Узы, которые крепче кровных

      После встреч с Эл губы горят от воспоминаний, Майк мечтательно пялится в потолок, краем глаза задевая всë ещё развешенные вокруг детские рисунки Уилла. Мама как-то осторожно предложила убрать хотя бы часть и этим предложением вызывала теперь уже редкую истерику Майка – категорический отказ. Да, они выросли, да, теперь нужно больше места для постеров любимых групп, но рисунки Уилла останутся! В подвале, в комнате Майка, в папке Майка, которую он прячет под кровать, чтобы Холли не нашла и не сотворила с ними что-нибудь чудовищное и необратимое.              Сейчас он пялится на рисунки в подвале, потому что здесь прохладнее, чем в остальной части дома, а на улицу просто страшно выходить – солнечный удар можно получить, даже находясь в тени. Майк намеревается провести здесь всё время, думая об Эл.              Всë равно партия собирается у него ближе к вечеру.              Майк не помнит, когда они собирались вместе в последний раз, просто Дастин вот-вот уедет в летний лагерь, и они не будут тусить целую вечность.              Майк целую вечность летних каникул провëл в комнате Эл. Теперь ему кажется, что вечность – не так уж и долго, но, раз ребята хотят встретиться и попрощаться с другом на долгие недели, он не против. Всё равно Хоппер не позволяет им с Эл по вечерам заниматься своими делами. А Майк не уверен, что им с Эл есть, чем заниматься, кроме запрещенных шерифом поцелуев.              Ну, то есть Эл классная. Идеальная, на самом деле, с ней весело и интересно… целоваться. Смеяться исподтишка, касаться друг друга, пока Хоппер не видит. Бояться, что он заметит, почти нарываться на то, чтобы заметил. Но чаще всë-таки целоваться. Держать еë руку, ощущать тонкие нежные пальцы, которые на расстоянии способны гнуть железо и подбрасывать вверх фургоны…              Майк пялится в потолок, честно пытаясь сосредоточиться на предвкушении завтрашнего дня: он встанет пораньше, чтобы собраться и поехать к Эл… жаль, что ей нельзя выходить в город, нельзя идти в кафе и есть мороженое на настоящем свидании, держаться за руки в кино. А всё чëртов параноик-Хоппер!.. У Майка не хватает на него зла, правда-правда. Майка распирает изнутри от праведного гнева, но в то же время, представляя поход в кино с Эл, он чувствует почти негодование.              В конце концов, с Уиллом в кино ходить гораздо интереснее. С Эл они всë равно заберутся на последние места и наверняка будут целоваться, не обращая внимания на экран. А с Уиллом можно потом обсудить всё, что случилось в фильме.              Пожалуй, эти моменты – полумрак, полностью поглощëнное действием лицо Уилла, его острый локоть, касающийся локтя Майка на общем подлокотнике, неловкие прикосновения, когда они передают друг другу колу или пачку чипсов…              Майк не показывает вида, но всегда ждет эти походы. И уж точно не вспоминает во время сеансов об Эл, о поцелуях. Он – взрослый парень, у него есть девушка и собственная жизнь. У него есть Уилл. Становящийся с каждым днëм как будто дальше, но всё ещё находящийся рядом – в рисунках, в редких встречах, в еще более редких разговорах по рации.              Майк искренне считает, что его жизнь удалась, когда лежит на диване и пялится в потолок, рассматривая старые рисунки Уилла и недоумевая, почему тот давно не рисовал и не дарил ему чего-то нового. Майк уверен, что Уилл рисует. У Уилла нет Эл, чем ещё ему заниматься долгими летними днями? Иногда он ходит с друзьями на прогулки, как рассказывал Лукас, но всегда выглядит отстранённым и замкнутым…              Мысли Майка перескакивают с одной на другую. Ему есть дело до друга, конечно же. Но рядом с ним Уилл выглядит нормально, улыбается, смеется, завороженно смотрит на экран. Его лицо в тени кажется очень взрослым и очень красивым, и Майк каждый раз отвлекается от фильма, бросая искоса взгляд.              Иногда Лукас сетует, что Уилл и Дастин по-прежнему одиноки. Что им нужно тоже найти по девчонке, чтобы всем вместе весело проводить время. Майка эта идея не то чтобы воодушевляет. Порой он видит, как девчонки смотрят на Уилла – почти догнавшего Майка в росте, но сохранившего какую-то детскую очаровательность. В конце концов, именно Уилла пригласила девчонка на Осеннем балу! И не только потому, что он мальчик-зомби. Ну, Майк думает, что не только поэтому.              