Возлюбленный бога

Нью-Йорк, 24 ноября 2023 года. - Эмили Дженкинс, служба опеки. Я вам звонила, мистер Старк. - Да. Мы вас ждали. Пеппер поспешно поднялась с кресла и, сделав несколько шагов, протянула руку гостье – полноватой светловолосой женщине. Тони мисс Дженкинс не понравилась с первого взгляда. Кагуе тоже, хотя работница службы опеки была с ней нарочито ласкова. Она задала девочке несколько дежурных вопросов о ее жизни, учебе и увлечениях. Пока Кагуя отвечала, холодные глаза под стеклами очков внимательно изучали ее. - Хорошо, милая. Теперь можешь пойти играть в свою комнату, пока я поговорю с твоими родителями. Когда Кагуя вышла, мисс Дженкинс достала из сумки пачку бумаг и продолжила: - Боюсь, у меня для вас плохие новости, мистер Старк. Отдел семьи и детства выдал предписание временно изъять Кагую Старк из-под вашей опеки. - Что?! На каком основании? Только потому, что я позволил ей полетать над городом в специально сконструированном для нее костюме? - Подвергнув этим опасности ее жизнь и жизни других детей. - Да этот костюм создан как раз для защиты жизни Кагуи! - Мне точно неизвестно, для чего он создан, мистер Старк, - ответила социальный работник. – Но в глазах наших сотрудников, да и сторонних наблюдателей, это выглядит так, будто вы доверили высокотехнологичное оружие десятилетней девочке. Это то же самое, что вложить заряженный револьвер в руки ребенка и отправить ее в школу. - Чушь собачья! - перебил ее Тони. – Костюм «Хела-2» не является оружием. Это что-то вроде бронежилета… и дельтаплана вместе взятых. Да я же отправил в вашу контору его подробные технические характеристики! Неужели никто не прочитал? Пеппер протянула руку и крепко сжала запястье бывшего мужа. - Тони, успокойся, - прошептала она. - Пожалуйста, выслушайте меня до конца, мистер Старк. Увы, история с костюмом – далеко не все, что нам удалось выяснить. Служба опеки штата подозревает, что вы не в состоянии выполнять все обязанности родителя в отношении ребенка. - И какие же обязанности я не выполняю? Кагуя одета, обута, никогда не знала никаких лишений. У нее есть все, о чем она попросит, и даже сверх этого! - В том и дело, мистер Старк, что ребенку не нужно «сверх этого». Родительское внимание гораздо ценнее дорогих подарков… - Я общаюсь с ней каждый день! Уж в чем меня нельзя упрекнуть, так это в том, что я не уделяю ей внимания! - Я могу это подтвердить, - кивнула Пеппер. – Тони очень привязан к дочери. - Не сомневаюсь, - ответила мисс Дженкинс. – Но иногда излишняя привязанность приводит к тому, что ребенок растет в атмосфере вседозволенности и попустительства. Тони всплеснул руками и закатил глаза, откинувшись на спинку дивана. - Отлично! Потрясающе! Вы хотите сказать, что любить своего ребенка слишком сильно – это преступление. В Нью-Йорке сотни тысяч детей растут в семьях наркоманов и алкоголиков, за чертой бедности, а меня хотят лишить родительских прав за то, что я хочу дать своей дочери все самое лучшее! - Кстати, об алкоголе, мистер Старк, - недрогнувшим голосом произнесла его собеседница. – У нас есть сведения, что Кагуя его употребляет. Есть по крайней мере один случай, подтвержденный свидетелями, когда ее видели пьяной. - Что? – вскинулась Пеппер. – Когда это случилось? Тони, такое было? - На последней вечеринке по поводу моего дня рождения, - Старк тяжело вздохнул. – Вы с Хэппи уже ушли домой и не видели. Кто-то из гостей шутки ради вместо лимонада предложил ей ром с колой… Она поняла, в чем дело, но выпила весь стакан, до дна… Дети любопытны, понимаете? Коктейль был довольно крепкий. Джарвис заметил, что она ведет себя странно, и сообщил мне. - Вы сами в тот вечер были в сильном опьянении, - сухо