Никогда не отпускай

— Мелкий капитан знает тебя, Ран, и он не дурак. Ты уверена, что он ничего не подозревает? — мягко сказал Гин. — Что он может подозревать? — спросила Рангику, протягивая руку, чтобы сжать его. В эти дни она часто касалась его. Ей нужно было доказательство жизни, чего можно было добиться только через физический контакт, а он не возражал. — Что я солгу о тебе, возможно, но что Урахара сообщит, что нашёл тебя мертвым, а вместо этого поможет мне спасти тебя и защитить от Общества Душ? Если кто и должен иметь зуб на соучастников Айзена, так это Урахара. Он был изгнан из Общества Душ из-за Айзена. Никому и в голову не придет, что он может испытывать к тебе симпатию. — Я не доверяю ему. Я не знаю что, но он что-то замышляет. Я чувствую это, — сказал Гин. — Айзен всегда говорил мне про гениальность Урахары, и что, если кто-то и будет проблемой, то это он, и в конце он оказался прав. Он не смог предсказать ход Урахары. — Я не лучше Айзена. Планы Урахары также непостижимы для меня, как они были для него. Урахара не хочет силы или признания или стать величайшим существом. Похоже, его вполне устраивает оставаться здесь, в Мире Живых, и продолжать жить как есть, играя в свои игрушки и превращая других, таких как Ичиго, в героев, которые могут делать всё то, что ему не нужно. Мне кажется, я что-то упускаю. Невозможно поверить, что человек с его потенциалом, ничего не хочет. Как он может не хотеть увеличить его силу, когда его потенциал уже так высок? Рангику крепче сжала руку Гина. — Это то, чего ты хочешь, больше силы? Гин усмехнулся. — Сейчас я был бы вполне доволен, если бы мог ходить в туалет самостоятельно. — Подумай, Гин, — сказала Рангику. — Это то, чего ты всегда хотел, быть сильнее, не так ли? Гин вздохнул и открыл глаза. — Сильные ломают слабых под ногами. Единственный способ защитить кого-то, стать достаточно сильным, чтобы остановить их от топтания тебя. Рангику издала смешок. — Знаешь, в чём твоя проблема? Ты не понимаешь, что мы больше не в Руконгае. Ты можешь перестать сражаться каждое мгновенье, чтобы выжить. Я в безопасности, ты в безопасности. Да, существуют плохие парни, как Айзен, которые, вероятно, могут положить конец всему, если мы все будем слишком ленивы, но теперь мы часть команды. Нам не надо сражаться за кусок еды, и не надо бояться, что кто-то больше или сильнее нападёт на нас, как только мы ослабим бдительность. Ты капитан Готей 13, а я лейтенант. У нас получилось, Гин. Мы в безопасности. — В безопасности? — повторил он, поднимая одну бровь. — Мы в безопасности, — она уверенно сказала ему. — Урахара спас твою жизнь и продолжает охранять здесь в безопасности в его доме, и у нас есть друзья, как Ичиго, Ренджи и Рукия, которые хотят помочь нам, несмотря на риск. Мы больше не одиночки из Руконгая. Тебе больше не нужно быть сильным. Мы правда в безопасности. Гин наклонил голову, слушая, как она говорила что-то сложное для его понимания. — Хорошо, Ран. Полагаю, я поверю тебе. К тому же, у меня не такой уж и большой выбор. Даже маленькая Рукия-чан может одолеть меня сейчас, и это смущающе признавать. — Гин пожал плечами, а его лицо стало больше похоже на лисье. — Ты уверена, что хочешь застрять с одноруким придурком, который не сможет поднять его занпакто, даже если бы захотел? — Ты такой идиот, — ответила Рангику. Она подалась вперёд и обняла его, прислонившись к нему, когда он откинулся на груду подушек. Секунду он оставался неподвижным, но потом расслабился и обнял её за талию. — Я люблю тебя, глупый лис, и я никуда не уйду. Он вдохнул, когда она крече обняла его. Тугой узел, который болел в её груди с того дня, когда она наблюдала, как Гин исчез вместе с Айзеном, наконец, развязался. Она всё ещё боялась за него, но это был уже не тот страх. Гин оставался тем Гином, которого она знала, и что бы ни случилось,он никогда больше не станет её врагом. — Ты права, — сказал он, его рука медленно