Сплетающие осколки

Марко открыл глаза, но не попытался встать. Голова гудела, как будто по ней ударили кувалдой, а в глазах продолжали мерцать звезды, поэтому он снова закрыл глаза и попытался сосредоточиться на других своих чувствах. Было тихо, он лежал на спине на земле, но стоило попытаться провести по ней рукой, ладонь просто прошла насквозь. «Песок? Странно, — подумал Марко. — Я ведь был посередине леса, откуда здесь песок?» В этот момент он вспомнил, что рядом с ним был титан, и, резко открыв глаза, вскочил на ноги, рефлекторно потянувшись за мечами. За следующие несколько мгновений пришло осознание нескольких деталей ситуации: во-первых, у него больше нет мечей, во-вторых, титана поблизости тоже нет, в-третьих, лес пропал и, в-четвёртых, наступила ночь. Оглядевшись, он понял, что находился в неизвестном месте, вокруг не было ничего, кроме песка под ногами и звёзд над головой, и без малейшего понятия, как он тут оказался. Последнее, что Марко помнил, — это прикосновение к титану, но как это связано? Разве что гигант его всё же съел, и сейчас он в мире мёртвых. «Это хорошая новость», — подумал он. Тем не менее пустота и тишина этого места напрягали. Ни одного огонька поблизости. Парень не был верующим и особо не задумывался над вопросом «А что там дальше?», но всё же он надеялся, что хотя бы встретится со своими друзьями, если те тоже погибли в Тросте, однако здесь не было никого. Не мог же он быть единственным павшим? Он осмотрелся ещё раз внимательней. Прямо ничего, слева ничего, кроме песка, справа… какое-то тёмное пятно на горизонте. И недолго думая, Марко начал свой путь к нему. Однако по мере приближения разобрать, к чему он идет, яснее не получалось. Дорога постепенно сменилась с песочной на обычную грунтовую. Минут через десять, точнее определить было невозможно, ведь даже время ощущалось как-то странно в этом месте, от большого пятна отделилось пятно поменьше. И подойдя ещё ближе, неизвестность приняла форму дома. Строение выглядело как обычная деревенская хижина, в котором могла бы проживать небогатая семья. В Джинаэ были такие. Одноэтажная, но крепко сбитая, она выглядела не очень изысканно, зато надёжно и ухоженно. Однако Марко кое-что смущало. В доме темно, огоньков тоже не видно. Возможно, конечно, в мире мёртвых он потерял свои способности. А люди внутри просто спят, но странное чувство в груди подсказывало, что здесь что-то не так. И, хоть он ненавидел мешать и будить кого-то, сейчас ему срочно нужны были ответы, где он и где все остальные. Поэтому, подойдя к двери, он постучал в неё. Реакции не последовало, не было слышно ни ворчания, ни шороха встающих людей, ни единого звука. Осторожно обойдя дом и заглянув в окна, Марко удостоверился, что хижина пуста. Задумавшись об этом, он понял, что его смущало: дом выглядел так, будто люди, живущие тут, вот-вот выйдут из двери, но ни внутри, ни вокруг не было ни единой души. Не было видно спящих животных, не было слышно сверчков, не было видно Луны, и даже ветра — и того не было. Будто бы он попал на картину, чей автор успел изобразить только основу пейзажа. Ждать рассвета в непонятном месте в планы не входило, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как изучить пятно побольше. Густая чернота расположилась через дорогу от дома, но, хоть Марко и стоял практически рядом, было невозможно понять, что это. Чернота не шевелилась, ни звука, ни даже малейшего шороха. Решив, что терять нечего, он перешёл через дорогу и подошёл к пятну вплотную. И только вблизи появилась возможность разглядеть, что чернота состоит из множества столбиков. Протянув руку, он потрогал ближайший к нему. «Это растение!» — понял Марко, огромное растение выше его роста. Стебли были расположены так плотно, что рассмотреть его вид, тем более в слабом свете звезд, не представлялось возможным, однако он никогда не видел и