Ангел в чёрном халате

Tommee Profitt, Trella — Rise Above

К горлу подкатил ком, который не желал пропускать поток воздуха. Земля ушла из-под ног, Йеджи еле удержала равновесие, чтобы не рухнуть на пол. Она дала обещание, но не смогла выполнить его. Даже и месяца не прошло — она не смогла справиться с обещанием. Серьёзно, Хван Йеджи? Будешь всегда рядом? И где это твоё «всегда рядом»? Душа разрывалась на куски. Йеджи нужно было увидеть изменения в поведении Рюджин, ей нужно было понять, что всё же что-то не так. Какого чёрта она не смогла этого сделать? Звонкий голос Юны вернул её на Землю. — Телефон ещё работает! — прибежав к Йеджи, младшая протянула разбитый мобильник Рюджин и закусила нижнюю губу в ожидании. Услышав голос Юны, Черён вышла из другой комнаты и с испуганным видом подбежала к ним. Из-за волнения Хван грубо вырвала телефон у Шин, начиная бегать глазами по открытой переписке с… Минхо. Пальцы неимоверно дрожали. Йеджи обуревала паника. Она бушевала внутри неё и билась о скалы от страха за Рюджин.

12 апреля

leeknow: я тебя найду, шлюха leeknow: я просто так не отстану от тебя leeknow: так ты ещё и игнорировать меня собралась?

14 апреля

leeknow: ты пожалеешь leeknow: очень сильно пожалеешь

19 апреля

leeknow: знаешь, я был прав leeknow: ты самая настоящая шлюха leeknow: ебалась со своей пациенткой, пока со мной встречалась leeknow: ты до сих пор не хочешь отвечать? leeknow: я понял тебя

сегодня

leeknow: я знаю, где ты живёшь leeknow: это было несложно leeknow: приезжай сейчас же в мотель «Sunshine» и заходи в номер 301, если не хочешь проблем

shinryujin: можешь делать, что хочешь

shinryujin: я не приеду

leeknow: делать то, что я хочу? leeknow: хорошо, я сам тебя заберу Дальше сообщений нет. Йеджи посмотрела на свои руки, которые тряслись, и не могла поверить в увиденное ранее. Ей трудно осознать реальность, о которой она догадывалась, но не думала, что всё ещё хуже. Этот поганый ублюдок писал ей все время. Почему Рюджин ей об этом не сказала? Почему просто так проигнорировала его сообщения? Крепко сжав телефон в руке и бегло осмотрев помещение, Хван пришла к одному единственному и, скорее всего, вероятному выводу. — Минхо увёз её в мотель, — едва шевеля губами, произнесла она. Черён повернулась к Юне и посмотрела хмуро, настороженно. В голове у обеих присутствовали мысли, которые озвучивать никто из них не решался. Уровень напряжения с каждой секундой становился все сильнее. Шин, взглянув на Хван, встретилась с ней глазами. Её испуганный взгляд как будто бы подтверждал то невысказанное вслух. — Нужно поехать туда. Вместе, — прервала гробовую тишину Черён, из-за чего те на неё обратили внимание. Она кинула взгляд на наручные часы. — Я знаю, где находится этот мотель. Ехать около двадцати минут. Поняв, что нельзя терять времени, Йеджи одобрительно кивнула и начала бежать в сторону выхода. Остальные рванули за ней в таком же темпе. Прыгнув на водительское сидение, Хван вцепилась в руль и, не медля, нажала на педаль газа. Она даже думать не хотела о том, что Минхо мог вытворять сейчас с Рюджин. Факт того, что в квартире Шин были осколки, беспорядок, следы крови, — явный показатель того, что она сопротивлялась, но Минхо, естественно, оказался куда сильнее. Рюджин могут избить, изнасиловать или даже убить. В голове нет ни единой мысли, кроме этой. И она разъедает подобно кислоте.

