Wei Wuxian’s Home for Lost Creatures

Они подъехали и обнаружили, что Вэй Ин уже ждёт их, беззлобно улыбаясь и подпрыгивая на цыпочках. Конечно, он начал бешено махать, как только заметил их на дороге, и в конце концов они проехали достаточно близко, чтобы А-Юань смог разглядеть его через плечо Лань Ванцзи, его сын начал подпрыгивать на сиденье от возбуждения. Поскольку Лань Ванцзи с юных лет делал всё возможное, чтобы обеспечить безопасность в автомобиле, А-Юань дождался полной остановки и выключение зажигания, после чего отстегнул ремень безопасности и выскочил за дверь. — Сянь-гэгэ! Вэй Ин выглядел озадаченным, его глаза расширились от удивления, которое через несколько секунд сменилось радостным восторгом. Он не стал поправлять А-Юаня и с лёгкостью подхватил сына Лань Ванцзи, когда А-Юань бросился в объятия Вэй Ина. Когда Лань Ванцзи присоединился к ним, Усянь поприветствовал его более сдержанно, к лёгкому разочарованию Лань Ванцзи. — Я действительно ценю, что вы пришли провести со мной время сегодня, — торжественно сказал Вэй Ин А-Юаню. А-Юань крепко прижался к ноге Вэй Ина. — Мне нравится пляж, — заявил он. — А можно нам тоже посмотреть на лоскутного кролика? — Конечно можно! Как только мы закончим. Этим утром он выбрался из клетки, играя с одним из моих питомцев, и сейчас спит. Вэй Ин повёл их по крутой извилистой тропинке к скалистому пляжу внизу. Песка было очень мало, большую часть территории занимали камни, сглаженные многолетними высокими приливами. А-Юань немедленно направился к одному из самых больших бассейнов, чтобы изучить содержимое. — Ты не возражаешь? — Спросил Вэй Ин таким тихим голосом, и звук сильных ударов волн о ближайший утес почти заглушил его. — Возражаю? — Повторил Лань Ванцзи. Вэй Ин покраснел. — То, как он называет меня. — Нет, если ты сам не против? Вэй Ин так быстро покачал головой, что, вероятно, у него была лёгкая хлыстовая травма: — Нет, нет. Нисколько. Это мило. — Он кашлянул и снова переключил своё внимание на А-Юаня. — Осторожнее с камнями, малыш! Вода почти сразу становится по-настоящему глубокой. Лань Ванцзи придвинулся поближе к сыну, якобы для того, чтобы осмотреть залив. На самом деле, он знал А-Юаня достаточно хорошо, чтобы понимать, что если тот забредёт слишком далеко, то через несколько минут окажется в океане. В приливном бассейне было несколько невезучих рыбок и крошечных ракообразных, которых он не сразу узнал. Вэй Ин бросился к нему, чтобы со знанием дела назвать их всех. Оказалось, что его опыт распространяется как на мир природы, так и на сверхъестественный мир. Предполагая, что этот особый вид крабов не был каким-то волшебным. — Как долго ты здесь живёшь? — Спросил Лань Ванцзи. — Дом прибыл в октябре, — сказал Вэй Ин, — как раз перед моим днём рождения. — Ваш дом прибыл? — Повторил А-Юань. Вэй Ин кивнул: — Мой дом перемещает меня туда, куда мне нужно. — А-Юань, нахмурившись, обдумал это, но прежде чем он успел что-либо сказать, Вэй Ин продолжил: — Хочешь увидеть что-нибудь по-настоящему крутое? Совершенно сбитый с толку, А-Юань последовал за Вэй Ином по пляжу к отвесной скале под его домом. Скалы становились всё круче, острее и выглядели более опасными, и Вэй Ин осторожно встал между А-Юанем