заметила мисс Дженкинс. - Не настолько, чтобы не понять, в чем дело. Как вам уже, наверно, известно, я немедленно приказал гостям выметаться и увел Кагую наверх. Ее вырвало, потом она уснула. Неприятный случай, но все обошлось! - О боже, Тони! – простонала Пеппер. – Тебе следовало мне сказать. - Зачем? Я поговорил с Кагуей, и ничего подобного больше не повторялось. - Однако, шумные вечеринки происходили и продолжают происходить как в вашем доме в Малибу, так и здесь, в Нью-Йорке. И девочка на них регулярно присутствует… Ваша дочь часто видит вас пьяным? - Не знаю, с чего вы это взяли, мисс Дженкинс, но это неправда, - в голосе Тони послышалась сталь. – Кагуя никогда не видела меня по-настоящему пьяным. - Хорошо, пока оставим эту тему, - согласилась социальный работник. Дальше речь пошла об образовании Кагуи, и этот разговор оказался ничуть не легче. Мисс Дженкинс прицепилась к тому, что дочь Тони находится на домашнем обучении, хотя вполне могла бы посещать школу. По мнению социального работника, это тоже было плохо или, по крайней мере, подозрительно. - Если честно, то я отношусь к тем, кто против домашнего образования, мистер Старк. Оно часто не соответствует стандартам. К тому же, в этом случае дети не приобретают нормальных социальных навыков. Пеппер и Тони, переглянувшись, тут же заняли оборону. Они дружно принялись приводить заранее припасенные аргументы в пользу индивидуального обучения для их дочери. В основном они говорили о том, что обычная школа не может удовлетворить нужды гениального ребенка, но старались лишний раз не упоминать про здоровье Кагуи. Иначе мисс Дженкинс могла спросить: а что не так с ее здоровьем? Хотя Тони так и подмывало ответить: а ничего, просто она наполовину инопланетянка, помесь ледяного гиганта с человеком и чем-то там еще. И я сам ее выносил и родил, как вам это? И почему бы вам, мисс, вместо того, чтобы совать свой длинный нос в чужие дела, не убраться отсюда подобру-поздорову и не заняться чем-нибудь полезным, например, помощью детям, которые на самом деле в ней нуждаются? - Нет, о приюте речи не идет, - тем временем бодро вещала мисс Дженкинс. Она посмотрела на Пеппер. – Поскольку вы сразу четко обозначили свою позицию, органы опеки решили пойти вам навстречу: до выяснения всех обстоятельств дела и принятия окончательного решения Кагуя может жить вместе с мистером и миссис Хоган, своей родной матерью. Пеппер кивнула в ответ. - Тони, - сказала она, когда тягостный разговор с социальным работником наконец закончился, и они остались наедине. – Если дело завершится не в твою пользу, я сразу потребую себе право опеки над Кагуей. Ради ее же блага. По документам я – родная мать, и так должно остаться, иначе нам грозит катастрофа. Ты же понимаешь: Кагую ни в коем случае нельзя отдавать в приют или в чужую семью. - Если до этого дойдет, я выкраду ее и увезу в Асгард! - И навсегда погубишь свою репутацию и карьеру – а заодно и надежду на нормальную жизнь для девочки в этом мире. Нет, надо во что бы то ни стало действовать в рамках закона. Пока это возможно… Знай, я до конца буду на твоей стороне. Но ты тоже должен помочь мне. Пока органы опеки рассматривают дело, постарайся сделать все, что они от тебя требуют: избавься от детского костюма, завяжи с вечеринками – а лучше вообще воздержись от употребления алкоголя. Веди себя, как образцовый гражданин. Не думаю, что у них наберется достаточно оснований, чтобы навсегда лишить тебя родительских прав… Но не стоит искушать судьбу. Помни – от того, как ты себя поведешь, зависит будущее Кагуи. Тони знал, что Пеппер права. Он также знал, что способен выполнить все, что ей обещал. Тяжелее всего было отпустить Кагую, даже