* * *

UNSECRET, Ruelle — Final Hour

Вокруг мотеля витала довольно жуткая атмосфера. Здесь тихо, безлюдно. Выйдя из машины и громко хлопнув дверцами, девушки взглянули на окно мотеля, в котором горел свет. На парковке стояли всего лишь две машины, включая их мерседес, поэтому им не составило труда додуматься, что в том номере находятся Минхо и Рюджин. Этот мотель явно непопулярное местечко, раз тут совсем нет машин, — видно, что его редко посещают. — Нужно сначала позвонить в полицию, — взволнованно заговорила Юна, доставая телефон из кармана. Йеджи, повернувшись к ней, схватила её за руку и помотала головой. — Полиция здесь не поможет. — Что? — непонимающе вскинула бровь Шин. Хван тяжело вздохнула, потому что осознавала, что времени слишком мало. Им нельзя просто так медлить и о чем-либо разговаривать. — Полиция заодно с ними, разве до тебя ещё не дошло? Они покрывают этих ублюдков, — она указала рукой на окно с горящим светом. — Это бесполезно. Юна нахмурилась, вспоминая, что Йеджи говорила им в машине, — Минхо и Ли Кихун действуют вместе. Хван вкратце рассказала о проблемах Рюджин, чтобы они понимали, чем может обернуться данная ситуация. Но, даже понимая все это, страх овладел Шин, а тело предательски остолбенело. — Мы сами не справимся, это слишком опасно, Джи, — младшая учащенно дышала, делая пару шагов назад. Она в страхе мотала головой. — Если он там не один? Если мы не сможем? — Мы сможем, крольчонок. Нас трое, — Черён приподняла правый уголок губ и, приблизившись к ней, взяла за руку. В глазах Ли читалось полное спокойствие, из-за чего Юна пребывала в ступоре. — Почему ты такая спокойная? — слегка нахмурила лоб Шин. — Я окончила школу боевых искусств, — успокаивающим тоном проговорила Ли. — Поэтому не сомневайся во мне. Юна, пару секунд похлопав ресницами, в шоке уставилась на свою девушку. Окончила школу боевых искусств? Что ещё она не знает об этой прекрасной Ли Черён? Внезапно где-то сверху послышался громкий грохот, а затем и мужской голос. Девушки одновременно подскочили и повернули головы на источник этих звуков, — они доносились с того самого окна. И, что самое страшное, звуки не прекращались. Их снова накрыла чертова паника. — Бегом туда, — кинула Хван, рванув со всех ног ко входу в мотель. Пробежав мимо стойки ресепшена, за которой никого не было (что было до жути странным), Йеджи пыталась нащупать телефон в кармане джинсов. — Твою ж мать, телефон в машине! — выпалила она быстро, на секунду остановившись. Юна и Черён рефлекторно повернули головы на неё и также остановились. — Зачем тебе телефон? — охрипшим голосом спросила Шин, пытаясь отдышаться. — Достань свой телефон, — приказала Йеджи строгим голосом и, увидев, что Юна его достала, кивнула. — А теперь включи камеру. Быстро. — Ты серьёзно даже сейчас думаешь о работе и бабках? — Чёрт бы тебя побрал, Юна! Делай так, как я говорю! — слишком резко и раздраженно подгоняла Йеджи, съедая Юну нетерпеливым взглядом. Камера сейчас нужна была вовсе не для того, чтобы словить сенсацию, а чтобы утопить Минхо и Кихуна. Шин дрожащими пальцами нажала на включение записи, после чего они быстро поднялись на третий этаж и начали нестись по коридору. Все мысли и эмоции были сконцентрированы только на одном человеке, и страх за него же все сильнее поглощал. Едва добравшись до конца коридора, Хван заметила 301 номер и резко остановилась, поднимая левую руку и показывая остальным «Тихо». За дверью отчётливо слышался голос Минхо и, кажется, скулеж Рюджин. Йеджи вмиг охватил животный страх за жизнь Рюджин. Внутри всё забило тревогу, всё всполошилось, затрепетало в панике, кричало и требовало каких-то действий. Заметив, что Йеджи застыла на месте, Черён решила взять всё в свои руки. Быстро объяснив девушкам, что им надо сейчас сделать, чтобы вытащить Рюджин, она начала стучать в дверь номера. Йеджи вместе с Юной прижались к стене около двери, задерживая дыхание и не шевелясь. В какой-то момент младшей казалось, что всем остальным в этой ситуации легче, чем ей самой, — рука с телефоном тряслась похлеще стиральной машинки. Обеспокоено посмотрев на Черён, она, ничего не говоря, передала ей взглядом: «Ты точно справишься? Я очень волнуюсь», на что та быстро кивнула, мысленно отвечая «Я справлюсь». Им нужно было стоять тихо. Правда, чем больше Хван ждала, не имея о состоянии Рюджин никакого представления, тем тяжелее было дышать и стоять на ногах. После трех стуков в дверь наступила гробовая тишина. — Кто там? — через несколько секунд Минхо подал голос за дверью. — Извините, мне приказали доставить посылку в этот номер, — выкрутилась Черён, ожидая, пока тот откроет ей дверь. Конечно, вероятность того, что Минхо вот так возьмёт и откроет без проблем, была очень маленькой. Какой человек будет доставлять посылку в такую глушь и в такое время? — Я ничего не заказывал, — сухо ответил Минхо. — Это от директора Ли Кихуна, — добавила Ли, предавая голосу нотки уверенности. Ответом было молчание. Черён было подумала, что Минхо не поверил ей, но, бросив внимательный взгляд на резко вздернувшуюся ручку, всё оказалось наоборот. Напрягшись всем телом, она ждала, пока тот полностью распахнет дверь. Эти секунды ожидания тянулись слишком долго и мучительно. Как только показался образ Минхо, Черён ударила его по лицу и, в два счёта оказавшись сзади него, сделала удушающий приём. — Заходите! — закряхтела Ли и кивнула в сторону номера. Шин и Хван спешно залетели в номер, полностью полагаясь на Черён, и начали искать взглядом пропавшую Рюджин.

