Одинокий самурай

      Рассвет в пустыне был кроваво-красным. Наруто стоял на вершине бархана, вглядываясь в горизонт. Ветер нёс запах крови — ещё до того, как пролилась первая капля. — *Они идут, — сказал Курама, появляясь рядом. Глаза его горели красным. — Много. Слишком много. — Сколько? — спросил Наруто. — *Тысячи. Десятки тысяч. И это не только Зецу. — Что ещё? — *Мёртвые, — голос лиса стал мрачным. — Техника нечестивого воскрешения. Очень сильные мёртвые. Наруто сжал Токий. Он знал, что Акацуки пойдут на всё, но чтобы осквернять память павших... — Доложите Каге, — сказал он посыльному. — Армия Акацуки на подходе. Готовиться к обороне. — Есть! --- Битва началась через час. Армия белых Зецу накатывала волна за волной — безликие, молчаливые, страшные. Их были тысячи, и каждый новый удар был сильнее предыдущего. Но армия живых держалась. Наруто рубил Токием, не останавливаясь. Рядом Би крушил врагов семью мечами, а Эй молниями выжигал целые ряды. Гаара поднял стену из песка, отсекая Зецу от основных сил. Саске сражался молча — его шаринган вращался, кинжал сверкал в руке. Он искал не просто врагов. Он искал Итачи. Живого Итачи, который где-то здесь, в этой битве. — *Он рядом, — сказал Курама. — Чувствую его чакру. — Знаю, — ответил Саске. — Я готов. --- Но главная угроза пришла не от Итачи. Из тумана вышли они — легендарные шиноби, которых не должно было быть в этом мире. Первый, Второй, Третий и Четвёртый Каге прошлого. Они двигались, но глаза их были пустыми — куклы в руках тех, кто воскресил их. — Нет... — выдохнул Ооноки, увидев своего бывшего учителя, Второго Цучикаге. — Это невозможно. — Возможно, — ответил Кабуто, появившись из тени. — Техника нечестивого воскрешения. Вы сражаетесь против своих героев. Что вы будете делать, Каге? — Мы будем сражаться, — твёрдо сказал Наруто. — Даже если против нас — наши отцы и деды. Они бы не хотели стать марионетками зла. Мы освободим их. Он поднял Токий. — За мной! --- Бой разгорелся с новой силой. Ооноки сражался с Вторым Цучикаге — ученик против учителя, старик против старика. Техники пыли и земли сталкивались в воздухе, поднимая тучи песка. Мей Теруми билась с Третьим Мидзукаге — её кидо против его ледяной брони. Вода и лёд, пар и мороз — никто не уступал. Третий Райкаге — легендарный «Чёрный Молния» — вышел против Эя и Би. Отец и сыновья? Нет — два поколения Райкаге. Эй плакал, но бился — он знал, что его отец не простил бы ему слабости. — Прости, отец! — крикнул Эй, вонзая молнию в грудь воскрешённого Райкаге. Тот не ответил. Его глаза оставались пустыми. Четвёртый Казекаге — отец Гаары — вышел против сына. Гаара замер на мгновение. Потом поднял песок. — Я не простил тебя, — сказал он. — Но я всё равно освобожу тебя. Песок обрушился на воскрешённого Каге, засыпая его тоннами земли. --- Цунаде и Теруми держали другой фронт. Хокаге билась с воскрешёнными шиноби из прошлого — теми, кого она знала лично. Её кулаки крушили врагов, но каждый удар отдавался болью в сердце. — Простите, — прошептала она, отправляя в прах очередного знакомого. Рядом Мей Теруми сражалась с воскрешёнными мастерами меча из Кири. Её техника кидо была страшна — лёд и вода уничтожали всё вокруг. — Не сдавайся! — крикнула она Цунаде. — Я не сдаюсь, — ответила та, вытирая кровь с лица. — Я просто устала. — Устанем после войны, — усмехнулась Мидзукаге. — Сейчас — только вперёд. --- Наруто сражался в центре битвы. Токий пел в его руках, Курама усиливал удары, а Красная луна висела над полем, наводя ужас на врагов. К нему присоединились Би и Эй, Гаара подходил с фланга. Четверо против армии. — Неплохая компания, — прокряхтел Би, отбиваясь от десятка Зецу. — Лучшая, — ответил Наруто. — *Береги левый фланг, — сказал Курама. — Там прорыв. Наруто развернулся и увидел — десятки Зецу прорвали оборону и неслись