Хвост любви не помеха

      Отпуск заканчивался. Пришло время возвращаться в шумный мегаполис. Вот уже неделю как утренние водные процедуры стали ежедневным испытанием. Только то, что в номере была огромная по меркам Китая ванна, позволяло не падать хвостом на кафель. Но увы, в довольно небольшой квартирке Сичэня не было белой фарфоровой подруги — только суровый холостяцкий душ. Который надо было принимать стоя. Ясное дело, что на плавнике долго не пробалансируешь, поэтому первым делом, вернувшись в дом, тритон, положив чемоданы, сразу отправился в хозяйственный. Через несколько минут в его распоряжении была табуретка из твердого пластика светло-розового цвета. К большому сожалению молодого человека, другой расцветки не нашлось. Оставалось только надеяться, что полка в душе выдержит вес хвостатого. Главное — не забывать сушить кабинку как после, так и до себя.       На работу нужно было явиться только послезавтра, так что можно было расслабиться. Однако поздно ночью на телефон пришло сообщение от коллеги. Бедный Си Шань просил помочь с очередным «безумным» поручением Цзян Чена, крайний срок которого приходился аккурат на первый рабочий день Сичэня. Задание было не совсем профильным, но вписывалось в обязанности должности, на которой они оба находились. Суть его заключалась в том, что необходимо было организовать выезд отдела на природу для тимбилдинга. Вместе с начальником. «По-моему, его холодное отношение уже разрушает на корню основную идею мероприятия», - сонно ворчал Сичэнь, тем не менее отвечая согласием на просьбу о помощи, - «но нам и вправду не помешает нечто подобное. Может даже начальник Цзян оттает, раз сам предложил». Утром пришлось встать на полчаса раньше обычного: предстояло впервые опробовать умывание в позе «сидя на собственном хвосте». К счастью, все прошло удачно, и новых синяков на теле не образовалось. Правда, хвост еле помещался в кабину, отчего становилось очень тесно. Еще и чешуя скользила по пластику, будто была смазана маслом. Но силиконовый коврик на полу помогал удерживать равновесие. Вообще еще в Австралии Лань Сичэнь задался вопросом, насколько теперь ему необходимо умывание. Однако, вспотев после полуденной прогулки, обнаружил, что пахнет рыбой! И этот запах тяжело смывался. Поэтому вопрос отпал сам собой. Правда, если бы он все время находился в воде, то вряд ли испытывал бы в этом необходимость. Но город — не морские просторы, а менять кардинально русло жизни парень не собирался. По крайней мере в ближайшее время уж точно.       Приведя себя в порядок, он сел в небольшое авто и медленно поехал в сторону офиса, морально приготовившись отстоять лишний час в пробке. Но ему повезло, и на рабочее место Сичэнь прибыл заранее. Пройдя через стеклянные двери одного из небоскребов, он поправил туго завязанный галстук и, вздохнув, улыбнулся немногочисленным проходящим мимо людям. Так как нужное место находилось аж на двадцатом этаже, то сотрудники поголовно пользовались лифтами холла. Сегодняшний день не стал исключением. Разве что только из-за того, что было раннее утро, в кабине парень оказался единственным пассажиром. Достав телефон, он стал просматривать ленту новостей, пока до ушей не донесся привычный пиликающий звук. Оторвавшись от устройства, Лань Сичэнь взглянул на экран. «Не двадцатый», - пронеслась мысль в голове, а потом двери лифта открылись, и внутрь напряженным и твердым шагом вошел высокий брюнет со светло-серыми глазами, холодными, как ветра гималайских гор. Непроизвольно спина напряглась, а руки спрятали телефон в карман. Как-никак, он стоял перед собственным начальником. Вежливо поздоровавшись, они продолжили путь наверх. Стояла жутко неловкая тишина, и даже вечная улыбка на губах начинала потрескивать.       Когда лифт миновал пятнадцатый этаж, Цзян Чэн повернулся и спросил:       - Разве у Вас отпуск заканчивается не завтра? Я, конечно, польщен таким трудолюбием, но оно никак не влияет на доходы, и Вы об этом прекрасно знаете.       Немного даже разозлившись на собеседника, Лань Сичэнь, тем не менее, с максимальным дружелюбием ответил:       - Меня попросил помочь друг, и я согласился. Тем более что делать все равно было нечего, а отдохнуть я уже успел. Да и задача мне интересна сама по себе.       - Вот как. Тогда не стану больше отвлекать. Только помните: официально Вы выходите на работу только с завтрашнего дня, - сказал напоследок Цзян Чэн и первым вышел из кабины.       «Неужели он таким образом проявил беспокойство о моем самочувствии?» - задумался герой и не заметил, как от подобной мысли сердце стало биться чуть быстрей, а улыбка на лице расцвела, как весенняя яблоня. С хорошим настроением он шагнул вслед за начальником. Путь лежал к своему рабочему месту. Небольшой слой пыли на нем свидетельствовал о том, что скоро штат уборщиков обещал поредеть — начальник не любил неухоженности. Так что, достав припрятанную салфетку и смочив ту в ближайшей раковине, Лань Сичэнь протер рабочую поверхность и сел за компьютер. Первым делом он проверил рабочую почту. Там красовалось пересланное письмо, в котором обозначалась задача, а также то, где стоит искать сведения о бюджете и свободном времени. За выполнение работникам была обещана надбавка. Этот момент друг обсудил с ним еще ночью: в итоге имя «Лань Сичэнь» было внесено в список организаторов.       За поиском подходящих мест он потратил почти половину дня, попутно поприветствовав почти всех работников, одаривая каждого дружелюбием и теплотой. Когда наступило время перерыва, к нему потянулась вереница знакомых, жаждущих общения. Как ни странно, но среди них было мало девушек: те предпочитали стоять чуть вдалеке и томно вздыхать. Если честно, с ними отношения складывались весьма интересно.       Когда Лань Сичэнь только устроился в компанию, то многие из них буквально не отлипали от него. Но его поведение, одинаково доброжелательное ко всем, со временем охладило женский пыл, и в итоге даже в свои двадцать семь он был совершенно не занят, пусть некоторые из девиц и не бросали надежд. Те же, кто устал пытаться пробивать его завесу вежливости, стали относиться к парню, как к какому-нибудь айдолу. Даже прозвище соответствующее появилось - «принц солнца». Иронично было то, что похожее прозвище среди женщин принадлежало еще одному человеку. Угадайте, кого в коллективе могли за глаза называть «принцем стали»? Правильно, своего начальника. Как-никак он тоже был весьма недурен.       Так вот. В потоке общения с коллегами, одаривая каждого из них теплой улыбкой, Лань Сичэнь не заметил, как к нему вплотную приблизилась светловолосая девушка небольшого роста со стаканом лимонада в руках. Это была одна из тех, кто не собирался сдаваться, и порой казалось, что остальные делают ставки за ее спиной, пытаясь угадать, получится ли у авантюристки приблизиться и не повторить судьбу Икара. Еще издали она стала махать рукой в приветственном жесте, но когда приблизилась, то зацепилась ногой за кабель, проложенный по воле сисадмина, и буквально рухнула на тритона. И стакан в ее руках тоже рухнул. И он не был герметично закрыт.       Холодный пот пробежал по спине Лань Сичэня, но он успел каким-то чудом затолкать падающие капли обратно в тару и не намокнуть. Лицо его в тот момент застыло, словно маска, но когда опасность миновала, то парень абсолютно искренне вздохнул с облегчением. Но его вздох был воспринят не совсем верно: окружающие посчитали, что таким образом парень радовался за сохранность девушки. Из-за этого считавшие, что «принц солнца» навсегда останется непокоренным, занервничали. А вот причина всего этого беспорядка наоборот обрадовалась и буквально повисла у своего спасителя на шее. Лань Сичэню пришлось весьма вежливо и аккуратно снимать ее, попутно интересуясь, не повредила ли дама ногу при падении. Вдруг послышалось со стороны:       - Мисс Цю, вы в порядке? Встать сможете?       После вопроса атмосфера как-то охладилась, но не Лань был тому причиной. Обернувшись, он увидел начальника Цзяна, стоявшего у входа в курилку. Энтузиазм на лице мисс Цю моментально улетучился, и ситуация сама собой разрешилась. Разве что кабель было решено накрыть своеобразным «лежачим полицейским» из пластика, чтобы подобное не повторилось.       