Billie Eilish, Khalid — lovely

Увидев лежащую Шин перед собой, Хван на мгновение замерла, подобно статуе, и словно отключилась, перестала всё слышать и чувствовать. По позвоночнику пробежался липкий холодок, а сердце забилось в страхе, как сумасшедшее. — Что… — прошептала она в шоке, смотря на почти отключившуюся и полураздетую Рюджин. На теле виднелись свежие синяки, красные следы от пальцев Минхо, а по левой руке стекала струя крови, — было не до конца понятно, чья это кровь. Заплаканные щеки Шин были слишком красные, будто Минхо всё время до этого давал ей пощечины. — Рю… У Рюджин сильно дрожали губы и слезились глаза. Она была на грани отключки, но держалась из последних сил и пыталась что-то вымолвить, едва шевеля губами. Пытаясь не обращать внимания на всю панику и страх, Йеджи, быстро прошагав к кровати, молча стёрла слезы с щёк Рюджин и, застегнув её белую рубашку и надев джинсы, подняла худощавое тело на руки. Позади послышался громкий грохот, и через несколько секунд в комнату прибежала Черён, оповещая остальных, что Минхо отключился. Йеджи стояла спиной к ней, из-за чего она не могла заметить ужасное состояние Рюджин. Взглянув на младшую, которая прикрывала рот рукой и всхлипывала от увиденного, но всё ещё держала камеру, Ли окаменела и поняла, что всё слишком плохо. Как в замедленной съёмке Йеджи повернулась к Черён, держа в руках тело брюнетки, и кинула на неё нечитаемый взгляд. — Боже, — Ли медленно подошла к Хван. — Что он с ней сделал… — Он хотел её изнасиловать, — Йеджи сдерживалась, чтобы не разрыдаться прямо здесь. Сделав большой глоток воздуха, она закусила нижнюю губу и отвернула голову в сторону. — У неё совсем нет сил. Йеджи отшатнулась назад, смотря на то, как в её руках дрожало хрупкое тельце Рюджин, и её заполнило таким горьким сожалением, что сердце внутри сильно сжалось в тисках. Шин ведь не игрушка, которую надо использовать только ради собственного удовольствия, это человек, хрупкая беспомощная девушка, которая совсем не знала детства, и беззащитностью которой теперь пользовался этот насквозь прогнивший, несправедливый мир. Хван зажмурила глаза и помотала головой, совсем не обращая внимания на то, как рядом стояла младшая и плакала, держа телефон в руке, как Черён с сожалением в глазах что-то говорила, видимо, успокаивала её. Хван просто хотелось сесть на колени и умолять Рюджин о прощении за всё, что с ней случилось… За то, что Йеджи хотела выдать всю информацию о ней Момо. За то, что в третью их встречу довела её до слез. За то, что не смогла сдержать обещание даже в первую неделю. За то, что она совсем, совсем не заслужила даже крупицы той боли, которую ей постоянно приходится переживать. Рюджин такая хорошая и такая уязвимая в своем одиночестве против жестокости этого мира. — Я хочу домой… — очень тихо, почти беззвучно произнесла Рюджин и сразу отключилась. От этих слов Йеджи окончательно разрушилась. В груди что-то начало покалывать. Рюджин терпит. Терпит всё и всегда. И самое страшное то, что у каждого человека существует внутри предел, в том числе и у неё. Когда люди долго терпят, долго молчат, долго делают выводы, они могут в один миг просто взять и уйти. Без слов и объяснений. «Какого чёрта ты терпишь, Рюджин?» «Почему позволяешь делать себе больно?» «Не молчи больше, пожалуйста. Никогда» — Сейчас поедем, Рю… Ты в безопасности, только потерпи немного, — успокаивающим голосом прохрипела Хван и, уставившись на младшую, кивнула на телефон: — Выключай камеру. Юна шмыгнула носом, убирая телефон в карман, и, увидев, что девушки начали медленно идти к выходу, направилась за ними. — Ты точно сможешь