Любовь, победившая смерть

...Подходя к зданию больницы, Трофим чувствовал, что сердце в его груди стучит всё сильнее с каждым шагом, в голове его никак не могло сойтись то, что сообщил ему Колька. Как же это могло быть, что врачи зафиксировали смерть, а его мама, оказывается, ЖИВАЯ! Либо он сам сошёл с ума, либо Колька свихнулся, третьего не дано, как говорится. Парни вошли в больничный коридор, затем поднялись на второй этаж. У одной из палат стоял отец и с кем-то оживленно разговаривал, при этом размахивая руками. Николай обернулся на звук шагов и увидел сына и неведомо откуда взявшегося Кольку Савельева, которого час назад Николай Петрович отправил домой. Трофим подошёл к отцу, мужчины обнялись и обменялись рукопожатиями. -Бать, это правда? - без лишних предисловий спросил Трофим - Пацан сказал, что мама жива!... Если это шутка такая, я не знаю, что с ним сделаю! -Спокойно, Трофим! - Николай положил руку сыну на плечо - К счастью, да! Это чистая правда, сынок! Наша Любаша ЖИВА! В это трудно поверить, но это так! -Мне надо её увидеть, можно? - спросил мужчина, накидывая на плечи халат, затем аккуратно приоткрыл дверь и увидел, что рядом с кроватью на стульчике сидит Василиса, а на кровати лежит их мама. Эта картина настолько сильно потрясла Трофима, что от избытка эмоций он, взрослый мужчина, заплакал как ребёнок. Любаша, услышав сквозь сон какую-то возню, повернула голову в сторону двери. -Троша... Господи, Трофимка приехал! - прошептала Люба - Сыночек мой... Прости меня... Прости, что я так всех вас напугала... Трофим, обливаясь слезами, кинулся к кровати и упал перед ней на колени, Люба, улыбаясь сквозь слезы, потрепала сына по волосам. -Слава Богу, ты приехал, мой мальчик!.. -Да…Приехал…. А лучше бы и не уезжал.. Мама… Мамочка моя.. Родная…. Хорошая… Самая любимая.. Лучшая…- говорил Трофим, зацеловывая мамины руки-самые нежные и тёплые на свете.- Прости меня дурака.. Прости.. -Ну что ты? Что ты, мой хороший? Вовсе не стоит извиняться!- улыбалась Люба. С каждым мигом она набиралась всё больше и больше сил. Удивительно – когда-то мать своему ребёнку во младенчестве вместе с молоком, теплом и любовью даёт жизненные силы для того, чтобы расти, а уже потом, во взрослом возрасте ребёнок также может дать матери силы, вернуть ту невероятную силу любви, которая была дана ею прежде. -Да нет, мам… Стоит… Рванул, неизвестно куда, неизвестно, за кем…- говорил Трофим и даже не заметил того, как пренебрежительно назвал девушку, которую ещё некоторое время назад считал любовью всей своей жизни. Марта. Он долгое время не мог понять, что же это было –страсть или любовь?.. Но, скорее всего, страсть, потому что сейчас, вернувшись на родные земли, Трофим вдруг почувствовал, словно бы он после длительной и изнурительной жажды пьёт залпом живую воду, обогащается ею, словно бы оживает. -Наконец-то ты понял это, братец…- проворчала Василиса, недовольно поморщившись. Она была против Жанны, ну а эта заграничная дамочка вообще ввергла её в шок и когда Трофим заявил, что уезжает с ней, то у Василисы была полнейшая прострация. -Ну.. Детки мои… Ну что Вы? Не ссорьтесь… Давайте жить дружно…- сказала, улыбнувшись, Люба, с безграничной нежностью смотря на своих детей. На своих котят. И когда они только успели так вырасти? А ведь совсем недавно, кажется, были малышами. А теперь у каждого своя жизнь, своя дорога, своя любовь. -Мамуль, мы не ссоримся, ну что ты?