Сплетающие осколки

Вернувшееся сознание, как обычно, сопровождала головная боль. Не открывая глаз, Марко попытался пошевелиться, намереваясь понять, в каком положении он находится, но тело не отозвалось. Чувств тоже как будто не существовало: ни слуха, ни осязания, ни даже сфер жизни — ничего. Он был нигде, и Марко это немного испугало. «Не так я планировал закончить день», — вздохнул он про себя. Но ощущение абсолютной пустоты резко изменилось. Неожиданно вернулось осязание, и он почувствовал деревянную поверхность под ладонями. Следом вернулся вкус, и Марко ощутил вязкость пыли на языке. Возвращение слуха сопровождали сильный гул и ритмичный стук чего-то тяжелого, а также нестройный хор множества голосов. И, наконец, последними вернулись зрение и ощущение жизни. Марко увидел, что стоит над толпой на высоком постаменте, держась за деревянные перила. Скачки по своему и чужим сознаниям его на данный момент особо не удивляли, поэтому Марко попытался повернуть голову, желая осмотреться, но тело отказывалось слушаться. Только когда голова повернулась влево без его желания или команды, он понял, что находится в другом теле. Чужом. Похожим образом он смотрел воспоминания людей, погибающих вместе с Энни. «Но тогда почему я проснулся с таким трудом? — был первый вопрос, пришедший ему в голову. — И как я вообще тут оказался? Если это пески, то почему я не в своём теле, а если я в памяти, то в чьей? Я ни к кому не прикасался». Тем временем, хозяин воспоминаний поднял взгляд, и Марко понял, что они находятся в месте недалеко от стены. Боковым зрением он заметил рыцарей, закованных в латы, охранявших проход на платформу. Марко раньше видел подобное только на картинках в учебнике по истории войн человечества и на иллюстрациях к сказкам о похищенных принцессах. Всё же такая броня была тяжелой и не могла защитить от разрывания титаном на куски. Поэтому с момента изобретения УПМ латы ушли в прошлое, оставшись лишь как дань уважения к истории во время королевских мероприятий. «А значит, я либо в сознании какого-нибудь аристократа, либо в далёком прошлом». За платформой толпились люди. Их было много, и все они говорили о чём-то своем, создавая гул, немного перекрывающий даже ритмичные тяжелые удары откуда-то сбоку. Большинство было одето как обычные деревенские жители, возможно, работающие на стройке. Но встречались и люди в странных церемониальных одеждах. Эти одеяния походили на рясы священников стен, правда, белые, а не чёрные, и украшений на них было больше. — Не слишком ли ты торопишься? — раздался женский голос из-за спины. Человек повернулся, и Марко увидел, что к платформе приставлен богато украшенный палантин, указывающий, что его хозяин не из простого люда. Спрашивающая женщина была одета в пышное чёрное платье, расшитое сверкающими драгоценными камнями, просто кричащее о её богатстве и статусе. Она сидела на подобии трона, держа в руках книгу. За ней Марко увидел её герб: щит синего цвета, на нём было изображение знакомого белого дерева, поверх которого напечатали большую букву «А», при этом букву словно сковывали цепи или верёвки, приходящие сбоку. Но самой большой странностью было изображение головы, прикреплённой к верхушке щита: половина лица была мужской, а вторая женской.       — Чем быстрее мы закончим, тем лучше, — ответил мужчина, и по его голосу Марко подумал, что тот стар.       — Ты уже не молод, помнишь? — подтвердила женщина его догадку со скепсисом в глазах, — одним благословением сегодня больше либо одним меньше — всё едино. Их всё равно миллион, — продолжила она.       — Именно поэтому стоит поторопиться, — поспорил хозяин воспоминаний. — Чем больше верноподданных будет благословлено каждый день, тем быстрее эти земли смогут называться раем.       — Но если ты рассыпешься в труху, то и благословлять будет некому.       — Не беспокойся, Атра, силы не покинут меня, пока я не исполню свой долг и не избавлю человечество от причиняемых титанами страданий. Хозяин воспоминаний повернулся к толпе, вздохнул и поднял руку. Все присутствующие тут же замолчали. Немедленно сбоку появился человек в белой рясе и спросил: «Ваше величество, можем продолжать?» «Ваше величество? — ошарашено подумал Марко, — я что, в памяти короля?!» Тот коротко кивнул, и человек в рясе спустился с платформы и, став перед ней, под взглядом короля достал длинный список. Марко увидел, что в нём записаны имена, зачеркиваемые сверху вниз. «Фёдор Бём! Сильван Гериг!..» — громко начал объявлять людей пастор в белом, и, когда он закончил, толпа расступилась. На маленькой площади перед платформой остался с десяток человек. Мужчины обычного деревенского вида. Несмотря на потрёпанную одежду и рваные ботинки, они стояли с гордо поднятой головой и смотрели на короля без тени страха или сомнений. Покинувшие площадку смотрели на вызванных с уважением или радостью. Кто-то даже сложил руки в кулак в молитвенном жесте и бормотал что-то в сторону оставшихся.       — Верные последователи! — во всеуслышание спросил пастор, сложив и убрав список, — готовы ли вы получить благословение короля, стать защитниками мира и принести покой этим землям?       — Да! — громко и уверенно ответили мужчины хором.       — Тогда, перед королём нашим и перед народом нашим принесите клятву верности! Мужчины тут же, как один, упали на одно колено и опустили головы, как при посвящении в рыцари, и начали говорить: «Мы, перед королём Карлом Фрицем 145-тым и перед всеми свидетелями клянёмся им служить верностью и преданностью. Мы обещаем служить королю и народу с честностью, силой и верой. Мы будем служить королю и человечеству с преданностью, будем следовать их воле и выполнять обязанность, возложенную на нас. Мы будем непоколебимы и непроницаемы, и наша верность не ослабнет ни перед какими испытаниями и опасностями, оставаясь крепкой и неизменной. Мы готовы отдать наши жизни для защиты нашего короля и всего человечества. Мы станем стеной и принесём мир этим землям. Мы запечатаем собой грех наш и спасём будущие поколения от повторения сих ошибок. Так да поможет нам король, и да будет так. И пока стоят стены и царствует король, земли эти будут раем для грешных. Это наша клятва верности, которую мы даем сегодня и до конца вечности». «Я принимаю вашу клятву и благословляю вас! Встаньте, верные защитники человечества! — громко приказал король, и мужчины повиновались, — выдать хранителям регалии и ритуальные клинки!» Тут же сбоку из толпы к поклявшимся выплыли послушники. Они держали на руках подушки, а на них были ожерелья с девятиконечной звездой и необычные ножи. Они были изготовлены не из металла, а из кристаллов, очень напоминавших Марко об Энни. Мужчины кивнули послушникам, надели ожерелья и, взяв клинки, ещё раз дружно поклонились королю. — Идите же и исполните свою клятву и своё предназначение! — объявил он. Под общие аплодисменты мужчины спустились с платформы и свернули налево, в сторону ритмичного постукивания. Король повернулся в ту же сторону, подняв голову, и Марко потерял бы дар речи, если бы не был тенью в голове человека. Стук, раздавшийся по всей округе, исходил от строителей, укладывающих ворота. Ворота Троста. Они облепили недостроенные боковые помещения, а рядом стояла огромная плита, на которой группа людей только наметила чёрной краской герб Розы. Справа от стройки, перед взором Марко и теряясь в бесконечности направо, была стена, такая, какой он её знал и помнил. Слева же от ворот находилась только пара готовых каменных секций, а дальше сооружение, защищающее человечество от вымирания, просто обрывалось. Ни строителей, ни лесов, ни заготовок, ни даже просто людей — чистое поле, иначе и не сказать. Король и верующие провожали взглядом мужчин, принесших клятву, пока они шли в направлении пустоты. Затем