Сделка с Дьяволом

Реддл уже несколько недель терзался мыслями о Поттере, он был уверен, что мальчик никогда не сможет простить его и полюбить. Он перестал ему писать, надеясь, что Гарри сам рано или поздно напишет ему. Но время шло, а Гарри всё так и продолжал молчать. Под чутким руководством Волан-де-Морта пожиратели продолжали свою деятельность подпольно. Они изготавливали запрещённые зелья, делали поддельные порт-ключи, но никто ничего не мог доказать. Да, убийства прекратились, и Том Реддл оставался чист перед законом, но только потому, что сам министр очень часто по старым связям пользовался запрещёнными товарами. А однажды и вовсе пришел сам к Реддлу и начал говорить очень странные вещи. — Господин Реддл, я к вам по делу, — начал министр, явно нервничая — просить помощи у самого темного и опасного мага изначально было плохой идеей. — Господин министр, — Том сдержанно улыбнулся, он чувствовал себя хозяином положения. — Что привело вас ко мне? Я чист перед законом, ничего не нарушаю, веду мирную жизнь. — Дело не в вас, — Фадж нервничал. — Мне нужна небольшая услуга, только вы можете мне помочь. — И чем же я могу быть полезен? — Беллатриса Лестрейндж сбежала из Азкабана, — дрогнувшим голосом ответил Фадж. — Это не моя проблема, — Том понизил голос и сверкнул глазами, в них начинали плясать красные искры. — Вы получили ее на блюдечке, а теперь говорите, что оплошались?! — Мы не хотим говорить об этом в СМИ. Помогите найти ее, я уверен, она обязательно придет к вам. — А что я получу взамен? — Реддл оскалился, подобная сделка могла сыграть ему на руку. — Все, что угодно! — выпалил Фадж и похоже сам испугался своих слов, так что поспешил добавить: — В пределах разумного. — Помнится, я просил должность учителя по защите от тёмных искусств в Хогвартсе… — начал Том. Где, как не в Хогвартсе, искать себе новых сторонников? — И что вы хотите? — Фадж похолодел. — Эту должность сейчас. — Но Дамблдор!.. — Плевать на Дамблдора, — резко оборвал Реддл. — Иначе я сделаю все, чтобы у Министерства прибавилось головной боли. — Это угроза?! — взвизгнул Фадж. — Нет, дружеское предупреждение. А теперь вам пора, господин Министр. Этот разговор не прошел даром. Через несколько дней Фадж прислал письмо с согласием на эту сомнительную сделку. Том радовался, к тому же это он помог Белле сбежать, подкупив охрану Азкабана. Как прогнил этот мир, раз все так легко купить. Естественно Беллу Том отдавать не собирался, она была важным элементом во всей этой цепочке. Он смог простить ее за это нелепое похищение Поттера и был уверен в ее преданности. Вместо Беллы он отдал Фаджу совершенно другого человека под оборотным зельем. Министр даже не стал проверять подлинность беглянки и без разбирательств запер ее в Азкабане, где через несколько дней она и умерла. — Белла, как я рад, что ты опять с нами, — на очередном собрании Пожирателей проговорил Реддл. — Ты показала отличный пример преданности и верности мне, за что и была награждена. — Благодарю, мой Лорд, — женщина безумно улыбалась. Ей пришлось изменить внешность и сменить имя. Теперь у нее была короткая стрижка и прямые рыжие волосы, имя она взяла Эмма. Пожиратели негромко похлопали, они бурных эмоций по поводу возвращения Беллы не испытывали. А потом произошло страшное. Том был в библиотеке, пытаясь отыскать средство, чтобы Гарри его вспомнил, когда внезапно ощутил, как обжигающая волна накрыла его с головой. А потом услышал слова Гарри: «Я люблю тебя». Реддл попытался закрыть свое сознание от посторонних эмоций, но они были так сильны, что только приложив огромное усиление, он наконец смог разорвать эту связь. Липкий страх начал просачиваться через кожу. Что, если пока Том бездействовал, Гарри смог влюбиться в кого-то? Последние крупицы надежды на «долго и счастливо» таяли, а он ничего не мог сделать. Утробный рык вырвался из его груди, и не в силах справиться с гневом, он разнёс бомбардой несколько стеллажей с книгами — они все равно были бесполезны. Оперевшись ладонями о стол и пытаясь отдышаться, Реддл с чёткой ясностью понял, что он в любом случае завладеет этим мальчишкой. Просто так он все это не оставит. Гарри будет его, чего бы ему это не стоило. На следующий год он станет его преподавателем и вот тогда будет плохо всем, кто посмеет приблизиться к его мальчику.

