Глава XIV: Связь
17 октября 2025 г., 00:00
Кодантийское царство, княжество Брайтерес, заброшенный град Даргород, близ Ущелья Мрака, двадцать девятые сутки месяца цветня, утро, 1313 год.
Бальдр рассёк невидимую границу Даргорода при помощи Лодрерира – Мёда Познания. Обладающее неведомой силой питьё способно было на многое и это лишь малая часть, для которой его могли применять. Бог Весны собрал всё – экстракт Иритрейров, драконье пламя Гнахт-Нидхёгга, эссенцию Лодрерира и компонент, выступавший в качестве основы – клинок Азраэль, когда-то принадлежавший Кадию, ныне Кощеем прозванному. Бальдру остался последний компонент для сотворения зачарованного оружия – кровь Кощеева. Все составляющие уже были при помощи особо магии объединены с мечом-бастардом Весеннего Бога, так что оставалось только пронзить этим мечом Кощея, или и вовсе просто оцарапать, як кровь тотчас впитается в лезвие, завершив тем самым зачарование. Проблема состояла в том, что ведьмак, очевидно, и сам хорошо подготовился к бою, а значит и у него имелось схожее зачарованное оружие. Именно так давным-давно и поступил мерзавец Мехмед, убивший Бога Лесов – Видара. Для убийства бессмертного всегда требуется его кровь – таков закон. Остальные же компоненты для зачарования оружия подбираются индивидуально к каждому обладателю вечной жизни. – Добро пожаловать в наш город, друже! – молвил Кощей, облокотившийся на одну из изб. – Давненько нас тут не было! – Четыреста зим, плюс минус несколько годков! – ответил Бальдр. Глядя на то, во что превратился некогда родной Даргород, Бог Весны скорбел. Теперича вместо центра вольного княжества и одного из самых видных торговых пунктов, Даргород стал местом, осквернённым тёмной магией. Хаты и городские здания покрыла копоть чёрного колдовства, заморозившего город таким, яким он был четыреста с лишним зим назад. – Может решим всё мирно? – О, я бы с радостью, но для осуществления моей задумки требуется твоя гибель! – ответил ведьмак горько усмехнувшись. – Отступись от своей затеи. Я разумею твою боль, разумею, что ты потерял дорогого человека, но ведь и я потерял её! И Марфану! Незачем губить столько жизней. Ведь далеко не факт, что ты сумеешь её вернуть! Кощей, отстранился от избы, медленно направляясь в сторону давнего товарища. – У меня нет пути назад. И да, разве Марфана не переродилась в духа смерти? Теперича её знают як Морену! – Я не видел её уже очень давно! – Зато вы часто пересекаетесь на масленицу, пускай и можете друг друга лишь слышать! Мне недоступно даже это! Но я сие исправлю. Верну Дарославу к жизни, и ты мне не помешаешь! Будь хорошим другом и братом – помоги возродить твою сестру! Ради нашей с тобой дружбы! – Ради нашей дружбы, я могу лишь отправить тебя к ней, – с горечью молвил Бальдр. Лёгкий ветерок пронёсся по Даргороду. Два сильнейших существа в мире Яви, человек ставший Богом и ведьмак, связавший свою душу с Духом Смерти, стояли друг перед другом, готовые к битве не на жизнь, а насмерть. К битве, которая безусловно будет достойна войти в историю! Эти двое были связаны судьбой с самых давних пор, и теперича им предстояла решить, чья именно нить оборвётся в руках Макоши.Граница подсознания и Нави, разум богатыря Эйвара, вне времени.