и спускающимся в воду горкой. Они остановились рядом с естественным выступом в скале, и Вэй Ин наклонился, чтобы взять А-Юаня на руки и показать ему явно заброшенное гнездо. Внутри всё ещё лежали маленькие кусочки разбитой яичной скорлупы, гладкие и переливающиеся, как раковины морских ушек, и крепче любых яиц, которые Лань Ванцзи когда-либо видел, а толщина оставшихся кусочков была почти равна промежутку между кончиком и первым суставом его большого пальца. Что бы ни вылупилось из них, оно должно было быть сильным. — Я никогда не видел ничего подобного, — признался Лань Ванцзи. — Ты бы и не заметил. Но предупреждаю: сейчас такие вещи можно встретить повсюду, — согласился Вэй Ин. Он взял одну из самых крупных раковин и протянул её А-Юаню. — Береги это. Это к счастью. — От кого это? — Спросил А-Юань. Мальчик заёрзал у него на руках, пока Вэй Ин храбро не опустил его обратно. — Ещё драконы? Драконы откладывают яйца или просто вылупляются из камней? — Драконы откладывают яйца гораздо крупнее этого, — рассмеялся Вэй Ин. — Я не знаю, кто их откладывает. Нам придётся разобраться с этим вместе. А-Юань сжал свою яичную скорлупу и отправился исследовать другой приливной бассейн. — Это правда, — сказал Вэй Ин, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Лань Ванцзи. — Однажды магия находит тебя, и, как правило, продолжает находить. И на самом деле нет способа от неё избавиться. Хотя, — его губы скривились в горькой улыбке, — у некоторых людей довольно хорошо получается игнорировать это и притворяться, что этого нет. Лань Ванцзи позволил себе на мгновение по-настоящему обдумать эти слова. — Я люблю своего дядю и брата, — наконец произнес он. Вэй Ин кивнул и приподнял брови, предлагая продолжать. — Но остальная часть нашей семьи погрязла в традициях и тяготах нашей собственной истории. Я и А-Юань переехали в это место, чтобы избавиться от ожиданий, в соответствии с которыми я вырос. Он подумал о годах, проведённых в стерильных классах, и монотонных словах дяди его дяди, напоминавших ему о долге, и о том, почему занятия музыкой обеспечат престиж только в сочетании с соответствующим уровнем деловой хватки. Музыка сама по себе была всего лишь средством достижения цели и сама по себе ничего не стоила. (Тот самый двоюродный дядя, узнав о намерении Лань Ванцзи усыновить А-Юаня, попытался воспрепятствовать этому. Лань Ванцзи никогда раньше не видел Лань Цижэня по-настоящему разъярённым и до сих пор надеялся, что никогда не испытает на себе гнев своего дяди. С тех пор его двоюродный дядя также отказывался открыто делиться своим мнением о Лань Ванцзи, Лань Сичэне, их жизни и партнёрах. Примерно в то же время Не Минцзюэ начал относиться к Лань Цижэню с должным уважением, которое, как правило, один ужасный человек проявляет только к другому.) Он искоса взглянул на Вэй Ина. — Возможно, нам обоим нужно немного волшебства в нашей жизни. Вэй Ин улыбнулся с такой ослепительной силой, что Лань Ванцзи на мгновение потерял представление о положении солнца. Однако его смех заглушил очевидную радость, которую он услышал в словах Лань Ванцзи. — Ты можешь пожалеть об этом. — Если я и пожалею, то, по крайней мере, у меня будет осмысленное сожаление, а не то, которое