Холли всегда очень ждет приходов именно Уилла. Ей нравятся его рисунки – не просто так Майк прячет драгоценную папку, уверенный, что младшая сестра при первой возможности на неё покусится самым бессовестным образом. Майк не знает, что именно она будет делать, но одна мысль о возможной утрате причиняет почти физическую боль и вызывает острое желание прямо сейчас папку перепрятать в более укромное место. В сейф отца, например. Если бы у Майка был доступ к нему в любое время суток.              И Нэнси. Нэнси иногда выглядит просто как охотница за Байерсами. У нее есть собственный Байерс, Джонатан, но ей как будто мало! Она расспрашивает Уилла или об Уилле, ей интересно, что он сейчас рисует и какую музыку слушает. Майк наблюдает и злится: Уилл слушает ту же самую музыку, что и Джонатан, алло, ты – девушка Джонатана, отойди от Уилла подальше, не прикасайся к нему, не пытайся завладеть его вниманием прямо сейчас, когда в комнате есть, например, Майк! И вообще, Нэнси, ты танцевала с Дастином, тот до сих пор твердит, что ты назвала его своим любимчиком — вот и тискай Дастина, пожалуйста!              Однажды Майк предъявил старшей сестре все эти претензии. На что та, округлив глаза, заявила, что Майк – эгоист, проводит времени больше со своей девушкой, в то время как Уилл иногда гуляет с ними с Джонатаном или общается с нею во время ужинов у Байерсов. И вообще, «ты будто ревнуешь, Майк! А что будет, когда Уилл влюбится?»              Эта перспектива ставит Майка в тупик. Он представляет, что Уилл найдëт девушку, одну из тех, которые смотрят на него и краснеют. Так иногда краснеет Эл, глядя на Майка. Внутри что-то обрывается. Когда это случится, они с Уиллом перестанут занимать соседние места в кинотеатре? Уилл будет делиться колой с девушкой, а не с Майком, с ней обсуждать то, что увидел или вовсе – целоваться?!              Ну, то есть, целоваться прикольно. Это то, что делают взрослые, то, что делают Майк и Эл, Лукас и Макс. Уиллу, конечно, тоже нужно попробовать…              Только вот Майк не может представить ни одной подходящей девушки для Уилла. Он заранее настроен против неë, какой бы клевой та не была. Он не допустит того, что допустил с Макс – не позволит какой-то незнакомой девчонке вступить в партию и занять в ней почетное место. И, будь его воля, в сердце Уилла он бы тоже её не пустил.              Да, Нэнси права. Это эгоистично. Это отстойно, на месте Майка, так поступать с другом. Майк не хочет разбираться с тем, почему вероятная девушка Дастина не вызывает в нëм такой ненависти. Майк не знает даже, стоит ли ему об этом с кем-то поговорить, да и подумав о возможном разговоре, сразу же отметает эту мысль. Они теперь говорят почти всегда только о девчонках. Они, типа, выросли, говорить о девчонках – нормально, правильно. И… весело! У него, у Майка, сейчас самые настоящие первые отношения, конечно, ему есть, чем поделиться в узком кругу друзей. А не жаловаться на то, что он заранее ревнует, — и вообще, это не ревность, Нэнс, ты ничего не понимаешь в дружбе, — лучшего друга к несуществующей девушке.              Дверь в подвал открывается, и Майк замечает на лестнице Уилла. Майк, в общем-то, рад, что это именно Уилл, но собственные мысли и воспоминания, только что доводящие его до нервного припадка, сказываются на том, как он здоровается с другом.              Он не ревнует Уилла, нисколько! И вообще, ему приятнее было бы проводить время со своей девушкой, но из-за параноика Хоппера...              Уилл выглядит радостным, но когда Майк сразу начинает жаловаться на помешанного на дурацких правилах шерифа, с дочерью которого встречается, его воодушевление сходит на нет. Майку обидно. Они с Уиллом всегда так хорошо понимали друг друга, так поддерживали в любой ситуации. Почему сейчас, когда Майк делится наболевшим, Уилл отстранëн?              К счастью, дверь в подвал снова открывается. Дастин и Лукас уже оживленно спорят о недавно прочитанном комиксе. Майк едва заметно вздыхает – еще секунда, и он бы точно сорвался на Уилле из-за незаинтересованности того в проблемах чужих отношений. Он видит, как меняется лицо Уилла, когда Майк, не дождавшись окончания спора между друзьями, влезает со своими жалобами на поведение Хоппера и, браво, наконец-то получает столь необходимую поддержку! Друзья обзывают шерифа разными словами, интересуются, как Эл. Завязывается оживленный разговор.              Уилл не принимает в нем участия. Майк сжимает кулаки, пытаясь не смотреть в его сторону. Может, Уилл поймет, как это сложно, когда сам начнет с кем-то встречаться?              Почему-то эта мысль не приносит облегчения.