К звёздам

Лёша уборку не любил. Чистая приборная панель, натёртая до стерильного блеска, заставляла Макарова чувствовать себя лабораторной мышкой, а не грозным пилотом, бороздящим космическое пространство. Но когда про мусор начал капать на мозги даже Гречкин, терпение лопнуло. Вооружившись тряпкой и какой-то химией с мусорным пакетом, Лёша заблокировал панель, чтоб никуда случайно не нажать в процессе, и принялся оттирать засохшие разводы от кофе и чая, стряхивать на пол крошки от печенья и чипсов... В общем, изображать из себя полноценную домохозяюшку. За ними ровным строем, сохраняя дистанцию, летела флотилия ГречКорп, чьи перехватчики то и дело нагоняли Радугу, с интересом заглядывая в крайне узкие иллюминаторы, вновь отдалялись и заныривали под брюхо, то ли пытаясь своими танцами выявить, что же у транспортника в грузовом отсеке, то ли призывая кару небесную на расхитителей их недавно павших собратьев. — ГречКорп, отставьте свои брачные танцы, мы мадама приличная, за первого встречного не пойдём. — Кокетливо мурлычет в рацию Лиза, на что перехватчики, подлетев к наружным камерам с обеих сторон от Радуги, легли на бок, демонстрируя готовые к запуску ракеты. — Весомый аргумент. — Согласно кивает Лёша, тут же активируя приборную панель и открывая грузовой отсек, впрочем, оставляя прозрачную герметичную дверь запертой, демонстрируя, что они везут груз первого класса опасности. — Но у нас весомее. — Остек закрывается, а перехватчики отстают, возвращаясь к своим протеже. Влетать под груз, который в любой момент может взорваться и уничтожить своего перевозчика с сопровождением заодно, как-то желанием никто не горел. Пусть этот груз и ехал в реф-камере. — Дурдом. Нет, правда. — Садится в кресло Лёша и поворачивается к развалившемуся на диване Кириллу. — У нас жопу водит так, что я не знаю, как мы будем стыковаться, чтобы лететь прямо, а не вверх, мне приходится на полную врубать двигатели. Перегруз это фиговая затея, какой бы оправданной она ни была. — Я нашёл контракт на сорок и тридцать тонн. Первый до станции на Луне, второй до Миры. Она неподалёку от вашей базы. — Ми-ра это китайская база, я не хочу с ними работать! — Денег хочешь? — Хочу. — Значит работай. — Лёша поворачивается обратно к монитору, изучает на радаре всех пролетающих рядом коллег, через пятнадцать минут обнаруживая себя на сайте одного из поставщиков киселей и морсов на Сатурн. — Не забудь подмести пол. Ты стряхнул на него все крошки с панели. — Отвлекает Макарова от раздумий Гречкин и вновь утыкается в планшет. — Ну не идиот же. Знаю. — Огрызается Лёша, но подметать ему лень. Он продолжает заполнять отчёты и журналы, подтверждает более ранний вылет и повышенный расход топлива из-за веса, получает нагоняй от Прокопенко, потому что "А если что-то случится? А если Реф не герметичный? А головой подумать, Лёша?!", переговаривается с Филом, обсуждая последний космический биатлон между Германией и Италией, споря о том, кто победит в следующем этапе... И совершенно не думает об уборке. Ему эти крошки не мешают. Вероятно, они мешали Кириллу, потому что тот со вздохом поднялся, сходил в подсобное помещение за пылесосом, притащил его обратно на капитанский мостик и торжественно вложил в Лёшины руки. — Да бля... — Пропылесось, потом делай что хочешь, хоть на ушах стой. — Макаров стонет от нежелания что-либо делать вообще, но нажимает на кнопку включения и, катаясь на кресле по полу, принимается отлавливать мусор. — Так, сколько, говоришь, тебе лет? Кирилл играет с Лёшей в Дурака на раздевание, потом на