Сегодня джаз играет для тебя

С понедельника по среду Скарамуччу не отпускало предвкушение следующего выступления. Они с Итэром не виделись всё это время, и Скарамучча чуть ли не жил одной только мыслью об этом — теперь мог такое себе позволить. Хотя и старался этого не показывать. — Ты сегодня бодро выглядишь, — заметил подошедший Дотторе. — Как дела в цехе? Завод готовился к выпуску новой модели самолёта, и, по мнению Скарамуччи, здесь творился полный бардак. Переналадка всего цеха механообработки — процесс долгий и трудоёмкий, и Скарамучче приходилось мотаться чуть ли не по всему заводу с разными бумагами, а иногда и в конструкторское бюро. Та ещё головная боль, но всё шло примерно по плану, и перерабатывать не приходилось, чему Скарамучча был несказанно рад. — Дурдом, как и обычно. — Он махнул рукой на одно из рабочих мест. — Какой-то конструктор херню сделал, решив, что мы прям можем обеспечить ему эту точность. — Скарамучча помахал чертежом, который держал в руках. — Не заморачивайся, — мягко улыбнулся Дотторе. — Идём на обед. Панорамные окна столовой выходили на контрольно-пропускной пункт, и здесь было светло и чисто. Скарамучча вдохнул полной грудью: уж что-то, а вентиляция здесь была намного лучше, чем в цехах, воздух был легче и не пах машинным маслом. Скарамучча определённо начал замечать в своей безвкусной жизни больше хороших вещей. Хотя поел он быстро, идти обратно в цех решительно не хотелось, и остаток перерыва Скарамучча потратил на созерцание пейзажей за окном. Конечно, он видел их каждый день, но почему-то сегодня они не были такими унылыми. Колючая проволока даже блестела на солнце, тени медленно-медленно скользили по газону — Скарамучча слишком засмотрелся, и так бы он и сидел, если б не решил, что лучше пойдёт и доделает технологические маршруты обработки, которые оставил вчера. «В офисе можно будет чай выпить». — Скарамучча едва заметно улыбнулся своим мыслям и отправился туда, где находились офисные помещения. ✦ ✦ ✦ День закончился. Отчёты были отправлены, инженеры обруганы, и Скарамучча засобирался домой раньше обычного: сегодня был тот момент, когда он впервые за неделю встретится с Итэром, и совесть за оставленное рабочее место его совсем не мучила. Скарамучча по привычке пришёл к самому началу выступления, поэтому поздороваться с Итэром не успел — тот уже вышел на сцену и начал играть. Сегодня это была лёгкая игривая мелодия, Итэр притопывал в такт и покачивался — его глаза искрились и отражали весь электрический свет. Скарамучча даже чая не заказал — так и сидел, почти не отрывая взгляда от сцены. Тома за пианино — Итэр рассказывал о нём — иногда чуть поворачивал голову и улыбался. Выступление теперь казалось Скарамучче совсем другим, словно Итэр играл только для него. Это было сложное и смущающее чувство, немного эгоистичное, но, быть может, даже недалёкое от правды — Скарамучче хотелось в это верить. Когда музыка стихла, а Итэр и Тома откланялись, Скарамучча наконец подошёл к барной стойке. — Чёрный чай, пожалуйста. Две чашки. Эти слова, которые он никогда не произносил, теперь дались так легко, что Скарамучча запнулся и опустил взгляд. Обычно сразу после выступления он ехал домой, а тут… Скарамучча осознал, что не хочет прощаться с Итэром, ведь они и не поговорили толком. Скарамучча вернулся к столику со своими напитками — там уже топтался Итэр, а ему из-за сцены махали какие-то музыканты. «Он тоже это почувствовал?» — взволнованно подумал Скарамучча, но только молча пододвинул к нему чашку и пригласил сесть. Почувствовал ли Итэр, что им друг друга не хватило? В воскресенье Скарамучча быстро ушёл, потому что не хотел приходить на работу сонным, однако сегодня уже хотелось этим пренебречь, чтобы провести с Итэром чуть больше времени. — Обычно здесь все коктейли заказывают, — заметил Итэр. — Они и не подозревают, что чай тут тоже вкусный. Скарамучча уже отпил из своей чашки, как Итэр выхватил её и тоже хлебнул оттуда, а потом — из своей чашки. — Твой вкуснее, — захихикал он и отобрал у Скарамуччи его чашку. Это было странно, но тот не растерялся и подтянул к себе чай, который стоял рядом с Итэром. Если бы так сделал Тарталья, Скарамучча бы его ударил. Однако Итэр не вызывал агрессии, совершая простодушные или даже глупые действия — хотелось даже подыграть. Скарамучча не знал как, поэтому отвечал как-нибудь, выражая своё благодушие. — Как сладко, — раздался знакомый девичий голос. Итэр и Скарамучча синхронно обернулись — в двух шагах от них стояла Люмин и насмешливо щурилась. — То есть тебе можно заигрывать со своим парнем, а мне нельзя? — притворно обиделся Итэр. — Почему, можно. — Люмин пожала плечами. — Только позаботься о том, чтобы у меня не развился сахарный диабет. Итэр состроил расстроенное лицо, но тут же забыл об обиде и спросил: — Раз уж мы тут все перезнакомились… Что насчёт двойного свидания? Скарамучча и Люмин одновременно поморщились. Даже если Люмин он знал более или менее, то её парня и вовсе нет, а знакомиться ещё с кем-то Скарамучче не хотелось совсем. Мало ли, что за человек… И тут он подумал об Итэре и понял: ему это не помешало заинтересоваться человеком, имени которого даже не знал. — Кстати, а ты здесь какими судьбами? — перевёл тему Скарамучча в надежде на то, что Итэр позволит ему обдумать вопрос о свидании. — Здесь всего лишь выступает мой брат, — пожала плечами Люмин. — Тебя я здесь раньше не видел. — Так по сторонам надо смотреть, а не только на сцену, — развеселилась Люмин. — Хватит вам, — остановил их Итэр. — Так что насчёт свидания? Я считаю, отличная идея. Он уставился на Люмин таким взглядом, что она тут же переменилась в лице, как будто всё поняла. — Впрочем, — и улыбнулась, — я тоже так считаю.