覆水难收 |Верни меня домой

Несмотря на то, что мужчине удалось поспать дольше обычного прилива бодрости он так и не ощутил. Время сна не имеет значения, когда мучают кошмары. Часы показывали «8:00». Солнца было не видно. Небо затянуло густыми темными тучами. Вот-вот и вновь пойдет дождь. Лето в Пекине всегда дождливое, его нельзя сравнить с летом в Чунцине. Но это не приятная прохлада, а скорее липкое чувство, которое как можно скорее хочется с себя смыть. Как после случайно близости с незнакомцем по пьяни. Тот раз, Сяо Чжаню хотелось забыть, как страшный сон, но чувство чужих скользящих рук по своему телу он всё еще помнил. Это было единожды, и больше к подобным методам он не прибегал. Поёрзав в постели Сяо Чжань находит силы встать. Утро начинается как обычно: пару сигарет и крепкий черный кофе. В душ идти не хотелось, но сегодня не тот день, когда можно было себе это позволить. Окончив с утренней рутиной, мужчина натянул чистые джинсы и белую футболку, которою не мешало бы погладить. Но подвигов за последние сутки для него достаточно: «И так сойдет», — подумал он. Заняв место на диване и нащупав пульт, мужчина стал переключать каналы телевизора один за одним, но ничего не цепляло его внимание. Дотянувшись до пачки с сигаретами, он закурил. Какой-то фильм бормотал на фоне, но Сяо Чжаня он особо не интересовал. Он тупо пялился в экран, думая о чем-то своем. Нежно проведя рукой по сиденью дивана, он дотронулся до своих губ. «Не думай», — ударил он себя по лицу. Но он не мог не думать. Каждый чертов миллиметр этой квартиры служил напоминанием о прошлом. Будто она была той самой разделяющей полосой, перейдя которую ты попадаешь в «после», но стоит вернуться — ты не увидишь «до». Чертов…чертов лимб. Он застрял в нем. Застревал каждый раз стоило только переступить порог. Мужчина тяжело выдохнул. Его невидимый транс прервал стук в дверь. Потушив очередную сигарету, он пошел встречать сестру. — Какого черта, Чжань-гэ, — выругалась она, — я уже минут пять под дверью стою, ты что совсем оглох! — Извини, — он снова это сделал, натянул свою дежурную улыбку, будто всё в порядке. — Ладно, ничего страшного ведь не случилось, — Лин Мин подошла чуть ближе и обняла парня, — как давно я тебя не видела, привет. — Привет, — улыбнулся мужчина чуть шире. — Уверенна ты ничего не ел последние, — она окинула его взглядом, — стоп. Ты вообще ел после того как вернулся в Пекин? Он был уже готов возразить мол все в порядке, да я ел, но девушка снова заговорила. — Впрочем не важно, у меня не было времени, так что я захватила завтрак с собой, — потрясла она пакетом в руке, — ты тоже будешь, и это не обсуждается. — Надеюсь никаких баклажанов. — Дурень, кто вообще ест баклажаны на завтрак, — Лин Мин уверенно зашагала в сторону кухни, — о, у тебя здесь чище чем я ожидала, — улыбнулась она. — Я ведь не совсем беспомощный, — возразил парень, поднимая обе руки вверх. — С этим я бы поспорила, но в другой раз. У тебя есть чай? — спросила она, — или только эта отрава под названием «кофе». — Мг, — кивнул мужчина, — правда только «Улун». — Ничего, он тоже вкусный. Ты садись, — девушка жестом указала на стул, — что не как у себя дома. Я всё сделаю сама. — Что-то случилось? — Ты, о чем? — Лин Мин немного напряглась. Сяо Чжань очень хорошо умел считывать людей, улавливая их настроение. — Ты кажешься немного нервной, — ответил он, — тебя что-то беспокоит? — Чжань-гэ, я, конечно, ценю твою доброту, но сегодня речь пойдет не обо мне, — поставив перед собой пакет девушка достала пару бургеров и две порции салата, — и так, держи, чтобы