понимая, что она уходит не навсегда и отправляется всего лишь в дом Пеппер. Но при виде слез дочери, покорно собиравшей вещи в своей комнате, Тони захотелось задушить эту самодовольную мисс Дженкинс. Кагую нельзя было назвать пугливой или сентиментальной: Старк хорошо помнил, что в последний раз она плакала после освобождения из плена читаури, около года тому назад, и с тех пор не проронила ни слезинки. - Эй, ну что ты? – он опустился на корточки и притянул девочку к себе. – Это же только на время. - Я… Все из-за меня, - всхлипнула Кагуя, уткнувшись ему в плечо. - Я не подумала о последствиях… Я не должна была драться, да еще в костюме. Но они… Мэтти ведь мой друг, а я не могла позволить, чтобы так с моим другом… - Ш-шш. Все в порядке. За друзей надо стоять насмерть. Я и сам не позволю, чтобы кто-нибудь обидел, например, Роуди или Брюса. - Крестного не обидишь, - Кагуя улыбнулась сквозь слезы. - Знаю. Но, не будь у него Халка, я бы защищал его. - Так ты думаешь, я поступила правильно? - Ты немного погорячилась, вот что. Но в целом – ты права. Только не говори маме, что я тебе это сказал! Девочка кивнула. Склонив голову, она прошептала на ухо Тони, так тихо, что он едва расслышал: - Ты – моя мать. Затем она схватила сумку с вещами и выбежала из комнаты.

***

Карлайл Фергюсон как минимум трижды позвонил в дверь нью-йоркской квартиры своей бывшей жены, прежде чем ему открыли. За порогом оказалась Соланж собственной персоной: растрепанная, с темными кругами вокруг глаз, одетая в халат и сорочку. Фергюсон несколько секунд откровенно наслаждался ее замешательством: она явно не ожидала визита. - Привет, дорогая. Наконец-то увидел тебя без макияжа – и это после нескольких лет брака! - Что тебе надо, Карлайл? – процедила Соланж сквозь зубы. - Поговорить. Может, пустишь меня внутрь? - Если ты собираешься оспаривать решение суда по поводу раздела имущества, то тебе лучше сразу обратиться к моему адвокату! - Не беспокойся, - усмехнулся генеральный директор «Сигма Петролеум». – Веришь или нет, но я вполне согласен с теми условиями, на которых мы расстались. Цель моего визита – дружеская беседа, ничего более. В глазах Соланж промелькнула заинтересованность. Запахнув халат, она посторонилась, пропуская бывшего мужа в свою новую квартиру. Карлайл на мгновение обернулся и кивнул телохранителю – свирепого вида качку в черном костюме и солнечных очках. - Буду примерно через полчаса. Жди снаружи. Охранник молча направился к двери лифта, а Карлайл уверенно прошествовал в гостиную, с интересом оглядываясь по сторонам. - Хм, неплохо!.. Запишешь для меня телефон дизайнера интерьеров, который оформил эту квартиру? Моя старшая переезжает в Нью-Йорк. Купил для нее апартаменты – Мэнди хочет там все оформить по своему вкусу. - Почему бы и нет, - пожала плечами Соланж. – Кстати, как девочки? - У них все отлично. Просили передать тебе привет. Соланж рассеянно кивнула, скрывшись за половинчатой стеной, отделявшей от гостиной сияющую белизной кухню. - Ты явился в такую рань, что я даже не успела позавтракать. Не буду ни о чем говорить, пока не выпью чашку кофе. Будешь? - Не откажусь. Мне как обычно. Помнишь, какой я люблю? Соланж невольно улыбнулась. - Разумеется. Колумбийский, крепкий, без сливок и сахара, - приготовив кофе, она поставила чашки на журнальный столик и опустилась на диван. – Так о чем ты хотел поговорить? - О Тони Старке. Хорошее настроение Соланж как ветром сдуло. - Черт, Карлайл! Это последнее, о чем я желала бы разговаривать. Даже раздел имущества – более приятная тема. - Ну, разумеется, - сардонически усмехнулся нефтяной магнат. – Ведь это было мое имущество… Но Старк?.. Неужели ты так сильно обижена на