Надежда, от которой я схожу с ума

Вернувшегося с пляжа Нетейама окутывали всевозможные негативные эмоции. Он был зол, расстроен, недоволен, взбешен. Юноша был уверен, что будь Аонунг где-то поблизости, он бы ему врезал настолько сильно, насколько это вообще было возможно. Весь день прошёл как в тумане. Нетейам анализировал все события, которые произошли за эти долгие пять лет и в которых участвовал морской принц. Он вспомнил их первую драку, тот случай, когда Аонунг и его шайка бросили Ло'ака за рифом и как после этого Нетейам оттаскал морского на'ви за косу, пока вёл к отцу. На одно мгновение на лице лесного на'ви заиграла улыбка. А ведь они с Аонунгом после его извинений и поладили (пусть и спустя время). Последний достался ему в пару, когда они только учились плавать и охотиться в воде. И несмотря на то, что Аонунг был ещё той задирой, которая постоянно усмехалась и дразнила Нетейама, занятия с ним ему нравились. Он научился многому благодаря ему. Аонунг всегда демонстрировал то, о чём говорил. Порой он сильно задерживался, чтобы объяснить Нетейаму ещё раз то, что тяжело давалось последнему. И в те моменты, как казалось Нетейаму, он не пытался задеть гордость лесного на'ви, напротив, он всеми силами его поддерживал, уверял, что он отлично справляется и всё дело лишь в практике. Их изнурительные тренировки всегда заканчивались глупой шуткой или усмешкой со стороны меткайинца, что придавало занятиям особый шарм. За всё время их занятий Нетейам очень привык и привязался к Аонунгу. Он даже считал его своим другом. Хотя... почему же считал. Он до сих пор так думает, несмотря на произошедшее. Нетейаму было больно. Всё, что он делал в океане, было попыткой держать марку. Все тренировки были для того, чтобы не упасть в грязь лицом, чтобы доказать, что ему и его семье есть место в мире Аонунга. И Нетейам был искренне уверен, что у него это получалось. Но после выстрела... Аонунга словно подменили. Он боялся тренироваться с лесным на'ви. Боялся давать дополнительную нагрузку словно Нетейам резко стал хрустальным. В конечном счёте всё закончилось тем, что на место Аонунга встал на какое-то время Ротксо, который и продолжил заниматься с Нетейамом. Спустя время, может, полгода, их занятия с Аонунгом продолжились, но они потеряли былой шарм и стали слишком техничными. Никаких лишних слов, шуток, движений. Раньше Аонунг был тактильным, он касался Нетейама, помогая направить правильно дыхание, касался его бедёр, показывая, как правильно сидеть на илу. А после это всё исчезло. Лесной на'ви видел, что Аонунгу трудно с ним. Сначала он думал, что меткайинец просто устал и что скоро вернётся лучезарная морская задира, но шло время, а ничего не менялось. В какой-то момент Нетейам и сам понял, что проще будет заниматься с Ротксо, который не испытывал к нему неприязни, а Аонунга... его нужно было просто отпустить, поскольку у него и без заботы о лесном на'ви хватало проблем. Периодически они всё же виделись в общих компаниях с Аонунгом, даже разговаривали и делились новостями, не просто же так Нетейам верил, что между ними всё еще есть какое-то подобие дружбы, однако в моменты, когда Аонунг начинал улыбаться Нетейаму и тот отвечал ему взаимностью, морского на'ви словно клинило и он моментально менялся в лице. Словно он на секунду не сдерживался и давал волю чувствам. Всего лишь на одну секунду давал слабину... - Нетейам, ты почему здесь? - Нейтири обеспокоенно вышла из маруи и оглядела своего сына. - Тебе разве не нужно набираться сил перед завтрашней охотой? - Я на неё не иду, - лесной на'ви присел, облокотившись спиной о деревянную ветку возле построенного маруи, и закрыл глаза. - Я недостаточно хорош для этого. Нейтири грустно улыбнулась, наклонив голову набок. - Мой сын... ты прекрасен во всём, чего касаешься. Расскажи мне, что случилось? - Мам... я не хочу тебя расстраивать. Я разберусь с этим, обещаю. Нетейам безучастно продолжал смотреть в песок, тяжело вздыхая. Нейтири подошла к сыну поближе и села на корточки перед ним, нежно касаясь своей ладонью его щеки. - Я знаю, что ты уже давно настоящий воин и твой отец учил тебя быть сильным, несмотря ни на что. Но я твоя мама... и мне будет больно всегда, когда я вижу боль в твоих глазах. Я не хочу, чтобы ты всё держал в себе. Быть может, как-нибудь, но я смогу тебе помочь? - Нейтири одарила своего сына самой тёплой улыбкой. Нетейам, встретившись взглядом с матерью, обессиленно положил голову на колени. - Аонунг. Нейтири лишь ухмыльнулась, слегка закатывая глаза. Это далеко не первый раз, когда эти двое что-то не поделили. - Этот рыбий рот. Он сегодня сказал, что лучше бы я пошёл собирать водоросли с Циреей, а не с ним на охоту. А ещё в очередной раз завёл эту шарманку про то, что мы демоны, чужаки и вообще самые ужасные существа на Пандоре. Нейтири погладила Нетейама по голове. - А ты не спросил, почему он не захотел брать тебя на охоту? Ведь... несмотря на все перепалки, с Ло'аком они ходили на неё вместе довольно часто. Нетейам пождал губы. - Он хотел объяснить... но я, - лесной на'ви вздохнул, - моя гордость была настолько уязвлена, что я не дал ему ничего