желания, потом просто ради того, чтоб доказать, кто больший дурень в условиях отсутствия других правдоподобных методов. Лиза, зашедшая к брату, чтобы снова полюбоваться картинкой с экранов, какое-то время смотрела на полураздетых мужчин, хотя, учитывая громкий ор "Ты мухлевал-нет ты мухлевал больше" это явно были не мужчины, а мальчишки. — Лёш, я займу твоё кресло? — Уточняет Лиза, смотря на то, как её брат, пытаясь задушить Гречкина, растянулся на полу, схватившись руками за его тонкую шею. — Да я вот отсюда вижу второго крестового вальта и вот червовый туз, а он вышел ещё в начале игры из моих же рук! Ты мухлевал! — Он из твоих рук за эту игру выходил уже трижды! — Протестующе отпихивает Лёшу ногами Гречкин, пытаясь спасти свою шею. — Лёша! — Не выдерживает Лиза, прерывая разворачивающуюся на полу войну. — Я займу твоё кресло? Сколько орать-то можно... — Да занимай, что мне, жалко что ли... — Кивает Лёша и тут же снова набрасывается на Гречкина, потерявшего бдительность после прихода Лёшиной сестры. Макаров даже не сразу понял насколько неоднозначной была их поза, захваченный эмоциями, наплевав на то, что из одежды на нём только трусы и напульсник, а на Гречкине только трусы, и навалившись на соперника сверху. Пожалуй, если бы Лиза не сбила им боевой настрой, он бы и не обратил внимания на то, что Гречкин, извиваясь под ним как змея, трётся об Макарова всем, чем мама наградила, крайне шершавой кожей, дразня нервные окончания и вынуждая Лёшу сильнее прижимать того к полу, чтоб не дёргался. И, разумеется, возбудился он от азарта и драки, а не от того, что ему понравилось сидеть верхом на Гречкине, сжимая его руки и чувствуя, как перекатываются мышцы под этой бледной кожей на всякую его попытку вырваться. — Шуллер. — Обиженно отворачивается Лёша и тянется к одежде. — От Шуллера слышу! — Тут же вскидывается Гречкин, натягивая брюки. Потом подползает к Лёше и виснет на нём, положив подбородок на плечо. — Не злись. Это всего лишь игра. — Лёша улыбается, откидывая голову Кириллу на плечо и вздыхает. — Я не буду злиться, если признаешь, что я был лучше. — Но ты не был. — Тогда злюсь. — Тут же пытается отстраниться Макаров, на что Кирилл лишь сильнее притягивает его к себе. — Ладно, был. — Закатывает глаза Гречкин, и Лёша вновь счастливо улыбается, прикрывая глаза. Он устал. Хотелось уже нормально отоспаться, но им мало того, что надо долететь до Венеры, так ещё и вернуться домой. — Хочу в отпуск. Хочу спать долго-долго. И, желательно, в пределах естественной гравитации. ~ Внимание. На радаре флотилия кораблей третьего класса. Определены четыре Перехватчика и шесть Канонерок. ~ Раздаётся механический голос искусственного интеллекта, и Лёша моментально подрывается с места. — Мать твою, пираты! — Встретить их так близко к Земле было крайне неожиданно, здесь, всё же, и днём, и ночью, проверяли территорию вооружённые истребители с Земли... Лёша активирует все щиты, прибавляет тяги в двигатель и резко уходит в сторону. — Говорит Капитан Транспортного корабля Радуга, на пути от Земли к Венере группа пиратов, канонерки и перехватчики. Будьте осторожны! — Лёша откидывает рацию и максимально сосредотачивается на предстоящей погоне. Перехватчики крайне быстрые и манёвренные, им перегруженная Радуга совсем не ровня, но у Радуги были мощные щиты и полностью заряженные рельсотроны. Да, против целой армии она не выстоит, но отстреляться в погоне сможет. Им главное оторваться, а дальше уже не так страшно будет. — Есть подозрение, что их натравил на нас ГречКорп... — Подозрительно