Долгая ночь в долине| Long Night in the Valley

Со школой было что-то не так. Не считая того, что она полностью находится в голове Мидории. Это было... зловеще. Предчувствие. Стены соединялись неправильно. Цвета на плакатах контрастировали. Непонятный фоновый шум, создаваемый яркими размытыми пятнами, был издевательским, насмешливым. Это слишком сильно напоминало Айзаве его старую школу, ту, в которую он ходил до UA. О взглядах и ненависти, которые он получал только потому, что его причуда пугала людей. Но у Мидории была обычная физическая причуда. Поправка: казалось, что у него есть прямая физическая причуда. Даже если бы у него была проблема с переломом костей, он не должен был испытывать ничего подобного. Айзаву сильно толкнули сзади, и это не должно было вывести его из равновесия, но это произошло. Он больно упал на землю. Толкнуть его было некому. Кроме размытых пятен. Он внутренне выругался. Он слишком поспешил отмахнуться от них, и тут же понял, что вокруг поднялся жестокий смех. — Они могут нас покалечить. — сказал Аизава. — Будьте осторожны. — Да, сэр! — сказал Иида, у которого уже был синяк под глазом. — Прошу прощения за свою невнимательность. Снова смех. Над звуком поднялся более взрослый, но все еще неразборчивый голос, а также высокое пятно. Учитель. От снисходительного тона у Айзавы заболели зубы. Он увидел впереди Сузуки. — Ну же. — сказал он. — Позвольте мне попробовать, сенсей. — Предложил Тодороки. Он поднял руку, и лед заполнил коридор, растекаясь в разные стороны. Пятна игнорировали его. А крики становились все громче. Теперь Аизава мог разобрать отдельные слова, такие как "бесполезный" и "урод". — Хорошая мысль, Тодороки. — сказал Айзава. Он старался не выдать своего волнения. Он чувствовал, что это будет непросто. Дети смотрели на него с ужасом. — Сенсей. — сказал Иида, — вы... одобряете? — Просто следуйте за ними. — ответил Айзава, указывая на них. Он хотел, чтобы за эту ерунду платили опасностью. — Да, сэр! — сказал Иида и бросился наутек. И тут же снова споткнулся. К счастью, Сузуки, похоже, повезло не больше. Пятна, которые, как догадался Айзава, были воспоминаниями Мидории о его бывших одноклассниках, были столь же жестоки и с ним. Аизава больше не мог видеть Мидорию. Смех. Одно из пятен царапало бок Айзавы и дразняще бормотало. Они миновали кабинет медсестры, откуда доносились лишь холодные слова и холодный ветер. В коридорах пахло дымом, сахаром и еще чем-то, что должно было быть связано с причудами. Над головой раздался громкий звон, и размытость резко исчезла. Несмотря на ожоги, полученные Айзавой (когда?), он заставил себя ускориться. Он почти догнал Сузуки, прежде чем тот вошел в класс. Иида поскользнулся на кафельном полу, задев его сзади, и все они в беспорядке влетели в класс. Айзава не был таким неуклюжим с тех пор, как учился в средней школе. Что происходит? Мидория сидел за партой, сгорбившись и что-то бормоча. Стол был, мягко говоря, испорчен. Даже с нынешнего ракурса Айзава мог различить на дереве и металле вырезанные ненавистные вещи. Айзава очень надеялся, что все это преувеличено. Но даже в этом случае он собирался серьезно поговорить с Мидорией о лечении и судебном преследовании этой адской дыры. — Что ты скрываешь? — грубо спросил Сузуки.