***

На следующий день Гарри проснулся со страшной головной болью. Обрывки вечера после отработки наказания, стали всплывать в памяти. Астрономическая башня, Нотт, печёные яблоки, поцелуй… Щеки Поттера залились румянцем. Неужели он целовался с Тео?! И осознавая этот факт, он с ужасом понял, что это явно был обман мозга, потому что он был уверен, что целует Тома, который лишь на несколько лет старше его. Захотелось немедленно увидеть друга и поговорить с ним. Поттер встал с постели и увидел, что он один в комнате. Неужели он проспал завтрак?! Он метнулся к часам и протяжно застонал. Конечно же, он проспал! Идти на завтрак было уже поздно, и Гарри снова лег. Мысли крутились в голове, а он не знал, что с ними делать. Сейчас ему было очень неловко перед Ноттом. Увы, на него вчера что-то нашло и все его поступки были импульсивными. Он понимал, что не может ответить ему взаимностью, потому что у него уже был любимый волшебник. Пусть даже и старше, пусть тиран и убийца, но Гарри не собирался от него отказываться. Светлый и чистый Тео был неинтересен Гарри. Вот только Тео думал иначе. Он бежал с завтрака чуть ли не вприпрыжку, захватив с собой для Гарри пирог и несколько варёных яиц. И когда вбежал в комнату, был несколько взволнован. Но стоило ему увидеть Гарри, как все внутри похолодело. Действие зелья прошло, а это значит, что Гарри стал прежним. — Привет, Гарри, — Нотт подошёл ближе к его кровати. — Ты не проснулся к завтраку, я принес тебе немного еды. — Спасибо, — Гарри замялся, принимая еду, но все-таки нашел в себе силы, чтобы сказать: — Прости, я не должен был вчера… Но договорить ему не дали. Нотт ловко приблизился к нему и легким поцелуем коснулся чужих губ. — Все хорошо, я ничего никому не расскажу, это наша маленькая тайна. — Угу, — совершенно растерянно проговорил Гарри, когда в комнату вошли Драко и Блейз. Только во время отработки наказания, Поттеру наконец-то удалось найти подходящий момент, чтобы поговорить с Тео. — Нам лучше остаться просто друзьями. То, что произошло вчера, было ошибкой. Мне не следовало тебя целовать, я не знаю, что на меня нашло. — Ясно, — Нотт тяжело вздохнул. — Вчера ты назвал меня Томом… Кто это? Я напомнил тебе твоего возлюбленного? — Просто тот, кто мне очень дорог, — уклончиво ответил Гарри, говорить, что этот Том его опекун он не стал, и про их сходство тоже, пусть и отдалённое. — Но я не хочу прерывать общение с тобой, ты тоже очень дорог мне. Я ценю тебя, как друга. — Ладно, — Нотт пожал плечами, он знал, что всё так и будет. Он сам создал иллюзию и поверил в неё. А эта открытость Гарри и его честность подкупали, поэтому Нотт решил через какое-то время попробовать ещё раз попытаться завоевать Гарри. На этот раз более честными методами. Дни отработки наконец-то закончились. Поттер и Нотт вычистили, наверно, всё, что только можно. И когда в понедельник после уроков Дамблдор попросил Гарри зайти в свой кабинет, мальчик напрягся. Поттер не знал, что думать. И весь погружённый в свои мысли и переживания он пошёл к директору. — Здравствуй, Гарри, проходи, я тебя ждал, — добродушно начал Дамблдор. — Здравствуйте, профессор Дамблдор, — сконфуженно ответил Поттер, садясь на указанный стул. — Вы хотели меня видеть? — Да, я знаю о вашей с Теодором выходке, рад, что у тебя появился новый друг, — Дамблдор улыбнулся. — Вы не будете ругать меня? — удивился Поттер, он был уверен, что вызвали его именно из-за