Отворив очи, Эйвар опешил. Двенадцать волхвов, стоявших подле него, исчезли неведомо куда. Да и комната, в которой он находился, запропастилась. Теперича он лежал не на массивной каменной плите, а на мягкой зелёной траве. Роса с листочков приятной прохладой ложилась на загрубевшую от шрамов кожу. С осторожностью поднявшись на ноги, рыжеволосый богатырь осмотрелся. Теперича он был в лесу, причём не в Сокрытом, принадлежавшим волхвам, но каком-то до боли знакомом, родном. Як будто из далёкого прошлого, из времён, когда Эйвар ещё не успел познать гореть и отчаяние этого мира. Издали слышалась странная протяжная песнь, запеваемая звонкими девичьими голосами. И отчего-то это звучное пение потянуло Эйвара, будто то распевал баюн, готовый полакомиться наивной жертвой. Но ведь богатырь уже давно не дитя, да и голоса явно не принадлежали чудищам. Полная луна освещала путь Эйвару в этом ночном лесу. Ступая небольшими шажками по вытоптанной дорожке, он ни разу не споткнулся. Просто брёл на зов песни. И казалось, что среди мириады женских гласов, богатырь слышит один до боли знакомый. Лайра? Нет, совсем не похоже. Однако сей голос откликался в душе не слабее сестринского! Раздвинув ветви сирени, Эйвар оказался на берегу реки. Множество прекрасных обнажённых дев бродили подле журчащей водицы, держа в руках сплетённые венки. Подле огромного костра, стоявшего поодаль, пустились в пляс четыре юные девицы. Именно оттуда исходил знакомый глас. И Эйвар направился туда, гонимый неведомой силой. Уже на полпути богатырь наконец уразумел, чей глас его так сладостно манил. Чьё пение выделялось средь прочих. Чьи песни он готов был слушать вечность. Виенна, обнажённая як и все здесь, танцевала на манер народ таринайев, казалось, не замечала никого и ничего вокруг. Эйвар остолбенел, разглядывая изящные формы чаровницы, которая, по правде сказать, выглядела чуть старше, чем он её запомнил. Совесть твердила ему отвести взгляд, но сердце не позволяло этому свершиться! В какой-то момент Виенна заметила напарника и лёгкой походкой устремилась к нему. За считанные мгновения чаровница добралась до богатыря, встав к нему вплотную. Их лица оказались столь близко, что Эйвар мог разглядеть своё отражение в очах Виенны. – Ты должен быть не здесь, – прошептала Виенна и тепло её губ Эйвар ощутил своими. – Следуй за блуждающим огоньком! – Чего? – только и успел переспросить богатырь, як все девы вокруг исчезли, оставив его и Виенну одних. Столп багряных искр вырвался из костра, подобно крови, хлещущей из открытой раны. Капли пламени оросили траву, а затем выстроились в ряд, создав тем самым своего рода огненную тропинку. – Там ты отыщешь заветное! Только и успев вымолвить сии слова, чаровница ступила в костёр и, сверкнув златым пламенем, растворилась в нём. Эйвар не успел остановить её, а потом вспомнил, что всё вокруг – нереально.Кодантийское царство, княжество Брайтерес, заброшенный град Даргород, близ Ущелья Мрака, двадцать девятые сутки месяца цветня, утро, 1313 год.