толпа разделилась, один мужчина вставал вдоль секции стен, словно продолжая её, следующий отходил от первого на некоторое расстояние и останавливался, и процедура повторялась, пока все десять не выстроились в ряд на одинаковом расстоянии друг от друга. Лишь в этот момент король снова поднял руку, ничего не сказав. Мужчины подняли клинки и, зажав их двумя руками, направили на собственные шеи. Король со свистом опустил руку, и все десять благословлённых вогнали клинки себе в горло. Острые кристаллы легко прошли сквозь плоть и кости. Их окровавленные концы, торчащие с задней части шей, сверкали в солнечном свете. Но длилось это лишь мгновение. Марко ощутил огромный поток силы. Он был невероятно мощным, даже несмотря на то, что это лишь отголоски прошлого. С неба ударило десять жёлтых молний, по одной на благословлённого, и всё пространство заволокло паром. Но даже он не мог помешать рассмотреть, как прямо из воздуха, из ничего, появляются титаны. Кости, затем нарастающие на них мышцы, однако, когда Марко подумал, что появится и кожа, процесс остановился, и перед взором короля и его окружения появилось десять огромных титанов. Они были около сорока пяти метров в высоту. Ноги, напоминающие колонны из-за сжатых пяток и носков, упирались в выжженную землю. Лишённые кожи, с ужасающими выражениями лиц, но с пустыми взглядами, они выглядели как настоящие чудовища. «Создайте броню», — мысленно приказал король, и колоссы повиновались: вокруг каждого, опять же, изниоткуда начала материализовываться поверхность, напоминающая каменную. Им хватило всего пары мгновений, чтобы стать продолжением святой нерушимой стены, стать защитниками человечества. Толпа зааплодировала, а король облокотился о перила и тяжело задышал.       — Очень надеюсь, что спешка того стоит, — пробормотала из-за спины Атра.       — Стоит, — пытаясь отдышаться, ответил Карл, — всё, чтобы искупить неискупаемые грехи и избавить мир от бремени дьявола. Король отпустил перила и, развернувшись, медленно поковылял к своему трону. Слуга поначалу дёрнулся помочь своему господину, но тот рукой остановил его. Король подошёл вплотную к спасительному сиденью, когда пробежал взглядом по Атре и случайно заглянул в зеркало, в которое та смотрелась, поправляя причёску. Женщина выглядела, как всегда, прекрасно, но прямо за её спиной было отражение Карла — старца с густой бородой, уставшим лицом и алыми, словно кровь, глазами с чёрной склерой. Атра вскрикнула и выронила зеркало, разлетевшееся на осколки, а сам король закрыл глаза и схватился за виски, с силой сжав их: «Кто ты? Дьявол?! Изыди! Прочь из моей головы!» — мысленно крикнул он, и Марко опять затянуло во тьму.

***

Вернувшись в реальность, Марко увидел, что всё ещё был вбит в пробитую стену и правой рукой удерживал Кристу за поясницу. А бросив взгляд налево, он понял, что пошло не так: он уткнулся вытянутой ладонью в плоть закалённого в камень титана — одного из защитников человечества. «Стена что? Состоит из гигантов?» — услышал Марко вопрос Кристы и посмотрел на неё. Лицо девушки зеркально отражало шок и недоумение его собственного. «Она тоже всё видела», — понял он. Неловкое молчание между ними грозило затянуться, когда Криста снова попыталась вырваться, крикнув: «Отпусти! Демон! Освободи меня!» Марко намеревался поступить именно так, перед этим аккуратно доставив её в безопасное место, когда услышал треск. Криста замолчала и тоже посмотрела наверх. Стена прямо над ними пошла трещинами без какого-либо воздействия извне. И трещины шли вверх всё быстрее, становясь только ветвистей и глубже. «Она сейчас рухнет», — понял Марко. И Криста тоже, так как начала вырываться ещё усиленней. Но Марко только сильнее прижал её к себе. Они находились прямо в эпицентре осыпания стены, и у Кристы был повреждён УПМ. Если он её отпустит, то девушка просто разобьётся, а потом её завалит обломками. С