Ледяной принц

Стив заходит в спальню и закрывает за собой дверь. Достав телефон из кармана, он набирает номер и слушает гудки. — Алло? — Пеппер отвечает как раз перед тем, как звонок ушёл бы на автоответчик. — Привет, Пеппер. Это Стив. — Да, я знаю, — она смеётся. — Что случилось? — Я хочу отменить план, — говорит он, расхаживая перед кроватью. Слова вырываются быстро, прежде чем он успевает ещё раз всё обдумать. Она делает паузу, затем отвечает: — Хорошо, мы можем это сделать. Но почему? Я думала, ты хотел быть тем, кто сделает предложение. — Хотел. Или… раньше хотел, — Стив вздыхает, проводя рукой по волосам. — Но, Пеппер, я даже не знаю, как это объяснить. Он вложил в это столько сил. Целый день из приятных мелочей, он научился готовить ради сегодняшнего вечера, свечи, цветы… и я просто — я не собираюсь ничего портить. Романтические жесты — это его стихия. Так было всегда. Он тратит на это столько времени. Он так взволнован. Он почти не спал последние дни и думает, что очень незаметно носит кольцо в кармане, но я видел, как он проверял его уже раз двенадцать за сегодня. Я хотел сделать предложение, потому что он и так сделал так много, но, если честно? Это больше не имеет значения. Я просто хочу уже быть с ним женатым. Мне всё равно, как именно мы к этому придём. — Ну ладно, — Стив слышит улыбку в голосе Пеппер. — План отменён. — Спасибо тебе, Пеппер. За всё. — Конечно, Стив. Всё что угодно для парня, который наконец-то заставил Тони Старка остепениться, — шутит она. — Удачи с тем, чтобы тебе сделали предложение. Постарайся хотя бы выглядеть немного удивлённым. — Я постараюсь, — смеётся Стив. Попрощавшись и завершив звонок, Стив открывает дверцы шкафа и достаёт спортивную сумку, спрятанную в углу. Расстегнув боковой карман, он находит коробочку с кольцом, которую спрятал там на прошлой неделе. Кольцо довольно простое — чёрное, с красной полосой по центру. Он понял, что это «то самое», в ту же секунду, как увидел его: оно напоминало ему о первом свидании, о разговорах о любимых цветах, праздниках и о тысяче других мелочей, которые он до сих пор не мог поверить, что ему так повезло узнать. Коробочка слишком громоздкая, слишком заметная, поэтому он достаёт кольцо и убирает его в карман. Застегнув сумку, он выходит из спальни и возвращается на кухню, где Тони стоит у плиты и смешивает пасту с остальными ингредиентами, заканчивая блюдо. Стив подходит сзади и обнимает его за талию. Тони на секунду напрягается, и Стив сначала не понимает почему, пока не вспоминает коробочку в кармане Тони. Она упирается ему в руку, но чем дольше он делает вид, что ничего не замечает, тем больше Тони расслабляется. — Ужин почти готов, — говорит Тони. — Можешь достать тарелки? Стив кивает и накрывает на стол. Пока он был в спальне, Тони, должно быть, уже начал — на столе стоят два бокала красного вина. Тони накладывает карбонару, и они садятся за стол. — Ну, в этот раз не подгорело, — дразнит Стив. А затем добавляет серьёзно: — Выглядит потрясающе, куколка. Спасибо. — Не благодари раньше времени. Может, на вкус ужасно, — улыбается Тони. — Сомневаюсь, — отвечает Стив. Тони внимательно следит за его лицом, когда он пробует первую вилку, выглядя до смешного взволнованным. — Это невероятно, Тони. Серьёзно. Одно из лучших блюд, которые я когда-либо ел. Тони расплывается в улыбке, затем спрашивает: — Почти так же хорошо, как на нашем первом свидании? — Лучше, — отвечает Стив. — Ну теперь ты просто преувеличиваешь. — Я серьёзно, — смеётся Стив. — Ты приготовил — значит, лучше. Улыбка Тони смягчается, в глазах появляется благоговение, хотя Стив всё ещё видит за этим тени неуверенности — остатки человека, который до сих пор не умеет принимать комплименты, даже спустя больше года вместе. — Я правда так думаю, — говорит Стив и берёт Тони за руку, удерживая её на столе. Тони прочищает горло и делает маленький глоток вина: — Ну, если ты так говоришь. Стив улыбается и не настаивает, а Тони резко меняет тему: — Ладно, а что насчёт Европы этим летом? — Европы? — Стив приподнимает брови. — Да, Европы. Посмотреть всё самое крутое вместе. Мы могли бы целый месяц ездить по всем местам, где ты когда-либо хотел побывать. Только