Хроники Кабака «Северный Олень»

      Праздник не утихал, переходя из фазы веселья в философские беседы и обратно. Кто-то уходил, но новые гости всё прибывали, так что «Олень» не затихал вот уже почти дюжину ночей.       — Всё-таки праздновать дюжину дней подряд — в этом есть что-то ненормальное, — заметил Гарри, кладя подбородок на сцепленные пальцы.       — Естественный отбор в действии, — пожал плечами Снейп. — Выживает самый стойкий.       — «Стойкий» — это тот, кто успел быстро напиться, упасть под стойку и благополучно там отоспаться?       — Как вариант, — Снейп с задумчивым видом изучал подарочную открытку из Хогвартса. Гарри мимолетно выхватил строчку из рукописного текста:       «…после всех этих лет. Ну… иногда. Так, знаешь ли, мой мальчик — время от времени…»       — Как всегда? — спросил Гарри, узнав почерк.       — В своём репертуаре, — вздохнул Снейп.       — Портретом он мне нравился больше, но счастье не могло длиться вечно. Налить тебе чего-нибудь?       — Весёлого Йоля, господа!       Рита Скиттер наклонилась над стойкой, демонстрируя нескромный вырез и мило улыбнулась:       — Только что тебя вспоминала, Поттер.       — Надеюсь, что-нибудь хорошее, — Гарри изогнул бровь.       — Разумеется. За плохое мне обычно платят гонорары. Вспоминать плохое бесплатно — не мой стиль. Это как обкрадывать саму себя, а я девушка экономная.       — Очарован вашей твёрдой жизненной позицией, мисс Скиттер.       — Ладно, тогда хотя бы выпить налей, а?       — Это можно! — оживился Гарри и принялся быстро перебирать бутылки. — За счёт заведения!       — Отравлено? — с подозрением осведомилась Рита, осторожно принюхиваясь.       — Как можно, мисс Скитер? — искренне оскорбился Гарри. — Вы себе хотя бы представляете стоимость яда приготовленного мастером-зельеваром? Бесплатно травить посетителей — разорюсь в считанные дни. Так что вся отрава в моём баре только по предварительному заказу и за счет клиента!       — Смешно, — оценила Рита и отпила из рюмки. — М-м-м… вкусно! Как называется?       — Без комментариев.       — Ну я же серьёзно!       — Я тоже, — Гарри продемонстрировал бутылку с этикеткой в виде жука, сидящего на зелёном пере, а поверх — небрежную надпись от руки «Без комментариев». — Лучший самогон с алоэ вера, соком агавы и растолченными в пыль лапками скарабея.       — Лапками? Жука?! — Рита с опаской заглянула в уже пустую посудину, сглотнула и сморщила нос. — Ужас какой. Ладно, уел. Налей ещё… двойную порцию. Без комментариев.       — Какие люди…. — протянул Долохов. — И всё ещё живая, что удивительно. Что пьёшь?       — Без комментариев, — мило улыбнулась ему Рита. Залпом проглотила выпивку и стукнула рюмкой по столу, донышком вверх.       — Марго, — вздохнул Антонин. — Ты не меняешься!       — Д-добрый вечер, мистер Поттер. Очень б-благодарен, что вы не закрыли для меня вход.       — Добрый вечер и счастливого Йоля, профессор Квиррел, — Гарри плеснув в стакан порцию самогона на омеле и улыбнулся. — Запрещать кому-то появляться в злачных заведениях Лютного — моветон, да и я уж точно не держу зла. Порцию крылышек барбекю на закуску?       — Б-благ-гадарю, нет. Я не ем ничего, что пахнет горелым… и мясом… и горелым мясом.       — Сочувствую.       — Я привез вам в подарок чесночный маринад. Хотел положить под Йольское дерево, но, боюсь, он пахнет даже сквозь пробку. А прятать подарок в чары плохой тон. Поэтому примите от всего сердца.       — О, запах первого курса… Благодарю, профессор Квиррел. Очень мило с вашей стороны.