него? Он же теперь едва ли не самый богатый холостяк в Штатах! Что он смог сделать такого, что такая акула, как ты, выпустила его из своей хватки?.. Не делай такое лицо, детка, я ведь все о тебе знаю – жаль только, что я не знал это пять лет назад. - Забудь, Карлайл. Я ничего не скажу. Да и вообще, какое тебе дело? - Предположим, мне хотелось бы узнать побольше о нашем герое, - отхлебнув кофе, произнес Фергюсон. - Вот что я могу тебе сказать: в плане секса ты ему и в подметки не годишься, - дерзко ответила Соланж. Но Карлайл лишь усмехнулся. - Ничего, как-нибудь переживу. Я не собирался покушаться на его лавры плейбоя или меряться с ним длиной пениса. Меня гораздо больше интересует, нет ли у Старка каких-нибудь проблем. - Проблем?.. - Именно. Из-за чего ты съехала из высотки? - Да что тебе за дело? - Скажем, Тони Старк перешел мне дорогу. Точнее, «Старк Индастриз». Поэтому мне нужна информация. Любая, в том числе личного характера. Все, что я могу использовать против него и его бывшей жены. Глаза Соланж загорелись, но тут же потухли. - Нет, - заявила она после непродолжительных раздумий. - Я не могу это рассказать. Во-первых, ты мне не поверишь, а во-вторых – это опасно. Для меня. Я дала обещание хранить все в тайне и если проболтаюсь… - Старк угрожал тебе? – удивился Фергюсон. – Совсем на него не похоже. Но, даже если так, я бы не воспринял его всерьез. Я не очень хорошо знаком с Тони, но, по-моему, он слишком порядочен, чтобы привести угрозы в исполнение. - Нет, он не угрожал. Он заплатил мне, чтобы я держала язык за зубами. - Сколько? – деловито поинтересовался Карлайл. Соланж назвала сумму. - Надо же… - Ты готов заплатить больше? - Только если информация окажется действительно ценной. - Не сомневайся. Как я понимаю, тебе нужно нечто, что можно будет использовать для шантажа? - Именно. Ты все схватываешь на лету. Но учти, я не собираюсь покупать кота в мешке. Сначала я выслушаю тебя, а потом решу, стоит ли платить. Соланж начала возражать, но Фергюсон был непреклонен. - Не стоит ломаться, детка. Скорее всего, то дерьмо, в которое ты вляпалась, нафиг никому не интересно. Будь рада, что я вообще готов тебя выслушать. - Ну ты и козел, Карлайл!.. - Я ничуть не хуже тебя, дорогая. А теперь, когда мы обменялись любезностями, изволь приступить к рассказу. Я не собираюсь торчать здесь до полудня. В общем-то, Фергюсон был прав: Соланж хотелось выговориться. Хотелось даже, чтобы ее пожалели, но, самое главное, поверили ей. В то же время она знала, что не сможет поделиться этой историей ни с кем из родственников или самых близких подруг. В этом смысле появление Карлайла оказалось как нельзя кстати. Он был само внимание – выслушал ее, не перебивая, не пытаясь поднять на смех. Лишь несколько раз он спрашивал ее, стараясь уточнить детали. - Красные глаза и синяя кожа? Именно так? Хорошо. А когти на руках были?.. Или чешуя?.. Пол был покрыт льдом только на кухне или во всей квартире? Почему ты так уверена, что это существо хотело тебя убить? В конце концов Соланж закончила рассказывать, а Карлайл больше не задавал вопросов. Тогда женщина спросила сама: - Как ты думаешь, кто она такая? - Дочь Старка? Понятия не имею. Но собираюсь выяснить. - Каким образом? - А вот это уже не твоя забота. Скажу только, что я и раньше подозревал, что с ребенком Тони что-то неладно. Твой рассказ, пожалуй, навел меня на след. Радуйся: я заплачу тебе столько же, сколько дал он. И, Соланж, знаешь что? Как только получишь перевод, постарайся побыстрее убраться из Нью-Йорка. Лучше вообще из Штатов. Скройся на время в каком-нибудь райском уголке и подлечи нервы. И сиди там тише воды и ниже травы, понятно? Это для твоего же блага.

