覆水难收 |Верни меня домой

Сяо Чжань едва задремал, как в реальность его вернул противный скрип кровати. Потянувшись ладонью к лицу, закрываясь от слабого, но раздражающего света, мужчина открыл глаза. — Не спишь? — прошептал он хриплым от дремоты голосом. — Не спал, — отзывается юноша, от чего Сяо Чжань снова чувствует угрызение совести, за то, что наблюдал, как думал, за спящим Ибо. — Не спал, — так же шёпотом повторил он, мысленно ругая себя за свои слабости. — Без таблеток, подолгу не могу уснуть, — объяснил юноша, — но от них на утро жутко болит голова. — Ты… — Не говори старику, ладно? — своего рода для Ибо это стало небольшой проверкой мужчины, — Я думал, что и без них усну, но эти стены, в них невозможно спать, — откровенничал он. — Мг, — Сяо Чжань не мог перечить, он сделает всё о чём тот попросит, — что тебе обычно помогает заснуть? — Возможно, свежий воздух, — Ибо сел на кровати смотря на свои руки, — ты…ты куда-то ходил? — не понимая, что на него нашло произнёс юноша, — Я проснулся, когда услышал, как захлопнулась дверь. — Не хотел тебя будить, — искренне ответил мужчина, не вдаваясь в подробности. Не признается он ведь, что ему тяжело играть отведённую роль. Тяжело скрывать правду, а ещё сложнее отрицать, новой волной омывающего его душу чувства, с которыми казалось справился. Но справился лишь на половину, отринув худшее что было после, оставив светлые воспоминания. Оставив приоткрытым сердце, для тоненького лучика надежды, которому позволил себя вести. Не скажет ведь, что как бы не отпирался это не просто поездка для него. Где-то в глубине души, он лелеет надежду, что Ибо смягчиться, позволит подступить к себе. — Мы можем… — и это «мы» болью отзывается в сердце мужчины. «Всё что угодно», — хочет произнести, но молчит. — Знаю сейчас ночь, и ты заплатил деньги, но я очень хочу убраться от сюда, — заканчивает Ибо. — Хорошо, — не до конца проснувшись соглашается мужчина, осмелившись взглянуть на юношу, тот поникло сидит на краю кровати, разглядывая свои руки, — ты в порядке? — вырывается у него. — Да, думаю да, — в этот раз он не дерзит, отвечая, как есть, словно той стены, которую он воздвиг не существует. Такой уязвимый. Сяо Чжань смотрит на него и не понимает, что могло произойти, он ведь ничего лишнего не сказал. В сердце защемило от такой картины, хотелось подскочить с места, приблизиться к юноше обхватив его ладони своими, заглянуть в глаза, сказать, что всё будет хорошо, даже если это ложь. Но всё что он мог — едва придя в себя, после лёгкой дремоты, изредка посматривать, не имея возможности прикоснуться. — Куда ты хочешь пойти? — приподнимаясь на кровати, интересуется мужчина, стараясь не смотреть в его сторону. Кажется, они впервые спокойно разговаривают. И пусть о чём-то не касающимся их двоих, но и этого уже достаточно. — Здесь не далеко, — мнётся юноша, — моя квартира. — Что? — Сяо Чжань явно не ожидал услышать подобное, — Разве ты не говорил, что… — Говорил. Я правда жил в другом районе, но моя квартира в этом, — перебивает его юноша, понимая к чему тот клонит, — не люблю это место, и почти не бывал там, но сейчас мне кажется, то проклятое место будет всяко лучше этого номера. Ибо честен и откровенен, ровно на столько на сколько возможно, что не может не подкупить. Да и в отеле действительно невозможно находиться, слишком приторный неприятный запах, пропитывающий каждый сантиметр пространства. Шумные соседи через стенку, которые, по всей видимости, до сих пор не отставили бутылку, продолжали распивать и шуметь; или соседи сверху, по всей видимости молодая парочка, которая решила уединится без лишних глаз, позабыв о том, что стены здесь тоньше картона. Всё это мерзко. И даже ночевать в машине было бы более комфортно, нежели здесь. — Хорошо, — вновь говорит мужчина, поднимаясь с постели, — собери