Tsamsiyu/Воин

— Расскажи мне, что тебя беспокоит. Я же вижу, что тебя что-то гложет.       Свесив стройные ноги с причала, Нетейам смотрит на свое отражение в темной воде и переводит взгляд на Кири, которая заботливо накинула на его плечи сплетенную накидку, ведь наступившая ночь принесла с собой не только звездное небо, но и заметную прохладу.       Взяв с собой принесенные матерью фрукты, они ушли подальше от семейного маруи в более тихое место, где их никто не мог услышать и потревожить. Разве что флюоресцирующие морские обитатели, снующие вокруг ног Кири. — Ох. Ну ты прямо… экстрасенс. — слегка улыбается парень и кладет ладони на прохладные колени. На его синих бедрах заметны маленькие раны — следы от щипков. Нетейам не мог перестать это делать с первого дня нахождения в лазарете. Глупо, но все же, он надеялся что-то почувствовать. — Ну? — она осторожно приобнимает его за укрытые плечи.       Нетейам сжимает губы и переводит взгляд на бескрайнее море, сливавшееся на горизонте с ночным небом.       Позади них эхом раздаются чьи-то звонкие голоса и смех. Впервые за несколько дней в клане Меткайина спало напряжение после прошедшей битвы. А ведь это был всего лишь отголосок предстоящей войны. — Я не хочу жаловаться. — вздыхает юноша. — Итак всему племени досталось, а тут я со своими… — Твои проблемы это наши проблемы, Нетейам. — слегка хмурится Кири, отстранившись. — Ты… можешь обратиться к Эйве. Она тебя выслушает, если ты не хочешь говорить со мной. — Нет, что ты, Кири! — Нетейам поворачивается всем корпусом к сестре. — Я хочу говорить с тобой. Просто… все так изменилось. Сразу все и не расскажешь.       Достав из корзинки гладкий с лиловым отливом фрукт, девушка протягивает его брату. — Ешь. Тебе нужны силы. — Спасибо. — Нетейам берет диковинный фрукт и, вздохнув, начинает перекидывать его из одной руки в другую. Спустя несколько минут молчания он едва слышно шепчет. — Какой вообще смысл?       Молодой на’ви с мрачным видом роняет фрукт в воду, тот с всплеском падает и ведомый течением уплывает под причал. — А?       Кири замирает, едва надкусив второй плод. Она, нахмурившись, убирает его в сторону и присаживается поближе к брату. — Я даже упавший спартан поднять не могу. — горько усмехается он, покачав головой. — Я теперь… просто бессмысленный. Ненужный. Meyp tokx.       Нетейам выдыхает с облегчением — наконец-то он смог произнести эти слова, что душили его все это время. Заостренные уши Кири медленно опускаются. — Нет… Не говори так.       Нетейам качает головой. — Даже не отрицай. — он вскидывает руку. — Если нападут на деревню, я не смогу помочь. Да даже от Тук будет толк, а от меня нет. Пока я доползу до коляски… Я не смогу никого защитить. Наоборот от меня теперь куда больше проблем.       Он кидает рассерженный взгляд на инвалидное кресло, стоявшее возле них, и сжимает челюсть, давая Кири время осмыслить его слова. — Нетейам… — грустно выдыхает она. — У всех есть смысл. И у тебя тоже. — Был. — кивает он и, хмыкнув, отводит взгляд. — Когда я был воином. — Нет, послушай, он и сейчас есть. — Кири кладет ладонь на его грудь. — Ты и сейчас воин, Нетейам. Не нужно иметь ноги, чтобы иметь сильное сердце, брат мой. Я думаю, это чудо, что ты остался жив. Значит, у Эйвы есть на тебя планы.       Нетейам, выдохнув, поднимает взволнованный взгляд. — Ты думаешь?       Он смотрит на нее с крупицей надежды, что осела глубоко в душе. — Я знаю. — кивает Кири и, ободряюще улыбаясь, начинает подниматься с причала. — Давай сплаваем в Бухту Предков.       