Одинокий самурай

      Несколько недель после их разговора на крыше прошли как один долгий, тёплый рассвет. Ино начала приходить к Наруто всё чаще. Сначала — раз в два дня. Потом — каждый день. Сначала — на час. Потом — на целый вечер. Они сидели в резиденции, которую Цунаде выделила самураю, — небольшом доме на окраине деревни, с маленьким садом и старой сакурой у входа. — У тебя тут пусто, — заметила Ино в первый раз, оглядывая голые стены, одинокую кровать, столик для чая и подставку для Токия. — Мне много не надо, — ответил Наруто. — Я привык к походной жизни. — Но теперь ты не в походе, — мягко сказала Ино. — Теперь ты дома. Ну, в смысле, в Конохе. На время. — И что ты предлагаешь? — Хотя бы занавески, — усмехнулась она. — И подушку нормальную. И цветы. В доме должны быть цветы. На следующий день она притащила горшок с хризантемой — ярко-жёлтой, как летнее солнце. — Поставь на окно, — скомандовала она. — Поливай раз в три дня. Если засохнет — убью. — Ты жестокая женщина, Яманака, — покачал головой Наруто, но цветок поставил. Он поливал его каждое утро. Аккуратно. Как будто это было что-то важное. --- Их разговоры становились всё длиннее. Ино рассказывала про детство — как отец учил её цветам, как она впервые попробовала технику передачи сознания и чуть не потерялась в голове у кота. Наруто слушал и улыбался — той самой редкой улыбкой, которую Ино видела всего несколько раз. — А ты? — спросила она однажды. — У тебя было что-то хорошее в детстве? Наруто задумался. — Был Иноичи-сан, — сказал он. — Он дал мне работу, когда никто не давал. Он верил в меня. И был старик в оружейной лавке — он продал мне инструменты для меча и книгу. Я до сих пор помню его. — А сверстники? — осторожно спросила Ино. — Сверстники... — Наруто помолчал. — Один парень смеялся надо мной. Другой — жалел. Третья... — он посмотрел на Ино. — Третья иногда смотрела на меня. Но никогда не подходила. Ино опустила голову. — Я была глупой, — прошептала она. — И трусихой. Ты сидел один на качелях, а я думала: «он хочет побыть один». На самом деле я просто боялась подойти. — Боялась чего? — Что ты меня прогонишь, — призналась Ино. — Что я тебе не нужна. Что я — не та, кого ты хочешь видеть рядом. — А сейчас? — тихо спросил Наруто. — Сейчас я знаю, что нужна, — Ино подняла голову. — И не боюсь. Она взяла его за руку. Он не убрал. — Не бойся, — повторила она. — Не боюсь, — ответил Наруто и сжал её пальцы. --- А по вечерам, когда Ино уходила домой, Наруто отправлялся к Саске. Тренировки шли уже больше месяца. Учиха больше не рычал и не огрызался при каждом слове. Он просто делал то, что говорил Наруто, — медитировал, отрабатывал стойки, учился контролировать дыхание. — Ты сегодня молчалив, — заметил Наруто, когда они сели отдыхать после спарринга. На этот раз Саске продержался почти десять минут — рекорд. — Я думаю, — ответил Саске. — О чём? — О том, что ты сказал про Итачи. Про то, что ты его ранил. — Правда. — Как? — Саске повернул голову. — Как можно ранить Итачи? У него шаринган. Он видит всё на секунду вперёд. — Шаринган не видит того, что не собираешься делать, — ответил Наруто. — Он предугадывает намерения. Если нет намерений — нет и предугадывания. — Как это — нет намерений? — Ты просто двигаешься, — Наруто встал и показал. — Не думая: «сейчас я ударю влево». Ты просто... делаешь. Меч становится частью тебя. И тогда твоё тело двигается само. — Это невозможно, — нахмурился Саске. — Возможно, — возразил Наруто. — Я так живу последние четыре года. Потому что если я начну думать о каждом ударе — меня убьют. Инстинкты быстрее мыслей. Саске