мы. — Мне бы это понравилось. Только мы вдвоём, без работы, — говорит Стив. Он делает ещё один глоток, затем добавляет: — Я так понимаю, у тебя уже есть план. Тони улыбается: — У меня есть примерное представление. — Да? И что мы делаем? Тони откладывает вилку, чтобы можно было активно жестикулировать: — Значит так. Думаю, начнём с Лондона и обязательно поедем в Ноттинг-Хилл. Пройдёмся по всем местам из фильма. Портобелло-роуд, «Ритц», сады Росмид. Всё. Потом — Париж, и, наверное, дольше всего, чтобы ты мог целую неделю рассказывать мне про искусство в музеях. И мы найдём мост из фильма «Лучше не бывает» — тот, что в конце. Его легко найти. После Парижа было бы здорово поехать куда-нибудь на Ривьеру. Просто расслабиться на пару дней, где я смогу делать с тобой всякие непристойности на частном пляже. Или даже на яхте. Да, скорее на яхте. Чтобы песок не попадал туда, куда ему не следует. Потом, думаю, Италия: Флоренция, Рим, Венеция, Неаполь. Верона — это слишком банально? Вся эта история с Ромео и Джульеттой? Ладно, этот кусок я ещё не продумал. А потом — Прага и, наверное, Берлин. Может, ещё и в Грецию заедем. Посмотрим, — заканчивает он, пожимая плечами. — Думаю, у нас с тобой очень разные представления о «примерном плане», — смеётся Стив. — Но да. На всё. Абсолютно на всё. — Правда? — Тони улыбается. — Я понятия не имею, что такого сделал, чтобы заслужить тебя, — говорит Стив, проводя большим пальцем по тыльной стороне руки Тони. — Но, видимо, что-то очень хорошее. — Может, в прошлой жизни ты был святым, — ухмыляется Тони и подносит бокал к губам. — Спасал щенков из горящих зданий или что-то такое. Построил приют голыми руками. Стив снова смеётся, подносит руку Тони к губам и целует костяшки пальцев: — Наверное. Они едят молча несколько минут, затем на лице Тони появляется выражение, будто он хочет что-то сказать. — Что такое, куколка? — спрашивает Стив. — Можно задать тебе вопрос? — Всегда, — отвечает Стив. — Хотя технически ты его уже задал. Тони закатывает глаза, но улыбается. Он крутит ножку почти пустого бокала между пальцами, глубоко вздыхает и спрашивает: — Где ты видишь нас в будущем? Стив не знал, чего ожидать, но точно не этого. Он старается не показать удивление слишком явно: — О каком будущем мы говорим? — Не знаю, — Тони пожимает плечами. — Пусть будет лет через пять. — Хорошо, — Стив медленно кивает, задумываясь. — Мне будет тридцать шесть. Наверное, один из последних сезонов в хоккее. Мы всё ещё будем здесь, если Фьюри не решит меня обменять. — Я бы его уволил, — говорит Тони. — Мы же договорились — никакого особого отношения, — смеётся Стив. — Что ещё? Какая у нас жизнь? — спрашивает Тони. — А какой ты хочешь, чтобы она была? — Я первый спросил. Стив улыбается, думая, не слишком ли много он собирается сказать. Но перед ним Тони — человек, которому он может сказать абсолютно всё. — Через пять лет мы всё ещё счастливы. Мы женаты, и я до сих пор не понимаю, как мне так повезло, что ты мой. У нас есть дети — может, двое к тому времени. И мне всё равно, как именно они появятся. Биологические или нет — неважно. Они будут нашими. Возможно, у нас будет собака, потому что дети захотят, а мы не сможем им отказать. И я буду безумно, до одури любить тебя и нашу жизнь вместе. Тони смотрит на него, губы слегка приоткрыты, и Стив готов поклясться, что его глаза блестят сильнее, чем раньше. Сделав неровный вдох, Тони несколько раз моргает, начинает говорить, но обрывает себя на первом слове, тихо усмехнувшись. — Ты знаешь, что ты — лучшее, что когда-либо со мной случалось? — наконец говорит Тони, голос полный эмоций. — Взаимно, — улыбается Стив. Тони громко смеётся, снимает салфетку с колен и комкает её, бросая в Стива. — Ты только что, чёрт возьми, процитировал «Привидение»? Серьёзно? — Был идеальный момент, — смеётся Стив и бросает салфетку обратно. Она отскакивает от груди Тони и падает на пол. — Что я должен был сделать — не воспользоваться? — Наверное, нет, — ухмыляется Тони. — Было бы неправильно. — Совсем не в нашем стиле, — соглашается Стив. — Точно, — кивает Тони. Они на мгновение просто смотрят друг на друга, и Стив понимает, что они совсем забыли про ужин. Их тарелки