*

Класс взорвался звуком, размытые очертания на партах превратились в контуры, в призраков. Ты ведь тоже поступаешь в Юэй, Мидория? Мидория застыл и обхватил голову руками. Аизава, наполовину вставший с намерением остановить все это, почувствовал, что тоже застыл. Этот образ мыслей слишком сильно влиял на него, чтобы он мог успокоиться. Призраки смеялись, долго, тяжело и жестоко, и учитель ничего не мог сделать, чтобы остановить их. И тут тень Бакуго взорвался. В буквальном смысле. Маленький Мидория едва успел отпрыгнуть назад, подальше от взрыва. Рефлексы Мидории значительно улучшились со времен средней школы, но, честно говоря, даже это было впечатляюще для его возраста. Давай, Деку! Забудь о любой паршивой причуде, ты совершенно беспричудный! ... Что? Айзава пропустил следующие несколько фраз, пытаясь осмыслить услышанное. Но тут его вернул к действительности еще один взрыв, и следующие слова Бакуго были совершенно незабываемыми. Если ты думаешь, что в следующей жизни у тебя будет причуда... иди и прыгни с крыши! В этот момент все, что удерживало их на месте, сломалось, и призраки исчезли, оставив в классе только их и Мидорию. Мидория трясся, сжимая кулаки, по его лицу текли слезы. — Теперь ты счастлив? — спросил он. — Ты счастлив? Почему ты не мог просто позволить мне...? То, что я беспричудный в средней школе, никому не мешает! — Он сделал несколько глубоких, но неровных вдохов, его плечи дрожали. Урарака шагнула вперед, и Мидория вздрогнул. — Изуку? — неуверенно произнесла она. Мидория поднял голову, выражение его лица было настороженным. — Первое, что я сделаю, когда мы выберемся отсюда, - ударю Бакуго. — Она сказала это весело, сжав одну руку в кулак. Мидория вытаращился, но гнетущая, напуганная атмосфера рассеялась. Аизава вздохнул про себя. Теперь, когда непосредственная опасность, казалось, миновала, он придвинулся ближе к Мидории. Он не был уверен, можно ли успокоить воспоминание, фрагмент или фигуру, или что бы это ни было, но он хотел быть между Мидорией и Сузуки. Особенно если учесть, что Сузуки, похоже, умел в какой-то степени манипулировать окружающей средой. — Плюс ультра. — согласился Тодороки. — Урарака! Тодороки! — взвизгнул Иида. — Вы не можете просто так ударить одноклассника вне спарринга под присмотром школы! — Я люблю тебя, Иида, но иногда ты немного лицемеришь. — Ответила Урарака. — Особенно учитывая...— Она показала жестом на руки Ииды, а затем на лицо Мидории. Иида окрасился в очень забавный цвет, а затем посмотрел на свои руки. — О боже, ты права...— прошептал он в ужасе. — Во что я превратился? — Кроме того, — сказал Тодороки, - Айзава находится прямо здесь. — Он жестом указал на него. — Мы можем спросить у него, можем ли мы... — Нет, — прервал его Сузуки, — этого не может быть! Покажи мне, что ты скрываешь! — Он двинулся вперед, но на него набросились трое крайне раздраженных студентов-героев. На всякий случай Айзава активировал свой квирк и навел его на мужчину. — Осторожно, пистолет! — напомнил Иида. Ах, да. Оружие. Который мужчина мог вернуть, а мог и не вернуть в любой момент из-за непостоянства всего сущего. Прекрасно. — Мидория, — сказал Аизава, — он за тобой. Уходи отсюда. — Да. — ответил Мидория. — Простите, сенсей. — Он отвесил неполный поклон и повернулся к двери. А там лежал этот дурацкий пистолет. Аизава пожалел, что не вернул себе оружие для захвата. — Что ты держишь в секрете? — потребовал Сузуки, его голос слегка отдавался эхом. Мидория схватился за голову и закричал, упав на колени. Его тело полностью исчезло, но звук почему-то остался. Классная комната развалилась на части.

