Вопросы на ответы

ПЕРСОНАЖ: Жиль Понси ВОПРОС: Что бы вы сделали, если бы стали королём Талига? - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - Давно нуждающееся в замене перо с остервенением носилось по слегка помятому листу, тощие кривоватые пальцы то и дело смазывали строки, не проглоченные вовремя бумагой. Все это сопровождалось сменяющими друг друга возгласами радости, ругательствами и стенаниями глубинной душевной боли. – Ваше Величество, – хорошо вышколенный гвардеец не драл глотку, дабы не спугнуть Музу своего монарха, но докладывал достаточно различимо, чтобы вырвать того из объятий вдохновения. – Первый маршал Талига прибыл по Вашему приказанию и ожидает. – Зови, – смилостивился король, откладывая увитое ровными строфами детище. Гвардеец растворился, стук сапог принес гибкую фигуру в черном и синем. Доклад был не сразу, вначале – поклоны и приветствия, которые в конце концов пришлось оборвать. Не то что бы королю совсем не лестно было, что гордый Ворон стелется перед его величием, но Муза грозилась вот-вот упорхнуть, потому с визитом нужно было покончить как можно скорее. Вникать в поток имен и названий желания не было, общая суть же предстала во всей ясности и незамысловатости: все благополучно, для беспокойств нет причин. Вот король и не беспокоился. – Вы, любезный, вот что мне скажите, – бледная ладонь взметнулась вверх, вынуждая Алву умолкнуть на полуслове. – Насколько Вы осведомлены о продвижении новой программы в Лаик? – Программы обучения – не вполне область моих интересов, – Ворон тоже приучился говорить вполголоса, проникшись важностью поэтических подвигов монарха. – Однако мне известно, что менторы и унары восприняли новшества с благосклонностью. Как и общество в целом. Остались еще лишенные вкуса господа, настаивающие на изучении Дидериха, но подавляющая часть дворянства с упоением погрузилась в истинную поэзию, ожидающую их в томах Барботты. Признаться, я и сам какое-то время питал сомнения на сей счет, но, прочитав работы этого великого человека, склонен был изменить свое мнение. – Это великолепно! – осененный какой-то идеей и ею же восхищенный, король подскочил, вынудив Ворона склониться. – Немедленно доведите до сведения ответственных за это лиц, что сию же минуту должен начаться поиск лучшего скульптора в Талиге, – голос Его Величества становился все громче и выше, превращаясь в вой бьющегося в экстазе фанатика. – Уже к зиме я желаю видеть на главной площади статую Барботты… – …на пне. – Что? – Корнет Понси, Вы кричали во сне. Грезы рассеялись, свет факела стегнул по зрачкам. Еще не рассвело. Сагранна. Пора выступать.