даже не слышал о таких гигантских растениях. Он уже хотел оставить черноту в покое и поискать другие возможные зацепки, когда краем глаза увидел свет во тьме. На секунду подумав, что ему показалось, потому что огонёк был очень тусклым и находился внутри леса из гигантских стеблей. Оглянувшись на дом, он глазами искал верёвку или какую-нибудь нитку, но ничего не нашёл, а идти в черноту с пустыми руками значит стопроцентно заблудиться. Но, кроме огонька, ничего примечательного в округе не было, так что Марко решил рискнуть и, раздвинув стебли руками, вошёл внутрь. Растения и правда плотно прилегали друг к другу, но всё же сквозь них можно было пройти. Крепкие и упругие, они не ломались от давления и сгибания, так что, когда парень проходил их насквозь, стебли за спиной смыкались, снова образуя непроглядную стену. Марко шёл напрямик и, подходя всё ближе, видел, что огонёк становился всё ярче и ярче, а затем он услышал девичий шепот, сложившийся в еле слышный стишок:       В поля кукурузы без страха иду,       в кукурузных полях днём и ночью брожу.       А когда заблужусь, попаду я в беду,       ты на помощь приди, я тебя подожду. Сама ситуация показалась Марко смутно знакомой, кажется, Франц рассказывал жуткую легенду, как призрак убитой невесты заманивал песнями людей в поля, а потом их находили мёртвыми с перекошенными от испуга лицами. Раньше парень в привидений не верил: в конце концов, как будто титанов человечеству мало, — но сейчас, когда он сам стал чем-то вроде духа… Раз он умер, а потом вернулся, а потом снова умер и попал сюда, то он тоже призрак и бояться нечего. Марко наконец смог подойти вплотную и оказался прямо перед девочкой: та сидела на корточках, уткнув взгляд в землю, и водила пальцем перед собой, вырисовывая каракули и повторяя стишок. На вид она была ненамного младше него и была одета в платье до щиколоток, но больше ничего в темноте тот разглядеть не смог. Девочка не заметила, как он появился, поэтому гибрид решил обозначить своё присутствие и обратился к ней: «Эм… привет?» Девушка подняла голову. Её глаза тут же расширились от страха, она дернулась и опрокинулась навзничь. Марко, запоздало вспомнив, что со своей новой внешностью незаметно подходить к людям ему противопоказано, попытался улыбнуться, примирительно поднял руки и сделал шаг назад, уткнувшись спиной в стебли.       — П-прости, я не хотел тебя напугать! Я знаю, что выгляжу жутко, но я не причиню тебе вреда, клянусь! Я просто хотел задать пару вопросов! Девчонка оправилась от первоначального шока и вопросительно сузила глаза.       — Жутко? Но ты совсем не жуткий, скорее милый.       — А? — Марко моргнул и провел рукой по волосам. Ему ничего не помешало, рога исчезли. В шоке он хлопнул себя ладонями по щекам: они были на месте. «Я снова человек?!»       — А теперь ты выглядишь глупо, — сказала девочка, которая уже встала и отряхнулась. — Кто ты? И что ты тут делаешь?       — Я Марко, — ответил парень, всё еще не оправившись от шока. Мысли скакали, но он заставил себя сосредоточиться на человеке перед ним. — Марко Бодт, 104-й кадетский корпус, — и рефлекторно отдал честь, прижав кулак к сердцу.       — О! Так ты солдат. А я Мэри, ой, — она выпрямилась, согнула правую руку в локте и приложила кончики пальцев к виску, — то есть я Мария Эскамилла из семьи Эскамилла. Но ты не сказал, что ты здесь делаешь.       — Я мог бы задать тебе тот же вопрос. Я, ммм, оказался в неизвестном месте, нашёл пустой дом, а потом увидел тебя…       — Увидел меня? Сквозь кукурузу? — Мэри подозрительно сощурилась.       — Эм… ну… — Марко смущённо потер шею, не зная, как объяснить ей его способность «видеть жизнь», но, кажется, она уже переключилась.       — Подожди, ты был возле моего дома?! Отведи меня туда! — воскликнула она, — я вышла погулять, но потеряла дорогу, звала на помощь, но никто не пришёл, я пыталась выбраться, но полю нет конца, а потом я устала и присела отдохнуть, ну и вот, — Мэри проговорила всё на одном дыхании.       — Эй, эй, не волнуйся, — он выставил ладони, — конечно, я помогу, эм, — он оглянулся на живую стену, сглотнул, но снова повернулся к девочке. — Вместе мы обязательно выберемся, — пообещал он. Марко взял Мэри за руку, и они двинулись в том направлении, откуда он пришел.       — Так ты и правда солдат? А откуда? А давно ты служишь? Ты не старый и похож на моего брата, а ему семнадцать. А что значат значки? Я никогда не видела такой формы, — затараторила почти спасённая девочка.       — Да, я солдат или по крайней мере был. Из Джинаэ. Три года, наверное. Мне шестнадцать. Это кадетские нашивки. Ты никогда не видела военных?       — Нет, — замялась девочка, — если только на ярмарке, но они были другими.       — Другими?       — Да, у них были синяя форма и значки с Солнцем. Марко остановился. Он не мог точно это утверждать, но ему казалось, что обратная дорога кажется длиннее, чем та, по которой он сам пришёл к Мэри. Прошли они гораздо больший отрезок пути, а выхода всё еще не было. К тому же у него было странное чувство в груди, что-то подобное он испытывал во время тренировок, когда Шадис посадил их в лодку в командах по четыре и дал задание догрести до перевалочного пункта. Подвох заключался в том, что слаженно грести их не учили, а плыть надо было, борясь с течением реки. Так и сейчас, поле как будто не давало им уйти и отбрасывало назад. Да и слова Мэри запутывали его ещё сильнее.       — Синяя форма с Солнцем? — Марко попытался, но не смог вспомнить ни одного подразделения с таким описанием. А ведь он даже прочитал военные хроники за последние сто лет. «Может, это какой-нибудь неофициальный отряд», — подумал он.       — Ага. А Джинаэ — это где? Никогда раньше не слышала. Это деревня или город?       — Деревня. На юге Розы.       — Розы? Хмм… — задумалась Мэри. — Впервые слышу. Это за Жарким сухоземьем? Тогда это очень далеко.       — Жарким сухоземьем? Ты не знаешь, что такое стена Роза? — он окончательно перестал понимать происходящее. Он заблудился в неизвестном месте, посреди поля неизвестного растения, с человеком, который не знает элементарных вещей. Но, глядя на Мэри, у дома которой они потерялись, Марко понял, что чужак здесь он.       — Стена Роза?       — Мэри, — он решил сменить тему, пока окончательно не спятил, — как давно ты заблудилась?       — Я не заблудилась! — воскликнула она и отвела взгляд. — Я просто решила прогуляться, вот и всё.       — И всё же, как давно ты решила прогуляться? — повторил вопрос он.       — Я… — она задумалась, молчание тянулось почти минуту, и, когда парень уже хотел еще раз повторить вопрос, глаза Мэри расширились, и она испуганно сказала, посмотрев прямо на него: «Я не помню».       — Эм, может, тогда было светло? Может быть, был вечер или утро? — попытался подстегнуть он её память.       — Нет, я вообще не помню, чтобы было светло. Как будто всегда была ночь. Марко прикрыл глаза. «Даже несмотря на всё, что я уже успел пережить, даже для мира мёртвых ситуация отдаёт безумием».       — Мэри, — обратился он, — расскажи всё, что помнишь, пожалуйста, о себе, об этом месте, обо всём. Он надеялся, что то, что девушка знает, прольёт хоть какую-то ясность на ситуацию или по крайней мере отвлечёт от нарастающего чувства обречённости.       — Так, меня зовут Мэри Эскамилла, — повторила она, — мне четырнадцать лет. Я живу на ферме со своей семьей, у меня есть папа, мама, два старших брата и одна сестра, а ещё есть младший брат. Моя семья выращивает кукурузу.       — Кукурузу?       — Ты не знаешь, что такое кукуруза? — Мэри посмотрела на Марко как на сумасшедшего.       — Э, нет? — потупился он. Мэри подошла к ближайшему стеблю — она была намного ниже растения — и потянула его вниз. Она взяла в руки конус, росший на самом верху, и стала снимать с него листы, как кожуру с картошки. Под поверхностью оказалась трубка с множеством семян, единственное, что приходило в голову как сравнение — это будто бы склеили вместе множество семян гороха.       — Вот это кукуруза! — с гордостью сказала Мэри. — У нашей семьи лучшая кукуруза в округе, и мы занимаем первые места на ярмарке! Как ты мог никогда не слышать о ней?       — Похоже, мой дом находится очень далеко от твоего, — ответил Марко. «Если мы и правда мертвы, — подумал он, — то, наверное, она из тех людей, кто жил ещё до того, как титаны истребили человечество, в таком случае, может, лучше пока не говорить ей о том, что мы в загробном мире? Не хочется её расстраивать». — А твоя семья? Вы живёте в том доме неподалёку, верно?       — Ага, — кивнула Мэри. Он задумался. Даже если они выйдут из этого проклятого поля, в котором девушка сидела титан знает сколько времени, то её дом все равно пуст. Хорошего варианта нет: либо они будут вечно сидеть в этой кукурузе, либо Мэри поймёт, что она здесь одна. Что странно, если они семья, разве в посмертии они не должны быть вместе? Но нет, Мэри мало того, что абсолютно одна, так ещё и заблудилась посередине вечной ночи в проклятом поле, из которого невозможно выбраться. «Это больше похоже на кошмар», — вздохнул Марко.       — Так мы пойдем дальше? Ты обещал, что мы выберемся, — девочка посмотрела на него своими большими глазами, в которых читались страх и мольба.       — Конечно, выберемся, — обнадёжил её парень, хотя он сам начал сомневаться и стал осматриваться, — но нам нужен план, не похоже, чтобы поле хотело просто так нас отпустить.       — Я звала на помощь, но никто не пришёл, — погрустнела Мэри.       — А что, если залезть на стебли и посмотреть сверху?       — Они слишком хрупкие, они нас не выдержат, да и папа ругать будет, он не любит, когда их ломают.       — Хмм, — Марко взялся рукой за подбородок. Кукуруза и правда огромное растение, оно было выше него, больше чем на голову, а он был почти на голову выше Мэри, но если сложить их высоту… — Придумал! Ты залезешь мне на плечи и посмотришь сверху, куда идти. И, недолго думая, упал на колени.       — Что? А, хорошо, — она аккуратно села ему на плечи, хотя ей пришлось повозиться с платьем. Как только она крепко схватила его за голову, Марко встал. Мэри немного испугалась подъёма, но всё же оглядела местность. «Вижу, вижу! Мой дом! Он там!» — и вытянула руку вперед. Она попыталась слезть, но он остановил её. «Будет лучше, если он будет в твоём поле зрения», — сказал Марко. «Не доверяю я этому полю», — подумал он. Медленно, то и дело спотыкаясь, заваливаясь и получая листьями по лицу, пара ребят наконец-то вышла к дому из поля. Не успел Марко обрадоваться и облегчённо выдохнуть, как девушка кубарем слетела с него. Бывший кадет хотел поговорить с ней, как-то подготовить к тому, что её ждет, но не успел — Мэри уже встала и быстрее, чем Саша бежала в столовую по утрам, залетела в дом.       — Мама, папа! Я вернулась! Вы где? — тишина. — Мам, пап? Камила! Хосе! Эрик? Альфи? Где вы все? — тишина. Она вышла из дома с рассеянным взглядом и остановилась у порога. Марко поспешил к ней. Не то чтобы он превосходно знал, что делать, но и оставить её, когда приближалась буря осознания, он просто не мог.       — Не понимаю, где они, сейчас же ночь, может, они меня ищут? — с надеждой проговорила она.       — Мэри… — он понятия не имел, как начать, но всё же сказал. — Твоя семья, её здесь нет. Мэри подняла на него глаза, в них уже начали собираться слезы.       — Откуда ты знаешь?       — Мэри, мы… — Марко запнулся, — мы мертвы, и это загробный мир.       — Нет, нет! Не может быть! Откуда ты можешь это знать? Откуда ты вообще взялся?! Кто ты и почему ты здесь?! — она начала кричать прямо ему в лицо, а по щекам побежали мокрые дорожки. Наклонившись и быстрее, чем она успела отреагировать, он заключил её в объятия. Мэри попыталась вывернуться, но парень был сильнее, тогда она начала бить его своими тонкими руками, куда могла дотянуться. Тем временем Марко пытался гладить её по голове.       — Эй, мы разберемся, обязательно разберемся, и я тебя не брошу, — приговаривал он, его куртка и рубашка уже промокли, но он не обращал на это внимания и только крепче держал Мэри. Он подождал, пока рыдание девочки не перешло в тихий плач, и продолжил говорить: «Я здесь, я здесь, я никуда не уйду и обещаю, что вместе мы найдём выход».       — Почему я должна тебе верить? — всхлипнула она. Марко растерялся, у него и правда не было ни одного аргумента, почему девочка, которая только что его встретила, из другой эпохи, могла бы ему поверить. Ему в голову пришла лишь одна причина, та, по которой он вообще оказался здесь.       — Это мой долг — помогать людям. Однако последующий вопрос Мэри опять вогнал его в ступор.       — Ты ангел смерти?       — Эм, нет? Я даже не знаю, кто это, — Марко почувствовал себя как в одном из кошмаров. Во время него он был на экзамене и отвечал у доски, но что бы инструктор ни спрашивал, он не знал ответа. Какой бы вопрос Мэри ни задала, он либо не понимал, о чём она, либо и сам не был уверен.       — Ну, это те, кто проводит души умерших на тот свет, ты даже немного похож на такого, — объяснила девочка.       — Хех, нет, мне и самому такой проводник не помешал бы. Марко наконец-то отпустил успокоившуюся девушку и решил рассказать все как есть, утаивать что-либо больше не было смысла.       — Мэри, я знаю не больше, чем ты, я проснулся недалеко отсюда и просто пришёл сюда, чтобы найти ответы, а нашёл пустой дом, поле и тебя.       — А откуда тогда ты знаешь, что мы мертвы?       — Эм, — Марко запнулся и задумался. Если честно, он не помнил, чтобы титан его именно съел, монстр даже наоборот вёл себя на удивление спокойно, но других логичных вариантов у него не было. Осталось только объяснить девушке с кукурузной фермы, что такое титан.       — Я… ммм, в лесу я наткнулся на очень опасного зверя, мы столкнулись, и я оказался здесь. Мэри задумалась. «Я вообще не помню, как оказалась в поле», — в конце концов помотала головой она: «Почему я ничего не помню? Все такое смутное, как будто я пытаюсь вспомнить сон».       — Что ж, похоже, здесь оставаться больше нет причин, — рассудил Марко, — вряд ли пустой дом и проклятое поле ответят на наши вопросы. Он встал и начал оглядываться в поисках ещё каких-нибудь ориентиров. Ничего не найдя, парень решил, что хотя бы ради Мэри надо сохранять уверенный вид, и поэтому сделал твёрдый шаг в случайном направлении. Однако, обернувшись, он увидел, что девочка не идёт за ним.       — Мэри?       — Я не знаю, я никогда раньше не уходила с фермы без семьи, — промямлила она, опустив голову и нервно заламывая пальцы. Марко обернулся и снова подошёл к ней.       — Я понимаю тебя, страшно покидать дом, да еще и с незнакомцем, это нормально, все боятся, но я обещаю, что я буду рядом и не брошу тебя. С этими словами, он протянул ей руку.       — Клянёшься? — посмотрела она на него снизу вверх своими большими голубыми глазами.       — Клянусь, — подтвердил он, и Мэри взяла его руку. Неожиданно земля, на которой они стояли, стала неустойчивой, отчего оба пошатнулись. Небо пронзили молнии, настолько сильные, что Марко на секунду подумал, что ослеп. Откуда-то издалека послышался женский крик, отчего парень только сильнее сжал руку Мэри, инстинктивно притянул её к себе и обнял. Землю сотряс ещё один удар, и она раскололась. Трещина прошла там, где секунду назад стояла девочка. Следующая вспышка молний его окончательно дезориентировала и сознание начало затухать. Вместе с тем он всё хуже чувствовал Мэри, и далекий крик становился всё тише, пока совсем не смолк.