родится из-за бездействия. — Знаешь, Лань Чжань, ты действительно не такой, как все, — ответил Вэй Ин, по-прежнему слегка улыбаясь, но невероятно искренне. Лань Ванцзи кивнул, не зная, как именно ответить, и погрузился в долгожданное отцовское блаженство. Через плечо Вэй Ина он заметил А-Юаня, который ненадежно примостился на одной из острых скал, слишком близко к обрыву в море. — А-Юань, вернись, пожалуйста, — позвал он. Прежде чем А-Юань успел ответить, о скалу разбилась волна, более высокая, чем все предыдущие. А-Юань, испуганный внезапным шумом, оторвался от своего изучения приливной заводи и опрокинулся навзничь в море. — А-Юань! — Лань Ванцзи закричал. Он вырвался от Вэй Ина, бросился через скалы и ободрал руку о край острого каменного выступа, когда бежал так быстро, как только мог, к тому месту, где его сын упал в воду. Недолго думая, он прыгнул в воду рядом с тем местом, где упал А-Юань. Холодный океан лишил его сил, и он боролся с желанием задохнуться. Вода была глубокой, гораздо глубже, чем он себе представлял. Он заставил себя встать, но вода поднялась ему выше плеч, как только ему удалось встать на ноги. — А-Юань! — Он боролся с течением, бросаясь вперед и пытаясь найти выход из бурной воды. — А-Ю..! — Волна обрушилась на него, наполнив рот солёной водой и заглушив его крик. Он боролся с силой воды, которая пыталась утащить его дальше в море. Вторая сильная волна ударила его по лицу и дёрнула голову в сторону. Вернувшись на скалы, он увидел Вэй Ина, на лице которого была ясно написана паника, и который прижимал свой дизи к губам. Лань Ванцзи хотел закричать на него, потребовать, чтобы он помог найти его сына, но новая волна накатила на него и поглотила слова. Сквозь шум прибоя он уловил несколько нот завораживающей музыки Вэй Ина. Мелодия пронзила воздух, как меч, прорезающий шум моря, и поразила Лань Ванцзи сильнее, чем неспокойная вода вокруг него, требуя такого, что Лань Ванцзи не смог бы описать словами. Вода вокруг него внезапно и полностью успокоилась, и волны отступили, оставив его погруженным только по пояс. Он широко раскрытыми глазами смотрел, как вода разбивается об огромную раковину в сотне метров от него. Раковина медленно двигалась вперед, вода сердито плескалась о львиную голову, поднявшуюся из воды, которая была намного больше Лань Ванцзи и окружена еще большим пузырем. Сидя на голове, А-Юань уставился на него широко раскрытыми глазами. Имя сына снова сорвалось с его губ, и Лань Ванцзи пробился сквозь воду к существу. Пузырь лопнул, и существо осторожно нырнуло вниз, позволив Лань Ванцзи заключить А-Юаня в объятия. Его сын выплюнул изо рта морскую воду, но тут же обнял Лань Ванцзи за шею. Удивительно умные глаза существа долго и пристально рассматривали его, прежде чем оно моргнуло своими тяжелыми веками. — Спасибо, — прошептал Лань Ванцзи. Оно оставалось на месте, а вода оставалась спокойной, когда Лань Ванцзи побрел обратно к скалам. Вэй Ин перестал играть в тот момент, когда Лань Ванцзи оказался на расстоянии вытянутой руки, и схватил А-Юаня в свои объятия, прежде чем наклониться, чтобы помочь вытащить Лань Ванцзи из воды. Существо нырнуло обратно под воду, и волны снова яростно взметнулись вверх. — С тобой всё в