Мастер печати на подхвате

— Бля-я-я… Генма почувствовал, как от внутреннего возмущения даже капельки слез выступили на глазах и быстро сморгнул их. Объяснять, что он не плачет в самом деле, а просто имеет привычку чрезмерно эмоционально ныть по пустякам желания не было. А Хатаке с его болтливым языком не факт, что не растреплет о случившемся на ближайшем повороте. Генма по новой успел пожалеть, что впустил того к себе домой. — Я помогу донести, — тут же возник мальчишка. — А… Ну заметано, я за язык тебя не тянул, — он с хрустом выпрямил спину и громко зевнул. — Давай тогда шустрее, темнеет уже. В две руки они по быстрому убрали стол, а после сложили наготовленные для Эбису контейнеры с едой в пару тканевых авосек. Попеременно зевая, они вытащили свои разморенные от усталости и сытости тушки из дома. В тёмном подъезде на лестничной площадке они умудрились друг с другом стукнуться, упрекнуть в неаккуратности и нерасторопности, почти поругаться, обнаружить, что Генма забыл ключи, переругаться, когда он не смог вспомнить куда их дел, пошипеть друг на друга на спуске по лестнице и выйти наружу как ни в чем не бывало. На улице было блаженно хорошо. Лёгкий ветерок, ещё тёплая земля под ногами. Атмосфера была такая умиротворяющая, что хотелось задрать голову к небу и просто молча бродить, наслаждаясь красотой уходящего с небосклона солнца. Какаши ценителем не был. Молчал минуту, молчал вторую. Мужественно молчал третью и на четвёртой его снова понесло. У Генмы дергался глаз, у Генмы иссякало терпение, а ещё Генму очень тянуло дать пендель. Но Какаши всё ещё тащил сумки к мальчишке, с которым даже не общался. Да и с него ведь не убудет? Да и в этом тоже был какой-то свой вайб беззаботности что ли. Закаты в его жизни, в конце концов, ещё будут. Поэтому переборов себя, Генма начал прислушиваться в трепу мальчика о его попытках улучшить уже придуманное им же джутсу. Генма тихонько присвистнул. Вот он, настоящий гений и талант. Он не хотел умалять стараний других детей, но всё же… Не восхититься даром природы не получалось. — Во даёшь, — вздохнул он ошеломлённо. Какаши приподнял брови и фыркнул. — Да ладно, там ничего сложного! — он бахвалисто задрал нос, но недоверчивый прищур Ширануи заставил его вернуть нос обратно и пробурчать с нежеланием: — Ну может быть только чуть-чуть… Генма рассмеялся. До дома Эбису они добрались ещё спустя минут десять, переговариваясь о чакре и различных техниках. К счастью или к сожалению, сокомандник спал, поэтому отдав наготовленное его удивлённой матери, Генма с Какаши ещё медленнее, чем до этого побрели обратно. Брели почему-то к дому Ширануи, несмотря на то, что Хатаке жил вообще в другом квартале. Но поднимать этот вопрос показалось почему-то неуместным и он молчал вплоть до того момента, пока они не добрались до подъезда. — Спасибо за помощь. Какаши на это махнул рукой в пренебрежительном жесте, но было видно, что ему приятно. Перекатив сенбон во рту от странного чувства неловкости и недосказанности, Генма добавил: — Ты заходи, если будет время, — необдуманно предложил он мальчишке. Тот будто этого и ждал, кивнул, бросил через плечо: — Лан, зайду, — махнул рукой и был таков. Генма почувствовал, будто сам себя загнал в ловушку. Но поздно пить боржоми, не крикнешь же вслед: «Заходи пореже?» Особенно после того, как на помощь тебе впустую потратили целый день без какой-либо пользы для себя. Нет, баклажаны не считались. Генма со вздохом шагнул в подъезд, думая о том, что бы можно было сделать для Хатаке в благодарность. **** Какаши: Нет, баклажаны определённо считались.