Нетейам обеспокоенно берет ее за руку, останавливая. — Но ведь в прошлый раз…       Кири успокаивающе хлопает его по ладони свободной рукой. — Я просто буду рядом с тобой. Не волнуйся за меня. А теперь пора поплавать. — она поднимается на ноги и с легкостью прыгает в манящую воду, обрызгивая брата. — Сама грация. — Нетейам, покачав головой, фыркает от смеха.       Он скидывает с плеч накидку, успевшую нагреться от тепла его тела, и прыгает следом за сестрой, оттолкнувшись руками от края причала.       Нетейам уходит с головой в теплую воду и, раскрыв глаза, ищет сестру в толще воды и морских водорослей. Он замечает ее в пару метрах, играющей с косяком мелких рыбешек, которые освещали темные воды.       Молодой на’ви, раскрывая руки, чтобы грести, пытается плыть в ее сторону, но вместо этого лишь медленно уходит на дно. Обездвиженные ноги тянут его вниз, как бы он не старался.       Нетейам, поняв, что начинает тонуть, инстинктивно хватается за ближайший широкий корень дерева, которые и служили фундаментом для всех маруи поселения. Он цепляется так крепко, что ловит несколько заноз. Юноша вскидывает голову, мрачно смотря на толщу воды, через которую пробивались рассеянные лучи ночного светила.       И Кири говорила, что у Эйвы есть на него планы? Нетейам сжимает челюсть, вспоминая слова сестры.       Да уж. Великие планы для великого воина, который не может и метр проплыть.       Тем временем оседлавшая илу Кири подхватывает его за руку, и они вместе всплывают на поверхность.       Нетейам закашливается, обхватив руками длинную шею морского зверя, и начинает дрожать от холодного ночного воздуха. — Прости, брат мой… — виновато говорит Кири, с явной жалостью смотря на него.       Кажется, еще немного и она расплачется. — Д-давай в следующий раз. — Нетейам поднимает голову, ловя сочувствующий взгляд сестры.       Его вновь бьет волна холода, от чего он неровно выдыхает. Руки, обхватившие илу, покрываются мурашками.       Кири кладет ладонь на его крепкое плечо и сжимает. — Нетейам… — Я в порядке. — грубо отмахивается от нее юноша и, вздохнув, берет сестру за руку. — Прости.       Кири, выпрямившись, гладит илу по блестящей от воды шее. — Мы попробуем еще раз. Хочешь ты этого или нет. — она хватает его за руку и тянет к себе. — Черт, какой же ты тяжелый!       Нетейам фыркает от смеха, неуклюже залезая на спину морского зверя. — Вот спасибо… вот спасибо. — пыхтит он, напрягаясь всем телом, пытаясь взобраться на скользкого илу.       Он устало выдыхает, наконец-то сумев нормально усесться позади сестры.       Кири хлопает его по острому колену и хватается за отросток морского зверя. — Держись крепче. Пристегнись.       Нетейам издает смешок и, покачав головой, обнимает сестру со спины. Он делает глубокий вдох перед тем, как скрыться под водой.       Хоть они с семьей здесь больше одной полной луны, морские просторы Пандоры все еще впечатляли парня.       Нетейам завороженно смотрит на широкие водоросли, светящиеся разными цветами, и переводит взгляд на затылок сестры, когда одна из ее прядей щекотливо проходит по его носу.       Он переплетает пальцы, крепче сжимаясь в худощавую спину Кири, когда илу ускоряется. Морской зверь изворотливо проплывает меж морских растений, оставляя за собой лишь поток мельчайших пузырей.       Мимо них в плавном танце проплывают косяки разнообразных рыб.       Илу мелодично стрекочет и начинает постепенно приближаться к поверхности. Нетейам задирает голову наверх и видит тени от парящих островков. Они совсем другие в отличие от родных гор Аллилуйя. Небольшие и сплюснутые — больше похожи на каменные лепешки. Они бы идеально подходили для гигантской игры в блинчики.       