всё съел. — Слушаюсь, мамочка, -улыбнулся парень, — хоть на завтрак это и не сильно похоже. — Жалобы не принимаются. Это всяко лучше, чем твоё целое ничего, — она села напротив и так же принялась за еду. — О чем ты хотела поговорить? — поинтересовался мужчина, — Спасибо, — тихонько добавил он, откусывая очередной кусочек бургера. — Не уверенна что тебе это понравиться, но я всё уже решила за тебя, — в её голосе не было и капли вины. — И? — Отец моего знакомого владеет частной медико-психологической клиникой. — Ты что решила пристроить меня в психушку? — улыбнулся мужчина, — Я еще не на столько с ума сошел. — О боги, нет, — рассмеялась девушка, — на работу. Я нашла тебе работу. И если ты всё сделаешь правильно, то сможешь получить свой диплом. Доктор Лю Ханг он психиатр, и согласился взять тебя к себе ассистентом. По сути это та же ординатура, которую ты успешно бросил. И я подумала, что возможно ты сможешь окончить университет. — Лин Мин, — его голос звучал немного грубее чем хотелось бы. — Сяо Чжань, — передразнила она его, — я знаю, как много для тебя значила учеба, и как сильно ты хотел стать психиатром. Помогать людям — то к чему ты всегда стремился. — Лин Мин, — выдохнул он. — Да что ты заладил Лин Мин, Лин Мин. Я помню, как меня зовут, — девушка продолжала улыбаться, — просто признай мою гениальность. — Я ведь не просил, — уставился он в одну точку. «Как я могу помочь другим, если не в силах помочь даже себе». — Слышать ничего не желаю. Доктор Лю Ханг очень серьезный человек, к тому же один из профессоров твоего университета. Знал бы ты как сильно мне пришлось постараться, чтобы он принял тебя к себе, — улыбка спала с её лица, — ты может и не просил…хотя нет, ты бы никогда и не попросил. Не знаю, что с тобой не так, честно. Ты всегда с улыбкой на лице бежишь на помощь другим, но тебе так сложно просить её самому. Просто пойми наконец, что ты не один. Что жизнь не закончилась. Просто скажи спасибо и прими тот факт, что есть те, кому не всё равно. — Спасибо, — ему больше нечего было сказать. — Дурак, — она по-детски надула губы, — на самом деле, твоя мама просила, — тихонечко добавила она. Сяо Чжаню не хотелось говорить о матери. Он сделал вид, что всё понял, но продолжать этот диалог не стал. Лин Мин тоже не настаивала, понимая, что ему всё ещё больно. Отца Сяо Чжаня не стало, когда ему было девятнадцать. Он смутно помнит тот период из-за того, что был полностью погружен в учебу. Единственная ответственность, которая тогда на него легка — быть поддержкой матери. Из-за плотного графика парень и с этим плохо справлялся. Тогда на помощь пришла Лин Мин, на какое-то время оставшись в Чунцине рядом с его матерью. Они тогда очень сблизились и Лин Мин часто любила говорить, что у неё теперь две матушки. На тот момент ей было пятнадцать, но она уже отлично справлялась с ролью старшей и не боялась брать на себя обязанности. Нести ответственность. Наверное, стоило бы Сяо Чжаню поучиться этому у сестры. Несмотря на весь свой альтруизм он всегда боялся брать ответственность. Особенно, когда дело касалось близких людей. Иногда ему удавалось навестить маму, но чаще всего это случалось в праздничные дни. Как и любая мать она сильно скучала за сыном, особенно когда осталась совершенно одна. Однажды за ужином Сяо Чжань предложил переехать к нему. На тот момент у него уже была эта квартира, которую ему любезно подарили родители. Правда без мебели, её наполнением он занимался сам начиная с мебели заканчивая всякими безделушками, которые создавали уют. На что получил отказ: — Не думаю, что