Звезды Селестии

      Смотря на членов своей команды, ничего, кроме мерзкой для себя жалости Сяо не испытывает, а вот они, особенно Тарталья, писавший до двух часов ночи тексты песен с менеджером, и Сайно, клепающий до утра семплы, явно испытывают его терпение, которое, к слову, своей выносливостью никогда не славилось.       А капелла из чужих зевков разносится по танцевальному залу сливаясь с тихими матами Тартальи, умудрившегося не просто пронести кофе в «святая-святых» на глазах у главного танцора, но и обжечь об него язык. Сяо закатывает глаза. — Прольешь хоть каплю — заставлю вылизывать пол. — Разносится эхом по залу, и адресату этого послания не нужен взгляд в его сторону, чтобы понять, что обращаются именно к нему. Аякс мрачнеет. — Как же, интересно, ты меня заставлять собрался? — Парирует он в ответ, но прежде, чем с языка Сяо успевает слететь новая колкость, рядом раздается тихий мягкий голос: — Тише. — Венти стоит совсем рядом, потому только Сяо может расслышать его слова, хотя остальных не особо-то и интересует чужой разговор… Сайно, кажется, спит стоя, а Тома, совсем не стесняясь, делает ровно тоже самое, но с головой на плече предыдущего, — Игнорируй его. Утром все мы не расположены на разговоры, как минимум потому, что предпочли бы начать это самое утро на несколько часов позже. Не стоит ссориться только из-за того, что не выспались. — Причина не в этом. Это небезопасно. — Парень бросает хмурый взгляд в сторону рыжего, что все еще воюет с горячим стаканчиком, — Разольет, кто-нибудь поскользнется и покалечится. Знаешь, кого в этом обвинят?       Младший мягко улыбается, очаровательно морща вздернутый острый нос: — Никого, потому что сейчас ты объявишь разминку, а я выкину его кофе.       И с этими словами, хитро подмигнув парню и окончательно его обезоруживая, Венти удаляется. Сяо чувствует, как кровь приливает к щекам, а в животе что-то приятно переворачивается вверх дном. Спеша к аудиосистеме, пока его смущение не обнаружено одногруппниками, он лишь на ходу бросает: — Разминка. Разогревайте мышцы. — Приходится немного прочистить горло, — Наклоны, восьмерки, выпады.       Проснувшиеся, а точнее сказать воскресшие тела бренно разбредаются по залу, слушаясь команды, а Сяо, победив в войне с блютузом, включает на фон первую попавшуюся музыку из плейлиста «потанцуй со мной», который одной из бессонных ночей они составляли вместе с Венти. Сдержать улыбку удается с трудом.       Парни лениво потягиваются, выполняя упражнения, а Сяо вновь чувствует приступ раздражения. Так не пойдет. — Активнее, хватит халтурить. — Он подходит ближе к этому унылому ансамблю и под громкую ругань давит на спину Сайно, — Разминка — одна из самых важных частей в любой тренировке. Если не разогреть мышцы, повышается вероятность получить травму. Нам калеки не нужны. — Душнила.        Хоть Сяо, стоя за спинами парней, и не видел лица говорящего, нетрудно было догадаться, у кого из четверых замок со рта слетает удручающе часто, а язык за зубами и вовсе держаться не умеет. Помня просьбу Венти, Сяо оставляет чужую выходку без комментариев, однако делает несколько шагов в сторону и больно давит на поясницу Тартальи, вынуждая того в наклоне достать пальцами до пола и удерживая так в течение нескольких долгих секунд, пока не задрожат колени, а из-под рыжей макушки не повалятся оскорбления и проклятия.       Если бы не взгляд Венти в отражении зеркала на стене, возможно, эта пытка продлилась бы чуть дольше, но лицо младшего явно не выражает одобрения по отношению к этому представлению, хоть со стороны Сайно и доносится ехидный смешок. Сяо отступает назад, а вокалист с болезненным стоном хватается за поясницу, выгибаясь в обратную сторону.       И пускай он позволил себе такую грубость, Сяо знал, что вреда не нанес. На это у него не было ни права, ни желания. Тарталья бесспорно раздражал и довольно часто, но он все еще был участником его группы, и сейчас у них была лишь одна общая цель — как следует подготовиться к премии и победить… И цель оправдывает средства, даже если эти средства — немного грубой силы, чтобы приструнить вспыльчивого придурка.        В пару коротких шагов он оказался рядом с Венти, попутно убеждаясь, что Тома, как и всегда, делает все правильно и качественно. Не то чтобы Венти косячил в выполнении упражнений, совершенно нет, он был вторым и последним по счету хорошим «учеником». В данном случае цель была иная.       Кончики пальцев коротко пробегаются по позвоночнику к шее, пока парень переходит к следующему упражнению. Легкое прикосновение к мышцам у основания плеч, что со стороны выглядит лишь как наставление «тяни сильнее», а на деле является лишь мягким поглаживанием. Рука невольно поправляет чужие волосы, пропуская черно-синюю косичку сквозь костяшки. — Я просил собирать волосы в хвост на тренировках. — Привычно холодным тоном чеканит он, прекрасно зная — Венти поймет, что это лишь блеф для отвлечения внимания и оправдания собственного необдуманного действия.       Они начали встречаться несколько месяцев назад, по сей день скрывая это от всех остальных. Так было лучше, так было безопаснее.       Нельзя сказать, что случилось это случайно и спонтанно. Совершенно нет. Венти, этот маленький сгусток позитива и энергии, что так сильно отличался от промерзшего до своего нутра Сяо, кажется, почти с первого дня их встречи карандашом наносил разметку на душевную скорлупу старшего, чтобы затем предельно осторожно и вкрадчиво помочь от нее избавиться. Не для всех, только для самого Венти.       «Маска, что ты носишь, бесспорно красива…» — сказал он однажды, — «Но мне куда больше нравится то, что ты прячешь за ней.»       Никто, ни одна живая душа, не могла понять Сяо так, как это удавалось сделать Венти. Тот с самого начала казался назойливым ребенком, хоть и был всего на год младше, однако блестяще умел забираться куда-то в подкорку мозга и, оставаясь при этом незамеченным, наводил там порядок. Только Венти мог разглядеть заботу там, где остальные видели грубость. Только Венти умел не просто слушать, но и слышать. Только Венти удавалось парой слов заткнуть рой мыслей в голове и одним мимолетным поцелуем в щеку потушить разгорающийся внутри пожар тревоги. Даже если причина существования этой тревоги — существование самого Сяо.       Глаза снова встречаются с парой чужих в отражении. В бирюзовых стекляшках черти пляшут вальс с бесконечной нежностью, а Сяо в очередной раз еле удается удержать себя от улыбки. Венти, в силу своей доброжелательности и открытости миру, улыбался всегда и всем, в отличие от Сяо, чьи улыбки в сторону одного лишь младшего приходилось скрывать. Не поймут.       Или же поймут, а это еще хуже.       Это все напоминало ему один большой и невероятно ироничный спектакль — на сцене приходилось скрывать свои истинные чувства от публики, чтобы им нравиться, в обычной жизни приходилось скрывать свои чувства, чтобы оставаться на сцене. Только со своим парнем он мог хоть на пару минут, за закрытыми дверьми их общей комнаты, перестать что-то скрывать и прятаться. И за это Сяо был ему благодарен. — Сэмплы готовы? — бросает он Сайно, нехотя отходя от Венти и негласно объявляя завершение тренировки. — Черновой вариант одной песни целиком и короткие отрывки двух других. — Сяо лишь кивает, а друг перенимает право колдовать над аудиосистемой.       Мелодия начинается с четкого ритма барабанных установок, задающих основной мотив, кажется, всего их предстоящего выступления на премии — это не будет что-то милое или смешное. Это будет сексуально и красиво. Вступающая гитара звучит тяжело, вызывая у Сяо ассоциации лишь с концом тяжелого дня и последней сигаретой в пачке. Под такую мелодию не хочется выполнять резкие и быстрые движения, нет, здесь есть место только для плавности и, возможно, легкой нотки дерзости. — С текстом вяжется? — спрашивает Сяо, чуть поворачивая голову в сторону Тартальи. Тот от прослушанной композиции, кажется, разучился дышать и впал в оцепенение. — Вы себе даже не представляете насколько. — Выдыхает он. Сяо вновь лишь кивает, удовлетворенный в собственных ожиданиях. — О чем будет песня? — подает голос Тома, похоже, тоже довольный тем, что услышал. Щеки порозовели от физической нагрузки парой минут ранее, глаза блестят, а на губах самая искренняя из всех возможных улыбок. Ему точно нравится. Честно говоря, Сяо бы удивился, если бы хоть кому-то из них не понравилось то, что сделал Сайно всего за одну ночь. Да, мелодия все еще нуждается в доработках, и группа это прекрасно понимает, но даже черновик звучит более, чем хорошо. — О проблемах в отношениях и тяжелой любви. — Тарталья бегает глазами по полу, вспоминая строчки из текста и мгновенно забывая о недавней недо-ссоре с танцором, — Мы с Чжун Ли накидали не больше половины песни, но то, что уже есть, идеально ложится на минусовку. Я немного подправлю ритм, в ближайший день-два заглавка будет готова.       Сайно включает оставшиеся два отрывка песен из будущего альбома и довольно скалится, получая похвалу за уникальность каждой мелодии. Релиз просто обязан быть успешным, когда в нем есть как минимум три песни с разным настроением. По коротким сэмплам понять мотив довольно сложно, но все же предельно понятно, что вторая песня будет лиричной и спокойной, что не может не радовать Венти, а третья порвет фанатов (и главного вокалиста, падкого на подобный контент) своей острой и горячей энергией.       Заглавную песню Сяо просит включить еще несколько раз, присев на пол и вдумчиво вслушиваясь в каждую ноту. Удивительно, но ни один из участников не расходится по своим делам, пока ответственный за хореографию занят обдумыванием движений. Сайно качает головой в такт музыке, явно озабоченный тем, что стоит исправить, а что добавить, чтобы добиться идеала в звучании. Тома и Тарталья, как истинные вокалисты, приглушенно обсуждают текст, напевая его в нужных моментах, а Венти лишь тихонько сидит рядом, барабаня мотив по коленкам и касаясь взглядом задумчивого профиля Сяо, что не остается незамеченным последним. Находясь спиной к группе и зеркалам, младший разрешает себе сложить губы в беззвучном «я люблю тебя», на что контроль танцора поднимает белый флаг, позволяя лишь на мгновение расплыться в осторожной улыбке. Всего на секунду, после чего Сяо в очередной раз молча кивает. Венти знает, что это было «я тоже тебя люблю», которое он обязательно услышит чуть позже, в их комнате, потому довольно прикрывает глаза, продолжая отстукивать ритм кончиками пальцев.       За первый день тренировки невозможно поставить весь танец целиком, потому они покидают зал, хоть и вымотанные, но с парой связок и отдельных важных по мнению Сяо движений. Сайно все еще зевает, Венти по новой заплетает растрепавшиеся косы, Тома активно чатится с менеджером, объявляя вслух — Чжун Ли ждет их у себя через час для обсуждения костюмов и изменений в расписании, а Тарталья лишь гневно бросает через весь зал: — Кто, блять, выкинул мой кофе?!