этого. — О, нет. Филч и так вас достаточно наказал, и я надеюсь, что больше вы ничего подобного устраивать не будете, — Дамблдор принял серьёзный вид и пристально посмотрел на мальчика. — Обещаю, сэр, такого больше не повторится! — Я рад это слышать, — голос старика смягчился. — Я пригласил тебя по-другому вопросу. Ты что-нибудь вспомнил про Тома Реддла? — Нет, сэр, — Гарри напрягся, говорить о своём опекуне он хотел меньше всего. — Я не знаю, кто он на самом деле, но ко мне он добр. — Хорошо… Пойми, что я никак не хочу омрачить твоё представление о мистере Реддле, но ты должен кое-что о нём знать. — Мне уже рассказали, что он убил моих родителей, — голос Поттера дрогнул. — Да, действительно, это был он. Но это ещё не всё. Я хочу показать тебе несколько воспоминаний волшебников, которые лично знали Тома, а потом были убиты им. — Но зачем вам это? — удивился Гарри. — Сейчас ты очень уязвим, и я должен быть уверен, что мой ученик находится в безопасности. Том Реддл очень опасный волшебник, когда Министерство согласилось на то, чтобы он стал твоим опекуном, ты всё про него знал и был ко всему готов. Сейчас он может казаться тебе добрым, но это далеко не так и я не хочу, чтобы ты заблуждался на его счет. Посмотри в омут памяти. Гарри ничего не оставалось, кроме как опустить голову в чашу с воспоминаниями. Его закрутило в водовороте, но через несколько мгновений всё успокоилось и он увидел мальчика, сидящего на старой металлической кровати. Мальчик держал в руках красивую бусину и с обожанием смотрел на неё. Потом он достал из-под кровати коробку, и Гарри увидел в ней много разных вещей, которые не представляли ценности. Там была старая обёртка от шоколада, расчёска, зеркальце, часы на ремешке, и вот теперь добавилась бусина. — Том Реддл! — в комнату ворвалась женщина, вид её был неприятный, она явно была зла. — Ты опять обижаешь детей?! — Нет, мисс Марпл, — мальчик успел накрыть коробку с мелочью одеялом. — А это тогда что?! — женщина движением руки откинула одеяло и увидела коробку. — Ты опять обижал детей и забирал их игрушки?! Ты знаешь, что делают с такими непослушными детьми, как ты?! Наказывают! — Нет, прошу, только не в кладовку! — запричитал мальчик, слезы градом посыпались из его глаз, когда женщина силком вывела его из комнаты и повела прямо по коридору. Потом одна из дверей в конце коридора громко лязгнула и всё стихло. — Что с мальчиком? Кто это? — испуганно спросил Гарри, не зная как реагировать на это. — Это Том Реддл. Он воспитывался в приюте, его мать умерла при родах, а отец бросил сына ещё до его рождения. — Но зачем его так наказывают? — Видишь ли, Том с самого детства отличался особой жестокостью к другим и часто бил других детей, чтобы получить желаемое. В детстве это были игрушки. — Ясно. — Гарри стало не по себе от услышанного. Хотелось подбежать к тому маленькому мальчику и защитить ото всех. Потом воспоминание поменялись, и Гарри увидел совершенно другую картину. Молодой Том Реддл был продавцом в каком-то магазине, и насколько мог судить Гарри, торговал он явно чем-то запрещённым. Он видел, как в магазин вошли люди и направились прямо в подсобное помещение. Том поприветствовал их, закрыл магазин и, взяв что-то с прилавка, пошёл за ними. До Гарри донеслись обрывки разговора: — Я слышал, у Хепзибы Смит есть очень ценный медальон. Тебе надо навестить милую старушку и узнать про него, а при возможности — заполучить. — Хорошо, я