Молодой на’ви с жадностью вдыхает прохладный ночной воздух и оглядывается. Ночное небо над Бухтой Предков как всегда залито прекрасными цветами, разнящимися от лилового до голубого. Парящие острова лениво покачиваются над подростками.       Яркий свет Древа Душ заметен даже с поверхности. От его мощной энергии воздух наполняется едва уловимой вибрацией. — Ты готов? — Кири оглядывается на брата через плечо. — Да. — отвечает Нетейам, кивнув. От волнения его начинает бить легкая дрожь. — Я буду рядом. — девушка заботливо проводит пальцами по его ладоням.       Илу мягко начинает опускаться вниз, и Нетейам вновь набирает побольше воздуха.       Сердце в его груди, отбивающее обезумевший ритм, начинает чувствоваться даже в кончиках пальцев. Юноша пытается унять дрожь во всем теле, смотря на величественное Древо Душ, раскинувшее свои светящиеся гибкие ветви по округе.       По мере приближения свет от блистающих ветвей Древа Душ начинает слепить глаза.       Морской зверь покорно останавливается на расстоянии протянутой руки до священного места клана Меткаина. Нетейам, держась одной рукой за сестру, берется за свою косу и тянется к пучку Дерева Духов.       По затылку пробегает приятная теплая дрожь. Тело становится невесомым и ватным.       И Нетейам закрывает глаза, чувствуя присутствие Эйвы. Все тревожащие вопросы, которые он хотел задать, растворяются в пучине его сознания от волн спокойствия, исходящих от Древа Духов.       Все меркнет в объятьях Великой Матери.       Но умиротворение быстро улетучивается, когда блаженная темнота сменяется вихрем странных воспоминаний. Чужих воспоминаний.       Он слышит оглушительные взрывы и пулеметные очереди, со свистом рассекающие тяжелый воздух, пропитанный дымом и гарью.       Нетейам непроизвольно дергается и, не открывая глаз, поднимает руку, чтобы прервать связь, но вовремя накрывшая ладонь Кири останавливает его.       Все так странно и чуждо. Громко и страшно. Нетейам вздрагивает от низко пролетевшего над ним военного вертолета. Он видит Небесных Людей, одетых в камуфляжную спецодежду, до зубов вооруженных огнестрельным оружием, а потом замечает, что и в своих руках он держит увесистую, обжигающую холодом штурмовую винтовку.       А потом замечает, что руки вовсе и не его.       Ноги сами ведут его за остальными солдатами в бой, а чужие руки покрываются чьей-то кровью.       О, Эйва, столько смертей мелькает перед глазами, что сердце Нетейама сжимается от ужаса происходящего.       Это была грязная война Небесных Людей. Они убили свою Мать и, будто им этого не хватило, начали вести войны друг против друга. Вдоволь насладившись кровопролитием на истощенной, убитой Земле, жадный взгляд людей упал на просторы космоса.       Теперь в опасности и Пандора — чистая, девственная планета, которую Небесные люди хотят забрать в свои сальные руки.       С жутким скрежетом граната взрывается совсем неподалеку от юноши, оглушая его сильной волной. Поток воздуха, огня и осколков сбивает его с ног. Нетейам падает на липкую землю, гулко ударившись всем телом. Зубы звенят от удара, а во рту начинает набираться горячая кровь.       Едва он приходит в себя, как раздается второй взрыв.       Все тело пронзает боль, отчего Нетейам не сдерживает крик. Но он не слышит даже собственного голоса в этом хаосе. Его крик тонет в леденящем душу реве войны.       Он отхаркивает скопившуюся во рту кровь и пытается подняться с земли, но дрожащие ватные пальцы совсем не слушаются. Легкие охватываются огнем, отчего его пробирает душащий кашель.       Нетейам сжимает ладонь Кири, чувствуя, как страх прочно заседает в его горле комом.       Чьи-то крепкие руки подхватывают его с земли и уносят. Нетейам едва различает речь незнакомца и замирает, услышав обращение: «Ну же, Джейк! Давай держись, мать твою!»       