- улыбнулся Трофим, сжав покрепче мамину руку и поцеловав её, а затем, посмотрел на сестру. Удивительно! Люба переживала, что в глазах у сына будут горечь и боль от расставания с любимой девушкой, но ничего этого она и близко не было. Даже наоборот- какое-то удивительное облегчение, свет, детский свет, который бывает у ребёнка, долго не видевшего маму после длинного рабочего дня. И вот наконец-то мама вернулась… Вернее, вернулся он. После всех мытарств. После всего пережитого. Думая, что мамы уже нету в живых, виня себя в этом. Но Господь смилостивился…- Наоборот, я должен признать, что сестрица моя младшая, хоть и маленькая, но мудрее, гораздо мудрее меня, дурака! -Вот, наконец-то ты это понял!- сказала Василиса, не скрывая довольной улыбки. Тем временем, дверь палаты отворилась и туда вошли два Николай – старший и младший. Люба улыбнулась, увидев мужа – потрёпанного, всклокоченного, небритого. -Коленька.. Тебе бы домой съездить, привести себя в порядок, отдохнуть по-человечески, в конце концов…- как истинная заботливая жена, сказала Любаша. -Ну… А ты?- спросил без лишних эмоций Николай. Он понимал отлично, что ему не мешало бы отдохнуть, но вместе с тем, очень не хотел оставлять любимую. -Я в порядке. Всё хорошо..- улыбнулась Люба. -Правда, пап, поезжай домой! Этого вот товарища по адресу доставь, пока его Савельевы на хватились!- сказал Трофим, указав на Кольку, который всем своим смелым видом показывал, что готов всегда и во всём поддержат Василису. Поддавшись на уговоры родных, Николай действительно решил съездить домой, чтобы хотя бы привести себя в порядок, переодеться и немного отдохнуть. Хотя это решение далось ему непросто. -Не переживай, Коленька, я здесь под присмотром врачей, а вот тебе надо как следует отоспаться! Третий день тут со мной возишься... Поезжай домой и ни о чем не думай. -уговаривала его жена - Я не пропаду, не исчезну. Честно говоря, Николаю, видимо от усталости и недосыпа, начало казаться что всё, что происходит вокруг, это сон, мужчина попросту боялся проснуться и понять, что это неправда. -Батя, ну правда, тебе надо немного отдохнуть, а с мамой побудем мы! - Василиса подошла к отцу и положила свои руки ему на плечо - Мы устроим круглосуточное дежурство у маминой постели, правда, Трофим? -Мала ты ещё, круглосуточно в больнице сидеть! А будешь умничать, я вас обоих, пионеры, домой отправлю! - отозвался старший брат,Василиса обиженно надула губы. Любаша улыбнулась. -Детки, перестаньте ссориться! -Ну хорошо, я поеду домой, а вы тут следите за мамой и не ругайтесь! - Николай подошёл к Любаше и поцеловал ее в щёчку, затем поцеловал дочку, пожал руку сыну и тяжело вздохнув, вышел из палаты. Почти всю дорогу до дома, мужчина молчал, переваривая события последних дней. А ещё он думал, как сообщит эту новость родным? Это ведь не рядовая новость, не про новый сорт винограда... К тому же, тесть человек уже пожилой, не дай Бог, что... Тогда Любаша его не простит... Да и Ольга тоже вряд ли... Кстати, надо будет с Олей поговорить, уж она-то как никто другой знает, как лучше приподнести эту новость Василию Михайловичу. Точно, нужно в первую очередь рассказать обо всем Ольге. - решил председатель. Его размышления прервал Колька, дремавший рядом, парень проснулся и осмотрелся вокруг мутными глазами. -Дядя Коля, и что теперь будет? - спросил парень. Коля обнял тёзку за плечи. -Всё будет хорошо, Колька! Иначе и быть не может! Начнётся новая жизнь. Счастливая, долгая жизнь! Достроим дом, переедем, будем жить! Долго и счастливо! Новая жизнь в новом доме! -Обязательно! Теперь у Вас непременно всё будет хорошо!