de quoi parle ton âme?

      Сережа дописывает сообщение Максиму, надеясь на то, что сосед его не подведет, и прижимает ноги к животу, чтобы Олег мог сесть рядом на кровати. И чем теперь, собственно, заниматься? Молчание снова давит, издевается над обоими парнями. Оно как качели, сейчас спокойно, а уже в другую секунду хочется провалиться под землю, потому что даже не о чем поболтать.       Это нагнетает.       — Ты хотел мой пресс посмотреть, — неловко вспоминает Олег. Ему, вообще-то казалось, что это будет не настолько смущающе. Он много раз показывал натренированное тело девчонкам, чувствовал, как они специально осторожно ногтями царапают кубики, но это совсем не возбуждало, как описывал Вад. У Вада, честно говоря, вообще извращенные понятия. Ему нравилось много чего странного, а еще эти высказывания, что у девчонок после первого раза должна быть кровь… Разве это действительно правильно? Олег уж очень сильно сомневался в этом. А ещё искренне сочуствовал партнерам Вада, потому что то, что он делал едва ли было нормальным. Нет, серьезно, как можно любить кровь на партнере или специально калечить его?! Мурашки от подобного по спине бежали.       Но вот Сергей отличается от Вадика: Сережа касается аккуратно. Сам красный, как рак, но видно, что заинтересован. Подушечками пальцев аккуратно ведет вниз, прямо до кромки домашних штанов, и останавливается, тихо сглатывая. Блядство, как ему это нравится. Он много раз представлял это, а сейчас действительно касается пресса Олега, гладит и всё-таки тоже царапает. Только у Сергея не такие ногти как у девушек. Они короткие, но почему-то Олегу это нравится больше. Руки у Сережи мелко-мелко дрожат. То ли от до сих пор не прошедшей истерики, то ли от страха, что Олег будет издеваться. Однако, последнего и нет даже в мыслях.       Разумовский сейчас такой безобидный, милый. Совсем как ребенок, что дорвался до любимой игрушки. Олег видит, как Сергей чуть кусает язык свой и «бегает» взглядом, не зная, как еще потрогать. Это выглядит забавно… Олег старается не думать о том, что это еще и по-своему возбуждает. Нет, в самом деле, ничего такого. Девчонки же за этим занятием не возбуждали, вот и Серый тоже. Врет себе, потому что признаваться страшно. Точнее, признаться-то признался, но вот осознание до сих пор не приходит. Да как он вообще пидором может быть? Он же даже не выглядит таковым.       Или это все потом придет? Олег бы поморщился, но боится, что это отпугнет Сережу, поэтому запрещает думать о подобном. Может и мерзко, но Серый ведь не выглядит противным. Не красится, а длинные волосы ему пиздец как идут. На секунду мелькает мысль, что хочется накрутить эти волосы на кулак и чуть оттянуть, чтобы Сережа смотрел на Олега снизу вверх. Это, наверное, чертовски красиво.       Блять. Олег губу кусает. Как можно думать сейчас о таком?! Сережа опасно близко, и Волков понятия не имеет, как будет оправдываться. Делает глубокий вдох-выдох и старается успокоиться. Напридумывал себе непонятно что! И как он мог вообще до такого докатиться? Может, реально просто потрахаться с девчонкой и все пройдет? Да, точно, это просто недотрах, вот и все.       — Я… М-могу… Нет, не скажу, — Сережа стыдливо опускает голову вниз. Хочется припасть к животу губами, но это так стыдно! И дико смущает, одновременно пугая. А если Олег против?       Олег, будто вынырнув из своих мыслей, вскидывает бровь. Что? Он пропустил мимо ушей. Чего Сережа там хочет? Или не он говорил? Блядство.       — Что? — Волков смотрит на Сережу, а тот вперил взгляд в пол и, кажется, покраснел еще сильнее. Олегу казалось, что сильнее уже некуда, но, видимо, ошибся.       — Нет… Ничего… — Разумовский кусает губу и тяжело вздыхает. И хочется, и колется, как говорится, — Блять… Обещай, что не отпиздишь, если скажу.       Олег, честно говоря, удивлен, но всё-таки кивает — главное не пожалеть. И что можно было бы придумать такого, чтобы Волков решился избить Сережу прямо у себя дома? Хотя Разумовский, может быть, просто опять по пустякам загнался и боится любого действия со стороны Олега — основания на это все равно есть, даже винить Сережу из-за этого не хочется.       — Можно я… Отсосу тебе, — последнее говорить было очень тяжело. Сережа все так же не поднимает взгляда. Уже жалеет о том, что сказал. Нет, ну, Олег же по-любому будет против, зачем вообще надо было спрашивать такое? — А х-хотя знаешь, забудь!       Разумовский отстраняется от Олега на добрые пол метра, как бы не больше, и загнанным зверем смотрит на парня.       