***

      — Нарцисса хочет, чтобы сад был переделан, — поделился Люциус поправляя идеально лежащие волосы. — Говорит, что ей не хватает прохлады, а учитывая, что грядущее лето будет жарким…       — Будешь копать пруд?       — Речь скорее о фонтане, — он повел рукой с бокалом. — Такой классический каскад с маленькой скульптурой…       — С писающим мальчиком?       — Вот никогда не мог понять эту моду на писающую мелочь! Ваять надо писающего мужика: там и напор струи помощнее, и дамы смогут сравнивать достоинства супругов с утвержденным эталоном.       — Долохов, — простонал Гарри, пряча лицо в ладонях. Его плечи вздрагивали от едва сдерживаемого хохота. — Однажды ты договоришься.       — Поэтому он и пошёл в боевики. Ничего так не заставляет совершенствоваться в защите себя любимого как жажда жить.       Дверь в очередной раз распахнулась вместе со снежинками, впуская припозднившегося гостя. Усиленный чарами голос перекрыл шум:       — Я уже здесь, а значит праздник состоится! Радуйтесь же!       — У меня галлюцинации или это…       — О, да. Это он.       Гарри со вздохом налил полный бокал самогона, всыпал в него горсть золотых блёсток и кивком указал одному из оборотней на нового посетителя.       — А что, его уже выпустили из отделения для безумных? — заинтересовался Долохов, и не думая приглушать голос. Даже приподнялся на стуле, чтобы рассмотреть получше. — Точно же он!       — Его взяли на поруки гоблины. Ещё пару месяцев назад. Хотели получить рекламную листовку. Оплата построчно: они боялись, что он ничего не напишет… теперь же Локонс строчит как сумасшедший. Говорят, сериал «Гордость Гоблинов» — его лучшее произведение.       — Говорят?       — О, да. Беднягам приходится платить вдвойне: сначала по контракту построчно, а потом ещё столько же, чтобы этого больше никто не увидел. Боюсь, наш литературный гений открыл для себя жанр произведений для взрослых.       — Удивительно, как они его не прикопали тихонечко где-нибудь под рельсами вагонетки.       — Не выйдет. У Локонса есть тайный, но при этом очень деятельный литературный агент: там такие штрафы за смерть, пропажу или любой вред здоровью писателя, что коротышкам остается только скрежетать клыками и платить.       — Ну… очень предусмотрительно со стороны таинственного литературного агента. Тем более странно, где бы Локонс его мог встретить, учитывая, что тогда он был в закрытом отделении для… хм, Люциус, а разве не тебя видели три месяца назад в Мунго? И как раз в отделении ментальных недугов.       — Меня. Благотворительность — моральный долг каждого аристократа, — величественно кивнул Малфой и удовлетворенно улыбнулся.       Повисла пауза, и мужчины в синхронном жесте уважительно вскинули рюмки.       — Ого! — оживился Поттер. — По такому случаю требуется выпить что-нибудь особенное!       Он повернулся к нише в стене, пошарил рукой и отодвинул что-то незримое, открывая полки. Оглядел коллекцию вычурных бутылок и подхватил одну из них, с видом победителя показав свой трофей. В глубине темного стекла плавали и мерцали серебристые искорки. Полки вновь исчезли.       — Поттер…       — А…       — Это что — занавеска из Мантии Смерти?! — обалдело переспросил Руквуд. — Ты используешь Дар Госпожи как занавеску?!       — А что? Мантия-невидимка нужна от силы раз в год — а прятать от особенно настойчивых ценителей экспериментальный самогон требуется каждый день!       Гарри выставил на стойку ряд стопок и принялся разливать похожее на жидкое серебро пойло.       — Ну… по-своему гениально, конечно…       — О, меня похвалили? Мерлин! Запишу это в свой личный дневник и помечу дату звёздочкой. Для этого, правда, сначала придется завести свой личный дневник — но это уже такие мелочи, правда?       — Не увлекайся дневниками, — хмыкнул Снейп. — Воландеморт тоже начинал с меньшего. А вон что вышло.       — С меньшего дневника? — озадачился Поттер.       — Да. До звёздочки он не додумался. Сразу перешёл к цацкам.

