Вопросы на ответы

ПЕРСОНАЖИ: Ротгер Вальдес, Филипа Аларкон, Рамон Альмейда, Альберто Салина ВОПРОС: Представьте, что вы проиграли в карты. На кону стояло публичное признание в любви любому персонажу на выбор. Как бы это происходило? — Мой адмирал! — привычки робеть и теряться перед начальством Берто не имел, однако сейчас глаза его лихорадочно искали под потолком несуществующую паутину. — Там… Это… — Что — это? — угасающий алым маревом день оставил на смуглом лице адмирала печать утомления, потому желанием выслушивать лепет некстати растерявшего четкость мысли оруженосца он не пылал. — Драка, — не вполне убежденно сообщил юный Салина, не по-военному переступая с ноги на ногу и явно сообщая лишь самую безобидную часть. — Вице-адмирал Вальдес с капитаном Аларконом… Махнув рукой и позволив Альберто с облегчением умолкнуть, Рамон покинул такое удобное после целого дня на ногах кресло, и поспешил на все более отчетливый шум. При ближайшем рассмотрении дракой творящееся внизу назвать было сложно. Скорее игрой озверевших котов. Захлебывающийся смехом Ротгер ловко преодолевал препятствия в виде перевернутой мебели, не забывая уворачиваться от направляемых в его лохматую голову предметов. Филипп тоже захлебывался, но от проклятий, а предметы, отправляемые им в вице-адмирала, с каждым броском становились все тяжелее. Решив не дожидаться полета попавшего под прицел разъяренных глаз подсвечника, Альмейда сделал шаг вперед и перехватил не успевшего затормозить капитана поперек туловища. — Что вы тут устроили?! — вопрос громыхнул не хуже бортового залпа, заставив встрепанных участников странного действа замереть на месте и вытянуться по струнке. — Я требую объяснений. — Этот… — Филипп изо всех сил старался не разразиться новым потоком проклятий, но из его взгляда разве что искры не сыпались. — Вице-адмирал… — Господин Аларкон, боюсь, не оценил моего искреннего порыва, — с почти правдоподобной тоской сообщил Ротгер, после чего спешно пригнулся от полетевшего-таки подсвечника. — Отставить! — Альмейда повышал голос редко, потому эффект это производило впечатляющий, даже несмотря на ситуацию. — Вы угомонитесь и соизволите объясниться — или приказать отволочь вас к морю и окунуть, как напившихся матросов? — Не велите казнить, альмиранте, — промурлыкал Ротгер, примирительно вскидывая раскрытые ладони. В том, что оба выпили, сомневаться не приходилось, однако смотрел вице-адмирал вполне осмысленно. — Мы с капитаном всего лишь затеяли небольшой спор о природе чувств. — Небольшой спор?! — ругательства на повышенных тонах не прошли даром, осип Аларкон ощутимо. — Развел тут… гайифщину! Да ладно бы наедине, так при оруженосце! — Не будь так суров ко мне, Липпе, твои жестокие слова ранят мое сердце, — от сладострастных ноток Рамона передернуло, Берто, топтавшийся в дверях, отступил в тень, чтобы скрыть заалевшие скулы, а Филипп вновь попытался убить приятеля подвернувшейся под руку вазой. Ответом им был лишенный всякого смущения хохот, после чего Ротгер сподобился заговорить без патоки. — Да ладно тебе, капитан, это же просто шутка. Хотя пугаться тут впору мне, если во всем этом тебя смутило только присутствие Берто и невозможность уединиться… — За такие шутки морду бьют, паскуда ты буйная, — хмуро сообщил начинающий остывать блондин. — Ты пытался проводить меня к закатным тварям, а я буйный? — убедившись, что новых попыток раскроить драгоценный череп не предвидится, Вальдес перетек на ближайший стол, не забыв по пути изобразить поруганную добродетель. — Карточных долг — это святое, да будет тебе известно. Не моя вина, что у отдельных представителей нашего гордого офицерства под касеру появляются мысли об игре на желание, а у других фантазия на оные скудна и однонаправленна. — Прошу подробнее, — адмирал уверился, что в ближайшее время потенциально существующий мозг Вальдеса не будет красоваться на стене, и теперь говорил привычным спокойным тоном. — А что там рассказывать? — сверкнул зубами Кэналлиец. — Я проиграл и обзавелся обязанностью признаться в любви кому-то в пределах Хексберга, да еще и при свидетелях. А всем известно, что ни один марикьяре не может пройти мимо светлых кос…