прищуривается Лиза и встаёт за пульт наведения орудий. — Не, они обычно дезертиров зовут, а не пиратов. — Качает головой Кирилл и вглядывается в изображение на экране. Перехватчики на полной скорости нагоняли Радугу, но Лиза вежливым залпом попросила их сохранять дистанцию, на что преследователи сначала разлетелись, чтоб не попасть под волну любви и нежности, а потом втопили полный ход и синхронно выпустили самонаводящиеся ракеты. Лёша тогда чуть не подрался с Филом, который за каким-то хером купил им под брюхо тепловой макет торпеды. Мало того, что занимала и без того дохера места, так ещё и весила не дай коню три тонны. А сейчас был готов его расцеловать, спуская гору Кредитов в невесомость встречать бесславную смерть, а сам уводя Радугу резким переворотом в сторону и вниз. — Фил, мы остались без макета. Но торпеда погибла с честью. — Пираты, пытающиеся и не попасть под взрыв, и развернуться в погоню, сильно отстали от Радуги, давая ей шанс под шумок сбежать с поля боя, тем более, что впереди на радаре маячило что-то огромное и союзное. Флотилия китайского Бао, больше чем из двадцати кораблей разного уровня оснащенности, позволила Радуге занырнуть под них и ощерилась на пиратов всем имеющимся на бортах вооружением, заставляя непрошенных гостей отступить. Три китайских Дредноута, на которых торпед было больше, чем на всех пиратских кораблях Галактики вместе взятых, синхронным залпом донесли до вражеских экипажей, что маленьких обижать нельзя, и как ни в чем не бывало продолжили свой путь к Земле. — Охереть китаёзы дают... Вот это громадины... — С детским восторгом глядя на корабли размером с полноценный городок, шепчет Макаров. — Один-то не часто встретишь, а тут вона гляди их три. А тот вообще как дракон расписан! Кирилл, смотри! — Лёша дёргает Гречкина за руку, а тот смотрит на него, не в силах отвести взгляд от этих горящих глаз, и старается даже не дышать, чтобы не спугнуть момент. — Впечатляющие... — Больше для галочки соглашается Кирилл, едва сдерживая порыв погладить Лёшу по щеке. Почему этот почти тридцатилетний идиот удивляется таким обычным для космоса вещам, словно вообще впервые вылетел за пределы Земли? И почему Кириллу это так нравится? — А ты летал на таких? — Я на таком родился. Но не летал. Мне обычные транспортники и пассажирские нравятся больше. — Интересно, сколько у них грузовместимость?.. — Отлипает от экрана Лёша и падает в кресло. — Около нескольких лямов, наверное, минимум. Ну, если сто тонн это минимальный транспортник, пятьсот это среднее значение, а корабли, как ты знаешь, не то, чтоб очень большие... Там точно в миллионах идёт отсчёт. — Кирилл подходит к спинке кресла, кладёт руки на Лёшины плечи, игнорируя присутствие Лизы где-то сбоку, но та, в целом, понимает происходящее и уходит крайне быстро, тоскливым взглядом окинув Кирилла на выходе. Её мечтам суждено остаться просто мечтами. Но у неё, в отличие от брата, есть влюблённый в неё Фил. Кирилл, конечно, интересней, необычнее и привлекательнее, но отбивать парня у брата было крайне бесполезной задачей, да и бессмысленной, ведь в тандеме Лёша-Кирилл влюблен был совсем не её брат. Она какое-то время смотрит на то, как Гречкин мягко разминает Лёшины плечи, оглаживая спину и иногда соскальзывая руками на грудь, и выходит. Может, если её брат не будет идиотом, то сможет стать счастливым. Но её брат, конечно, идиот редкостный. Лизе придётся ему помочь. А Филу придётся помочь Лизе помочь Кириллу помочь Лёше стать счастливым. Но это определённо не проблема, не будь она Елизаветой Макаровой.