Сплетающие осколки

Марко потянулся, не открывая глаз. «Ох, похоже, я опять заснул, — подумал он и вспомнил, что было перед тем, как он ушел в мир снов. — Я позировал Джошу. Почему он меня не разбудил?» Марко решился и открыл глаза. А потом пару раз моргнул, подумав, что ослеп. Но перед его взором всё ещё была тьма. Лишь где-то вдалеке слышалось журчание воды. Гибрид провёл ладонями по поверхности, на которой лежал, и понял, что это камень. Но не тот, на котором он позировал, другой. Этот был гладким, словно после долгой полировки. Пока Марко пытался на ощупь понять, где он находится, глаза привыкли к темноте, и он увидел свечение, идущее сверху. И, подняв голову, гибрид попытался осмыслить своё местоположение. Больше всего походило на внутренности гигантского дупла. Он лежал в небольшом углублении, похожем на гнездо в центре, а выше головы находился вход. Но выглядел он странно. Вход был не круглый, а в виде широкого вертикального овала. При этом из стенок торчали длинные горизонтальные прямые наросты, напоминающие острые зубы или сломанные рёбра. Мягкий свет, переливающийся то оранжевым, то фиолетовым цветом, проникающий сквозь овал и наросты, создавал на стенах дупла жуткие танцующие тени. Марко решил выбраться из этого странного места. Подойдя к краю входа, он подтянулся, протиснулся между «ребрами», слегка поцарапавшими его и выпрямился во весь рост. Впереди была только темнота, и, даже присмотревшись, он не мог ничего различить. Тогда Марко решил осмотреть странное «дерево», в котором оказался, и бросил взгляд вниз, откуда и исходил свет. У «корней» на земле гибрид неожиданно для себя увидел ноги. Огромные скрещенные ноги. Сначала он подумал, что оказался в животе странного титана, но нижние конечности были по-человечески пропорциональны и вообще не шевелились. Свет же исходил от: «Забора?» — не понял Марко. Однако с расстояния, на котором он находился, лучшего сравнения не нашлось. Это было ограждение в высоту примерно по колено огромных ног. Но самое странное было в том, что заборчик тлел. По поверхности то тут, то там проходили огненно-оранжевые линии и вверх взлетали хлопья пепла. Видимо, именно смог стал причиной невозможности рассмотреть то, что находилось за странной оградой. Оглянувшись, а затем внимательно осмотрев и ощупав острые наросты вокруг себя, Марко вдруг понял, что они сделаны из тёмных кристаллов, по какой-то причине не отражающих свет. Схватившись рукой в перчатке за острый «зуб», он почувствовал, как острая поверхность прорезает плоть и выглянул наружу. Сразу его внимание привлекли раскинутые в стороны руки странного создания. По форме они были человеческие. Но вместо ногтей у существа были заострены сами кончики пальцев, а их поверхность покрывал необычный узор, похожий на чешую. Слева и справа от незнакомца, сверху, прямо к ногам, не задевая тело, струилась тёмная жидкость. Подняв же голову, Марко многого не увидел. Голова существа была вытянутой вперёд и напоминала морду лошади. Со своего ракурса тщательно рассмотреть подробности он не мог. Поэтому, аккуратно цепляясь сначала за кристальные зубы, а затем за уступы, Марко решил подняться наверх и, наконец, понять, где он. Изначально гибрид думал, что он был внутри живого или бывшего когда-то живым существа. Мало ли он уже повидал странностей? Почему бы и не существовать такому необычному титану? Но странности множились: гнездо из полированного камня, кристальные зубы и сейчас под руками он ощущал совсем не тёплую плоть, а твёрдый камень. «Это статуя, — понял гибрид, — огромная статуя странного создания. И я каким-то образом оказался внутри неё». Оказавшись на плече, он, к сожалению, ничего толком не увидел, поэтому полез на самый вверх, на макушку статуи. Она была из гладкого камня, как и внутренности гнезда, и у Марко не было проблем с покорением вершины. Оказавшись наверху, гибрид схватился за длинные изогнутые наросты из кристаллов, торчащие из лба создания. И, лишь внимательно окинув взглядом место, где оказался, Марко понял, на чём стоит. Это череп оленя. А отростки, за которые он схватился, — рога. Но тем не менее строение черепа отличалось от обычного животного. Гибрид видел, что у монстра острые зубы. Но более всего поражали глаза. Точнее, пустые глазницы. Их было не две, а шесть, и из каждой, устремляясь вниз, непрерывно лилась густая тёмная жидкость. Обернувшись назад, Марко увидел украшающие спину статуи сложенные крылья, служившие финальным штрихом необычной