понял, — ответил Том. Его лицо Гарри не видел, но по интонации голоса понял, что Реддлу эта идея понравилась. Поттеру стало не по себе. Неужели его Том мог работать в таком страшном месте? — После визита Тома в дом Хепзибы, медальон таинственным образом исчез, а сама она умерла при загадочных обстоятельствах. Также из её дома пропало ещё несколько ценных магических артефактов, но их тоже не удалось найти, — пояснил Дамблдор, заметив немой вопрос в глазах Поттера. Гарри молчал. Ему было не по себе от всего того, что он узнал о жизни Тома. Потом картинка опять переменилась. На этот раз перед Гарри был статный мужчина, густые тёмные волосы, приятная внешность, но вот глаза его пылали красным. Он находился в довольно мрачной комнате, где почти не было освещения, а перед ним на полу был изможденный волшебник. — Я спрашиваю в последний раз, где Лили и Джеймс Поттер? — Том выглядел пугающе, палочка в его руке угрожающе пульсировала. — Я не знаю, — слабым от страха голосом, ответил волшебник и весь сжался в комок. — Может быть, это развяжет тебе язык?! — Том взмахнул палочкой и негромко произнёс: — Круциатус! Жертва закричала, руки и ноги стали неестественно выворачиваться, казалось, что Том просто наслаждается мучениями своей жертвы. — Что тут происходит? — Гарри был шокирован происходящим, имена родителей было очень непривычно слышать вновь. — Этот человек — Фрэнк Лонгботтом, отец Невилла. Он хорошо знал твоих родителей, но не знал, где они прячутся. Как видишь, Том Реддл или, как он просил называть себя, Лорд Волан-де-Морт поймал беднягу и начал пытать. — Зачем ему понадобилось убивать меня? — Потому что так гласило пророчество: «Один не может жить, покуда жив другой». Том Реддл жаждал власти, и в конечном итоге он убил твоих родителей, а тебя наградил шрамом. Гарри молчал. Ему сложно было поверить в увиденное. А потом картинка вновь поменялась. Теперь Гарри был на кладбище и видел возрождение Реддла из мёртвых. Зрелище было страшное. Закончив обряд, мужчина стал выглядеть иначе, чем был до этого. Его кожа стала бледной, больше похожая на змеиную, вместо носа были две щели, а глаза полностью стала красными, только отдалённо он напоминал человека. — Кто это? — спросить Гарри, отказываясь верить в увиденное. — Всё тот же Том Реддл. Когда он хотел убить тебя в младенчестве, он уничтожил сам себя. И вот через тринадцать лет он возродился вновь, потеряв человеческий облик. Он может казаться добрым сколько угодно, но это не изменит тот факт, что он монстр. Гарри закрутило в водовороте и он смог вынырнуть из омута памяти. Он всё никак не мог отдышаться после увиденного. Из оцепенения его вывел голос директора: — Я жалею, что позволил ему стать твоим опекуном. Но тогда ты всё про него знал, а сейчас ты уязвим и можешь быть в большой опасности, сам того не подозревая. Надеюсь, Гарри, ты будешь осторожен с ним. — Да, сэр, я вас понял. Я могу идти? — Да-да, отдыхай, Гарри, — Дамблдор улыбнулся, провожая Поттера нечитаемым взглядом. Он видел, что Гарри растерян и подавлен, и почти был уверен, что мальчик сам захочет узнать всё от Тома. Вопрос оставался в другом: когда он это сделает? Дамблдор слишком хорошо знал, что сейчас чувствует Гарри, знал, как сильно он тянется к Тому, и что сам Реддл испытывает то же. Директор видел то, что не могли увидеть ни Снейп, ни Гарри, ни сам Реддл, он видел зарождение большого и сильного чувства, он видел любовь.