de quoi parle ton âme?

      После урока Сережа так и остаётся сидеть в коридоре. Нужно хотя бы поблагодарить Олега что ли… Но почему-то ему так трудно это сделать. Он устало вздыхает, наблюдая, как все его одноклассники покидают кабинет. Даже встречается взглядом с физичкой — чтоб ее инсульт хватил!       Карга старая, слышится в голове, а Сережа улыбается. Тут он с Птицей согласен. Олег из кабинета так и не выходит, поэтому Сережа сам заходит обратно и поджимает губы. Начать разговор не получается. Да у него всегда были с этим проблемы!       — Я думал, что ты уже забыл, — Олег откладывает телефон в сторону, — Заниматься-то будем?       — А...? — Сережу как будто вырывают из транса, он сначала с недоумением смотрит на Волкова, а потом кивает, — Да, прости. Просто… Ох, блядство…       Сережа ненавидит мямлить, но благодарить людей искренне просто не умеет. Лгать — да, льстить — тоже не сложно, но выражать то, что у тебя на душе… Он не умеет, потому что к нему никогда не относились искренне. Наверное, ни к кому так не относятся.       — В общем, спасибо, что поддержал меня. Ну, на физике, — всё-таки скомкано произносит Разумовский, а Волков отмахивается.       — Да забей, просто она реально заебала, доебывается до тебя так, будто реально на что-то надеется. Она ж жирная, даже если бы ты был не педиком, то не трахнул ее, — Волков пожимает плечами, а Сережа морщит нос. Вот вроде бы его не хотели оскорбить, а вроде обидно, что Олег вновь заостряет внимание на ориентации Сережи.       — Сам такой… — бурчит Разумовский и фыркает.       — Че? Не расслышал, — Олег бровь вскидывает, не притворяется.       — Да говорю, что заебала она меня уже, — в целом, Разумовский не врёт. Физичка его бесила больше всех, — С чем у тебя там проблемы?       — Со всем.       — Ладно… Давай начнем с основ, — вздыхает Сережа и садится рядом с Олегом, доставая учебник по алгебре. Дел будет много.       — Хорошо, давай со снов. Что тебе снилось? — Олег улыбается, а Сережа чувствует, как у него начинает дергаться глаз. Сразу же. Олег действительно не придумал ничего умнее… этого?       — Ты жалкий, — не сдерживается от комментария Сережа, а Олег фыркает недовольно.       — Это не я жалкий, а ты скучный, — Волков закидывает одну ногу на другую и наблюдает за тем, как Разумовский листает учебник, — С логарифмами проблема.       С логарифмами у всех проблема. Однако, Разум открывает нужную тему и хмыкает. Вот у него с точными науками вообще никаких проблем нет.       — И что тебе не понятно конкретно? — Сережа заостряет внимание на том, как на долю секунды Олег задумывается (он умеет думать!).       — Я не понимаю, как строить графики, — Олег крутит в руках ручку, перечитывая тему учебника, — То есть… Я могу решить логарифм, но как дальше график строить?       Сережа вскидывает бровь. Олег действительно стопорится на таком простом действии? Нет, Разумовский не в коем случае не осуждает, но ему казалось, что сам процесс решения логарифмов намного сложнее, чем построение графиков после.       — Это не сложно, смотри, — он открывает тетрадь по математике и карандашом чертит таблицу для «х» и «у», — Допустим у нас основания 2 больше 1. В иксе подставляешь абсолютно любые числа, а в игрек функцию логарифма. Условную… Ну, логарифм икс по основанию двух равен игреку. Окей?       Сережа замечает, что Олег, кажется, не особо понял, что Разумовский хотел донести. Он тяжело вздыхает и быстро пишет формулу, звучащую как «y=log2x». Теперь уже Олег кивает. Хорошо, на слух не разбирает, как это правильно читается, но хотя бы понимает по записи.       — Теперь в верхнюю строчку давай подставим какие-нибудь числа. Для легкости пусть будет одна четвертая и одна вторая, — Сережа неаккуратным почерком вписывает в таблицу значения, а Олег вздыхает.       Ничерта не понимает.       — Это же где легкость-то? — Олег честно пытается вникнуть, но у него мало что получается.       — Целые числа получатся. Поэтому считай, — Олег вымученно стонет, а Сережа подпирает щеку рукой. Наблюдает, как Олег высчитывает результат. Ну, хоть с этим проблем нет.       — Допустим получается -2 и -1, — неуверенно произносит Олег, а Сережа кивает.       — Не «допустим», а так и есть. Теперь ты этот результат вписываешь в нижнюю строчку таблицы, вот сюда, — он тычет карандашом в строку таблицы, где был записан логарифм, а Олег кивает, — Дальше чертишь график.       — Черти ты, чертила ебаный, — Олег усмехается, а Сережа обиженно насупился. Было действительно обидно, — Ой, блять, Серый, только не говори, что обиделся.       — Забей, — Разумовский хмурится и чертит таблицу. В общем-то ему правда обидно, но наверное Олег не хотел его обидеть?       Хотел, Птица снова появляется на задворках сознания и как-то ревниво приобнимает Разумовского крыльями. Ему не очень нравится, что Сережа возмтся с этим отбросом. Бесит, что Разумовский любит его. Как можно любить такого идиота?!       — Блять, давай ему въебем и уйдем домой? — Птица поглаживает Разума по плечам, а тот ничего не отвечает. Не перед Олегом же разговаривать со своей второй личностью.       — Теперь просто чертишь линию графика по полученным результатам, — заканчивает Сережа, — На сегодня хватит с тебя. Порешай из учебника что-нибудь, а я завтра проверю.       Сережа спешит все убрать. Хочется побыстрее уйти. Присутствие Птицы напрягает, шутки Олега бесят. Хочется просто уйти к себе в комнату и сидеть до самой ночи под одеялом. Забить наконец-то на эти чертовы экзамены и хоть немного почувствовать себя живым. А то ходит как оживший труп, сосредоточился на своих экзаменах и не видит в жизни ничего.       А еще надо работу найти, потому что скоро уже съезжать нужно из детского дома. Жаль только, что от квартиры старой остались лишь руины, поэтому впервое время придется жить в съемной, а дальше… Сережа не знает, что дальше. Ему страшно. Он не приспособлен к жизни в одиночестве, но и оставаться в детском доме после совершеннолетия совершенно не планирует. Это самое ужасное место, которое только есть.       — Серый, подожди, — Олег хватает одноклассника за руку и поджимает губы, — Я тут это… Предложить хотел… Может в бар сходим сегодня?       — У меня денег нет, — на отрез отказывается Разумовский. И это правда. Те деньги, которые платит государство, сразу уходят на нужды. Канцелярия, одежда, иногда даже еда, потому что есть в детском доме невозможно.       — За мой счет?       — Чтобы ты потом требовал с меня деньги? Нет, — Сережа закидывает рюкзак на плечи, — Не забывай, что я детдомовский. У нас комендантский есть. Если я заявлюсь опять пьяный, мне въебут штраф, а драить толчки все выходные я не собираюсь.       Олег поджимает губы. Действительно не знает, что сказать. Но тогда получается, что зря он храбрился весь день, чтобы предложить Серому подобное? Блять, да он просто хочет убедиться, что у него не встает на парней!       — Блять, Серый, ну останься у меня после бара, хули, — Олег хмурится, — Какого хуя ты теперь меня динамишь?       У Сергея кулаки сжимаются. Это он-то динамит? Он просто пытается жить, как все нормальные люди. Знает, что ненормально любить Олега и старается не подавать виду, а этот полупокер делает все, чтобы вытащить Сережу из зоны комфорта.       — Зачем, Олег? Просто объясни, нахуя ты это делаешь? — Сережа скрещивает руки на груди, — Я ебанутый педик, который пытается забить на свою влюбленность болт, а вместо это ты сам тащишь меня неизвестно куда и неизвестно зачем.       — Я просто хочу выпить с тобой.       — Зачем? А если я нахуярюсь и потащу тебя трахаться? Я не хочу, чтобы на следующее утро ты всем распиздел, что я педик, который пытался тебе присунуть.       — Чисто в теории у тебя не получится, потому что я сильнее, — Олег понимает это, но как-то не по себе становится от мысли, что он действительно может потрахаться с Разумовским. Это кажется довольно мерзко. Нет, ну, как могут два парня трахаться? Это же странно, но в тоже время почему-то Олег уверен, что у него просто не встанет, а если и встанет, то это связано с излишней феминностью самого Сережи.       — Чисто в теории, ты можешь меня отпиздить после этого. Спасибо, не горю желанием.       — Давай тогда договоримся. Если ты пьяный полезешь на меня, то я просто отвезу тебя в детский дом и мы забудем про это. Если тебе будет легче, прервем общение. Идет?       Сережа задумывается, а Олег считает это маленькой победой. Все равно бояться нечего, верно? Сережа слабее, а у Олега не встанет, поэтому ничего и не случится. Все ясно, как день.       — Ладно, — соглашается Разумовский, — куда ты хочешь сходить?       — Да куда угодно. Знаешь бар на Невском? Можно туда.       — Там цены ебанутые. Но ты сам предложил, — Сережа пожимает плечами, — Я часам к десяти подойду.       — Давай такси вызову? — решается предложить Олег, а Сережа морщится.       — Не надо. Не принцесса, не украдут.       Так и расходятся, оставляя в кабинете повисшее напряжение и неопределенность. В душе у Сережи появляется маленькая надежда на то, что, возможно, у них с Олегом что-то получится, пусть и верится в это слабо.