донести её до машины? Не нужна помощь? — поинтересовалась Черён, идя рядом с рыжеволосой. — Не нужна. Идите вперёд меня, — покачала головой Йеджи, и девушки неохотно послушались. Перешагивая лежащего на полу Минхо, грудь Хван сдавливала ненависть, страх и отвращение. Ей правда стало страшно, когда наступило понимание того, что Шин пережила. Для «известного актёра» Ли Минхо она просто игрушка, жертва. Как такой насильник может жить спокойной жизнью и делать то, что хочет? Как люди могут защищать этого урода? Это чертовски глупо. Безрассудно. Книги похожи на людей. Их обложки и страницы — тело, а строчки и межстрочия — душа. Только практически все люди всегда обращают внимание только на обложку: бывают красивые обложки со скелетами в шкафах, а бывают потрепанные жизнью с наидобрейшим внутренним миром, — и чаще всего выбор людей падает на первый вариант. Йеджи аккуратно положила Рюджин на заднее сидение машины, а младшая села около врача, чтобы следить за её состоянием. — Мы его оставим здесь просто так? — сев около водительского места, хмыкнула Ли. — Очнётся он где-то ночью, если я его, конечно, не убила, — из уст Черён послышалась издевательская насмешка. Задумавшись о произошедшем, Йеджи безрадостно улыбнулась и покачала головой. — Лучше бы он никогда не очнулся, — с агрессией выдала Хван, сжав челюсть. Слепая ненависть к Минхо и Кихуну туманила разум и заставляла действовать решительно, без всяких размышлений. — Завтра для этих ублюдков я подготовлю сюрприз.

* * *

Ed Carlsen — Rain

Недавно начавшийся дождь негромко барабанил по крыше мерседеса и разбивался о лобовое стекло. Йеджи припарковалась во дворе их дома, быстро вышла на улицу и приоткрыла заднюю дверцу Юне. На часах была почти полночь. — Я понесу Рюджин на спине, — громко произнесла Хван, когда младшая в спешке вышла из машины. Дождь был слишком сильным. — Открой мне дверь подъезда. — Хорошо, — кивнула Шин и побежала к дому. Черён помогла положить брюнетку на спину Йеджи, после чего они вместе направились к Юне. Дождь громко постукивал по крышам домов, по подоконникам и оконным стёклам, ласковыми длинными пальцами трогал листья на деревьях, приглаживал пожухлую траву. Он мгновенно впитывался в ткань и волосы, отчего те прилипали к телу. Хван вдруг вспомнила разговор с Шин. «Тебе нравится дождь?» «В дожде моя душа находит покой и расслабление. Также он даёт мне, наверное, вторую жизнь? Избавляет от всех мыслей и позволяет наслаждаться его запахом и звуком». Чувствовала ли Рюджин, что сейчас шёл дождь? Вроде бы просто вода падала с неба, но ощущение было совершенно необыкновенное. Дождь смывал не только грязь и усталость, но ещё очищал, — он стирал горечь с сердца, обновлял, давал желание продолжать жить и силы на это. Целую неделю не было дождя, а прогноз погоды сегодня указывал на чистое солнце. Так почему внезапно пошёл ливень? Все поднимались по лестнице молча. Юна после всего увиденного была как заторможенная, пребывая в собственных мыслях. Хотелось поскорее вернуться домой, сделать себе зелёный чай, изредка поглядывать на дораму в ноутбуке и забыть всё как страшный сон. Такое желание было у всех девушек. — Как долго она будет жить у нас? — задумчиво спросила Шин, медленно поднимаясь по лестнице. — Пока всё не уляжется, — спокойно пробурчала Йеджи, не обращая внимание на боль в спине. Удивительно, но это был первый раз, когда она несла кого-то на спине. — Ей опасно находиться одной в своей квартире. Наконец вернувшись домой и неторопливо добравшись до своей комнаты, Йеджи аккуратно уложила врача к себе на кровать и с облегчением выдохнула. «Теперь ты в безопасности».