Бальдр и Кощей стояли друг напротив друга. Оба знали, что сей момент рано или поздно настанет. Оба готовились к нему на протяжении почти целого месяца. Оба были полны решимости. Но разумы их всё же не стёрли воспоминания о стародавних временах. Совместные походы, тренировочные спарринги, посиделки в харчевнях. Светлые моменты, безусловно яркие и дорогие сердцам обоих, заставляли всю решимость Бога и ведьмака трещать. Бальдр разумел, что Кощей несёт угрозу всему материку, ежели не всему миру, а Кощей же, в свою очередь, понимал, что Бальдр мешает осуществлению заветной задумки ведьмака, к тому же смерть Бога Весны является одним из ключевых звеньев в осуществлении той самой задумки. Да, этим двоим не хотелось сражаться. Однако выбора у них не было уже очень давно. Кровавые нити божественного полотна сплелись в особый узор. – Другого выбора у нас ведь нет, верно, Кадий? – Меня с давних пор уже кличут иначе, – холодно ответил Кощей. – Так что не поминай прошлое, Бальдр! – Вот оно значит як, – хмыкнул Бог Весны, вставая в боевую стойку. Клинок его всё ещё находился в ножнах. – Что ж, значит так тому и быть, Кощей! Из десницы Бальдра в сторону ведьмака устремилось пламя невиданной силы. Воздвигнутая Кощеем ледяная стена растаяла и тотчас обратилась в пар, и тем не менее увернуться от пламени ведьмак всё же умудрился. Весенний Бог же, тем временем, максимально сократил дистанцию меж собою и врагом. Готовый к подобному раскладу Кощей крутанулся и попытался нанести удар кулаком по лицу супротивника, тогда как тот, в свою очередь, атаковал ведьмака. Кулаки столкнулись, заставив землю в радиусе версты дрожать от вырвавшейся из них мощи. Стоящие в десяти саженях обветшавшие избы покосились от волны эссенции! Кощей отпрянул назад, метнув в Бальдра несколько ледяных кольев. Растопив ледяные штыри, Бальдр вновь рванул к Кощею. Схлестнувшись в рукопашной, без использования мечей, бойцы своими телами разгромили несколько хат. Каждый точный выпад, каждый размашистый удар звучали яко же громовой раскат! Ведьмак попросту не мог поверить в то, что только что произошло! Само нахождение в Даргороде негативно влияло на Бога Весны! Пропитанный эссенцией Нави град высасывал около пятой части сил из Бальдра, отдавая эту самую часть Кощею. И несмотря на это, Весенний Бог каким-то неведомым образом умудрялся теснить своего оппонента! Кто первый оголил клинок останется тайной даже для Богов и Духов. Доподлинно известно лишь то, что звон от скрещения стали был слышен по всему Даргороду. Бальдр отразил удар Кощея, развернулся и одним мощным взмахом выбил меч, находившийся у того в руках. Ведьмак немедля ни секунды подпрыгнул, хватая клинок в воздухе и продолжил сражение. Выпады, пируэты, рывки, парирование. Оба бойца не уступали ни в чём и отлично умудрились потрепать друг друга. Заклинание снежной пурги устремилось в Бога Весны, но тот, кувыркнувшись в сторону, запустил в ведьмака весьма приличных размеров огненный шар. Кощей взмахом меча разрубил пламенное заклинание, едва не пропустив выпад Бальдра. Противники, скрестив клинки, отступили на пару шагов, затем рванули друг на друга, рассчитывая закончить всё одной атакой. И в момент, когда своими клинками они пронзили сердца друг друга, оба воина получили одновременно последний компонент для зачарования мечей. Теперича у обоих имелся шанс прикончить противника! Бойцы отпрянули друг от друга, вымолвили заклятия. Кровь на их мечах заискрила, а затем впиталась в оружия, як будто её и не было. – Теперича наступает настоящая битва! – ухмыльнулся Бальдр. – Верно. И теперича ты наконец-то умрёшь! Разделаю тебя яко же замороженную рыбу!Граница подсознания и Нави, разум богатыря Эйвара, вне времени.