свои вещи, — и тянется к своей сумке. — Правда? — поднимает на него свой взгляд юноша, а Сяо Чжань лишь кивает, одаривая улыбкой. Не натянутой дежурной, а искренней. Не вымученной и вынужденной, а лёгкой, идущей от самого сердца. Ибо улыбается в ответ, своей кривой, но такой завораживающей улыбкой. Внутри что-то тает, а на душе теплеет. Собираются они в тишине, но эта больше не та тишина, из которой хочется бежать. Что-то едва уловимо изменилось. Она больше не душит. Когда они спускаются вниз, от администратора и след простыл. Дожидаться вернуться ли тот нет никакого желания. Всё что им остаётся оставить ключи на стойке и подобно ворам тихонько покинуть помещение, пропитанное тошнотворным ароматом табака и алкоголя. Они садятся в машину. Ибо объясняет, как проехать до квартиры. Речь всё ещё скомканная, но юноша больше не отворачивается в попытке мысленно сбежать. — Здесь не далеко, — заканчивает он объяснения, — и…прости за неудобства, — тихо роняет, вскользь глядя на сонного мужчину. — Не беспокойся. Всё равно спать там и правда невозможно, — хорошо, когда есть на что ссылаться, не выдавая истинных чувств, ведь проще сказать, что во всём виноват отель, а не глупое сердце. Юноша легонько кивает устраиваясь поудобнее, пока Сяо Чжань, не с первого раза, вставший ключ в замок зажигания, заводит машину. Ибо не соврал, ехать действительно не долго. Каких-то десять минут, и они уже оказываются у поворота на узкую улочку, по которой вряд ли проедет автомобиль. — Дальше придётся пешком, — реагирует юноша на резкое торможение. — Мог бы предупредить, — спокойно отвечает Сяо Чжань. — Забыл, — тот лишь пожимает плечами открывая дверцу. Сяо Чжань ничего не ответив, припарковывает автомобиль на более безопасное место, после чего покидает машину, почти не глядя на юношу. Всё ещё не привычно, всё ещё сложно. Тот следует его примеру, прихватив с собой свой рюкзак. — Забавно что с такой плотностью населения, всё ещё встреча.тся полузаброшенные районы, — с небольшой насмешкой бубнит юноша, пока они идут по проулку с одним единственный фонарём, который постоянно мигает. Сяо Чжань не находит, что ответить, продолжая молча идти за юношей, про себя подмечая — район правда не благополучный. — От родителей досталась? — решает поинтересоваться мужчина. — Квартира? Нет, сам купил, — безэмоционально отвечает тот, — правда пришлось материну продать. — Она… — мужчина не осмеливается закончить своё предположение. — Да, — словно понимая о чёт тот хочет спросить, кивает юноша. Извинения почему-то кажутся Сяо Чжаню не уместными, он решает сменить тему: — Не знал, что ты уехал в Лоян, — совсем не удачно. — Пришли, — словно нарочно пропуская ранее брошенную фразу, оповещает юноша, останавливаясь возле небольшого пятиэтажного дома. Точно такого, как они проходили ранее. Обычно в таких проживают люди, с достатком ниже среднего. На первом этаже чаще всего располагались небольшие магазинчики, но здешние, кажется, давно пустуют, за исключением круглосуточного магазина со всякой мелочовкой и забегаловки, в который, как сумел рассмотреть Сяо Чжань, трудился пожилой мужчина. — Так поздно и работает, — удивился он, с некой жалостью глядя на пустующее заведение. — Жена умерла, ещё до того, как я въехал, а дети разъехались, — спокойно объяснял Ибо, — эта лавка единственное что у него осталось. — Не хочешь… — Уже поздно, — перебил его юноша, — утром он по-прежнему будет здесь. — Мг, — мысль о возможности позавтракать вот так, немного грела душу, — на каком этаже ты живёшь? — Четвёртый, — ухмыльнулся Ибо, — пошли. «Не повезло же тебе», — думает Сяо Чжань входя в подъезд, в котором на удивление было чисто. Тащить сумки, которые он так и не понял зачем взял вообще, подымаясь по ступенькам удовольствие малоприятное, особенно когда твой организм и без