сказать. Думаешь, стоило? Юноша поднял свой взгляд. - Думаю, обсудить эту ситуацию не было бы лишним. Возможно, у Аонунга есть свои причины, по которым он себя так ведёт и, возможно, тебе стоит постараться понять его и его позицию. Да, возможно, это трудно, но он будущий вождь водного племени, а ты как нельзя лучше понимаешь всю ответственность, которую чувствует Аонунг прямо сейчас. Нетейам кивнул. Это были те слова, которые лежали на поверхности, но которые без помощи Нейтири он бы не смог «поймать». - Мам, а как ты думаешь. Эйва от нас не отвернулась? Просто... то, что происходит... ты веришь в то, что так для нас лучше? - Ма'Теям, - Нейтири обняла сына, присаживаясь рядом, - я уверена, что Эйва сейчас с нами и что у неё для нас есть свой... особый план. Всё обязательно будет хорошо. Всё наладится, вот увидишь. *** Аонунг шёл по пути, который вёл в деревню. Настроение оставалось всё ещё паршивым. Попытки искупаться ни к чему хорошему не привели. Его мысли целиком были заняты недавно произошедшей ссорой с Нетейамом. Он шёл вдоль океана, заглядывая в кристально чистую воду, на мгновения погружаясь в воспоминания. Вот здесь лесной на'ви упал с илу три раза, пока не понял, что проблема не в том, что он плохо держится, а в том, что он ударил илу по носу, поэтому животное ему тихо мстило, скидывая с себя и задорно урча. Закрыв глаза Аонунг вспомнил, как Нетейам по-детски улыбался каждый раз, когда у него что-то получалось. Пожалуй, лесной на'ви был самым упёртым пандоровцем, которого он когда-либо встречал. В те моменты, когда Аонунг думал о оматикайце, его сердце учащало свой ритм. Он бесконечно скучал по его улыбке. По тому, как хвост Нетейама жил своей жизнью и во всех красках и подробностях рассказывал об эмоциях своего обладателя. Аонунг скучал по тому, как динамично тряслись косички лесного на'ви, когда он завороженно что-то делал. И его бусины... они всегда были для Аонунга предметом пристального внимания. Ему казалось, что он изучил каждую из них наизусть... Находясь в раздумьях, морской на'ви и не заметил, как оказался возле своего маруи. Зайдя внутрь он увидел Цирею, которая продолжала его игнорировать, изредка поглядывая на его реакцию. - Цирея, мне нужна твоя помощь. Уши девушки напряглись, однако она не сказала ни слова. Аонунг вздохнул. Видимо, ему всё же придется выложить все карты на стол. - Я хочу извиниться перед Нетейамом и его семьей. - Почему же? Любопытство взяло вверх над самообладанием Циреи, заставляя последнюю заговорить. - Нетейам слышал наш разговор и... его очень обидели мои слова. И сейчас мне кажется, что мне нужно извиниться. Вернее... я очень хочу это сделать. Я чувствую себя ужасно. Лицо Циреи просияло и она подбежала к брату. - Рассказывай всё в деталях. Аонунг лишь покачал головой, покорно присаживаясь напротив и начиная свой рассказ. Спустя 10 минут... - Что же, всё очень и очень плохо, - резюмировала Цирея, наполняя и без того грустные глаза Аонунга дополнительной печалью. - Ты задел его гордость, оскорбил его происхождение, насмехнулся над тем, как он выглядит, а также презрительно отнесся к традициям его народа. Голова Аонунга с грохотом обрушилась на стол, что стоял посередине маруи. - Я безнадежен. - Эй, - Цирей коснулась лица Аонунга, поднимая его. - Думаю, что просто на каждый проступок нужно придумать свой личный план искупления вины. Например, ты можешь завтра утром прийти к нему и попросить составить тебе компанию за охотой. И добавить, что для тебя это было бы честью охотиться с таким великолепным воином, как Нетейам. Морской на'ви вскинул бровь, недовольно хмурясь. - А не похоже ли это на лебезение и попытку подлизаться? - Ну вообще-то, - Цирея уткнулась руками в бока, недовольно вздыхая, - только это сейчас тебе и поможет. Аонунг насмешливо улыбнулся. - Ладно, а что делать с остальным? Цирея многозначительно коснулась своего подбородка, задумываясь. - Наверное, ты должен извиниться также и перед его семьей. В особенности перед его отцом. А в части бусин... думаю, тебе нужно будет найти что-нибудь красивое в море и превратить это в украшение и преподнести Нетейаму в качестве извинений, тем самым показав, что ты уважаешь и чтишь их традиции. А по поводу внешности... - Ммм, что придумала? - напряженное лицо Аонунга понемногу начало расслабляться. Цирея усмехнулась и пожала плечами. - У меня пока нет идей, если честно. Тебе надо как-нибудь самому придумать, как ненавязчиво сказать, что он красавчик. Щеки Аонунга покрылись едва заметным румянцем, что не ускользнула от зоркого глаза его сестры. - План намечен, поэтому, думаю, осталось лишь набраться терпения и ждать. Цирея подошла к брату и нежно его обняла, целуя в макушку. - Я скучала по тебе. Аонунг обнял сестру в ответ. - Я тоже очень скучал по твоему писклявому голосочку. Цирея недовольно пихнула брата в бок, сдерживая улыбку. - Ладно, ладно, - Аонунг впервые за все две недели рассмеялся. - Я понял, что сказал глупость, прекрати пихаться. - То-то же. - Спасибо, Цирея. Я искренне тебе благодарен за твою помощь. Аонунг улыбнулся сестре самой теплой улыбкой, которая была у него в арсенале. И Цирея ответила ему тем же.