это хорошая идея, — сказала мама, — вернее, не то чтобы мне не хотелось быть поближе к тебе, просто…- просто ей было тяжело расставаться с местом, которое она считала домом, в котором она взрастила сына, прожила много лет. Для более старшего поколения переезд — бессмысленная трата ресурсов. К тому же ей не хотелось стеснять сына, и где-то глубоко в душе она надеялась, что тот найдет себе невесту. Не маленький ведь уже. И она просто была бы счастлива знать, что у Чжань-Чжаня всё хорошо. Тот бы приезжал в гости, привозил внуков и старый ветхий дом снова наполнялся бы теплом и детским смехом. Как и большинству надежд, её тоже пришлось разбиться. Полтора месяца назад её не стало. Своим характером она очень походила на Сяо Чжаня. Никогда не жаловалась, не просила о помощи. Переживала всё в себе, делая вид что всё в порядке. И это выходило у неё гораздо лучше, чем у сына. Глядя на неё, никто бы и не подумал на сколько сильно это женщина зарыта в своих переживаниях. Смерть мужа стала для неё первым ударом. Когда все дела улеглись и началась монотонная жизнь у неё случился первый инсульт. Около месяца она пролежала в больнице, всё это время Сяо Чжань и Лин Мин сменяли друг друга по возможности стараясь не оставлять мать одну. После выписки всё вернулось на круги своя. Единственное различие «до» и «после» наличие множества лекарств в тумбочке у кровати. Но с этим можно было жить, а это главное. Целых восемь лет всё было в пределах нормы. Всё что требовалось принимать лекарство и вовремя проходить обследование, чтобы снизить риски повторного инсульта. Даже, после того как она узнала о проблемах сына, с ней было всё в порядке. По крайней мере она так говорила. Хотя на самом деле сильно переживала и пристрастилась к мощным успокоительным, которые нельзя было принимать. Но вот это случилось снова. И в этот раз спасти не удалось. Её не стало. Винил ли себя Сяо Чжань? Конечно винил. Ему не нужны были ободряющие слова врачей, которые твердили одно и тоже. Он прекрасно понимал, что за последние годы принес столько стресса в жизнь близких людей, что проще было бы самому умереть. — В этом нет вашей вины, её состояние давно ухудшалось, — говорили они. — Тогда почему вы ничего не сделали. Не сообщили мне! — Состояние было стабильным. Никто не знал, что это может произойти. К тому что вашей матери скоро снова нужно было пройти курс стационарного лечения. И всё должно было вернуться в норму. «Вернуться в норму. Да что вообще такое эта ваша норма!» Похороны ему так же помогала организовывать сестра. Сам он бы точно не справился, так что она первым же рейсом отправилась в Чунцин отложив все свои дела. За что мужчина был безмерно благодарен. И вот неделю назад, окончив со всеми делами, он вернулся в Пекин. — Так что теперь ты никуда от меня не денешься, — подвела итог сестра, — я буду присматривать за тобой. Хотя бы до тех пор, пока ты сам не сможешь двигаться дальше. — И чтобы я без тебя делал, — эти слова были обращены скорее к самому себе. — Даже не знаю, — задумалась Лин Мин, — но не думаю, что что-то хорошее. Посмотри на себя и то до какого состояния ты себя довел. Так не пойдет. — Я справлюсь, — говорил мужчина сам не веря своим словам, возможно улыбка смогла вселить в сестру хоть каплю веры в него. — Твоя улыбка на меня не работает, — всё же не смогла, — Чжань-гэ, я обещала, ей, и не могу нарушить это обещание. Для меня она так же была близким…нет, она мне была родным человеком. Возможно, у меня не будет свободного времени столько сколько необходимо, но я тебя не брошу. И очень сильно прошу не усложняй