* * *

Anson Seabra — I Can't Carry This Anymore

Черён глядела на себя в зеркало, расчесывая свои длинные волнистые волосы, как вдруг почувствовала внезапно вспыхнувшую боль в районе правого ребра. Тихо шикнув и подняв футболку, она через зеркало посмотрела на рану, нанесённую во время «боя» с Минхо. Когда она успела появиться? — Блять, — цокнула Ли, тяжело вздохнув. — Я приготовила нам постель, — в ванную резко вошла младшая и, увидев рану Черён, в ужасе распахнула глаза. — Эй, что это такое?! — Да пустяки, просто царапина, — Черён начала успокаивать подлетевшую к ней Юну. — Царапина? Да у тебя кровь, лисёнок! — обеспокоено поморщила лоб Шин, бегая по ране быстрым суетливым взглядом и оценивая, насколько все плохо. — Аптечка нужна, я сейчас… — пробормотала она, подскакивая, как ужаленная, и спешно вылетела из ванной комнаты. Шин через минуту вбежала запыхавшаяся, с раскрасневшимися щеками и тяжело вздымающейся грудью, как будто бежала за зажатой в руках аптечкой на другой конец планеты. На деле же просто торопилась так, словно Ли вот-вот умрет. Хватило одного только вида крови Черён, и паника заполняла Юну с ног до головы. Ничего не говоря, младшая остановилась около Ли и открыла аптечку, быстрыми движениями пальцев перебирая и выхватывая оттуда необходимое. Черён внимательно наблюдала за Юной. — Ты чертовски милая, когда беспокоишься обо мне, — хихикнула Черён, закусывая губу. На какой-то миг боль от раны даже исчезла. — Очень мило, я сейчас коньки откину из-за того, что у тебя кровь идёт! — громко воскликнула Шин, взволнованная состоянием своей девушки. — Я в порядке, — серьёзно заявила Черён, наблюдая за возящейся в аптечке младшей. Юна тихонько хмыкнула и покачала головой, быстро открывая бутылек с антисептическим средством. — Вот же урод… — вмиг разозлилась она, вспоминая лицо Минхо. — Никто не может калечить прекрасную кожу моего лисёнка. Как он посмел? Я точно убью его, чёрт подери. — Мне повезло с тобой, — издала смешок Ли, улыбнувшись. — Кстати, я так ловко его подбросила. Тренер по боевым искусствам мной бы гордился. — Мой Джеки Чан, — ответила Шин, слабо улыбнувшись уголком губ. — Скорее всего, сейчас будет больно, — предупредила она, готовясь промывать рану. — Ай, жжется! Подуй! — тихо взвизгнула Черён, зажмурив глаза. — Да подуй уже! Холодный воздух немного успокаивал жжение раны. — Почему ты мне сразу не сказала, что поранилась? Утаить от меня хотела? — Нет, крольчонок. Я сама только увидела, что у меня есть рана. До этого времени не чувствовала боль, — говорила совершенную правду Ли. — Не пугай меня больше так, ясно? Я, конечно, уже знаю, что ты мастер кому-нибудь набить лицо, но нужно быть аккуратнее, — покачав головой, поджала губы Шин. — Не хочу, чтобы тебе набили лицо, — она начала забинтовывать рану. — Хорошо, больше так не буду. Хоть мне и нравятся последствия этого, — хмыкнула Черён, наклоняя голову к ней. — Ты так заботишься обо мне… Закончив с перевязкой, Юна отложила аптечку в сторону и, за секунду приблизившись к лицу Черён, дышала ей прямо в губы. Уголок губ младшей дернулся в подобии улыбки, а рука потянулась к скуле Ли. — Я могу о тебе так заботиться и без всяких последствий, — сладко прошептала она, медленно проходясь по скуле большим пальцем. Палец скользил вниз, к приоткрытым губам. — Буду заботиться о тебе каждый час, минуту и секунду. Черен поддалась навстречу и прикоснулась к губам младшей, позволяя себе забыться и не думать о физической боли. Перемещая руку на затылок Шин, она потянула её ближе к себе, углубляя поцелуй и соприкасаясь языками. Внутри сразу же появилось приятное чувство спокойствия и лёгкого возбуждения. «Как же я люблю тебя», — фраза, которую они обе только что мысленно произнесли, думая друг о друге.