Проходя по тропинке из блуждающий багряных огоньков, богатырь чувствовал себя весьма странно. Голова кружилась, ноги подкашивались, а на душе творилось чёрт-те что! Он брёл и брёл по пути огня, пока лес вокруг в одночасье не исчез. Вместо него теперича вокруг располагалась деревня. Да, Эйвар запомнил её совсем иной, когда в последний раз был здесь. Погоревшие избы, множество трупов людей и волколаков, раненные варяги, бранящиеся на всю деревню. Именно так Эйвар запомнил Полыновцы, когда его, маленького мальчишку и ещё более маленькую Лайру, забрали в Мирград и отдали на воспитание в приют. Конечно, пробыл он там совсем недолго, як и сестрица Лайра. Истислав – варяг без руки, частенько навещал их, а потом, в какой-то момент, разглядел в юнце потенциал и небольшую чувствительность к магии. Эйвара и Лайру тогда сразу же забрали в Мирград и Истислав взял над ними шествие. Приглядывал, обеспечивал и, когда сильно бедокурили, порол. Да только редко однорукий богатырь применял розги. Зайдя в деревню, Эйвар почти сразу увидел свой дом. Странно, раньше изба казалось гигантской, сравнимой с дворцом княжеским, а теперича он видел, что она ненамного выше соседских хат. Да, выглядела изба рода Рагнаров престижнее иных, вот только несильно. К тому же семья у них была большая, так что и изба им требовалась соответствующая. – Привет, сынок, – молвил мужчина зим тридцати, – не хочешь зайти? Пепельные волосы и весьма дорогое одеяние. Верно, именно таким Эйвар и видел отца в последний раз. Ещё до того, як на деревню Полыновцы обрушилась невиданная доселе стая волколаков. – Не тебя я ищу, Яромир! – фыркнул богатырь, обнаружив, что теперича на нём самом белая рубаха и кожаные штаны. – Ты ищешь Лайру, я знаю. Так пойдём же я помогу тебе. Позволь мне хоть после смерти побыть для вас отцом. – Мой отец – Истислав. Порол меня, когда я приносил неприятности, хвалил и дарил подарки, когда у меня что-то получалось. Поддерживал, когда становилось всё в тягость. Ты же не присутствовал в моей жизни от слова совсем. Сбежал и даже не пытался найти! И теперича, як я понял, помер где-то! – Я не сбежал, сынок. Я вернулся в тот вечер Бельтайна в разгар бойни. И в тот же вечер я погиб! А теперича пойдём в дом. Угощу тебя чаем и помогу отыскать Лайру. Всё-таки она моя дочь и сильно боюсь того, что может приключиться с нею!Кодантийское царство, княжество Брайтерес, заброшенный град Даргород, близ Ущелья Мрака, двадцать девятые сутки месяца цветня, вечер, 1313 год.
Звон клинков, музыкой гулявший по всему Даргороду, очаровывал и в то же время пугал до потери сознания. Сражение велось масштабно и, в тот же момент, с осторожностью, ведь теперича каждое серьёзное ранение могло стоить противникам жизни. В одночасье, когда Бальдр уже вознамерился снести с плеч голову Кощея, тот с поразительной прытью умудрился зайти за спину оппоненту. От Бога Весны не скрылась одна деталь, несмотря на скорость ведьмака. Чтобы уйти от смертоносного удара, Кощей, вопреки всему, использовал стихию воздуха, ускорив при помощи неё собственное тело! Встав в особую стойку, Кощей выплеснул изо рта режущую струю воды! В разуме Бальдра невольно возник образ Мехмеда, использовавшего похожий приём. Правда посланник Дагона в прошлом применял более совершенную и смертоносную версию сего заклинания, и тем не менее, ведьмак также умело применял данное заклятие. Режущая струя оставила едва заметную царапину на щеке Весеннего Бога. Заживление прошло меньше чем за мгновение в виду несерьёзности раны и того факта, что получена она была не от особого клинка! Бальдр, не мешкая, обрушил на супротивника шквал пламени, но достичь цели огонь не сумел. Тогда Бог пошёл напролом! Одним стремительным рывком он оказался в полушаге от Кощея и, ударом сверху вниз, рубанул по врагу! Ведьмак с трудом уклонился, попытался контратаковать, но потерпел неудачу. Бальдр схватил супротивника за пояс и, что было сил, с размаху впечатал того в землю. Твердь земная разверзлась, избы на нескольких улицах подлетели в воздух. Сознание Кощея помутилось лишь на мгновение, однако и этого хватило. Не выпуская ведьмака из хватки, Бальдр атаковал клинком, но вместо ведьмачьего тела, острие меча пронзила ледяную стену, которая отклонила траекторию оружия чуть в сторону, что позволило Кощею избежать гибели. – А это было близко! – посмеялся ведьмак, выкрутившись из захвата. – Моя очередь! Пора тебе понять, почему меня зовут некромантом! Бальдр