порядке? — Спросил требовательно Вэй Ин, отчаянно хлопая А-Юаня по спине, пока тот не выплюнул ещё один глоток воды. А-Юань разрыдался, и Лань Ванцзи, не колеблясь, снова заключил сына в объятия, крепко прижимая к себе. Сердце отчаянно забилось в груди, чудовищность того, что едва не произошло, нанесла удар, который он ощутил всем телом. Он схватил А-Юаня так крепко, что могли остаться синяки. А-Юань так же крепко обнял его в ответ, всхлипывая на мокром плече Лань Ванцзи. — Давай отведём тебя домой, — сказал Вэй Ин. Он дотронулся до поясницы Лань Ванцзи, а затем отдёрнул руку, как будто обжёгся. — Давайте. Вам обоим нужно вытереться. С бесконечной нежностью, но не прикасаясь ни к кому из них, он повёл их обратно по дорожке, а затем вверх по шаткой лестнице к своей входной двери, которая открылась перед ними, казалось, сама по себе. Вэй Ин исчез всего на мгновение, оставив Лань Ванцзи прижимать А-Юаня к себе и тихо плачущего, уткнувшись в волосы сына, пока не вернулся с высокой стопкой мягких полотенец. Он не сделал ни малейшего движения, чтобы забрать А-Юаня у Лань Ванцзи, а просто завернул их обоих как можно плотнее в несколько огромных полотенец. На мгновение показалось, что его руки, крепко обхватившие плечи Лань Ванцзи, отяжелели. Когда он отстранился, Лань Ванцзи почувствовал, что холодеет. — Я могу приготовить чай, — прошептал он, широко раскрыв глаза, полные отчаяния. Лань Ванцзи не смог выдавить из себя ничего, кроме простого “Мн”, и позволил Вэй Ину увести его и А-Юаня глубже в дом. В той же комнате, где они бывали уже много раз, в камине пылал огонь, окутывая их ещё большим теплом. Вэй Ин усадил их на старенький диван и снова исчез. А-Юань снова кашлянул. Лань Ванцзи потянулся за телефоном из кармана, радуясь, что он всё ещё работает. Он набрал номер их педиатра. Когда Вэй Ин вернулся через несколько минут, он увидел, что Лань Ванцзи и А-Юань обнимаются на диване, завернувшись в полотенца, и их успокаивают заверениями в том, что с А-Юанем, вероятно, всё в норме, врач рассказал ему о симптомах сухого утопления и о том, что с А-Юанем всё в порядке. оставив ему длинный список вещей, на которые нужно обратить внимание. Вэй Ин поставил перед ними две чашки с отбитыми краями и на мгновение рухнул на пол, прежде чем снова вскочить со слишком большой маниакальной энергией. — Вот, — сказал он. Он подошёл к клетке с лоскутным кроликом и взял его на руки. Усянь показал кролика Лань Ванцзи и протянул его А-Юаню для осмотра. А-Юань немедленно протянул руки. Как только Вэй Ин осторожно передал кролика ему в руки, он начал поглаживать его по спине. — Хочешь супа? Я могу приготовить суп. Или ещё чаю. — Неважно, что Лань Ванцзи не притронулся к чашке, стоявшей перед ним. — Или я мог бы принести тебе что-нибудь поесть. Ты голоден? Или я... — Он беспомощно посмотрел на них обоих. — Вэй Ин. — Лань Ванцзи заговорил тихим голосом, и Вэй Ин замолчал. — Спасибо. Вэй Ин ошеломлённо уставился на него. — Не надо, Лань Чжань. Лань Ванцзи в замешательстве склонил голову набок. — Что? — Не надо. Я.. Это мой... — Он замолчал и уставился на А-Юаня. — Чай. — Он встал, собрал всё ещё полные чашки и ушел. То ли от стресса, то ли от перенапряжения А-Юань провалился в сон на