_______

Очень быстро Тенья узнал Хосу. Дым, переулок, далекие, неясные крики Мануала. Однако это был не тот переулок, где он обнаружил Стейна, стоящего над Индейцем. Это была... это была перспектива Мидории. Сцена снова быстро сменилась. Теперь они находились во входном туннеле на арену спортивного фестиваля. В воздухе пахло дымом. Тодороки вздрогнул, но... Он отшатнулся. Коридор в UA, запах кофе. Затем один из звукоизолированных конференц-залов, бумаги на столе, надписи затемнены. Сузуки бросился к ним, и Аизава ударил его по лицу. Другая смена, полуразрушенная квартира со следами на стенах и потолках. На заднем плане гудела микроволновка. Как только она пискнула, они снова оказались в другом месте. Снова на пляже. Свет был другим. Осталась одна машина и... Они стояли на крыше. Ветер заунывно дул. Мидория стоял на краю, его форма была в беспорядке, в одной руке он сжимал обгоревший блокнот. — Прекратите! — закричал он, едва не сбившись с ног. — Прекратите, прекратите, прекратите! Тенья сделал шаг вперед, не успев до конца оценить ситуацию. Если бы он попытался схватить Мидорию сейчас... Была большая вероятность, что он вылетит за грань. — Вот оно! Эта его улыбка - всего лишь маска... — Конечно, это маска, идиот! — гневно воскликнул Мидория. Сердито. Мидория редко злился. — У меня клиническая депрессия и тревожность! Но это не делает меня злодеем. Ты тупой? Ты принимаешь наркотики? Вся комиссия принимает наркотики? Улыбка Всемогущего была маской девяносто процентов времени! И не смейте говорить мне, что улыбка Ястреба — не маска. Ты и с ним так поступаешь, больной? Сузуки стал очень жестким. — Откуда ты знаешь об этом? — Потому что у меня глаза работают, в отличие от практически всех остальных. Что с тобой не так? — Ты. — Прорычал Сузуки, — не в том положении, чтобы задавать вопросы. Что ты здесь скрываешь? — Ты действительно хочешь знать? А вы? Правда? А? — Мидория... — Заткнись, заткнись, заткнись, я больше не могу, это так глупо. Этот Мидория был... тоже, кажется, не совсем правильным. Не по возрасту. — Хочешь узнать, почему это место держится в секрете? Отлично. Отлично! — Он вскинул руки вверх. — Это первое и последнее место, где я всерьез подумывал о самоубийстве. Доволен? — Последнее было сказано с таким невероятным количеством яда, что все сделали шаг в сторону от Мидории. — Самоубийство? — вслух произнес Тенья, не в силах остановиться. — Я не хотел - курсы героев отфильтровывают подобные вещи! Если они думают, что ты будешь помехой! — Он тяжело дышал. — Теперь ты счастлив? У тебя есть мои... мои глубокие, темные секреты! Ты знаешь, каким я был раньше, и... — Мидория, — мягко сказал Аизава, — все в порядке. UA не фильтрует это. Все, что тебе придется сделать, - это посещать дополнительные консультации. — Правда? — Спросил Мидория.

*

— Этого не может быть. — сказал Сузуки. — Ты...— Он повертел головой по сторонам. — Здесь был кто-то еще. Кто остановил тебя? Это здесь тебя завербовал Все За Одного? — Да что с вами такое? — потребовал Тенья, активируя свой квирк, чтобы остановиться прямо перед Сузуки. Сузуки смотрел мимо него, как будто его и не было. — Кто с тобой был? Подул слабый ветерок. Можно ли стать героем без причуды? Нет, думаю, нет... — Всемогущий? — В шоке спросила Урарака. — Всемогущий?! — недоверчиво повторил Сузуки. Сцена изменилась в мгновение ока. Они оказались в пешеходном туннеле. Мидория, такой же растрепанный и маленький, как и на крыше, прислонился к стене, явно настороженно глядя на них в целом и в частности на Сузуки. Первый контакт... прошептал голос, который пронесся в голове Теньи, как конец шелковой занавески. — Первый контакт? — спросил Сузуки. — Что это значит? — Эй! Они повернулись и увидели фигуру, стоящую за устьем туннеля в лучах солнца. Это был высокий и стройный человек, возможно, такого же роста, как и Тенья, одетый в толстовку и одноразовую медицинскую маску. Голос показался Тенье странно знакомым, но он не мог его определить. Похоже, его обладатель был примерно их возраста. — Ха! — Воскликнул Сузуки. — Этот парень точно не Мидория! Ты должен признать...! — Эти парни тебя беспокоят? — спросил мальчик в капюшоне. — Да. — ответил Мидория. — Ну, теперь не волнуйся! Потому что я здесь! — Ты... линчеватель? — догадался Тенья, когда неизвестный мальчик шагнул в туннель. Многие из них ценили Всемогущество. — Конечно! — весело ответил мальчик. — Повышение скорости на основе мутаций. — пробормотал Изуку, скользя по стене к мальчику. — Пользователь огня и льда. Массовое изменение с пятиточечной активацией. Отрицание причуд с вторичным незначительным телекинезом. Что-то вроде манипуляции мыслями или памятью, возможно, форма телепатии, которая позволяет ему изменять местное окружение в качестве побочного эффекта. Может иметь компонент обнаружения истины. По спине Теньи пробежала ледяная нить. Даже если он не верил в то, что Мидория — предатель, то, что он так свободно выдает информацию о них этому незнакомцу, словно они враги, было ледяным... Даже если все это окажется плодом его воображения... — Ха! Чтобы избавиться от меня, потребуется нечто большее! — сказал линчеватель, ткнув большим пальцем себе в грудь. Однако, если Тенья не ошибался, в его голосе слышалось легкое колебание. — Изменение массы может действовать как свободное падение. Невозможно сознательно контролировать степень изменения массы, можно только уменьшить массу. — продолжал Мидория, прячась за спиной более высокого мальчика. — Потолок изменения абсолютной температуры от среднего значения у огня ниже, чем у льда. Усиление скорости может быть использовано для нанесения ударов. Оружие захвата. Шарф. — Попался! Линчеватель бросился на Сузуки и отшвырнул его в Айзаву. Пока взрослые приходили в себя, ученики переместились на фланг незнакомца. Он попытался бросить Урараку тем же способом, но она зацепила его своим квирком, и он полетел к потолку, от которого оттолкнулся ногой, причем силы этого движения хватило, чтобы ударить Тодороки в челюсть. Тенья попытался нанести удар ногой по открытой, но все еще плавающей спине линчевателя, но Мидория едва не ткнул его карандашом в глаз. — Прости. — задыхаясь, сказал Мидория. — Прости. Я сделал это не по-настоящему. Я думал об этом. Но не сделал. Прости. — Ты думал о том, чтобы ударить меня в глаз? — Нет. Мускулистый. Злодей из осадка. Я подумал... Может быть, стоило. — Его бормотание быстро стало нечленораздельным. Тенья настолько отвлекся на это бормотание, что на секунду дольше, чем следовало, отреагировал на то, что Мидория начал бить его по больному плечу. Кончик карандаша вонзился прямо в него. — Прости, прости, это сон, я знаю, что это больно, прости. — Разъединяйтесь! — крикнул Айзава. — Нет смысла сражаться с этими парнями! — Черта с два! — Выругался Сузуки. — Разлад в рядах, да, злодеи? — спросил линчеватель. — Эй! — пожаловалась Урарака. — Не надо нас с ним объединять! Линчеватель каким-то образом снова схватился с Айзавой. Несмотря на молодость, он обладал гораздо большим мастерством, чем Иида или даже Мидория. Аизава успел нанести удар по лицу парня, костяшками пальцев сбив капюшон и маску, и... Он узнал бы эту улыбку где угодно. Даже если бы она не сочеталась с привычной для всех челкой. — Всемогущий?!