Волков в прострации. До него не сразу доходит смысл сказанного. Сережа хочет что?! Олег несколько раз в голове прогоняет смысл сказанного, а потом смотрит на Сергея. Чувства смешанные. Какой-то странный, как будто бы детский, интерес есть, но с другой стороны — противно. Типа… Это же парень, который будет отсасывать, касаться твоего члена. Олег губы поджимает. Мерзко. Но хочется. Блять.       — Че? — Олег бровь вскидывает. Может, ему послышалось? Честно говоря, он искренне надеется на это.       — Ничего… Забудь, — Сережа поджимает губы. Он не смотрит на Олега, копается в себе и думает, что полный идиот. Или бессмертный, вот только запасной жизни у него в кармане нет, как бы не хотелось.       — Блять, ты, типа, реально хочешь? — говорить про такое неловко. Особенно с Серым. Нет, ну, как такой тихоня может уметь делать нормальный минет? Да и вообще, зачем это парню? А кунилингус от минета очень сильно отличается! Олег вот однажды пытался сделать это и ему не понравилось. Как вообще кому-то может нравиться лизать чужие половые органы? Только гребаным фетишистам и извращенцам, но Олег ведь не такой!       — Угу, — Сережа кивает и носом шмыгает. Он понимает, почему Олег не хочет, но надеялся, что, может быть, всё-таки ему позволят это сделать. Хотя, честно говоря, надеяться на такое было крайне убогой затеей. Олег ебаный гомофоб, как он может согласиться на такое лишь после того, что Сережа полапал его пресс? Даже тупому очевидно, что ему было противно.       Разумовский до боли прикусывает язык — слишком длинный он у него в последнее время, только херню нести и может. Нужно было сразу заткнуться и даже не допускать подобную мысль.       — И тебе не противно? — пусть Олег и спрашивает спокойно, но Сережа готов поклясться, что слышит нотки отвращения. Молодец, давай, Разумовский, порть себе репутацию. Хоть это ты умеешь прекрасно делать!       — Нет, — с каждой фразой Сережа говорит все тише, потому что стыдно. Стыдно за себя перед Олегом. Ну, вот, такой он мерзкий. Любит мужские члены и мужиков в принципе.       Смотреть на Волкова страшно. Сережа уверен, что Олег смотрит на него с отвращением. Если бы напротив стояло зеркало то, наверное, Разум сам на себя смотрел бы с таким же нескрываемым отвращением.       — Как ты себе это вообще представляешь? — Олег действительно не понимает, как подобное может нравиться. Но у Сережи явно ебанутые вкусы. Даже не специфические. Хотя, наверное, Олег просто с ходу не вспомнил это слово.       — Я делал уже минет… Это не сложно, — Олег, честно говоря, в ахуе. Даже не в шоке. Серьезно, он считал, что у него нескучная жизнь, но посмотрев, как живет Разумовский, даже по его желаниям, вся жизнь Волкова кажется сплошным детским лепетом в розовых очках.       — Делал? И тебе понравилось? — Волков понимает, что повторяется, но ему правда сложно поверить в подобное. Как это может нравиться?       — Да говорю же, что да, — Сережа чуть повышает голос и всхлипывает. Чувствует себя максимально противно. Как будто провинился очень сильно и теперь нужно признаваться в этом.       — Пиздец… Ну, не знаю, попробуй типа, но… Блять, да это же ебаный пиздец! — Олег пытается согласиться, но понимает, что ему это не понравится. Страшно и странно, — Прости, Серый, ты можешь попробовать, но не думаю, что мне понравится.       — Не заставляй себя, — Сережа даже с места не двигается. И Олегу становится его жалко. Ну, Разумовский же реально безобидный. В случае чего член не откусит, а если станет противно, то можно будет просто в душ сходить. Верно? Верно.       — Ладно, попробуй. Просто мне не понять твоих фетишей, — пожимает плечами Волков. Не понравится — ничего страшного.       И все же, где-то на задворках сознания Олег понимает, что ему страшно не от того, что это будет делать Серый, а то, что ему это может понравиться. Ну это же бред в самом деле!       Однако, несмотря на все свое негодование, Олег внимательно наблюдает за тем, как Сережа аккуратно опускается перед ним на колени и всё-таки нерешительно смотрит на Олега. Блять, кажется Волков пропускает удар. Господи, Серый, почему ты выглядишь так невинно? Серьезно, как будто не минет делать собрался, а котенка притащил. Да какой там котенок? Сережа сам на него похож. От такого сравнения у Олега нервно уголок губ дергается. Да и наверняка Сережа уже заметил, что Волков напряжен, как гитарная струна, которая вот-вот порвётся.       Хотя на деле это порвется единственная надежда на то, что это обычный недотрах.