руках у Лань Ванцзи всего через минуту. Лань Ванцзи поцеловал сына в макушку, но не смог заставить себя опустить его на диван. Как бы ему ни хотелось утешить Вэй Ина, явно потрясенного неожиданными событиями этого дня, в первую очередь он был обязан А-Юаню. И, честно говоря, он не был уверен, как он может утешить Вэй Ина, когда сам чувствует себя настолько неловко. Вэй Ин вернулся с новой порцией чая, в разных чашках, и, прежде чем он успел снова исчезнуть, Лань Ванцзи схватил его за запястье и усадил на диван рядом с ними. А-Юань уютно дремал у него на руках, лоскутный кролик, подергивая носом, свернулся калачиком в его объятиях. — Вэй Ин. — Мне так жаль, — пробормотал Вэй Ин, сжавшись в комок. Лань Ванцзи повернулся и уставился на него в замешательстве, стараясь не уронить А-Юаня. — Прости? — Если бы я не пригласил тебя сегодня куда-нибудь... — Вэй Ин махнул рукой. — Вэй Усянь. — Обращение к нему по имени привлекло к нему внимание, как ничто другое, и, хотя Лань Ванцзи сожалел о том, что его так обидело это обращение, он не мог отрицать его эффективность. — Я много раз водил А-Юаня на подобные пляжи. Он предприимчивый ребёнок и часто попадал в ситуации, которые я нахожу тревожными, в том числе в те, которые очень похожи на сегодняшнюю ситуацию с безопасностью. — Он потянулся и крепко схватил Вэй Ин за руку. — Если бы тебя не было с нами, он бы утонул. Пожалуйста, не позволяй себе чувствовать вину за то, в чём ты никоим образом не виноват. — Лань Ванцзи смирился с тем, что, несмотря на его слова, в обозримом будущем он сам будет мысленно ругать себя при каждой свободной минуте. Таково было отцовство. Вэй Ин побледнел, широко раскрыв глаза, и Лань Ванцзи подумал, не стоит ли ему проверить, не шокирован ли он. — Но я... если что-то случится, я попросил тебя прийти сюда. (Следующий звонок: своему психотерапевту, который, как он надеялся, поможет ему преодолеть его абсолютную неудачу в качестве отца. Он ожидал много-много сеансов. Судя по всему, Вэй Ину тоже не помешало бы утешение.) — Ничего не случилось, — настаивал Лань Ванцзи за них обоих. — Когда я ничего не мог поделать, ты был рядом. Вэй Ин, ты спас моего сына. — Его сердце бешено колотилось, крича в груди, как в водовороте, и каждый отчаянный удар напоминал ему о том, как он чуть не стал свидетелем смерти А-Юаня. Вэй Ин всхлипнул и прижался к Лань Ванцзи, уронив одну из чайных чашек на пол, где она отскочила от толстого ковра, не разбившись. Интересно, кто в его жизни винил его за то, что он не мог контролировать? Почему Вэй Ин просто признал свою вину? Он извивался, пока не смог прижаться к Вэй Ину всем телом, прижимая их друг к другу так крепко, как только мог, А-Юань и лоскутный кролик свернулись калачиком на небольшом пространстве между ними. — Ты должен остаться на ночь, — выпалил Вэй Ин. Лань Ванцзи моргнул. — Ты...… Дорога домой долгая. Что касается мотивов, то этот был прозрачен, как пищевая пленка, но Лань Ванцзи не мог оспорить переполнявшее его согласие. — Хорошо. Вэй Ин кивнул, но когда он попытался встать, Лань Ванцзи снова поймал его и усадил обратно. Они по-прежнему лежали, прижавшись друг к другу, вдыхая воздух между собой, хотя давно уже должны были отпустить друг друга.