скульптуры. Гибрид бросил взгляд дальше за статую и понял, что он ничего не видел за тлеющим ограждением не только из-за смога, просто там и вправду ничего не было. Только непроглядная тьма. Марко оказался внутри каменной фигуры чудовища, находящейся в центре «ничего»? Он повидал много чего, не вписывающегося в привычную картину мира, за последнее время, но каждый раз его удивление только продолжало нарастать. «Что? Где я? Как я вообще сюда попал? — в голове зажужжал улей вопросов. — Это сон? — предположил Марко. — Но он ощущается таким реальным». Прикинув, что каменная статуя не ответит на задаваемые вопросы, гибрид решил спуститься вниз и оценить окружающее пространство уже на земле. Спустившись с огромной фигуры и подойдя вплотную к забору, Марко, наконец, получил возможность его рассмотреть. Ограждение не было сделано из камня или кирпичей, как он ожидал. Забор оказался бревенчатым. Толстые стволы были сложены друг на друга и бесконечно тлели, невольно напоминая Марко о кострищах, в которых он сжигал одежду павших разведчиков. Форма забора в виде квадрата, окружающего статую, это только подтверждала. Тёмная жидкость, вытекающая из глазниц, водопадом устремлялась к ногам статуи, но не образовывала лужи. Видимо, где-то у ног истукана были сливные отверстия, невидимые из-за темноты. Решив, что больше задерживаться здесь нет смысла, Марко покинул странную скульптуру и стал изучать окружающий её мрак. Он дотронулся до тлеющего бревна и тут же почувствовал прожигающий до костей жар. Но гибрид, привыкший к боли, упёрся всеми конечностями в горящее дерево и, подтянувшись, перепрыгнул на другую сторону. Глухой стук, сопровождающий приземление, свидетельствовал о каменной поверхности. Медленно, шаг за шагом, Марко шёл вперёд от каменного исполина, ориентируясь на эхо собственных шагов, опасаясь возможных сюрпризов в непроглядном мраке. Спустя пару минут и неизвестное количество шагов, ступив вперёд, гибрид не услышал глухого стука. Он вообще ничего не услышал и не почувствовал под своей ногой, словно в этом месте реальность просто обрывалась. Но, привыкнув к темноте, Марко увидел, что это не совсем так. Он находился на краю пропасти. Дна видно не было. Лишь из глубины раздавался загадочный и жуткий глухой звук, напоминающий стон. Бросив взгляд на противоположную сторону, Марко с удивлением увидел там ступени. Начинаясь у поверхности, выдолбленная в стене чудная винтовая лестница вела вниз, в бездну. Осмотревшись, Марко не обнаружил моста на другую сторону пропасти. Он застрял. Лестница вела только вниз, а гибрид вместе со статуей находится на островке, посередине глухо стонущей бездны. «Что же делать?» — подумал Марко. Он опустился на четвереньки и поводил рукой над пропастью. Ладонь, пройдя сквозь пустоту, упёрлась во что-то твердое. «Количество странностей растёт». Марко видел, что над бездной ничего нет, но его ощущения говорили, что мост на другую сторону был. Невидимый мост, словно из стекла. Решив действовать, пока его не одолели сомнения, Марко вступил на прозрачный переход и перешёл на другую сторону. Обернувшись, гибрид получил возможность осмотреть каменного исполина издалека, и он не ошибся. Это и правда была огромная статуя создания, словно собранного из кусков других различных существ. И находился гигант внутри бесконечно тлеющего кострища. Скульптура не была титаном, не была живой, как поначалу подумал Марко. Просто огромная статуя, украшающая собой странный островок в центре бездны. Развернувшись лицом к тьме и спиной к скульптуре, не видя ничего перед собой, гибрид сделал смелый шаг вперёд и… угодил в грязь. Опустив голову, он понял, что это не просто жижа: «Это же слизь! Такая же, что заполонила мой дом». Удивительно, но чернота окружала его и была везде, Марко толком не видел её, но, вступив в слизь, начал её ощущать, и это чувство говорило ему, что всё пространство состоит из этой черноты. Эти ощущения напомнили Марко момент, когда с помощью тьмы он смог оценить состояние Жана. Но здесь слизи было намного, намного больше, и это чувство единства с «землёй» было самым необычным, что произошло с гибридом в этом месте. Неосознанно, из-за бесполезности других чувств, он сосредоточился на том, что ощущает слизь, и вдруг почувствовал лёгкое волнение. Это ощущалось, словно кто–то нарушил покой глади озера, бросив в него камешек. Ощутив лёгкий зуд где-то внутри своего существа, гибриду захотелось узнать, кто или что нарушило покой и единство