***

Нью-Йорк, 29 ноября 2023 года. - Больше десяти лет назад я выступал перед комиссией по делам вооруженных сил в качестве эксперта. Я говорил это тогда и точно так же считаю и сейчас: костюм Железного Человека – это достаточно мощное оружие; не щит, а меч, и меч обоюдоострый. Как вы знаете, мистер Старк всегда утверждал обратное. Помнится, он даже назвал свой костюм высокотехнологичным протезом. Сенат и народ Соединенных Штатов ему поверили. Поверили настолько, что разрешили оставить костюм в его полном распоряжении... Хаммер выдержал эффектную паузу. - И что мы имеем сейчас, спустя десять лет? Костюм Железного Человека стал игрушкой в руках ребенка, его дочери! Конечно, кто может запретить Энтони Старку распоряжаться броней по собственному усмотрению? Он – создатель этого чуда, он обладает всеми правами. Только вот, чисто по аналогии: например, я. Я же не сажаю своего сына за штурвал сверхзвукового истребителя только потому, что «Хаммер Индастриз» выпускает для них боеголовки!.. Я чувствую ответственность! А то, что пострадал именно мой ребенок, не влияет на суть проблемы. На месте Билли мог оказаться любой другой мальчик или девочка. Энтони Старк должен наконец понять… Тони выключил телевизор. - А ты должен наконец надрать уши своему сыну за то, что он измывается над одноклассниками, - пробормотал он в наступившей тишине. – Но ты этого не сделаешь. Старк уставился на погасший экран. Зачем вообще ему вздумалось смотреть телек? Знал же, что ничего хорошего из этого не выйдет. И точно: переключая каналы, он почти сразу же наткнулся на какое-то ток-шоу, где выступал Джастин Хаммер. Раздумав смотреть новости, Тони решил спуститься в мастерскую и занять себя чем-нибудь полезным. У него было несколько проектов, которые требовалось довести до ума, и в другой раз он был бы несказанно рад свободному времени, но теперь мысль о работе внушала чуть ли не отвращение. Тони понял, в чем дело: обычно по вечерам, примерно в это время, с ним рядом всегда была Кагуя. В мастерской, в гостиной, в спортивном зале – все равно, где. Девочка то вертелась вокруг, болтая о чем-нибудь и донимая отца вопросами, то тихо сидела в уголке, занятая своими собственными изобретениями. Или просто смотрела, как Тони работает. Ее присутствие было таким же неизменным, как наличие Джарвиса во всех принадлежащих Старку жилищах. Все это началось лишь одиннадцать лет назад, но Тони казалось, что так было всегда. Кагуя – нежеланный ребенок, появившийся на свет волею случая – стала неотделима от него. Теперь он остался один. Прошло уже несколько дней с тех пор, как служба опеки заставила его отправить Кагую к Хоганам. Тони разговаривал с дочерью по телефону чуть ли не десять раз в день, но все равно чувствовал, что отчаянно по ней тоскует. В тот вечер Старку ужасно хотелось общения, но, как назло, этажи башни, отведенные под резиденции Мстителей, пустовали. Клинт и Наташа вот уже вторую неделю находились на миссии где-то в Центральной Африке, а Брюс уехал в Камбоджу. Тони оказался целиком предоставлен самому себе. Первое, что бросилось в глаза, когда он перешагнул порог мастерской – комок сплющенного под прессом металла не больше пары футов в диаметре, лежавший в углу. То, во что превратилась «Хела-2». Тони выполнил требование социальных работников и уничтожил детский костюм. Кагуя расстроится, когда узнает. Ничего, потом сделаю ей новую. - Так, что у нас в программе, Джарвис? – демонстративно весело обратился к дворецкому Тони. Тот тут же принялся открывать окна с названиями незавершенных проектов, но Тони, едва взглянув на каждый, быстро отмел их в сторону. - Знаешь что, Джарвис, мне охота немного размяться. Давай-ка лучше займемся испытаниями последних