скользнула вниз по изгибу ее таза к бедру. — Я придурок. Я потратил годы, преследуя Айзена, когда мог провести всё это время с тобой и самой идеальной грудью во всём Обществе Душ. — Гин! — закричала Рангику и отстранилась. — Правда? Сейчас? Он улыбнулся своей большой, лисьей ухмылкой. — Ты та, кто подаёт плохой пример детям. Каков был твой план? Она вернула ему усмешку. — У тебя ещё недостаточно энергии для того, что я придумала. Его глаза на мгновенье открылись, прежде чем лисья ухмылка вернулась. — Как жестоко, Ран-чан, насмехаться над бедным, прикованным к постели, инвалидом! — Кто насмехается? — ответила она. — Действительно думаешь, что я не буду на тебе, когда Урахара скажет, что ты в порядке? — На мне? Да ну? Признаю,тогда я могу подождать, если это обещание. — Конечно, это обещание, — сказала Рангику. — И ожидание будет того стоить, также обещаю. — Сейчас это звучит как мотивация. — Правда? Мы будем идеальны вместе. Хотя ты действительно такой идиот, Гин. Мы могли быть вместе всё это время, — сказала она со вздохом. — Ты не представляешь, сколько раз я пыталась забыться с кем-то др- — Семнадцать, — перебил он. — Семнадцать? — повторила она очень растерянно. — Что семн... Постой... — Она прервалась. Это число, это было... Жар смущения перекрыла оправданная ярость. — Ублюдок! Откуда, чёрт возьми, ты знаешь со сколькими мужчинами я спала? Ты следил за мной? Гин пожал плечами, его ухмылка совсем не изменилась под её внезапной яростью. — Может немного, но только потому что мне нравилось видеть тебя счастливой. Я всегда надеялся, что ты найдёшь кого-то, но они были недостаточно хороши для тебя. — Даже не начинай! Они были хорошими парнями, многие из них, — сказала Рангику. — И это твоя вина, что ничего не получалось, и семнадцать не так много, не за сто лет! Я была практически знаменитость! Я даже не могу вспомнить последний раз, когда занималась сек - я продолжала думать о тебе, ублюдок! Как бы ты себя чувствовал, если бы я ходила и считала количество девушек, с которыми ты спал? А? Что бы ты чувствовал? — Это было бы впечатляюще, — ответил Гин, даже не дрогнув, что так раздражало. — Ты думаешь, ты был очень хитрым? Потому что не спал ни с одной девушкой из Готея? — потребовала Рангику. — Я уже знаю это. Но я всегда могу сходить в Руконгай и поискать. Сомневаюсь, что люди не запомнят капитана в районе красных фонарей. — Я никогда не был там. Там шумно, слишком много людей - я уверен, они все милые девушки, но не мой типаж. Рангику нахмурилась, глядя на его ухмылку. Ей совсем не нравилась эта игра. Это было совершенно не по правилам - поднимать тему всех своих прошлых отношений в начале новых. Это было как раз то, о чём не нужно знать, но он уже знал всех её предыдущих мужчин. Это было так несправедливо! И теперь он дразнит её своим прошлым, ублюдок! — В твоём стиле больше госпожа? Гин скорчил гримасу на это предположение. — И потратить все эти усилия, пытаясь убедить какую-то женщину, что она влюблена в меня? Только ради секса? Звучит как работа. — Что тогда, секс на одну ночь? Ты просто появляешься в сакее и играешь в "кто хочет трахнуть капитана?" — Думаешь, Кьёраку так делает? Я пытался проследить за ним в Руконгай, потому что мне было любопытно, но он всегда замечал меня, а потом мы напивались в какой-нибудь дешёвой сакее, пока я не вырубался - не думаю, что возможно пить с Кьёраку без потери сознания - но когда я просыпался утром, я всегда был дома. Было немного шокирующе в первый раз или второй, но ты привыкаешь. Рангику глубоко вдохнула. — Просто покончи с этим, ладно? Расскажи мне про женщин, с которыми спал. Мы разберёмся с этим сейчас и пойдём дальше. Думаю, это один из вариантов. — Ты уже знаешь всё, что нужно. Я угостил девушку выпивкой раз или два, но не думаю, что это считается, если чувствовалось, как измена. Рангику пялилась на него. — Ты говоришь, что за сто лет, всю твою жизнь, ты не... никогда даже... ни