черноты. Но, здесь, в этом месте, если его вообще можно назвать местом, всё было всем и ничем одновременно. Гибрид не чувствовал времени или расстояния. Он просто знал, что где-то там что-то не так, что-то нарушает покой. И он должен попасть туда. Открыв рефлекторно закрытые глаза, Марко понял, что он уже не рядом с островом над бездной. Он всё ещё чувствовал ногами слизь, но теперь стоял перед другой статуей. Громадной, раз в восемь больше, чем сам гибрид. Она была сделана из тех же не отражающих свет тёмных кристаллов. Но было и очень серьёзное отличие. Изнутри скульптуры исходил свет. Знакомый белый свет, вызывающий у гибрида жгучую ненависть. Белые нити текли по кристаллу, словно кровь по венам. Марко силой заставил себя сосредоточиться и отвлечься от чувств. И обнаружил кое-что, незамеченное ранее. Это не просто статуя. Это Джош. А точнее его кристальная копия. «Как? Почему?» — Марко всеми силами пытался заставить работать мозг, но ощущения черноты вокруг опьяняли, выключая разум и переключая исключительно на чувства, исходящие от черноты. Он обхватил руками голову, с силой сжав её. Но боль была слишком лёгкой, чтобы сбросить морок тьмы. Тогда гибрид дал себе пару пощёчин, надеясь проснуться, но и это не помогло. Черноты, как и её чувств, было слишком много. Внезапно он почувствовал тревогу. Если беспокойство от Джоша напоминало камешек, брошенный в воду, то это ощущение было, словно кто-то бросил в озеро кусок стены. Такой сильный, такой чуждый, такой ненавистный. Марко снова открыл глаза, уже в другом месте. Он оказался у источника беспокойства, и увиденное поразило его настолько, что даже сигналы от тьмы отошли на задний план. Он стоял перед стеной. По форме она напоминала стены, защищающие человечество. Безумно высокая и гладкая, но сделанная всё из тех же тёмных кристаллов. Однако не она — источник чужеродности, а шар яркого белого света, словно замурованного в толстый кристалл. С такого расстояния Марко не мог рассмотреть источник света, поэтому он решил подойти поближе. Однако он уже понимал, что, что бы это ни было, оно испускало свет намного ярче, чем Джош, и, видимо, поэтому настолько сильно беспокоило черноту. Наконец, подойдя поближе и рассмотрев источающий свет объект, Марко потерял дар речи от шока: «Энни?» Девушка-титан, которую гибрид когда-то проглотил целиком, была вмурована в кристальную стену. Её руки и ноги были полностью внутри кристалла, и лишь голова торчала наружу. Приблизившись вплотную, Марко заметил ещё одну странность. Часть кристаллов растаяла и чёрными щупиками обхватывала голову Энни, проникая ей в уши, а она сама беззвучно что-то бормотала.       — Энни, — позвал Марко, он совершенно не понимал, что происходит.       — А? Аааа! — девушка подняла глаза, не видящие ничего перед собой, и закричала на грани визга. Это был вопль агонии, Марко не мог его не узнать, ведь он сам слишком часто похожим образом кричал в кошмарах.       — Энни, хватит! — крикнул он, зажав уши. И удивительно, но его приказ подействовал. оборотень замолчала и пару раз моргнула, словно впервые его увидев. Однако, рассмотрев стоящего перед собой Марко, её глаза округлились от ужаса, и девушка попыталась отодвинуться.       — Нет, нет, — тихо бормотала она севшим голосом, — хватит. Пожалуйста. Больно.       — Энни, — снова обратился к ней Марко, — что происходит? Как ты тут оказалась? Где мы вообще? Мы мертвы? Но пленница продолжала смотреть на него с ужасом, беззвучно бормоча. Решив, что терять ему особо нечего, гибрид подошёл к Энни, снова попытавшейся отодвинуться от него. Но сбежать из кристальной ловушки невозможно. «Пожалуйста, пощади», — взмолилась девушка, глядя в лицо рогатого дьявола, убившего её. Но Марко больше интересовала ситуация, в которой он оказался, чем чувства мёртвого врага, и, решившись, Марко дотронулся до щеки оборотня. Тут же в сознание проникли образы. Но гибрид сразу почувствовал их отличающийся: «Вкус?» — более точной аналогии он придумать не мог. Это были не воспоминания Энни, а кого-то другого. И этот кто-то сражался в городе. Но он был не похож на Трост. Все города похожи друг на друга на первый взгляд, но здесь явно что-то было иначе. «Перезаряжайся! — крикнул хозяин воспоминаний. — Стреляйте ровнее!» Он обернулся от пушек, и Марко увидел перед собой дорогу. По широкой колее, прямо по направлению к солдату, бежали титаны. Оглушительный выстрел, ещё один. Одно из ядер попало в цель, и гигант рухнул, второе пролетело мимо. Но