моделей брони. Начнем с «Марк-78». Дубина, тащи сюда лыжный костюм супергероя! То, что Тони так называл, было обычным облегающим костюмом из спандекса, состоящим из лосин и майки с прорезью для реактора на груди. Плотно прилегающая к телу одежда облегчала управление Железным Человеком, но Тони пользовался ею лишь в тех случаях, когда новая броня бывала еще не слишком хорошо подогнана и могла дать сбой или заклинить. Старк быстро переоделся и приступил к работе. Это была большей частью физическая работа – надевать и снимать костюм по частям, по очереди проверять исправность каждой отдельной части, не забывая делать соответствующие заметки. К счастью, последним обычно занимался Джарвис. Откалибрировав «Марк-78», Тони убил еще час времени, занимаясь с нижней частью «Марка-79». Но, почувствовав, что уже достаточно устал и сможет легко заснуть, Старк без колебаний бросил работу. По его приказу броня рассыпалась на куски, освобождая его ноги, и Тони тут же равнодушно отвернулся от нее, оставив детали валяться на полу. Прежде чем уйти, Старк осушил початую бутылку минеральной воды, которую ранее по его просьбе поставил на стол Дубина. Когда он делал последний глоток, на него вдруг напахнуло озоном. Тони замер, втягивая носом воздух. Он снова почувствовал запах озона и еще чего-то, кажется, каменной крошки, а потом до его слуха долетел слабый шорох, раздавшийся со стороны двери. Старк не спешил (не хотел) оборачиваться. - Джарвис, - спросил он как можно спокойнее. – Это ведь то, о чем я думаю? - Я не читаю мыслей, сэр, - ответил дворецкий. – Но догадываюсь, что вы спрашиваете о мистере Локи, который сейчас стоит у вас за спиной. Стоит ли мне… - Нет, Джей, все хорошо. Но будь начеку, ладно? - Что такое, Старк? – тут же раздался недовольный голос Локи. – Или я уже не желанный гость в твоем доме? - Дело в том, что ты гость здесь очень редкий, - ответил Тони, наконец обернувшись. Асгардец стоял у дверей лифта, одетый, как всегда, в черно-зеленое, но без шлема и доспехов. Приглядевшись, Старк заметил, что кожаный плащ Локи сильно потрепан и покрыт толстым слоем пыли. Так же присыпаны пылью были и волосы бога – словно он недавно попал в песчаную бурю или оказался погребен где-то под завалами. - Я был занят, - коротко ответил Локи. Он взмахнул рукой, на мгновение осветившейся зеленым, и густо покрывавшая его пыль облачком взметнулась в воздух. Через несколько мгновений она осела на полу, а очистившийся от нее Локи не спеша направился к Старку. Тони с трудом подавил желание отступить назад. Он подумал, что наверно никогда не сможет свыкнуться с той аурой угрозы, что вечно сопутствовала Локи. Сейчас он тоже источал ее, хотя был явно не в лучшей форме и, на первый взгляд, безоружен. Худой и высокий, асгардец словно весь состоял из острых углов. Даже взгляд зеленовато-голубых глаз Локи пронзал не хуже кинжала. Бог двигался навстречу Старку неспешно и грациозно, словно гепард, и точно так же смотрел на него – глазами хищника, заметившего добычу. - Занят?.. Ну, разумеется. Сеял зло и хаос по девяти мирам. Где ж тебе было выкроить время для меня и дочери! – выпалил Тони, когда асгардец подошел к нему вплотную. - Я скучал. Поэтому я сейчас здесь, а не где-то еще. - Полагаю, я должен быть рад, - саркастически заметил Тони. Но Локи словно бы и не заметил его иронии. - Что на тебе надето? – спросил он, положив руку на плечо Старку. Тот попытался оттолкнуть его, но без особого результата: цепкие кисти тут же сжали предплечья, большие пальцы принялись поглаживать скользкую ткань костюма. - Он так сильно обтягивает тебя, - прошептал Локи. – Я вижу каждую черточку твоего тела. Тони открыл рот и тут же закрыл его, не произнеся ни слова. Он