разу? — Она не могла оправиться от шока. — Я был занят! — защищался он. — Я был частью злой организации и замышлял заговор против злой организации, и становился капитаном и всё остальное. Не то чт- — Не то чтоб у тебя было время дремать в своем офисе по восемь часов в день, только чтобы проверить, сможешь ли ты заставить Киру плакать, — указала она. — Это было частью злого плана! Я должен был быть таким недобросовестным, насколько возможно. Это была моя работа. — Не то чтоб у тебя не было времени на секс, если бы ты захотел, и это бы только помогло построить твою плохую репутацию, так... так, чёрт возьми, Гин, если ты скажешь, что ждал меня или глупую хрень вроде этой, я... я... — Она отвернулась, борясь с желанием заплакать. Это было нечестно! Она не знала! Она не могла ждать всю свою жизнь только потому что он мог что-то чувствовать к ней - он никогда не говорил! Это было нечестно! Она бы даже не пыталась быть с кем-то, если бы знала. Он должен был что-то сказать. — Я должен был придумать себе девушку или что-то в этом роде, не так ли? С меня достаточно вранья. Ты заслуживаешь правды, такой, какая она есть. Я не ждал тебя, Ран-чан. Я не представлял нас вместе. Я был твоим защитником. Я мог присматривать за тобой издали. Я не был достаточно хорош для чего-то ещё. И после того, чем я стал - чем, я выбрал стать - я монстр. Я заслуживаю быть брошенным в яму и быть забытым, как Айзен. Ты должна была позволить мне умереть. — Перестань говорить такое, — Рангику выдохнула и повернулась лицом к нему. Он действительно отдал целую жизнь ради неё. Он не только почти умер из-за неё, но и прожил всю свою жизнь, сосредоточившись только на ней. Она понятия не имела, как справиться с такой жертвой. Его поступки были кошмарными, но он совершил их ради неё. — Как я могла позволить тебе умереть, когда всё, что ты сделал... Гин, ты пожертвовал всем- — Включая всё хорошее, что было во мне, не то чтобы, там было много с самого начала. Я никог- — Ты был моим спасителем. Ты дал мне всё. Без тебя я бы не выжила, тем более стала лейтенантом Готея. И ты никогда не переставал отдавать всё - если бы у тебя была хоть какая-то перспектива - ты не монстр. Ты даже не плохой человек. Ты просто... я даже не знаю, Гин. Ты такой глупый единомышленник, ты выбросил всё, что у тебя могло быть, только чтобы остановить Айзена. Все эти ужасные вещи, что ты совершил - но ты пытался предотвратить что-то намного хуже. Ты пытался спасти всё. —  Чтобы ты была в безопасности, — ответил он. — Не думай, что меня волновало, сгорит ли остальная вселенная. — Да, тебя волновало, — возразила Рангику. — Ты заботился о Кире и твоём отряде, и становлении капитаном - ты просто убедил себя, что они не так важны, как попытка остановить Айзена. Ты не ошибся. Ты просто сделал всё неправильно. — Рангику села и покачала головой. — Гин, я не думаю, что ты мог поступить хуже. Я знаю, что ты никому не доверял, и после того, что случилось с Урахарой, ты не мог думать, что кто-то тебе поверит, но... разве ты не мог сделать что-нибудь ещё? Гин вздохнул. — Возможно... как только у меня появился план, я перестал искать. Цена действительно не казалась такой уж высокой. — Делать всё, что просил Айдзен, стать тем, кем он хотел, и не иметь ничего из того, что ты когда-либо хотел - это не казалось таким уж высоким? — Стать никем и стать достаточно сильным, чтобы уничтожить одного из самых сильных и опасных шинигами, которые когда-либо жили? Нет, отказ от всего не казался мне слишком высокой ценой, если бы я знал, что ты выживешь. Рангику вздохнула и прижалась спиной к его боку. — Теперь ничего не имеет значения. Всё закончилось. Ты должен жить теперь, не просто существовать с целью остановить Айзена, по-настоящему жить. Это может быть сложно, но ты очень умный. Полагаю, ты справишься - и я всегда буду рядом, чтобы помочь тебе. — Пока ты здесь, я не вижу, какое значение может иметь всё остальное.