мне это, детка. Как я узнаю, чего ты хочешь, если ты не будешь говорить мне этого словами? Мегуми заскулил под ним, неуверенно приподнимая бёдра, чтобы встретить Сукуну на полпути, и прохрипел: — Быстрее. И, о, Сукуна был более чем рад ему услужить. Он схватил Мегуми за бёдра, вонзился в него и вытянулся, задав жестокий темп, от которого Мегуми выгнул спину красивейшей дугой. Изумрудно-зелёные глаза сморгнули слёзы, с губ сорвался звонкий стон, и он едва смог удержаться за Сукуну, когда в него буквально вонзились. Череда ругательств срывалась с его пухлых розовых губ вперемешку со стонами, бессвязные речи и восторженные всхлипы, которые Сукуна едва мог разобрать. Всё, о чём он мог думать, это о том, как красив был Мегуми, и как долго он этого ждал, и как хорошо это было. — Чёрт, чёрт, Сукуна, — закричал Мегуми, сжимаясь вокруг него. Сукуна толкнулся ровно в то же место, и продолжал в том же ритме, пока внезапно глаза Мегуми не закатились, и он кончил под ним, окрасив пространство между ними в белый цвет. Боже, после второго оргазма он каким-то образом стал ещё красивее. Для Сукуны это было слишком много, и после ещё нескольких неуверенных и рваных толчков он, наконец, сорвался в собственную бездну удовольствия, вжимаясь в Мегуми настолько глубоко, насколько мог.  Ему потребовалась минута, чтобы отдышаться, и через секунду он аккуратно вышел из него и рухнул на кровать. Им действительно нужно было убрать за собой липкие последствия, но пускай это произойдёт через секунду, на мгновение Сукуне просто нужно было пережить волшебство, которое с ним произошло. Мегуми положил ему на грудь свою ладонь, мягкую и нежную, глядя на него с чистым обожанием. Это было прекрасно, всё было идеально, и если идеальным моментом для признаний в любви был не закат на пляже, то вот он. Сукуна открыл было рот... Мегуми вздрогнул и неловко поёрзал рядом с ним. — Я чувствую себя липким.  «Чёрт», — подумал Сукуна. — «Тогда в другой раз».  Он наклонился и поцеловал вспотевший лоб Мегуми. — Жаль, что твоя ванна такая маленькая, мы могли бы принять её вместе.  Мегуми рассмеялся чисто и нежно, а Сукуна медленно поднялся с кровати, чтобы намочить полотенце и вытереть их обоих. Мегуми всё ещё лежал на кровати, когда Сукуна вернулся, и выглядел совсем как ангел. Сукуна наклонился, чтобы поцеловать его, и осторожно вытер его грудь.  Личным раем на земле мог быть тот закат на пляже, его тёплая улыбка или солнечный свет, проникающий сквозь шторы, но правда была в том, что Сукуна действительно начинал думать, что рай для него мог быть только рядом с Мегуми. Где бы это ни было.