_________________

Лань Ванцзи снилось море. Он видел, как А-Юань исчезает под неистовым натиском непрекращающихся волн. Он просыпался не менее десяти раз, охваченный паникой. Каждый раз это казалось таким же реальным и интуитивным, как тогда, когда он видел как А-Юань падает в воду, и каждый раз он приходил в себя весь в поту. Свободная кровать Вэй Ина была очень удобной, и каждый раз ему удавалось снова заснуть, притягивая А-Юаня к себе. Когда он пришёл в себя вскоре после шести, то обнаружил, что лоскутный кролик дремлет, свернувшись калачиком у него на груди, а А-Юаня нигде не было видно. Ванцзи подавил внезапную панику; если кролик был здесь, это, вероятно, означало, что Вэй Ин проснулся, поскольку А-Юань согласился не приближаться и не трогать ни одно из существ без присмотра. Утро принесло с собой ощущение большего спокойствия — с А-Юанем всё было в порядке, трагедия была предотвращена, и у них были лекарства, чтобы принять то, что могло произойти, и перестать воображать худшее. Он медленно сел, укладывая лоскутного зайчика на кровать. На соседнем стуле его ждала одежда, сухая и небрежно сложенная. Удалось ли Вэй Ину поспать самому после того, как прошлой ночью он уложил Лань Ванцзи и А-Юаня в постель? Скорее всего, нет, решил он. То, что Вэй Ин безоговорочно взял на себя вину за несчастный случай, который он сам предотвратил, не очень-то радовало. Лань Ванцзи оделся и взяв лоскутного кролика и прошёлся по дому. Прошлой ночью он не смог как следует рассмотреть его, отвлекшись настолько, что потерял способность к наблюдению. Хотя он был знаком с главной комнатой, эти дальние коридоры долгое время вызывали у него лёгкое любопытство. Архитектура выглядела довольно странно: по потолку между стенами тянулись случайные балки, а из окон открывался вид на море, хотя ориентация дома предполагала, что они выходят не в правильном направлении; не говоря уже о том, что некоторые из них были встроены во внутренние стены. Всё кричало о том, что дом был построен кем-то, кто имел лишь смутное представление о том, какими должны быть дома, и всё же, каким-то образом сумел устоять. Волшебство, решил Лань Ванцзи, проходя по коридору, выкрашенному в яркий карминовый цвет. К стене была прислонена покосившаяся книжная полка, заставленная безделушками, и он остановился, чтобы рассмотреть фотографию в рамке, гордо стоящую на самом верху. В какой-то момент фотография была разорвана на куски и аккуратно склеена скотчем. Он узнал Вэй Ина, хотя его волосы были короче, и он выглядел на целых десять лет моложе, стоя в обнимку с молодой женщиной, и они оба улыбались в камеру. Слева от них еще один молодой человек сердито смотрел на них, скрестив руки на груди и сжав губы так сильно, что это должно было вызывать дискомфорт. Порез на фото разделил лицо Вэй Ина напополам. Лань Ванцзи продолжил свое путешествие по дому, и в конце концов странности перестали его интересовать, отойдя на второй план. Он миновал двенадцатигранную дверь, на которой висела табличка с указанием не открывать её до мая, и струйки тёплого воздуха проникали в узкое пространство между нижней частью двери и полом. В конце концов, он прошёл через главную комнату на кухню, где А-Юань взгромоздился на стойку рядом с Вэй Ином, который посвятил себя приготовлению завтрака. Лань Ванцзи задержался в дверях, наблюдая за ними, стараясь оставаться незамеченным. Вэй Ин выглядел усталым, тёмные круги под глазами стали ещё заметнее из-за бледности кожи. Но он улыбался всему, что говорил ему А-Юань, легко переключая своё внимание с плиты на ребёнка и обратно. — ...