к штабу, где находились раненые и медики. — Я прикрою! — крикнул он и бросился туда. --- В штабе было страшно. Сакура зашивала раны десяткам шиноби, её руки были красными по локоть. Ино помогала — её техника передачи сознания позволяла отключать боль раненых, чтобы они не мешали лечению. — Их слишком много, — прошептала Сакура. — Мы справимся, — твёрдо сказала Ино. — Наруто не даст нам умереть. В этот момент стена штаба рухнула. Зецу ворвались внутрь — десять, двадцать, сотня. — Защищайте раненых! — крикнула Сакура, вставая в боевую стойку. — Я прикрою спину! — ответила Ино. Они бились отчаянно, но врагов было слишком много. Сакура уже начинала уставать, её удары становились медленнее. — Ино, держись! — Держусь! И тут перед ними встала чёрная фигура. Наруто. Он появился из ниоткуда, Токий в руке, глаза горят холодным огнём. Курама стоял за его спиной, выпуская когти — впервые в своей человеческой форме. — Вы трогаете моих людей, — сказал Наруто. — Вы трогаете мою невесту. Это была плохая идея. Бой был коротким. Зецу падали десятками — их головы летели, тела рассыпались. Через минуту штаб был чист. Ино бросилась к Наруто, обняла, не обращая внимания на кровь на его кимоно. — Ты как? — спросила она. — Жив, — ответил он, гладя её по волосам. — А ты? — Теперь да. Он поцеловал её — быстро, почти украдкой — и снова бросился в бой. --- А в центре поля боя произошла встреча, которую Саске ждал много лет. Из тумана вышел Итачи — живой, не воскрешённый, настоящий. Его шаринган вращался, но в руке не было оружия. — Брат, — сказал он спокойно. — Итачи, — Саске сжал кинжал. — Я не враг тебе. Моя цель — Кабуто. Если я убью его — воскрешённые падут навсегда. — Ты просишь меня поверить тебе? — Да, — Итачи сделал шаг вперёд. — Как тогда, в детстве. Когда ты верил мне без слов. Саске молчал. Шаринган вращался, разум и сердце боролись. Но он вспомнил слова Наруто: «Месть не лечит. Она оставляет пустоту». — Я прикрою тебя, — сказал Саске. — Иди. Но после войны мы поговорим. — Обязательно, — Итачи чуть улыбнулся. Они побежали сквозь битву, уничтожая Зецу на своём пути. Братья Учиха сражались плечом к плечу — впервые за много лет. --- Бой длился часами. Солнце поднялось высоко, потом начало клониться к закату. Армия Акацуки редела, но воскрешённые Каге не уставали и не сдавались. — *Надо заканчивать, — сказал Курама. — Люди не выдержат. — Знаю, — ответил Наруто. Он закрыл глаза и сосредоточился. Вся его чакра — та, что осталась — ушла в Красную луну. — Восход красной луны! Техника накрыла поле боя. Мёртвые замерли. Техника нечестивого воскрешения начала давать сбои — свет Красной луны разрушал печать, связывающую души с телами. — Что это? — закричал Кабуто. — Это — конец, — ответил Наруто, падая на колени. Он потратил слишком много сил. Но этого хватило. Печати на воскрешённых Каге начали рваться. Один за другим легендарные шиноби улыбнулись — впервые за весь бой — и исчезли, рассыпаясь в прах. — Спасибо, — сказал Третий Райкаге, глядя на Эя. — Прощай, ученик, — кивнул Второй Цучикаге Ооноки. — Ты стал достойным Каге, — сказал Четвёртый Казекаге Гааре. — Ты стала лучше, чем я ожидал, — прошептал Четвёртый Мидзукаге, глядя на Мей. Они исчезли. Армия Зецу осталась без поддержки — и начала таять. Шиноби и самураи добивали их одного за другим. --- Наруто лежал на песке, глядя в небо. — *Устал? — спросил Курама. — Очень, — прошептал Наруто. Ино приснилась ему — она улыбалась и звала домой. — *Не умирай, — сказал лис. — Ты обещал вернуться. — Вернусь, — ответил Наруто. Он закрыл глаза. Битва была выиграна. Но Итачи ушёл в тень, чтобы закончить то, что начал. Где-то там, в темноте, Саске сжимал кулаки и молился — впервые в жизни — чтобы брат вернулся живым. Армия живых победила армию мёртвых. Война ещё не закончена. Но главное сражение было позади.