- сказал Николай Савельев своему старшему товарищу. Отцу его девушки. Удивительно, но сейчас он был так счастлив за Василису, за тётю Любу, за Трофимку, за Николая, как счастлив был бы за свою семью. Впрочем, вдруг ему повезёт и он станет частью этой замечательной семьи, если Васька-таки согласится в своё время стать его супругой, частичкой его жизни. И он верит, что это случится! Верит, что любовь вообще способна творить чудеса! А как, если не чудом, можно назвать то, что тётя Люба жива, что Николай может держать её за руку. Вот она, любовь! Она даже сильнее смерти! Наконец-то они приехали к дому Савельевых. Не смотря на позднее время, там всё ещё горел свет. Николай-младший заметно поёжился, представив, что дома ему сделают родители, а особенно мать, за то, что его так долго не было дома. -Ну что, я пошёл? Ещё надо с батей и матерью поговорить о том, почему меня так долго не было! – практически обречённо сказал парниша, увидев мелькающий туда-сюда сгорбленный мужской силуэт в ночном свете окна. Он знал, отец не спит, что он ждёт его. Затем, он заметил, что его старший тёзка пристально посмотрел на него. -И ещё, Кольк.. Просьба у меня будет. Я сейчас к нам домой поеду, надо всё тестю с Ольгой рассказать, ну а ты… -Я поговорю с отцом, не волнуйтесь! Я постараюсь!- сказал Коля, хотя, его голос срывался и дрожал от волнения. Он молча попрощался с Николаем, пожал ему руки и направился к дому Савельевых. К своему родному дому, попутно собираясь с мыслями. Портнов на ватных ногах вошёл во двор Григорьевых, прикидывая, прокручивая в голове каждое слово, чтобы не дай Бог, не навредить здоровью тестя ещё больше, он ведь понимал, что Василий Михайлович ещё не смирился с мыслью о том, что его дочь умерла, а теперь выходит дело, что Любаша жива и об этом Василию Михайловичу надо будет сообщить максимально аккуратно. Николай на всякий случай перекрестился и зашёл в дом, в комнатах было темно и стоял стойкий запах нашатырного спирта вперемешку с валерьянкой, Коля прокашлялся, из дальней комнаты вышла Ольга с Илюшкой на руках. Николай посмотрев на малыша, шепнул: -Здравствуй, Оль! Выйди, мне поговорить с тобой нужно. Женщина уложила малыша в колыбель и на цыпочках вышла в сени вслед за Колей. Он показался Ольге каким-то странным, с губ не сходила улыбка, глаза горели как у молодожёна. Видимо, правду люди говорят, что их председатель свихнулся. -Коль, с тобой всё в порядке? - на всякий случай спросила Ольга и даже коснулась лба Николая ладошкой. - Мы тут, главное, места себе не находим, Вася уже всё подготовил, ну, сам понимаешь, крест, фотографию, а ты приходишь, да ещё и сияешь как начищенный самовар! Вот скажи мне честно, ты здоров? Честно говоря, Николай не ожидал такого приёма, он мысленно посчитал до пяти, затем медленно выдохнул,собираясь с мыслями. -Оль, тут такое дело... В общем... - нет, так нельзя, надо издалека зайти - Я звонил, велел Потапову зайти, он приходил? Ольга хмыкнула. -Ну, был он у нас, нёс какую-то чушь... Ты представляешь, он сказал, что, якобы Люба живая! Ну вот как так можно издеваться над чувствами отца, потерявшего дочь? Я этого не понимаю... Да, мы все очень любим, то есть, любили нашу Любашу, мне Люба всегда была как сестра, которой у меня не было, но чтоб вот так... По самому больному? По кровоточащей ране солью?.. -Оль, ты зря так насчёт Эрнеста, он ничего не перепутал, не приукрасил, всё он правильно понял! Женщина присела на ступеньку,переваривая то, что услышала, у неё загудело в ушах и одновременно потемнело в глазах. -То есть, ты хочешь сказать, что... - Ольга округлила глаза и зажала рот ладошкой, чтобы не закричать. - Хочешь сказать, Любаша правда жива? Где она? Чего ты молчишь? - Ольга закрыла лицо руками и заплакала. Коля закурил сигарету и присел на лавочку. -Любаша в больнице, с ней