Ледяной принц

Пять лет спустя

Тони поправляет галстук перед зеркалом и в последний раз оценивает свой вид. Он как раз смотрит на часы, когда из другой комнаты раздаётся голос Стива: — Малыш, мы опоздаем! — Мы бы всё успели, если бы твой сын не решил срыгнуть мне на пиджак, — отвечает Тони, выходя в гостиную. Он бросает на шестимесячного малыша в руках Стива показательно сердитый взгляд. Тот смотрит на него в ответ большими голубыми глазами. — Это всё вина Ноя. Ты только посмотри, как он виновато выглядит. Стив смеётся: — Почему он мой сын, когда он срыгивает на тебя? — Так уж заведено, — пожимает плечами Тони. Он целует Стива в щёку, затем Ноя в макушку. — Все готовы? Стив кивает, и Тони оглядывается через плечо на малыша, радостно играющего на полу машинкой. — Готов, Тео? Тео удивительным образом без сопротивления бросает игрушку, и Тони на мгновение думает, что у них даже получится выйти из квартиры почти вовремя. Пока Стив не замечает: — Тони, у твоего сына нет обуви. Тони вздыхает, глядя на ноги Тео в носках. — Милый, где твои ботинки? Тео невинно пожимает плечами и тянет руки вверх, прося, чтобы его взяли на руки. Тони прижимает его к себе, лоб Тео упирается ему в щёку, кудрявые каштановые волосы щекочут кожу. Он оглядывается по комнате, бормоча больше самому себе: — Так, давай найдём твои ботинки, дружок. Твоя тётя Пеппер меня убьёт, если мы опоздаем на её свадьбу. Тео хихикает, и Тони не может удержаться от улыбки: — Ах вот как, тебе смешно? Он легко тыкает Тео в живот, заставляя его смеяться ещё сильнее. Он продолжает искать и наконец находит ботинки, зажатые между диваном и стеной. Сев на диван, он усаживает Тео себе на колени, чтобы обуть его. — Мне они не нравятся, — протестует Тео, надув губы так, что у Тони каждый раз сжимается сердце. Он откидывает голову Тони на грудь и смотрит на него тёмно-карими глазами. Тони замечает, как вот-вот начнутся слёзы, и спешит их остановить. — Я знаю, малыш, — мягко говорит Тони, беря одну маленькую ножку в руку. — Но без них нельзя выходить. А если мы не выйдем прямо сейчас, мы опоздаем, и тогда дядя Баки убьёт папу, а тётя Пеппер убьёт меня. А потом ты останешься сиротой, а этого мы ведь не хотим, правда? — Тони, — укоризненно говорит Стив. По крайней мере, это звучало бы укоризненно, если бы он не смеялся. — Не говори ему так. Тони ухмыляется, заканчивая обувать Тео: — Сработало же, разве нет? Не задавай вопросов методам, Стив. Он встаёт с дивана, держа Тео на бедре: — Так, кажется, всё. У обоих детей есть обувь, сумка с подгузниками у тебя, одежда всё ещё чистая. Что-нибудь ещё? — Думаю, всё, — подтверждает Стив. — И мы опаздываем всего на пять минут. — Настоящее чудо, — шутит Тони, когда они заходят в лифт. Он прислоняется к стене и говорит: — Так ты в речи шафера обязательно упомянешь, что это всё благодаря нам, да? Стив смеётся: — Почему мы должны получить заслугу за свадьбу Баки и Пеппер? — Потому что мы их познакомили, — заявляет Тони. — Без нас не было бы их, так что заслуга наша. — Ну, без них не было бы и нас, — отвечает Стив. Двери лифта открываются в гараж, и Тони спрашивает: — Это как? — Потому что если бы Баки шесть лет назад не сказал мне взять себя в руки и просто пойти к тебе, мы бы до сих пор неловко флиртовали на рабочих встречах. — Пожалуй, Пеппер тоже сыграла небольшую роль в том, что второе свидание вообще состоялось. Она убедила меня поговорить о своих чувствах, как взрослый человек, — признаёт Тони. Он открывает дверь машины и усаживает Тео в детское кресло. С другой стороны Стив делает то же самое с Ноем. — Они могут получить десять процентов заслуги за нас, но мы — как минимум пятьдесят за них. Стив заканчивает пристёгивать Ноя раньше, чем Тони — Тео, и открывает багажник, чтобы положить туда сумку. Когда Тони оборачивается, Стив стоит рядом, опираясь о машину и глядя на него с нежной улыбкой. — Что? — спрашивает Тони. Стив пожимает плечами и кладёт руку ему на талию, притягивая ближе: — Не знаю. Свадьбы заставляют задуматься, правда? — Да? О чём ты думаешь? — О нас, — говорит Стив, рисуя большим пальцем круги на его бедре. — О нашей жизни. О том, как всё хорошо. Тони тихо мычит: — Правда, очень хорошо. Он смотрит на детей и улыбается. Ной размахивает соской, явно собираясь куда-нибудь её запустить, а Тео уже снял один ботинок и тянется ко второму. Их жизнь временами хаотичная и шумная, но он ни за что не променял бы её ни на что другое. — Он действительно ненавидит эти ботинки, — смеётся Стив, когда второй ботинок падает на пол. — Думаю, тут мы не выиграем. — Нет, — вздыхает Тони. — Он такой же упрямый, как ты. — Ну да, конечно, это всё я, — саркастично отвечает Стив. — Я рад, что ты согласен. Стив ничего не отвечает, только коротко качает головой и целует Тони. Поцелуй нежный и мягкий — такой, какие у них были уже тысячи раз и будут ещё тысячи. Голос Тео вклинивается: — Мы опоздаем! Тони и Стив улыбаются, отстраняясь, и Стив целует его ещё раз, прежде чем пойти к своей двери машины, а Тони говорит: — Вот это — полностью ты, малыш. Точная копия. — Эй, нам повезёт, если он будет точно таким же, как я, — отвечает Стив, закрывая дверь. — Это правда, — серьёзно говорит Тони. — А теперь поехали смотреть, как наши друзья женятся. Он выезжает из гаража, берёт Стива за руку и целует кольцо у него на пальце. Стив был прав: свадьбы действительно заставляют задуматься о жизни. И сейчас Тони может думать только о том, насколько невероятной получилась его собственная. Он улыбается Стиву и сжимает его руку чуть крепче, чувствуя благодарность за всё, что привело их сюда.