растопил стену льда и вновь бросился на Кощея. От внимания Весеннего Бога не ушло то, что ведьмак вновь стал медленнее. Вывод в его голове, единственно верный, появился моментально. Кощей сумел использовать стихии воздуха и воды, разделив собственную пара-стихию льда на составляющие. Соответственно, использовать воду и воздух он одновременно вполне мог, а вот для того, чтобы использовать лёд, ему вновь пришлось соединить стихии, что сделало невозможным применение воды и воздуха! Только вот скорость Кощея всё равно была слишком низкой, даже с учётом того, что для ускорения он более не использовал заклятие иной стихии. И это настораживало Бога Весны. Внезапно что-то вырвалось из-под земли и схватило за ноги Бальдра, повалив его наземь. Когда Бог Весны огляделся, дабы понять, что произошло, то не поверил своим очам. Орды восставших тел поднимались из земли. Иные полусгнившие, от иных остались лишь кости и совсем малая часть сгнившей плоти, а иных словно только что постигли объятия смерти. – В бой! – прошипел Кощей и мертвецы понеслись в атаку на Бога. Восставшие мертвецы, натравленные ведьмаком, конечно, были крайне слабы по сравнению с Богом Весны, однако их количество переваливало за сотню, что доставляло некоторые неудобства. Бальдр разумел, что от них надобно избавиться крайне быстро, дабы не дать Кощею собраться с силами. А для этого требовалось либо ударить масштабным заклятием невероятной разрушительной мощи, на что пока что не накопилось достаточно эссенции, либо применить особый боевой режим. И разумеется, Бог Весны в силу обстоятельств выбрал именно второе. В мгновение ока тело Бальдра вспыхнуло. Пламенный покров сиял, яко же солнце среди тёмных туч. С невероятной скоростью Бог Весны пронёсся по орде трупов, снося головы с каждого из мертвецов менее чем за двадцать секунд. Огонь плясал на поле боя, обращая обезглавленных воинов Кощея в прах. – Фимбулвинтер! Мощнейшее заклятие льда устремилось к Бальдру. Вспышка и вот уже Бог Весны увернулся от магии и даже уже оказался подле остолбеневшего ведьмака. Лишь благодаря ускорению магией воздуха, которую Кощей умудрился активировать в последний момент, он сумел уклониться. Режущая струя воды вновь устремилась к Бальдру, однако в сажени от его головы заклинание просто-напросто обратилось в пар! Ситуация становилась патовой. Заклинание воды, в принципе, имело неплохие шансы поспеть за Богом Весны, однако же ранить его не сумеет из-за недостатка мощности. Магия льда же, в частности заклятие «Фимбулвинтер», бесспорно сможет погасить божественный огонь, вот только поспеть за Бальдром оно не в силах, да и не факт, что к следующей контратаке Бальдра ведьмак успеет переключиться на магию воздуха, дабы уклониться. Можно было бы подпустить его близко и ударить Фимбулвинтером вплотную, и всё же это крайняя мера, ибо идея слишком рискованная! Оставался вариант использовать ледяную магию с огромным радиусом поражения, дабы Бальдр попросту не сумел никуда деться от атаки! – Ну держись, сука божественная! – прокричал Кощей, встав в стойку. – Это я приберёг напоследок! Особое заклятие: «Грот инеистого великана»! Снежная пурга взялась невесть откуда. Гигантские ледяные стены, толщиной каждая равная стенам Мирграда, начали вырастать из земли и кругом замкнулись по периметру Даргорода. Вверху стены соединись, образуя невообразимых размеров пирамиду, состоящую целиком и полностью из проклятого льда! Снегопад внутри сей пирамиды с каждым мгновением становился сильнее. Обычный человек лежал бы уже мёртвый, получив ужасное обморожение, а Бальдр, тем временем, держался. И всё же даже ему, Богу, пребывание в этой зимней темнице давалось крайне тяжко! Огонь, покрывавший его тело, постепенно светил всё тусклее, а лицо и волосы Бальдра стал покрывать иней. Кощей ликовал! Пускай заклятие и невообразимо сложное в сотворении, и всё же крайне полезное и мощное! Улыбка победителя уже украсила его лицо, но вдруг чутьё подсказало ему. «Что-то не так!» Поначалу Кощей не понял, что с его инстинктами и почему они кричали ему об опасности, однако почти сразу же он заметил одну странность. Огонь на теле Бога Весны тух, да только вот в правой его руке он становился всё ярче и ярче. Осознание блеснуло в голове яко же солнечные блики на свежевыпавшем снеге. «Этот урод концентрирует всё эссенцию в деснице!» – пронеслась мысль в разуме Кощея. – «Вот сука!»Граница подсознания и Нави, разум богатыря Эйвара, вне времени.