был в замешательстве; ему требовалось собраться с мыслями, чтобы начать серьезный разговор – об их отношениях, о Кагуе, о том, что нельзя вот так пропадать на целый год, а потом без предупреждения являться неведомо откуда… Но это было непросто, потому что руки асгардца отвлекали его, настойчиво лаская сквозь тонкий слой облегающей одежды. - Локи, я… Погоди, постой! Давай поговорим. - Потом, - ответил бог. – Позже. Я нуждаюсь в тебе. Его пальцы тем временем быстро переместились на грудь Тони, нащупали выпирающие под футболкой соски и принялись массировать их сквозь ткань. Разумеется, от этого они затвердели и стали еще более заметны. Наклонившись, Локи по очереди взял их ртом и пососал, намочив футболку слюной. Потом он склонился еще ниже и, покрыв поцелуями живот Тони, добрался до туго обтянутого тканью члена. Им он занялся вначале точно так же, как сосками – лаская сквозь костюм, но очень скоро приспустил лосины, а потом и вовсе избавил Тони от них, оставив его обнаженным ниже пояса – Старк никогда не надевал под них белья. - Джарвис, заблокируй все входы в мастерскую, - успел выдохнуть Тони прежде, чем опустившийся перед ним на колени Локи взял ртом его все еще мягкий член. Долгая разлука и искушенность его любовника быстро сделали свое дело – орган Старка недолго оставался безучастным к проявленному вниманию. В конце концов Тони окончательно забыл и про намеченный разговор, и обо всем на свете. Он наслаждался, закрыв глаза и облокотившись одной рукой на стол, а другой нежно перебирая пряди волос Локи. Старк добрался уже почти до самых вершин блаженства, когда бог оторвался от него. Асгардец подхватил слабо протестующего Тони под бедра и усадил, а затем и уложил на один из металлических столов мастерской. Инженер заерзал, безуспешно пытаясь устроиться поудобнее – верстак был донельзя жесткий и холодный. Но Локи не только не обратил внимания на дискомфорт Старка, но и причинил ему еще больший, схватив за лодыжку и высоко задрав его согнутую в колене правую ногу. В таком положении он держал его, пока растягивал. Смазка на пальцах Локи тоже была холодной и нескоро согрелась в теле Тони. От соприкосновения с поверхностью стола стыла спина, да и сам трикстер, даже возбужденный, не мог похвастаться высокой температурой тела. Но Тони почти не чувствовал холода, пока все продолжалось. Наоборот, он ощущал, как по телу, одна за другой, разливаются волны жара. Сначала Локи взял его лежащим на спине. Старку пришлось закинуть ноги на его плечи и держать их так довольно долго, пока не заболели мышцы. Потом бог перевернул его на живот и принялся толкаться с удвоенной силой, одновременно лаская член Тони рукой. Они кончили вместе, с разницей, быть может, несколько секунд, чего раньше никогда не случалось. После оргазма Локи упал на него, придавив своим телом к рабочему столу, и отстранился лишь для того, чтобы сменить презерватив. Повернув голову, Тони увидел, как он это делает, и отметил про себя, что асгардец научился управляться с изделием чрезвычайно ловко – не хуже его самого. Даже закрались сомнения, а не занимался ли Локи сексом с кем-нибудь еще, пока они не виделись? Но открыто ревновать было бы глупо, да к тому же бесполезно и унизительно. Инженер постарался не думать ни о чем – и это оказалось легко, когда они с Локи были единым целым: судорожные обьятия, сплетение конечностей, две фигуры, крепко прижимающиеся друг к другу на неудобном столе. Они продолжили, лежа на боку. Локи обнимал Тони и легонько покусывал за шею, неторопливо двигая бедрами, наслаждаясь. - Отпусти меня, - пробормотал Старк, когда они достигли завершения во второй раз. - Нет. Я еще с тобой не закончил, - и Тони почувствовал, как обмякший член