***

      Уставить очередной поднос выпивкой Гарри едва успел. Возгласы — удивлённые, но явно не радостные, — пробились через общий гул толпы.       — А вечер, кажется, перестаёт быть томным, — сморгнул накатывающую дрёму Поттер, перехватывая опустевшую бутылку за горлышко. Во второй руке была зажата палочка, конечно, но специфика заведения сказывалась. К тому же — в толпе, да в закрытом помещении…       Празднующий народ расступился — и в образовавшемся переходе показалась группа невысоких уродливых существ с чуть светящейся в темноте кожей.       Стали появляться на свет волшебные палочки и амулеты.       — Йольское перемирие! — громко проговорил Малфой, перекрикивая какую-то слишком уж странную тишину.       — Право Даров! — ворчливо добавил лорд Нотт.       — Молодёжь! — поддержали старики. — Чему вас только в школе учат?!       Маленький профессор Флитвик, сидящий на высоком барном стуле, закашлялся и спешно уткнулся в большой кубок, куда при желании смог бы засунуть всю голову.       Рядом шкодливо захихикала Смерть.       — Госпожа?       — Это нервное! — она невинно похлопала ресницами. — Честно-честно! Не отвлекайся, к тебе там пришли.       Зеленоватый потусторонний свет на концах палок бросал пугающие тени на идущих. Длинные бледные фигуры с белыми глазами, закутанные в многослойные, похожие на саваны, полотнища, шли мимо застывших магов.       — Инферналы!       — Живые мертвецы!       — Мертвецы? — тихо уточнил Гарри.       Смерть закатила глаза.       — Ну что ещё за домыслы? А ведь ты образованный маг, Поттер! Я, конечно, подзапустила свое хозяйство, но ожившие мертвецы — звучит как оскорбление.       — Прости, — без особого раскаяния фыркнул Гарри.       — Просто ещё одна раса. Не спрашивай, как она появилась, — Смерть несколько смущённо покосилась в сторону полки с крепкими спиртными напитками. — Но они определённо живые!       — Спиртное пьют?       — Сам и спроси, — Госпожа присосалась к соломинке, набирая полный рот молочного коктейля и всем своим видом показывая, что больше не произнесёт ни слова.       Гарри пожал плечами, достал поднос с кубками и принялся заполнять их из бутылок. По крайней мере, хуже уже точно не станет.       — Йоля, господа!       Предводитель пугающих гостей повел посохом с насаженным на него черепом и разразился речью. Хриплые каркающие звуки были хорошо слышны в абсолютной тишине.       — Кхм… — протянул Поттер. — Кто-нибудь говорит на инфернальском? Долохов?       — Это точно не русский, и столько мне не выпить.       — Люци? Август?       — Увы.       — Я попробую, — вызвался Басти. — Похоже на креольский. Лексика на основе раннесредневековой французской, с влиянием арабских и африканских диалектов, не считая испанских, португальских и английских вкраплений.       — Судя по всему, кому-то удалось именно столько выпить, — заметил Гарри, оглядываясь.       Госпожа с преувеличенным интересом рассматривала потолок.       Произношение у Лестрейнджа явно подводило: так скрипеть и каркать у него не получалось, но он очень старался. Кое-как, помогая себе жестикуляцией и мимикой, они пытались понять друг друга.       Из плотной группки вышли два бледных белоглазых существа поменьше и потащили вперёд какой-то сверток, плотно завёрнутый в старую рыболовную сеть.       — Что-то у меня плохое предчувствие…       — Если я правильно понял, то нам хотят то ли сделать, то ли вернуть подарок, потому что им это точно и категорически не нужно. А по традициям Йоля мы не можем отказаться, — поделился Басти.       — Всегда говорила: не можешь избавиться от головной боли — подари её! — хихикнула Госпожа.       Гарри закашлялся.       — Ну, чисто теоретически. Сама я так не делаю, — Смерть задумчиво посмотрела на свои скрещенные пальцы. — Честное слово?       