Эйвар и Яромир сидели внутри избы за столом напротив друг друга. Богатырь всё ещё не желал говорить с отцом, и всё же нечто внутри него шептало, что именно Яромир поможет ему отыскать Лайру в этом океане видений. – Не думал, что моё сознание явит мне твой образ. Думал, что уже и запамятовал про тебя окончательно. – Это место не совсем твоё подсознание. Сие есть граница меж людским разумом и миром Нави. Забавно, однако, что ещё четыреста зим назад никакой Нави и не было в помине. Имелся мир Духов, да только именно как Навь он стал называться лишь после прихода Морены. Именно после этого поменялся мировой уклад… – Давай без лекций, они мне и в Мирграде осточертели уже! – Конечно, сынок. Мирград… давно я там не бывал, однако. Что-то новенькое там хоть появилось? – Ворота сменили. Так ты поможешь мне найти сестру? – Прости-прости. Здесь время течёт иначе, нежели в Яви. Чтобы там прошла секунда, нам нужно говорить около часа. – Мне важна даже здешняя секунда! Яромир вздохнул. – Прости меня. Прежде чем я помогу тебе, я должен предупредить тебя о таящейся опасности. А именно, о древнем огненном Духе, который может испепелить вас всех! Эйвар напрягся. Он не понимал, о каком таком Духе идёт речь. Ифрит? Да, сей джин весьма опасный противник, но ведь сам Эйвар владел магией воды, да и к тому же вместе с ним были Алексей с Любомилой, а уж им любой ифрит по зубам! Да только вот что-то не то присутствовало в голосе Яромира. – О чём ты? – Слышал о Крампусе? Явно слышал, в Мирграде точно проходили лекции по древним Духам. – Я не образцовый выуч. Плоховато помню, – хмыкнул Эйвар, наконец взглянув на отца. – Это Дух Пламени, зародившийся в недрах горы огненных драконов. Он вырвался наружу вместе с пепельными великанами. В качестве вместилища он использует одновременно два сосуда, которых единяет при помощи очень старой магии. Мужчина и женщина, владеющие стихией огня. Тело мужчины, магия женщины и Древний Дух. Соединившись, втроём они образуют неведомой силы чудище, именуемое Крампусом. И в своё время, мужчина, ставший сейчас составляющей Крампуса, сжёг обережные знаки нашей деревни и впустил внутрь волколаков. У Эйвара перехватило дыхание. Он догадывался о подобном, предполагал, однако, закинул эти размышления глубоко в душу. И вспомнил об этом лишь когда гневомор всколыхнул моменты ушедших дней. – Тогда этот чернокожий мужчина сумел изловить Дух Пламени, поместив того в зачарованную лампу, як какого-то ифрита. С его помощью он стал сильнее и посему я не выстоял. Но мне удалось здорово его потрепать, отчего впоследствии Дух вырвался и вселился в этого мужчину. Мощь Духа изводила его, и он так и умер бы, ежели б не нашёлся последний компонент. Женщина, изгнанная из Мирграда за попытку убийцы собственной племянницы! Она происходила из знатного рода, потомков богатыря Святогора, и владела силой пламени! Эта женщина стала идеальным дополнением и, таким образом, на сей свет явился Крампус – Дух Гнева, прародитель коварных баюнов и злобных гневоморов. – Откуда ты всё это знаешь, етить тебя через коромысло?! – Ругаешься точь-в-точь як мать. – Усмехнулся Яромир. – Ты не ответил