того измотан, но жаловаться не приходиться. Благодаря низким потолкам лестничный пролёт оказывается не таким длинным, им хватает и пары минут чтобы двери квартиры, не без характерного скрипа, открылись. Внутри прохладно и сыро, воздух пропитан пылью. Но это место не отталкивает своей холодностью. «По меньшей мере его здесь не было пару месяцев», — прикидывает мужчина, в темноте следуя за юношей. — О, — вырывается у него, когда загорается свет. — Подожди здесь, я поищу одеяло, — говорит Ибо, уходя в другую комнату. «Интересно, какая она спальня Ван Ибо», — смотрит он в след ему. Брошенному в гостиной, у мужчины появляется возможность как следует осмотреться. По размерам квартира Ибо, напоминала ему ту, которую он осматривал ранее. И пусть эта могла казаться немного больше, но лишь потому, что не была завалена всякими безделушками, создававшими уют. Мужчине хотелось рассмотреть каждый метр, ведь в любой мелочи можно сыскать подсказку, но совесть не позволяла рыться в чужих вещах, даже если те на виду. Единственное что по истине смогло привлечь его внимание — фотография, из-за которой Сяо Чжань не смог сдержать интерес и подойдя поближе взял рамку в руки пристально рассматривая. «Кто она?», — в груди предательски заныло. Видеть как Ибо приобнимет девушку, пускай и за плечи, и всего лишь на фото, оказалось весьма неприятно, — «Выглядит счастливым», — от улыбки юноши становилось одновременно хорошо — ведь он любил эту улыбку, и в то же время плохо — она больше не принадлежала ему. — Не обязательно, — его размышления прервал юноша, забравший рамку, и положив её фотографией вниз, — не трогай, — его голос звучал тихо, по прежнему с лёгкой хрипотцой. — Твоя девушка? — вырвалось у Сяо Чжаня, прежде чем он успел дважды подумать. — Нет, — резко ответил Ибо, отстраняясь от мужчины, — одеяло на диване. Только больше ничего не трогай, — после этих слов, юноша поспешно вновь оставил Сяо Чжаня одного, захлопнул за собой дверь в спальню, так и оставив лежать фотографию перевёрнутой. Сяо Чжань ещё какое-то время бессмысленно сверлил её взглядом, пока перед глазами не поплыло. «Да чёрт!», — выл мужчина, несколькими шагами пересекая комнату, — «Значит этот диван», — потрёпанный и пыльный, но разве это имеет значение, когда ему вряд ли удастся сомкнуть глаза, — «спокойной ночи не будет, как и завтрашнего дня». Мужчина ворочался, в попытке заставить себя заснуть, ведь завтра предстоял ещё один долгий день, большую часть которого он вынужден провести за рулём. А недостаток сна грозит потерей концентрации. Сяо Чжань не знал сколько прошло времени в попытке уснуть, лишь слышал, как под утро начался дождь, а после заметил, как за окном понемногу светлеет небо. Солнце ещё не показалось, да и вряд ли покажется из-за плотных серых туч. Его наконец-то стало клонить в сон, и казалось, он задремал, но вскоре в реальность его вернул шум, доносящийся со стороны кухни. — Ибо? — машинально вырвалось у него, будто здесь мог быть кто-то ещё кроме него. — Спи, ещё рано, — отозвался юноша, но Сяо Чжань даже если бы захотел — не заснул. — Не выйдет, — тихо произнёс мужчина, занимая положение сидя, поджав под себя ноги, укрытые одеялом. — Не хотел будить, — Ибо садится на край дивана, рядом с мужчиной, — в горле пересохло, — отпивая воды, — хочешь? — Мг, — кивает мужчина, а юноша протягивает ему свой стакан. Их пальцы рядом, но не соприкасаются, — спасибо. Ибо молчит, с любопытством наблюдая за тем, как мужчина накрывает своими губами ровно тоже место что и он ранее, делая небольшой глоток. Полусонное состояние подталкивает на необдуманный вопрос, который крутился в голове всю ночь: — Почему ты так отреагировал? —мягко спрашивает Сяо Чжань, кладя голову на колени, в надежде, что расслабленное состояние поможет вывести его на диалог. — Потому что… — Ибо