всё ещё наполовину полны и уже немного остыли. Но ему всё равно — он слишком взволнован и взбудоражен тем, что скоро произойдёт. Судя по всему, Тони чувствует то же самое: он отодвигает тарелку и откидывается на спинку стула. Тони встаёт и протягивает Стиву руку: — Пойдём, малыш. Я хочу кое-что попробовать. — Да? Что именно? — Стив берёт его за руку и следует за ним в гостиную. За окнами уже стемнело, солнце село, пока они ужинали, и в комнате остались только свечи и огни города внизу. Тони останавливается посреди комнаты и, не отрывая взгляда от Стива, говорит: — Джарвис, ты знаешь, что делать. Комнату наполняет музыка — сначала тихо, затем всё громче. Стив не узнаёт мелодию: он слишком плохо разбирается в классике. Но музыка мягкая, нежная. — Потанцуй со мной, — шепчет Тони, глядя на него снизу вверх. Скудный свет отбрасывает тени на его лицо, освещая его так красиво, что у Стива перехватывает дыхание. Он не может сделать ничего, кроме как кивнуть, когда Тони обнимает его за плечи, кладя руки ему на шею. Он подходит ближе, почти прижимаясь грудью, и Стив чувствует его дыхание у себя на горле. Стив кладёт одну руку Тони на поясницу, другой слегка удерживает за талию. Их танец прост — скорее медленное покачивание, чем настоящий танец, — но он интимный и каким-то образом идеальный в своей простоте. Стив убирает руку с талии Тони, позволяя пальцам скользнуть по его груди, затем поднимает ладонь к его щеке. Тони инстинктивно тянется к прикосновению. Рука на его спине притягивает его ещё ближе. Стив смутно осознаёт, как заканчивается музыка и тишина наполняет комнату, когда он наклоняется и целует Тони. Сначала поцелуй медленный, почти невесомый. Язык Тони мягко скользит по его нижней губе, и Стив приоткрывает губы, позволяя углубить поцелуй. Когда у них обоих сбивается дыхание, Стив немного отстраняется, прижимаясь лбом к макушке Тони, не открывая глаз. — Значит, хорошая идея? — спрашивает Тони, и Стив слышит улыбку в его голосе. Стив целует его в лоб, в кончик носа, затем в щёку: — Замечательная идея. — Он целует другую щёку. — Возможно, одна из лучших, что у тебя когда-либо была. Тони тихо мычит, улыбаясь, и Стив целует его в челюсть, проводя губами от подбородка к уху, чтобы прошептать: — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — так же тихо отвечает Тони. — Очень сильно, малыш. Стив снова целует его, и, когда отстраняется, Тони выглядит взволнованным. Прикусив губу, Тони делает шаг назад, опуская руки с плеч Стива, но продолжая держать его за руку. Свободной рукой он лезет в карман и достаёт коробочку с кольцом. — Я вообще-то всё это распланировал, — говорит Тони, улыбаясь и качая головой. — Целую речь из жутко романтичных слов. Мы должны были всё ещё сидеть за столом, потому что танцы не входили в план. Ну, входили, но позже — после того, как я сказал бы всё, что репетировал. Но проблема в том, что сейчас я не могу вспомнить ни одного слова. — Тебе и не нужно ничего говорить, — отвечает Стив едва слышно. — Я и так знаю, как ты ко мне относишься. — Да? Предложение без речи — это не слишком дёшево? Стив улыбается: — Ну, если хочешь, я могу сказать речь. — У тебя она заготовлена? — шутит Тони. Стив достаёт кольцо из своего кармана и показывает его Тони. Глаза Тони расширяются. — Вроде как, — говорит Стив. — Я не собирался делать это раньше следующей недели, но могу сымпровизировать. Тони несколько секунд переводит взгляд с кольца на лицо Стива, словно лишившись дара речи. — Ты… на следующей неделе? — Да, но, кажется, ты меня опередил, — улыбается Стив, не упоминая, что он знал о планах Тони заранее. Тони расплывается в улыбке: — Значит, можно считать, что твой ответ — «да»? — Ты ещё даже не задал вопрос, — замечает Стив. — Ах да, — смеётся Тони. Он не отпускает руку Стива и опускается на одно колено. — Стив, я знаю, что уже говорил это сегодня, но ты правда лучшее, что когда-либо со мной случалось. Ты подарил мне совершенно новую жизнь. Рядом с тобой я чувствую себя цельным, и я хочу только одного — называть тебя своим мужем. Я собирался сказать ещё миллион вещей, но ты прав: ты и так всё это знаешь. Так что, Стив… ты выйдешь за меня? Ответ Стива следует мгновенно: — Да.