Подарком после долгого разворачивания оказалось бездыханное тело молодого темноволосого парня в обрывках некогда дорогой одежды. Переговорщик ткнул в его сторону посохом и снова что-то хрипло выкрикнул.       Лестрейндж развёл руками.       — Регулус!       — Это же Регулус Блэк!       — Не может быть!       Смерть покосилась в ту сторону, пробормотала себе под нос «О, нет, столько переделанных отчётов даже я не переживу!» и щелкнула пальцами.       Ресницы «подарка» дрогнули, рот приоткрылся, и он сделал глубокий порывистый вдох.       — Сынок!       — Рег, ты живой!       — Слава тебе, Госпожа, наконец-то от меня отстанут с этой женитьбой!       Громкие голоса набирали обороты, и Гарри отступил назад, исподтишка показав веселящейся Смерти кулак.       — Извините, мне надо сходить за… просто сходить…. В общем, сами разберётесь!       Гарри закрыл за собой дверь кладовой, приглушив свет так, чтобы не видеть росписи на стене. Обошел покерный стол. Взял стул, пристроил его спинкой к заполненным зелёной растительностью полкам и сел, прикрыв глаза.       Плеч мягко коснулись, обнимая. Прошлись по шее, размяли напряжённые мышцы.       — О, да, детка. Ещё можно пониже, под лопаткой и посильнее. Да-да, вот здесь! О-о-о-о…!       — Гарри? — негромко позвал от двери Снейп.       — Что? — не открывая глаз, спросил Поттер. — Слишком громко для одного только появления Блэка. Что там ещё?       — Он спросил про Тома Реддла. Ему показали дневник… и знаешь, по-моему кто-то по ошибке налил-таки Госпоже алкоголя. Потому что…       — Не рассказывай, — простонал Поттер, откидывая голову назад.       — Гарри?       — Что? Они там хотят ещё выпивки?       — Гостям и так хватает. Постоянные клиенты в силах обслужить себя самостоятельно, а если что — и другим нальют. Ты как?       — Задолбался, — честно сказал Поттер, — отдыхаю… Детка, ну что ты вдруг перестал? Наш Ужас Хогвартса тебя не обидит. Да, и вообще, Северус, что ты там стоишь? Бери стул, садись рядом.       — Это …? — Да. Помона решила, что побеги Силков слишком разрослись и их пора проредить. Не мог же я бросить Детку в беде?       — Особенно когда у нас простаивает такая чудесная пустая кладовая.       — Вот! Я знал, что ты меня поймёшь.       Щупальца вернулись на плечи, начиная деликатно массировать, и Гарри расслабленно откинул голову.       — Не беспокойся, это совершенно безопасно. Детка точно знает, что не хочет ради одной невкусной и опасной дичи лишиться объедков готовки Долохова и свежей барды* от твоей перегонки.       — Ты скармливаешь Дьявольским Силкам отходы моего самогоноварения?       — Почему нет? Им нравится. Да, Детка? — Гарри вытянул над головой ладонь, и длинное щупальце деликатно обвилась вокруг пальцев, чтобы их легонько пожать.       Снейп скептически посмотрел на расслабленного Поттера и тихо фыркнул. Оглянулся на шумящий зал, вошёл, аккуратно прикрыв за собой дверь и поворачивая рычажок замка.       Принёс второй стул и поставил рядом с Поттером.       — Расслабляющий массаж, значит?       — О, да. То, что нужно на исходе года, не находишь?       Щупальца аккуратно легли на плечи Северуса и прошлись мягкими прикосновениями, чуть вибрируя на концах.       — М-м-м… да. Это определенно то, что нужно, когда у тебя в зале потерянный наследник Блэков только что возродил Тёмного Лорда. Детка, да? Посильнее, пожалуйста, Детка. Сегодня был трудный день.

***

      Утро красило розовым светом пустой зал кабака. Дремали портреты. Золотом сиял на полке новый кубок. Натёртый до блеска, с венком из остролиста и омелы по ободку. На блестящей табличке было старательно выведено: «Пережили Йольскую ночь. Тринадцать раз!»