асгардца снова наливается силой – прямо внутри его задницы. Это было чертовски возбуждающе, даже несмотря на то, что Старк уже порядочно устал. Тони сомневался, что сможет кончить еще один раз, но все же сдался и позволил богу сделать с собой все, чего тот желал. Когда очередной приступ эйфории миновал, Тони осознал себя лежащим на верстаке, без штанов, в насквозь мокрой от пота майке, задранной до подмышек. Локи стоял рядом и не спеша застегивал брюки. Предаваясь страсти, он лишь расстегнул ширинку. Все остальное, даже плащ, оставалось на месте. Тони, впрочем, знал, что трикстер обожает заниматься сексом в одежде. То есть, ему нравилось, когда Старк был раздет догола, а сам он оставался одетым. Явно не из-за того, что он стесняется своего тела. Скорее, это дань его вечному стремлению к безграничной власти. - И все-таки, нам надо поговорить, - произнес Старк, поднявшись со стола. В пояснице тут же стрельнуло, и он сморщился от боли. - Черт!.. - Тебе плохо? – тут же вскинулся Локи. – Где болит? От его холодности и высокомерия мигом не осталось и следа. Встревоженный, он схватил Тони за плечи, принялся вертеть его, ощупывать и осматривать. - Ерунда, не беспокойся… Но Локи уже догадался о причине, и его искрящиеся магическим светом ладони легли на спину Старка – вдоль позвоночника мгновенно разлилось приятное тепло. Тони сразу почувствовал себя и лучше, и хуже. Лучше, потому что ничего больше не болело, и хуже, потому что он осознал, что, наверно, кажется Локи старым и слабым. Инженеру вдруг стало стыдно своей седины, своего увядающего тела. Он окликнул Дубину, попросив его принести полотенце и чистую одежду. Когда это было исполнено, он поспешно вытерся и оделся, отступив подальше в угол и отвернувшись от недоумевающего Локи. - Я останусь на ночь, - произнес трикстер за его спиной. – Хочу увидеть Кагую. - Тебе следовало спросить: могу ли я остаться? - А что, нет? – искренне удивился Локи. – Ты не хочешь меня видеть? Однако, он не выглядел разгневанным, и это было хорошо. - Дело не в том, - Тони устало потер виски. – Я всегда рад тебя видеть, но… Хотелось бы знать, когда ты придешь в следующий раз и надолго ли ты останешься. - Навсегда. Я буду с тобой постоянно, как только закончу свои поиски. Когда я подарю тебе долголетие асгардца, мы станем неразлучны. - И когда же? - Скоро. Не беспокойся об этом, Тони. Позволишь мне повидаться с дочерью? Старк вздохнул. - Кагуя сейчас в другом месте. - Где? Разве она не с тобой? – в голосе Локи послышалась тревога. - Не волнуйся, с ней все в порядке. Но мне надо кое-что тебе рассказать, раз уж ты появился, - и Тони увел его в свой пентхаус на верхних этажах башни. Усадив Локи в кресло и на всякий случай взяв с него обещание спокойно выслушать все до конца, Старк поведал о неприятностях, постигших Кагую. Бог слушал его, хмурясь все больше. - Странные у вас в Мидгарде законы! Забрать дочь у благородного отца и отдать на воспитание простой служанке! - Ну, я не так уж благороден, а Пеппер не служанка, как я уже тебе не раз говорил… - Я не позволю отнять ее у нас! - Они и не отнимают. Это временно, - поспешно заверил его Тони. - Я выполнил их требования, и Кагуя скоро сможет вернуться. Не кипятись, ладно?.. - Но я хотел бы увидеть ее. Надеюсь, хоть это не запрещено?.. Ты отвезешь меня в дом Пеппер? - Сегодня? – Старк взглянул на часы: пол-одиннадцатого вечера. – Нет, уже почти ночь. Они сейчас спят или готовятся отойти ко сну. Мы отправимся туда завтра утром. Обещаю. * Эмили Дженкинс – имя и внешность персонажа взяты из фильма «Дело №39», т. к. образ Кагуи Старк возник под впечатлением от детских ролей Джодель Ферланд, прежде всего в «Стране приливов», «Сайлент Хилл» и «Деле №39».