сейчас Василиса и Трофимка, кто-то сообщил ему о том, что... В общем, он сорвался, приехал, вот так! Ну и хорошо, что Трофимка вернулся, нам в колхозе рабочие руки всегда нужны. А теперь извини, я спать пойду, ладно? - Коля выбросил сигарету и поднялся по ступенькам, затем обернулся, положил руку Ольге на плечо. -Ты уж там сама как-то помягче скажи Василию Михайловичу, а то я боюсь дров наломать... -Как будто бы я могу не наломать дров…- задумчиво сказала Ольга, которая пребывала в полнейше замешательстве. То, что она услышала, было чем-то невероятным, бредом, неправдивым. А вдруг.. Вдруг это всё только плод больного, убитого горем сознания Портнова, которое после потери любимой дало какую-то трещину? Она видела, как, шатаясь, Николай направлялся в дом и не знала, верить ему сейчас или нет. К тому же, если и правда Василиса не вернулась вместе с отцом, учитывая то, как ревностно Николай всегда следил за тем, чтобы дочь всегда находилась дома в любом случае, потому, что была возле матери в больнице ,значит, всё-таки, всё услышанное может быть правдой? Господи… Ольга вдруг вспомнила, что рассказывал им преподаватель в медучилище о том, что бывают такие явления, как летаргический сон и каталепсия, но ведь такие случаи один на миллион, а их Любаша… Неужели она попала в эту статистику? «Господи… Вот уж и правда, не знаешь, чего ждать от судьбы в следующую минуту..»-говорила Ольга, приложив руку к виску и тяжело выдохнув. Токсикоз у неё и так протекал довольно-таки сложно, а тут ещё и такая новость… -Оль..Оленька… Ты почему здесь? Поздно ведь?- услышала женщина за своей спиной до боли знакомый, самый любимый и родной голос мужа. Ольга вздрогнула, увидев, что муж приближается к ней, тяжело перебирая ногами. Вообще было удивительно и немыслимо, как он до сих пор умудрялся держаться на ногах. -Вася… Васенька…- подошла к нему женщина, собираясь с мыслями. -А что, Николай уже приехал? Где он был? Что случилось? Где наша Любаша? Где её…- голос Василия дрогнул, не решившись сказать «Тело». Он ещё не знал того, что сие слово даже и не придётся уже поменять к его Любаше. -Вась.. Васенька… Присядь..- Ольга ласково положила руку на грудь мужа, с большим волнением смотря ему в глаза.- Мне… Мне нужно кое-что тебе сказать… -Сказать? Оль, что? Что ещё случилось?- с невероятной тревогой спросил Василий. -В общем… Случилось так, что… Что наша Любаша , она… Она жива…- решилась, выдохнула Ольга. -Жив..Жива?...- спросил Василий и губы его задрожали. Он не мог поверить в услышанное. -Да.. да.. Понимаешь, родной мой, такое… Такое бывает… Иногда бывает… Мы изучали такие случаи…. Летаргический сон, каталепсия.. Когда человек помирает, но не на совсем понимаешь?..- говорила она, замечая, как глаза мужа, всегда собранного казака начали наполняться слезами. -Жива… Жива… Жива моя дочурочка… Жива птичка моя.. А я ж знал… Как чувствовал, что она ен может так вот уйти…. Раньше папки своего, которого ждала так… Это же Любашка…- говорил Василий,а потом заплакал, спрятав в ладонях лицо. * * * Как ни старался Колька Савельев зайти в дом как можно тише, у него ничего не вышло, открыв входную дверь, парень наткнулся на стоящее у порога ведро, оно упало предательски громко. -Вот чёрт! - выругался парень, на ходу скидывая с ног обувь. На шум неуверенной походкой вышел отец. -Ты на часы хоть иногда смотришь? Ночь на дворе! - спросил Савельев, но сын молча прошёл в свою комнату и лёг на кровать прямо в куртке. -Не до часов было - огрызнулся Колька. -И вообще, я устал. -Интересно знать, где же это ты так устал? С Васькой опять где-то был? Нет, она девочка хорошая, но