* * *

MEJKO — Archangel

За окном раз в несколько минут разносился гром, в темном небе сверкали молнии, а дождь плавно шелестел, создавая спокойную мелодию для релаксации. Запах приятной свежести проникал в комнату Йеджи. На Рюджин было действительно больно смотреть. Хван самостоятельно переодела ее в сухую одежду, обработала все маленькие ранки и ссадины, укрыла одеялом и села совсем рядом, став наблюдать за ней. Ей было больно вспоминать, как Шин натягивала фальшивую улыбку и уверяла, что всё хорошо, хотя на самом деле внутри она продолжала чувствовать себя опустошенно и разбито. У неё каждый раз сжималось сердце из-за того, что она понимала, что могла бы не допустить произошедшего. Хван могла хотя бы написать ей за эти два дня, могла настаивать на том, чтобы остаться у неё в квартире, могла даже просто поболтать с ней, а не молчать в тряпочку. — Почему ты мне ничего не сказала, Мармозетка? — она с грустью в голосе спросила, зная, что Шин, скорее всего, даже и не слышит её вопрос. После всего, что произошло, Рюджин нужно хорошо отдохнуть и находиться в спокойствии. — Прости, что не была рядом. Я должна была уберечь тебя от него. Теперь… — Йеджи нежно прикоснулась к ладони брюнетки и стала поглаживать её большим пальцем, — даже если ты меня оттолкнешь, я буду рядом с тобой до того момента, пока не пойму, что ты в полной безопасности. Рыжеволосая хотела прекратить все страдания врача и стать для неё спасением, которое положит конец Минхо и Кихуну и вернёт ей долгожданное спокойствие. Решительно встав и сев за рабочий стол, она открыла ноутбук и начала шерстить информацию о Минхо и Кихуне. После достала блокнотик, начиная туда записывать что-то, и, включив телефон, зашла в чат с Юной, в котором было сегодняшнее видео. Открывать его совсем не хотелось, но надо было. Пересмотрев его несколько раз, в Йеджи вновь вспыхнула ненависть. — Это ты пожалеешь, ублюдок, — тихо пробормотала в пустоту Хван. — Жди подарочек утром. Она приковала внимание обратно к ноутбуку. Взгляд у неё был тяжёлый, неподъемный. Глубоко задумчивый, утонувший не в самых приятных мыслях. Звук мычания со стороны постели привлёк Йеджи, поэтому она повернула голову на его источник. Взгляд упал на спящую Рюджин, вид которой был очень мирный, спокойный и невозмутимый. Беззащитный. Это успокаивало Хван, внушало уверенность и убеждало, что всё правильно. Вот только сама Шин ничего не знала и понятия не имела, что задумала рыжеволосая и на какой огромный шаг решилась. Йеджи просидела так несколько часов, не сомкнув глаз, а затем, прихватив ключи от своего мерседеса, тихо дошла до двери и собиралась уже выйти из комнаты, как вдруг ей стало необходимым обернуться на спящую Рюджин и убедиться, что с ней точно всё в порядке. — Я создам для тебя мир, в котором будет спокойно, — едва слышно произнесла Хван и ушла, тихо прикрыв дверь. — Верь мне.