замолчал. По его лицу было видно, что он пытается осмыслить услышанное. — А если у меня нет таких инстинктов? — спросил он. — Есть, — уверенно ответил Наруто. — У каждого воина есть. Просто ты их заблокировал своей ненавистью. Она кричит слишком громко. Инстинкты не слышно. — Как их услышать? — Перестань ненавидеть, — просто сказал Наруто. — Хотя бы на минуту. И прислушайся. Саске закрыл глаза. Прошла минута. Две. Пять. — Ничего, — сказал он разочарованно. — Ничего и не будет за один раз, — усмехнулся Наруто. — На это нужны месяцы. Или годы. Но начало положено. — Ты оптимист, — буркнул Саске. — Я реалист, — поправил Наруто. — Оптимист верит, что всё будет хорошо. Реалист знает, что будет по-разному. Но делает всё, чтобы хорошо было чаще. --- Через несколько дней Саске задал новый вопрос — не о технике, о личном. — Наруто, — спросил он, когда они сидели у костра после вечерней тренировки. — У тебя есть кто-то? — В каком смысле? — В смысле — девушка, — Саске посмотрел на него. — Или ты всё ещё одинокий волк? Наруто усмехнулся. — А тебе какое дело? — Просто интересно, — Саске пожал плечами. — Ты учишь меня смирению, говоришь о чувствах, о боли. А сам — ты нашёл своё счастье? Наруто задумался. — Не знаю, счастье ли это, — сказал он. — Но есть человек, с которым мне... спокойно. И тепло. — Яманака? — догадался Саске. — Откуда ты знаешь? — Я не слепой, — Саске усмехнулся — впервые за долгое время не зло, а почти дружелюбно. — Она приходит к тебе каждый вечер. Носит цветы. Смотрит так, будто ты — единственный человек на земле. — И ты это замечаешь? — Я замечаю всё, — ответил Саске. — Это моя проблема. — А что в этом плохого? — Плохого — ничего, — Саске помолчал. — Просто раньше я думал, что любовь — это слабость. Теперь... теперь не знаю. — Любовь — это сила, — тихо сказал Наруто. — Если она взаимна. Если нет — она становится слабостью. И болью. Я знаю это по себе. Саске посмотрел на него долгим взглядом. — Ты действительно её любишь, — сказал он. — Яманака. — Люблю, — ответил Наруто без тени смущения. — Пока не знаю, как это назвать. Но внутри — тепло. И я не хочу его терять. — Тогда не теряй, — посоветовал Саске и отвернулся к костру. — Не будь таким же дураком, как я. Наруто ничего не ответил. Но на следующий день он купил Ино букет — не из магазина её отца, а у уличного торговца. Простые полевые ромашки. — Это что? — удивилась Ино, когда он протянул ей цветы. — Цветы, — ответил Наруто. — Ты просила поставить в доме цветы. Теперь они есть. — Но это же не для дома. Это для меня. — Значит, для тебя, — Наруто улыбнулся. Ино покраснела — от ушей до кончиков пальцев. Взяла ромашки, прижала к груди. — Ты... ты начинаешь учиться романтике? — Не учиться, — ответил Наруто. — Просто делаю то, что чувствую. — И что ты чувствуешь? — Что хочу видеть тебя счастливой. Ино не выдержала — бросилась ему на шею, обняла, уткнулась носом в плечо. — Ты невозможен, — прошептала она. — Я знаю, — ответил Наруто, гладя её по волосам. --- Сакура, которая случайно проходила мимо, остановилась, посмотрела на них и улыбнулась. — Наконец-то, — сказала она тихо. — Наконец-то. И пошла дальше, оставив их наедине с ромашками и закатом. Курама внутри довольно урчал. — *Хороший день, — сказал он. — *Хороший, — согласился Наруто. — *Не испорти его. — *Постараюсь. Они стояли обнявшись, и время текло медленно, как мёд. А где-то в тренировочном лагере Саске смотрел на луну и впервые за долгое время не думал о мести. Он думал о том, что сказал Наруто. О любви. О силе. О том, что, возможно, он тоже когда-нибудь сможет почувствовать не холод, а тепло. Возможно.