Бобо и дядя Не. — Не Хуайсан? — Нет. Это второй дядя Не. Дядя Не - муж Бобо. Он мне нравится. Однажды он подарил мне деревянный меч. — А-а. А твой отец? Он с кем-нибудь встречается? Лань Ванцзи улыбнулся про себя. — Папа постоянно смотрит за мною, — очень чопорно сообщил А-Юань Вэй Ину. Вэй Ин рассмеялся и ущипнул А-Юаня за щёку. Лань Ванцзи вошёл в кухню, заслужив две улыбки. — Доброе утро, баба, — сказал А-Юань. Он протянул руки для объятий, и после крепких объятий Лань Ванцзи воспользовался возможностью, чтобы поднять его и поставить обратно на пол. А-Юань нахмурился, но едва заметно смягчился, когда Лань Ванцзи передал ему лоскутного кролика. — Сегодня мы должны вернуться на пляж, — сказал Лань Ванцзи. Вэй Ин напрягся. — Учитывая, что А-Юань потерял свою раковину, мы должны принести ему ещё кусочек, если ещё осталось. Вэй Ин хмуро уставился на плиту. — Я могу достать тебе такую же. Тебе не обязательно туда возвращаться” — Я хочу, — просто заявил А-Юань. — Было весело, пока я не упал. У Вэй Ина на языке вертелись ещё какие-то аргументы, но, поймав многозначительный взгляд Лань Ванцзи, он отстранился и улыбнулся, хотя это и выглядело вяло. — Если вы оба уверены. После завтрака они спустились к пляжу, и Вэй Ин заметно придвинулся к А-Юаню, пока они собирали новый кусочек ракушки. К сожалению, не такой большой, как первый, но А-Юань выглядел достаточно довольным, что у него в руке есть кусочек. Они специально не задерживались, но Лань Ванцзи заметил, что чем дольше они оставались, тем расслабленнее становились плечи Вэй Ина. Наконец, пришло время возвращаться домой. Вэй Ин проводил их до машины, и ему стало легче дышать, чем за всё утро. — Спасибо, Вэй Ин, — сказал Лань Ванцзи после того, как А-Юань забрался в своё кресло и пристегнулся. — А, Лань Чжань, тебе не за что меня благодарить, — запротестовал Вэй Ин. Лань Ванцзи бросил на него взгляд, который, как он надеялся, передавал всю нелепость этого заявления, и заслужил печальный смешок. — Вэй Ин, — сурово произнес он. — Спасибо, что спас жизнь А-Юаню. Спасибо, что пригласил нас в свой дом и позволил остаться. Спасибо, что приготовил нам завтрак. Спасибо, что пошёл с нами на пляж, хотя тебе и было неудобно, когда я решил, что для нас важно вернуться. У Вэй Ина отвисла челюсть, и он уставился на него в полном недоумении. — Я... — На этой неделе тебе стоит поужинать с нами, — сказал Лань Ванцзи, когда стало очевидно, что Вэй Ин не в состоянии продолжить начатое предложение. — Во вторник было бы удобнее всего. —О, я бы не хотел вас расстраивать, — машинально ответил Вэй Ин, рассмеявшись и махнув рукой. — Ты бы не расстроил, — сказал ему Лань Ванцзи. — Мы бы хотели, чтобы ты был. — Мы приготовим лапшу! — Крикнул А-Юань из машины. — Ну, я думаю, если ты уверен, — сказал Вэй Ин. Лань Ванцзи решительно кивнул и уселся за руль. Отъезжая от дома, он краем глаза наблюдал за Вэй Ин в зеркало заднего вида. Вэй Ин стоял и смотрел им вслед, пока они не свернули на дорожку, ведущую прочь, и в этот момент Лань Ванцзи полностью переключил свое внимание на происходящее. А-Юань оторвался от изучения скорлупы. — Мне нравится Сянь-гэгэ, — сказал он. — Мне тоже. — Сегодня утром он сказал мне, что построил свой дом в одиночку. Ну, это, по крайней мере, кое-что объясняет. — Мн. — А потом он сказал, что скоро приедет его племянник, и мы должны прийти к нему на ужин. Он говорит, что его племяннику четыре года, что звучит очень мало, но я думаю, что всё ещё могу поиграть с ним. Я не против поиграть с ним. Лань Ванцзи кивнул, уже решив убедиться, что, помимо вышеупомянутой вечеринки с ночевкой, у них с А-Юанем было чёткое расписание посещения ужина, при условии, что они действительно были приглашены. Он не мог представить себе ничего более важного. Лань Ванцзи решил, что проблема Вэй Ина не в чём-то злонамеренном, а скорее в упорном отказе признать свою значимость. Где-то, каким-то образом, кто-то убедил Вэй Ина, что он был обузой. Что просьба о чём-то для него самого будет расценена как манипуляция, а не как естественная часть отношений. Что никто не даст ему повода сомневаться. Что он один должен взять на себя вину за всё, что идёт не так. Всё это, решил Лань Ванцзи, было неприемлемо и нуждалось в исправлении.