единственной свободной рукой Марко полноценно механику использовать не мог, поэтому вторую лёбедку УПМ заменили чёрные щупы. Вбок Марко уйти не смог, вниз тоже: падающих камней много и будет только больше. Единственный вариант — вверх. И он начал опасный подъём. Трещины, создававшие громкий и жуткий шум, мешали сосредоточиться. Но Марко упрямо цеплялся за, как ему казалось, твёрдые участки стены, прижимая Кристу к себе. Стальной крюк цепляется за камень, кристальный целится в следующий, тот рассыпается под ним. Не останавливаясь ни на мгновение, кристалл летит к следующему, на удачу, тот более прочен и выдерживает вес двух лёгких подростков. Снова железный, следом кристальный. «Главное не сбиться, только не сбиться». Но уже на полпути стена разрушилась окончательно. Марко цеплялся жгутами и УПМ за отколовшиеся камни, перепрыгивая по застывшим всего на мгновение падающим обломкам и уворачиваясь от летящих в лицо кусков. Он пытался не подставить Кристу под удар, позволяя некрупным, но острым камешкам пробивать его тело насквозь. Поднимаясь, они вживую увидели то, что было скрыто под священной стеной. Титан был огромен и вблизи выглядел ещё более ужасающим. Когда Марко и Криста оказались на уровне его взгляда, глаза гиганта провернулись в орбитах и посмотрели прямо на них. Но взгляд этого гиганта был абсолютно пуст, напоминая скорее куклу или марионетку, чем живое существо. Наконец, запрыгнув на макушку колосса и оттолкнувшись от неё, чтобы подняться на не осыпавшуюся вершину, Марко смог оценить ситуацию. Огромный титан всё же не освободился целиком. Он сбросил лишь часть покрытия, примерно до бедёр снизу, и, идя вверх, вплоть до головы, освобождая площадь вокруг макушки и позволяя застывшим в ужасе солдатам Гарнизона увидеть свой череп без кожи. Слегка успокоившись, оказавшись в относительной безопасности, Марко подумал об одной довольно очевидной, но незамеченной им раньше детали: «Если стена состоит из титанов, то почему я не видел их сферы жизни? — он бросил взгляд вниз, на шею колосса, но шарика так и не увидел, — Они… Неживые?» — шокированно подумал он. Там, далеко внизу, Марко увидел каменные обломки и испугался, что обвал мог навредить его бывшим друзьям. Он дернулся вперёд, но Криста его опередила, закричав во всё горло: «Имир!» Но тут они увидели, как куски начали шевелиться и падать ещё ниже, освобождая тело Эрена, прикрывшего собой лагерь разведчиков от раздавливания обломками стены. Криста облегчённо выдохнула, но неожиданно вспомнила, что она всё ещё в «плену», и начала дёргаться. Солдаты Гарнизона тоже немного пришли в себя, и Марко почувствовал, как к ним приближается несколько человек. «Всё, теперь точно надо уходить», — решил он. Марко волновался и о бывших товарищах, и о титанах в стенах. Но если его схватят, то проблем станет только больше. Поэтому он аккуратно опустил Кристу на каменную поверхность, и девушка рухнула, не сумев устоять на ногах. А затем вытащил её лезвия, до сих пор торчавшие у него из груди, и бросил рядом. Ворованная форма Гарнизона, в отличие от его чёрной, не восстанавливалась. Так что выглядел он, небось, ужасно: порезы от Ханджи, Микасы и Моблита, огромная дыра в груди от лезвий Кристы, да ещё и дырки от осколков стены то тут, то там. И при этом Марко твёрдо стоял на ногах — жутковатое зрелище. Солдаты Гарнизона подбежали к ним, обнажив мечи. На их лицах был отражён ужас, Марко видел, как дрожат их руки. Скорее всего, они прибежали ловить «Чёрного солдата» рефлекторно, даже не задумываясь о своих действиях. Однако люди находились лишь спереди, в направлении Троста, а сзади, глубже в Розу, путь к свободе был открыт, и никто не мог помешать Марко убежать по стене. И он решил поступить именно так. Но, развернувшись, неожиданно услышал голос Кристы: «Эй, Черныш, спасибо». Марко не стал оборачиваться, а лишь улыбнулся краем губ и побежал прочь.