вдруг… Марко ощутил животный ужас хозяина воспоминаний. На дорогу вышел титан. Необычный. Пропорциональный, пятнадцати метров в высоту, с короткими светлыми волосами, и создавалось впечатление, что у гиганта нет кожи. Но он не был голым. Тело покрывало множество пластин, напоминающих доспехи. «Бронированный», — понял Марко. Командир расчёта краем сознания понял, что это конец, но отступать было поздно. «Стреляйте по нему! Нельзя позволить им проникнуть внутрь Марии!» За спиной послышался скрежет, кажется, кто-то решил закрыть ворота, оставив солдат умирать. Хозяин воспоминаний тоже это понял. Он находился в шаге от панического бегства, но всё ещё держался. Бронированный встал в стойку. «Он собирается протаранить ворота», — поняли солдат и гибрид. «Стреляйте!» — из последних сил прокричал командир расчёта. Титан сорвался и побежал вперёд. Он был настолько быстр, что своим рывком сбил нескольких простых титанов, что разлетелись в стороны, словно листья. Раздались выстрелы из пушек. Два ядра попали в цель, не нанеся никакого вреда. Солдаты завопили от ужаса. Бронированный летит вперёд. Отступать некуда. Волна жара. Запах горелой кожи. Боль. Поток воздуха. Солдата отбрасывает в сторону и ломает кости. Боль. Он лежит на земле, понимая, что умирает. «Ааа!» — адский визг Энни выбросил Марко из предсмертных воспоминаний защитника Шиганшины. «Она тоже это почувствовала, — понял гибрид. — Его боль, его отчаяние, его агонию». Оборотень безвольно повисла. Марко дотронулся до неё снова быстрее, чем понял, что делает. И опять оказался в прошлом. Он смотрел глазами человека, сидящего на покатой крыше. Боковым зрением он видел лопасти мельницы, в руках же были лезвия УПМ. Окружал человека шум тяжёлых шагов. Внутри кипел котел из страха, ненависти и желания отомстить. «Ждёт», — прикинул Марко. Откуда-то сзади раздался приказ: «Вперёд!» — и человек выпрыгнул из засады. Он мгновенно выстрелил крюками в поясницу Женской особи и начал разгоняться, намереваясь атаковать её шею. Краем глаза хозяин воспоминаний увидел двух своих товарищей, прицепившихся к ступням титана и собиравшихся перерезать ахиллесовы сухожилия на обеих ногах. Однако гигант словно знала, что нужно делать: она перехватила кабель владельца памяти и прыгнула. Разведчики не успели ни осознать происходящее, ни отреагировать: титан приземлилась точно на одного из них, раздавив в процессе, второго она превратила в мокрое пятно метким пинком о стену дома. Третий разведчик — хозяин воспоминаний — не мог ничего сделать. Гигант держала его за лебёдки УПМ, и человек был полностью в её власти. Он понимал, что это смерть, но всё же проговорил, вложив последние крохи самообладания в слово-приказ: «Отпусти!» Титан не послушала. Вместо этого она начала раскручивать человека. Картина мира перед глазами превратилась в месиво из красок, а поясницу, к которой и крепится УПМ, прожгло болью. Агония ломающегося позвоночника сводила с ума, но смерть не торопилась забрать разведчика. Лишь на пятом или шестом витке боль стала достаточно невыносимой, чтобы болевой шок прикончил жертву Энни. Оборотень опять завопила от боли, вернув Марко в темноту. В третий раз он дотронулся до Энни уже осознанно. И испытал животный ужас, сковавший тело. Хозяйка воспоминаний — девушка — сидела, сжавшись в комок, где-то в темноте и зажимала рот. Громкий стук сердца заглушал внешние звуки. Но… Удар. Доски стены дома разлетаются во все стороны. Огромная рука тянется к ней, явно зная, где искать. Кости трещат, и даже скачущее галопом сердце не может заглушить этот звук. Титан тянет жертву в рот. Последняя мысль неизвестной девушки — это зов матери, который никто не услышит. Хруст. Крики Энни и Марко вновь во тьме. «Вот значит как, — понял гибрид, — ты заперта здесь, чтобы чувствовать предсмертные страдания своих жертв. И умирать вместе с ними. Снова и снова, — обратился он к не слышащей его Энни, — интересно». «Видимо, она не сможет помочь мне понять, где я, — с сожалением рассудил Марко, — не похоже, что она вообще в состоянии думать о чём-то, кроме боли. Что же мне делать? Может, вернуться к статуе?». «Марко?» — внезапно услышал голос Джоша гибрид. Но он ощутил его не в голове, зов шёл к нему по слизи и исходил от небольшого беспокойства, что гибрид чувствовал ранее. «Джош? — спросил черноту Марко и понял, что хочет вернуться к кристальной статуе друга. Мгновение — и гибрид снова у неё, — Джош!» — снова позвал он и открыл глаза в привычной реальности.