мне задачу. — Мг, — мужчине было стыдно и неловко за такое положение своей жизни и в какой-то мере он всё ещё отказывался принимать его. — Ты ведь мой старший братик, — девушка подошла у нему и приобняла за плечи, — а нянчиться приходиться как с младшей сестричкой, — одной рукой Лин Мин взъерошила волосы на голове Чжань-Чжаня и искренне улыбнулась. — Спасибо, — он обнял сестру. — Мне кажется столько благодарности за один день я в жизни от тебя не слышала. Поэтому считаю своим долгом подлить каплю дегтя в бочку меда, — она отстранилась от него, — не знаю помнишь ли ты что сегодня суббота, но это и не важно. В общем сегодня вечером ты идешь со мной на ужин. И пока ты не начал говорить, предупреждаю сразу — выглядеть нужно безупречно, так что позаботься о своём внешнем виде. — Куда ты решила меня затащить? — Что-то на подобие светского ужина. Меня пригласил мой друг и я уговорила его позвать тебя. Там будет Лю Ханг. Думаю, ты понимаешь на сколько это важно для тебя самого же. — Во сколько? — уточнил мужчина. — Я заеду за тобой ближе к восьми. Надеюсь, ты меня не заставишь меня пожалеть о своем решении, — подмигнула девушка. — Сделаю всё возможное, — улыбнулся парень. — А сейчас думаю мне пора идти, есть еще кое какие дела. Проводишь? Сяо Чжань молча кивнул и следом за Лин Мин направился в прихожую. Попрощавшись с сестрой, первым делом он плюхнулся на диван и закурил, пытаясь переварить всю поступившую от нее информацию. Мозг не особо хотел сотрудничать — разболелась голова.

«Много думать больно»

Единственно что мужчина сейчас понимал это то, что и в самом деле нужно привести себя в человеческий вид чтоб ненароком его не восприняли за живого мертвеца. Большую часть времени он провел в ванной: хорошо помылся; сбрил отросшую бороду, которая больше походила на неудачный эксперимент барбера; волосы тоже отрасли, но всё что мог Сяо Чжань — попытаться уложить их, ведь времени на стрижку точно не было. Наконец-то выбравшись из ванной, мужчина принялся искать подходящую одежду. Какой-нибудь костюм отлично подошел бы, но единственный костюм, который он смог найти был куплен несколько лет назад, и парень сомневался, что тот сядет как следует. Ведь нет ничего хуже, чем хреново сидящей костюм. Последний раз он надевал его, когда планировал защищать свою исследовательскую работу в университете. С тех пор больше никогда. К удивлению, костюм сел как надо, разве что совсем немного был великоват, но это едва ли было заметно. Темно синий, почти цвета индиго, костюм отлично подчеркивал его белоснежную кожу словно подсвечивая её. Улыбка выглядела более выразительной. «Отлично», — порадовался парень про себя. Ближе к назначенному времени Сяо Чжань вновь стал похож на человека. Живого человека. Не то чтобы его волновал его внешний вид. Будь он один то вряд ли стал так сильно заморачиваться над этим. Мужчина привык что все неровности всегда сглаживала его шаблонная улыбка. Но так как его попросили он не мог оплошать и преподать себя в невыгодном свете. Взяв флакончик с парфюмом, мужчина недолго покрутил его в руках. Когда-то это был его самый любимый аромат, его и … Рука сильнее сжалась вокруг стеклянного пузырька. Парень сделал медленный вдох-выдох, и не воспользовавшись им поставил флакон на место. Три сигареты подряд. Даже для него — слишком. Комната будто была погружена в туман. Одежда пропиталась табачным дымом. Сяо Чжань опять закашлялся. Открыв окно, он вернулся в исходную точку усевшись на диван и принялся ждать. Ждать пока проветрится комната; пока приедет сестра.

Пока произойдет хоть что-то.