по ночам гулять - это уже ни в какие ворота не лезет! Распустил её Колька! - Трофим решил заняться воспитанием сына прямо сейчас, в ночи. А когда же ещё? Они с сыном толком и не видятся, когда Трофим уходит на работу, Колька в школе, а по выходным сын целыми днями пропадает где-то с Василисой Портновой. -А мы и не гуляли, мы у тёти Любы в больнице были - зевнув ответил Коля, уже засыпая. -Угу, "мы не пили, мы в музей ходили!" - процитировал Трофим, но в следующую секунду до него дошёл смысл сказанной сыном фразы, мужчина резко взял его за грудки и с силой встряхнул. -Что ты сказал? - буквально взревел Савельев, моментально протрезвевший. - А ну-ка, повтори! Колька поморщился от света, ударившего по глазам, но нашёл в себе силы сесть и повторил последнюю фразу, глядя отцу прямо в глаза. -Мы были у тёти Любы в больнице! Трофим видимо, совсем перестал понимать, что происходит вокруг. -В смысле, в БОЛЬНИЦЕ? Может быть, в морге? Это такое заведение, где... В общем, куда привозят тело человека после смерти. - пытался найти хоть какое-то объяснение Трофим, но в его затуманенный алкоголем мозг ничего путного не приходило. Да, он был почти адекватен, но все равно, ничего не мог понять и сообразить. -Да нет же, отец! Я тебе говорю, что мы были в больнице! Тётя Люба не умерла, понимаешь? Она живая! Дядя Коля сам привез её из морга в больницу! Там вообще все непонятно, но главное, что тётя Люба жи-ва-я! - последнее слово парень произнёс по слогам. - Понимаешь? Нет, Трофим уже ничего не понимает. Как это? Что за шутки такие среди ночи? У кого можно узнать? У Кольки Портнова? У Василия Михайловича? У Оли? Они-то уже должны что-то знать, если Портнов приехал... А почему он приехал, если как говорит сын, Люба жива? Почему Коля не рядом с женой? Как она там одна? Бред какой-то... -Таак, ну ка иди сюда!- властно позвал Трофим сына таким тоном, каким не говорил с ним никогда либо. Ошалевший Николай тут же послушался и покорно подошёл к отцу.- Ну а теперь дыхни! -Да не пьяный я, батя!- хукнув, воскликнул Колька.- Чем хочешь, поклянусь! Ладно, расскажу, всё как было!- выдохнул он.- Значит, помчал за Васькой, она в истерике, что мама умерла, рванула, куда глаза глядят. Ну и я за ней, чтобы она глупостей каких не натворила! -Ну правильно!- сказал Трофим, прищурив глаза и пристально слушая сына. Он смотрел на него каким-то неведомым, шальным взглядом. Ведь в изболевшем от потери сердце Савельева после слов сына загорелась какая-то шальная надежда. А вдруг это не бред, не сон? Вдруг Любаня и правда жива? Трофим хоть и не особо верил в Бога, но вдруг начал отчаянно молиться ему о том,чтобы услышанное было правдой. -Ну так вот! Она в автобус, я – за ней! Так мы в городе оказались, я обнимал Ваську, пытался как-то её успокоить! Так случилось, что мы с ней под дождь попали, ну и решили заскочить в универмаг хоть по футболке-блузке взять сухой! Ну и встретили там дядь Колю. Там он тёте Любе вещи покупал!- объяснил Колька, а Савельев, в свою очередь, растерянно хлопал глазами, пытаясь сообразить. -Ну, правильно всё! В морге одежду могли потребовать!- лепетал ничего не понимающий Савельев. Но Колька его тут же епребил. -Да нет же, бать! Ты меня слушаешь вообще или как? Он тётьЛюбе в больницу одежд покупал! В морге же всё в профнепригодность пришло, а в больнице ей теперь новую одежду надо! Теперь понимаешь?- спросил он, после чего глаза Савельева ещё больше помутнились. Он уже сосем уж ничего не понимал. -Бред какой-то..- проворчал он и рванул к двери, пробежав мимо сына. Туда, к Портновым. Чтобы узнать, что всё это правда, что всё это не приснилось…