Конечно… чьи же еще воспоминания могла показать ему Эйва? Конечно же, воспоминания родного отца, которых он так глубоко прятал, скрывая от своей семьи. Весь ужас, пережитый им в молодости, теперь прочувствовал на себе Нетейам.       Теперь он понимает почему по ночам его отцу снились кошмары и почему после этого Джейк Салли всегда просил свою жену подтвердить, что все происходящее реально. Он боялся, что все окажется сном. Боялся проснуться и оказаться на Земле. Боялся вернуться в эту жестокую ужасающую реальность Небесных Людей.       Воспоминание сменяется на следующее, и Нетейам оказывается в абсолютно другом месте.       Душная темная квартирка с кучей картонных упаковок на полу и разноцветных алюминиевых банок, валявшихся повсюду. Телевизор жужжит на заднем плане, освещая неопрятное помещение. Нетейам с интересом вглядывается в картинку и узнает футбол — популярный вид спорта среди Небесных Людей.       Кислый запах впивается в нос юноши. — Джейк, хватит игнорировать меня.       Нетейам переводит взгляд с телевизора и замечает мужчину, который покачав головой, встает перед ним.       Он в точности походил на отца в человеческом обличье. Незнакомец был одет очень цивильно — его выглаженная и чистая одежда контрастировала с окружением.       Нетейам снова видит мир глазами отца, проживая его воспоминания. Джейк невозмутимо берет новую банку и с щелком открывает ее. Жидкость внутри приятно шипит и пенится. — Ты пришел в мою хату и мешаешь мне смотреть матч, Томми. — фыркает он и отпивает из банки. — А, между прочим это единственное, что мне теперь приносит удовольствие. А. Еще пиво.       Нетейам бросает взгляд на исхудавшие и ослабевшие ноги, безжизненно болтавшиеся с просиженного дивана.       Том усмехается, проводя ладонью по коротко постриженным волосам. — Ты гробишь свое здоровье.       Нетейам узнает в нем человека из рассказов отца. Томми был его братом близнецом и горел наукой. Пока какие-то придурки не застрелили его в подворотне. — А. То есть я сейчас здоров как бык? Ну-ну… — хмыкает Джейк. — Томми, я тебя по-доброму прошу. Уходи.       Но мужчина упрям и остается на своем месте, уперев руки в бока. — О, Господи… — раздраженно выдыхает Джейк. — Мне не нужны твои нравоучения, Томми. — Мне больно на тебя смотреть, Джейк. — мужчина пинает носком валяющийся мусор — очередную упаковку какой-то еды. — Во что ты превратился?       Он с сочувствием смотрит на брата и тяжело вздыхает, оглядев квартиру. — Если бы только я узнал раньше… — Да какой там. — с ядом произносит Джейк. — Ты же у нас гребаный человек науки. До таких солдафонов как я тебе дела нет. — Я бы помог тебе, Джейк! Хотя бы морально поддержал, потому что знаю, что от моих денег ты бы отказался. — обвинения проходят мимо ушей Томми. — Ты же убиваешь себя, Джейк, ведешь себя как пустоголовый подросток!       Старший из братьев не выдерживает и швыряет в младшего алюминиевую банку. Томми ловко уворачивается, отчего банка с лязгом ударяется об стену, обрызгивая содержимым обои, и падает на пол. — Пришел, чтобы меня обосрать? А? Ты ради этого сюда пришел? — повышает голос Джейк.       Том, скрестив руки на груди, смотрит на брата пронзительным взглядом серых глаз. — Вообще… Я улетаю по работе через две недели. — подбирая слова, начал говорить мужчина. Он в нерешительности кусает нижнюю губу, задумчиво смотря в сторону.       Джейк замирает на долю секунды и пожимает плечами. — А. Пришел, чтобы похвастаться своими успехами. Ну и вали. — Джейк, я пришел попрощаться! — выпаливает брат.       Фраза режет Джейка по ушам, отчего забитый гол любимой команды теряется на фоне этой неожиданной новости.       