Вернувшись к работе, Сичэнь продолжил поиски подходящих мест для отдыха. В один момент на глаза попалось не особо приметное объявление. В нем предлагалось провести выходные и вечер пятницы в небольшом городке с ярко выраженной традиционной архитектурой на берегу моря. При этом цена за развлекательную программу была адекватной. А ведь та включала два банкета, поездку в парк активного отдыха с включенными лазертагом и канатной дорогой, а также экскурсию по фотогеничным местам для адептов инстаграмма. Единственное, что побережье было непригодным для плавания: множество скал обещали болезненные травмы самым отчаявшимся.       Поначалу предложение заставило Лань Сичэня нахмуриться. Слишком оно было выгодным для клиента. Но, позвонив по указанному номеру, он понял, что низкая цена была обусловлена тем, что место не было раскрученным, да и открылось совсем недавно. Посоветовавшись с другом, втянувшим его в эту затею, было решено, что именно этот вариант будет представлен на одобрение. Конечно, помимо него было еще несколько запасных.       Честь нести документы начальнику спихнули на Сичэня (кто бы сомневался). В отдельном кабинете, сидя за просторным столом, Цзян Чэн пролистал документ, и только дернувшаяся бровь показала, что тот действительно читал, а не просто пролистывал. План был утвержден, и оставалось только перезвонить и забронировать программу на первые числа следующего месяца. Когда эта задача была решена, поступила новая. Начались рабочие будни.       Дни текли размеренно, подражая резине. Единственное, что хоть как-то разбавляло монотонность, это поведение мисс Цю, а точнее попытки избежать традиционно ромкомовских способов сблизиться с целью своих ухаживаний. В силу своего характера, Лань Сичэнь не мог прямо и грубо отказать нагловатой девице, поэтому был вынужден лавировать на грани вежливости в общении.       Однажды днем поведение мисс Цю стало переходить условные границы личного пространства парня. Сичэню было максимально неуютно, но прямо отряхнуться от ее внимания он не мог: мешало воспитание. А тем временем женское тело активно прижималось к левой руке, щебеча на ухо. Не выдержав напора, Сичэнь поднял взгляд для того, чтобы отказать ей, но Цю Сюэ не слушала. Оставалось только отчаянно смотреть по сторонам в поисках помощи. Однако как назло офис был пуст: мало кто приходил сюда так рано.       Когда скрипнула дверь, сердце забилось чаще, а в следующий момент упало, так как показались знакомые холодные очи. Но из-за того, что срыв был не так уж и далек, парень не отвел взгляд. Результат был неожиданным. Заметив положение своего подчиненного, взгляд начальника похолодел сильнее обычного, и голос, полный стали и арктического мороза, размеренно произнес:       - Дизайнер Цю, не могли бы Вы не доставлять неудобства моим сотрудникам? Если они не говорят ничего в лицо, это вовсе не значит, что им приятно. Так что выйдите отсюда в течение минуты. Иначе я доложу Вашему куратору о неподобающем поведении. Цю Сюэ побледнела, но природная наглость поборола желание убежать:       - Простите, я не думала, что мое поведение неприлично. Я исправлюсь, - сказала она, не сдвинувшись с места, будто показывая, что Цзян Чэн не властен над ней.       Тот почувствовал отношение зарвавшейся девчонки и не стал терпеть.       - Вы думаете, что мои слова — шутка? Тогда повторюсь: у Вас есть минута на то, чтобы убраться с глаз моих.       Цю Сюэ фыркнула и потянула Лань Сичэня в сторону выхода. Но тот, собравшись с духом, не сдвинулся с места. Тогда она дернула пару раз рукав рубашки, но ничего не изменилось. Ее потуги прервал начальник:       - Третий раз повторять не стану. Или вы смеете мне дерзить, мисс дизайнер?       Обиженная девушка резко отвернулась от дуэта «чурбанов» и, громко цокая каблуками, демонстративно вышла. После этого Сичэнь поблагодарил Цзян Чэна, поклонившись, но не услышал ответа. Только неожиданно теплая рука аккуратно похлопала по плечу, а уши ухватили тихие, но уверенные шаги. Вернув себе вертикальное положение, «принц солнца» подумал, что в его начальнике содержание холодного железа гораздо ниже, чем многие думают.