______

Тошинори старался не обращать внимания на нарастающую головную боль, раскладывая припасы. Изуку спал, и пока что они были в безопасности, но было бы глупо полагать, что Комиссия Героев просто позволит Изуку исчезнуть. Бесконечное разнообразие причуд в мире практически гарантировало, что кто-то с причудой слежения будет охотиться за ними, и очень скоро. Поэтому им следовало замаскироваться. В наше время самым простым способом сделать это было создать видимость, что у тебя есть какая-то другая причуда, кроме твоей собственной. Выбранное им громоздкое пальто с высоким воротником и накидкой, закрывающей все ниже глаз, наводило на мысль о тревожной или трудно контролируемой мутации. Конечно, ему придется носить солнцезащитные очки. Глаза у него, к сожалению, были выразительными. Волосы тоже придется убрать. Однако Изуку не мог смириться с мыслью о том, чтобы полностью отрезать волосы — в любом случае это выглядело бы странно на таком молодом человеке, — поэтому вместо этого он достал отбеливатель для волос. Белые волосы в сочетании с костюмом и правильно подобранным галстуком заставили бы его казаться старше. Стельки на ботинках усиливали это впечатление. Компьютер пискнул. Тошинори подошел к нему и скорчил гримасу. Он вообще не был склонен к технологиям, но Шестой был совсем другим. Компьютер был старый, но Шестой был очень хорош в этом, а крупные организации лишь изредка меняли свои протоколы. У комиссии был свой следопыт, молодой герой-спасатель по имени След. Она направлялась в Юэй. Подробности о ее причуде... Да. Потенциально они могли бы даже не подпускать ее к убежищу, если бы им представилась возможность пересечься... Но готовиться к отъезду нужно было уже сейчас. Изуку проснулся со вздохом и мучительным криком. Боль, прозвучавшая в нем, отозвалась резкой головной болью Тошинори. Он бросился в комнату. — Что случилось, мой мальчик? — Они больше не в моей голове. — ответил Изуку, запутывая пальцы в волосах. — Это ведь хорошо, верно? — спросил Тошинори, хотя и знал, что это не так. Изуку покачал головой. — Они больше не в моей голове. Они в твоей.