Том поправляет воротник рубашки и с нескрываемым волнением переводит взгляд на брата. — Я улетаю на Пандору. Прежде чем послать меня, послушай… Эта экспедиция, все это очень важно для меня! — его голос дрожит от эмоций. — Быть может, я смогу помочь в изучении экосистемы этой экзопланеты. Лететь пять лет в криосне… Поэтому я приехал, Джейк. Я не знаю вернусь ли вообще домой. Я не могу улететь, зная, что не увиделся с тобой напоследок. Мы ведь семья как никак.       Джейк тяжело выдыхает. Нетейам чувствует пламя эмоций, бушевавших внутри него. — Лучше бы ты не приходил, Томми.       Будто получив пощечину, Том вздрагивает от резких слов Джейка и сжимает губы. — Приятно слышать это от родного брата. — он мрачно усмехается. — Надеюсь, что очередь на операцию дойдет до тебя раньше, чем я доберусь до Пандоры. — Да пошел ты, Томми. Уходи, пока я сам тебя отсюда не выкинул. — огрызается Джейк.       Том кивает головой и поднимает куртку, сброшенную на спинку кресла. — Надеюсь, что ты смиришься с самим собой. Найдешь свою цель в жизни кроме пива и футбола. — Ага. Не забудь прислать мне открытку. — Джейк тянется за второй банкой, в то время как Том покидает квартиру, хлопнув дверью.       До Пандоры Том Салли так и не добрался, оказавшись пристреленным в закоулке города.       А Джейк Салли вернул ноги лишь в новом теле.       Сквозь плотную завесу отцовских воспоминаний Нетейам чувствует, как тонкие пальцы Кири сжимают его плечо.       Нетейам видит тоже самое видение, что посетило его год назад. Последнее испытание для того, чтобы стать охотником — Унилтарон. Охота снов была заключающим и самым опасным этапом для молодых на’ви, желающих стать частью племени.       Юноша не мог провалить эти испытания, опозорив родителей. Он не мог даже допустить мысль о своей неудаче. Он должен был оправдать все ожидания прославленных отца и матери.       Но все опасения были напрасны — Нетейам смог найти своего духовного брата в омуте пьянящих снов.       Однако никто не знал, что его духовным зверем предстал таинственный и легендарный Леоноптерикс, чье имя многие поколения на’ви выдыхали с восхищением и страхом.       Нетейам слышит хлопанье гигантских мощных крыльев и успевает заметить лишь оттенок исполинского зверя.       Бирюзовый, как море, окружающее клан Меткаина.       Ему удается заглянуть в оранжевые глаза зверя и заметить собственное отражение в них, прежде чем прийти в себя.       Он чувствует тряску и раскрывает глаза. Яркий свет Дерева Духов ударяет в глаза, и сквозь пелену Нетейам замечает обеспокоенную Кири. Она трясет его за руку и взволнованно указывает пальцем на поверхность.       Нетейам поспешно прерывает связь и садится, покрепче обхватив руками талию сестры.       Кири хватается за повод илу, и они доплывают за считанные секунды до поверхности. — Корабли… — выдыхает она, обреченно смотря на далекие следы, рассекающие ночное небо. — Опять корабли… Когда же это закончится?       Нетейам сжимает зубы, провожая стальным взглядом траекторию ракет Небесных Людей.       Ему хочется сказать правду, но увидев разбитое состояние сестры, он успокаивающе гладит ее плечи и приобнимает сзади. — Скоро. Мы покончим с этим, Кири. Раз и навсегда.       Смотря на свет кораблей, Нетейам опускает руки. По нему проходит волна мурашек от медленного осознания.       Он выдыхает, пораженный планами Великой Матери.       История должна повториться.       Вот почему Эйва поделилась с ним воспоминаниями отца. Нетейам должен покорить Последнюю тень, чтобы положить конец назревающей кровопролитной войне.       Он должен стать следующим Торук Макто.