понимает о чём тот, не знает, как начать, и чем закончить, для юноши всё было слишком сложно, — её больше нет, — выдавил он из себя, — и это моя вина. — Мне жаль, но не стоит винить себя, — Сяо Чжань, смотри на бледную руку юноши, которая сжимается, ему безумно хочется коснуться её, в знак поддержи, но смелости так и не хватает, — не думаю… — И не стоит. Не стоит об этом думать, — Ибо похлопал себя по колену, — фактически я не виноват, вот только…разве старик тебе ничего не рассказал? — Мы не говорили о тебе, — мужчина сразу понял, что речь о Лю Ханге, — это не профессионально. — Вау, — искренне удивился юноша, — тогда не будем об этом, — ставя точку в этом диалоге. — Сколько времени? — мужчина по-прежнему не хочет давить, несмотря на то что они могут разговаривать их отношения всё ещё сложно назвать простыми. — Около шести. — Не… — Сяо Чжань хватает рукой воздух, когда Ибо встаёт с дивана, так и не произнеся «уходи», — не хочешь позавтракать? — Уверен, что тебе не нужно поспать? — оборачивается юноша, глядя на мужчину, который скоро станет похож на зомби. — Чашки кофе достаточно, — хмыкает тот, — может две. — С каких пор ты пьёшь кофе, — бурчит Ибо, на что Сяо Чжань лишь пожимает плечами: — Так что на счёт завтрака? — повторяя свой вопрос. — Тот дядюшка всё ещё должно быть открыт, можем сходить. Только переоденусь. — Хорошо, — кивает мужчина, думая, что ему тоже не помешает привести себя в порядок. «Вот в человеческий вид вряд ли выйдет», — вдыхает мужчина, первым плетясь в ванную комнату, а отражение в зеркале лишь подтверждает его мысли: волосы растрёпаны, под глазами огромные синие круги. И если с первым что-то можно сделать, то второе ничем не скроешь. Холодная вода бодрит, и умывшись Сяо Чжань чувствует себя немного лучше, но усталость во всём теле никуда не девается. — Не против, если потом зайду переодеться, — спрашивает он Ибо, выйдя из ванной, по-прежнему одетый в простую, близкую к домашней, одежду. — Один чёрт за вещами возвращаться. Сяо Чжань кивает, направляясь в гостиную, чтобы сложить одеяло и поправить место своего сна, пока Ибо умывается, — «Не оставлять же после себя беспорядок», — и плевать что квартира и без того погружена в хаос, из-за отсутствия постоянного жильца. Наученный опытом, в этот раз, оставшись один, Сяо Чжань не спешил рассматривать чужие вещи, в попытке найти зацепки. Было глупо и смешно надеяться, что они здесь есть. А даже если что-то и было, то вряд ли касалось его самого. Он покорно дожидался юношу, сидя на краю дивана, лишь взглядом осматривая комнату. «Ничего необычного», — ночью ему не особо удалось что-то запомнить, мысли мчались быстрее, чем он мог анализировать, а сейчас появилась возможность спокойно рассмотреть место, которое юноша считал домом, - «считал ли?». Как и отметил ранее Сяо Чжань, квартира действительно небольшая, а окна выводят не на солнечную сторону, от чего даже в погожий день, вероятнее всего кажется темной, особенно в сочетании с тусклыми, на грани серого, стенами и тёмными плотными шторами. Одна из стен увешана разнообразными постерами с мотоциклами и гонщиками, там же стоял небольшой стеллаж с собранными фигурками лего, а чуть ниже несколько мотоциклетных шлемов, которые давно успели покрыться пылью. «Всё самое ценное в одном уголке», — улыбнулся мужчина. В остальном же квартира типичная для молодого парня: полупустая, с разбросанными, где не попадя мелкими вещами. Раньше для Сяо Чжаня такое явление было смерти подобным, но сейчас, пройдя через не самые лучшие времена, он смотрел на этот хаос с пониманием. «Тем более он здесь не жил», — вспомнил он слова юноши, — «но я хочу запомнить это место, каким бы оно не было», — даже если эта поездка станет последним общим воспоминанием. Он хочет помнить каждую мелочь. Каждую мелочь предстоящего дня.