на вопрос! Яромир провёл рукой по затылку и виновато улыбнулся. – Моё имя Яромир из рода Рагнаров. Однако большинство моих товарищей знают меня як Вергилия из Бьёрейна. Человека, ушедшего из варягов ради статуса чародея Санторнаса. Эйвар опешил, ударил ладонями по столу. – Хошь сказать, что ты тот самый Вергилий, етить тебя за ногу? Величайший лекарь-чародей из всех? Ну а я тогда повелитель луны! – Можешь не верить, но это так. Главное помни – остерегайся Крампуса. Это огромное чудище с козлиными рогами и кошачьей мордой, облачённое в багровую шубу. Всё вокруг вспыхнуло алым огнём. Танец пламени съедал стены, мебель, языки его лизали богатырю руки, однако жара почти не было. – Отыщи Лайру во что бы то ни стало, сын мой! Я направлю тебя к ней. Следуй зову. Зову крови! В одночасье пламя вихрем взвилось в зале избы, а всё вокруг исчезло. И теперича Эйвар находился в коридоре, словно прорубленном внутри скалы, а путь ему всё также указывали блуждающие огоньки.Кодантийское царство, княжество Брайтерес, заброшенный град Даргород, близ Ущелья Мрака, двадцать девятые сутки месяца цветня, вечер, 1313 год.
Бальдр ведал, что верный способ убить Кощея – ранить его мечом, зачарованным особой магией. Причём рана должна быть смертельной. Обычная царапина хоть и не заживёт без особых чар, и всё же не убьёт супротивника. Однако Бог Весны во время боя сделал одно предположение, которое и намеревался проверить. Кощей восстанавливает своё тело, однако, что ежели случится так, что восстанавливать будет нечего? Что ежели ведьмака поразит заклятие, которое обратит в ничто его самого? Не будет ран, ведь не будет и тела! Даже коли он всё же начнёт восстанавливаться, ему всё равно потребуется крайне много времени на это, а уж в этот промежуток можно будет добить мечом! Посему, собрав всю эссенцию в правой длани, Бальдр вознамерился сотворить заклятие, которым, в стародавние времена, он расколол землю, сотворив пресловутое Ущелье Мрака! Да, теперича всё обстояло иначе, ведь часть сил Бог Весны терял ввиду нахождения на территории Даргорода, и всё же опыт делал своё дело и потому сии чары должны были иметь около восьмой части из десяти от прежней мощи! – Грот инеистого великана… сильно. И всё ж моё заклятие куда мощнее. И имя ему «Царствие весеннего пламени»! Весь снег в ледяной пирамиде тут же испарился. Ежели б кто издали наблюдал за боем, то он бы увидел, як пирамида начала испускать оранжево-жёлтый свет, сотворённый Весенним Богом! Лёд трещал, а из его трещин с диким свистом вырывался обжигающий пар. Полминуты спустя верхушка пирамиды разорвалась на огромные куски и стоп пламени устремился к небосводу, разгоняя снежные тучи. Огонь разливался по небесам подобно златому мёду, заполнявшему чёрную чарку. Вскоре всё окончилось. Божественное пламя утихло, а некогда плотные ледяные стены, из-за нестерпимого жара истончились и начали рушиться под собственным весом. Осколки льда бились о землю, круша старинные здания. Битва мощнейших заклинаний двух сильнейших существ из всех пребывавших в мире Яви, завершилась ничьёй!Граница подсознания и Нави, разум богатыря Эйвара, вне времени.
Спустя час блуждание по коридорам, Эйвар наконец-то нашёл её. Лайра лежала на весьма роскошной кровати в одной из комнат, отвернувшись к стенке. Подле неё стояли несколько незнакомых женщин, все як один с зашитыми ртами и в странных одеяниях. Богатырь неспешно сел подле сестры и погладил её по волосам. Внезапно девушка встрепенулась, словно почувствовав касание! – Сестрица! – прошептал Эйвар, будто опасаясь разбудить Лайру. Из глаз его стекалась скупая мужская слеза. – Ответить мне, сестрица, где тебя держат! Неожиданно для богатыря, Лайра обернулась к нему. Из её очей также лились слёзы. Дева не могла поверить, что перед ней находится брат! Одним рывком она повисла на нём, сжимая его в крепких объятиях. – Неужто это сон? – Всё ещё не могла поверить Лайра. – Ты жив! Как ты? Как Светозар? – Тише, а то шею мне сломаешь! Даже ежели это всё в моей голове, перебдеть надо, етить того через коромысло! – Як же я соскучилась по твоим глупым ругательствам! – хмыкнула Лайра, только сильнее прижимаясь к брату. – И я по тебе соскучился, сестрица! Но лучше скажи кто тебя держит и где! Времени мало! Лайра вдруг замялась. – Их много, – начала она и голос её задрожал. – Женщина по имени Нель. Именно она меня похитила. Ещё одна особа, которую, як я слышала, называют Зденкой. Не ведомо мне, кто она и почему здесь. Мельком видела парочку, младого парня и женщину зим тридцати. Парня зовут Итоном, а вот её не знаю. Ещё тут ходили чудища, говорящие! Козлорогое с кошачьей мордой и похожее на человека, но с чешуйчатой кожей зеленоватого оттенка. Но главный над ними – Кощей! Эйвар ушам не верил. Про Нель ему ничего не было ведомо кроме того, что рассказал Илья из Мейрома! А вот со Зденкой ему довелось встретиться подле разрушенного храма Бальдра! Вурдалачка, крайне сильная и опасная! Ещё и Итон, вероятнее всего, с Ягой, судя по описанию. К тому же чудище с козлиными рогами и мордой кота… неужто тот самый Крампус, о котором говаривала душа Яромира? Однако более всего пугал последний… – Кощей? Ты имеешь в виду… – Того самого. Да. Он настоящий, братец! Я воткнула ему нож в висок, а он вытащил его с улыбкой! Рана у него сразу заросла, як будто и не бывало! Внезапно видение начало рушиться. Стены затрещали, а пол под кроватью начал трескаться! Нечто мощное нарушало стабильность ритуала, отчего всё пошло наперекосяк! – Сестрица! Где ты? Скажи мне, где ты! – Здесь тебя ждёт лишь смерть! Прошу, побереги себя! Меня уже не спасти! – Не неси чушь, етить его налево! Я обещал вернуть тебя! Подумай о сыне! Ему ведь нужна мать! А мне нужна сестра! На глазах Лайры проступили слёзы. Она исчезла, так и не сказав, где её прячут, а дрожь вокруг не прекратилась. Эйвар не брал в толк, что же происходит. Потолок комнаты раскололся, обнажив пасмурные небеса и общий вид на местность. Здешний ландшафт показался ему до боли знакомым. Несколько раз он проезжал мимо этих мест, когда он и Виенна целый год охотились на чудищ под началом Алексея и Любомилы. Ущелье Мрака. Да, эти чёрные деревья, находившиеся подле ущелья ни с чем невозможно спутать при всём желании. Эйвар едва мог устоять на ногах, ошарашенный своим открытием, як вдруг сзади появилась неизвестная фигура из белого тумана. Её нетопыриные крылья и багряные очи вселили в богатыря неведомый доселе ужас! – Прочь отсюда! – закричало нечто и теперича и без того порушенная комната обратилась подземельем, в котором находились гигантские врата, на первый взгляд созданные из чёрного янтаря и обсидиана. – Я сказал ПРО-О-О-ОЧЬ!!! Видение затрещало по швам. Пол под ногами Эйвара разверзся, и богатырь упал в объятия багряно-златой лавы.
