Сплетающие осколки

Криста провожала взглядом убегающую по стене фигуру потрёпанного демона. Солдаты Гарнизона, чей приказ был захватить его, от шока не могли сдвинуться с места и молча смотрели, как удаляется силуэт не то врага, не то друга. И лишь когда фигурка спрыгнула со стены и скрылась в густом лесу, Криста попыталась встать. Её ноги отказывались выполнять свою функцию, дрожа и трясясь, а их хозяйка и не понимала причину. «Может, шок?» — предположила она. Этот день Кристы начинался как обычно. Тренировки, разговоры, наблюдение за Эреном. А потом вмешался Чёрный солдат. Разведчикам почти удалось схватить его, но тот смог как-то хитро увернуться, и Микаса с Имир с занесёнными мечами напоролись друг на друга. Микасе задело плечо, а Имир пробило предплечье — лезвие просто прошло насквозь. Ранение подруги Кристу вывело из себя, она решила остановить солдата чего бы это ни стоило и взлетела по стене, даже не заметив сбившую остальных трансформацию Эрена. И ведь у неё получилось. Она смогла на полной скорости вогнать мечи Чёрному солдату в сердце, а тому хоть бы хны. А потом… То воспоминание. Она видела всё глазами короля стен. Нет. Она видела глазами демона, который видел глазами короля. Те глаза в зеркале… Алые с чёрной склерой. И этот же взгляд Криста мельком увидела сквозь порванную форму, когда Чёрный солдат положил её на стену. Слухи оказались правдой, а она в них не верила, считая страшилкой. «Он действительно демон». Но… Когда стена пошла прахом, он не отпустил её, а, не задумываясь ни на секунду, потащил наверх, в безопасность. И Криста видела, как Черныш принимает часть ударов на себя, прикрывая её. Та самая двойственность его решений, о которой сегодня болтают все.

***

«Кара! Возмездие! Расплата!» — такие звуки встретили Кристу, когда она наконец-то спустилась со стены. Первым делом она планировала проведать товарищей. Но в той неразберихе, что царила в лагере, это стало затруднительно. Над всеми возвышался Эрен, стоявший в боевой стойке и не спускающий взгляд с колосса, который, впрочем, не обращал никакого внимания на титана-разведчика. Большинство солдат хоть и были шокированы неожиданным открытием, но оружие не опустили. Криста спрыгнула с платформы военного лифта и побежала к своим. Ей не терпелось увидеть Имир и удостовериться, что та в порядке. Но вместо этого она увидела того, кто кричал. Это был Ник — пастор Сины, которого она раньше видела на суде Жана. Он кричал, упав на колени и возведя руки к небу, выкрикивая проклятия. Рядом с ним находился пастор Кристоффер, он не молился и не кричал, а просто молча смотрел на колосса, выпучив глаза. Около них Криста тут же увидела двух разведчиков из спецотряда, но она не знала их имён.       — Да, навёл шуму Чёрныш, — сплюнула в пыль Имир, придерживая раненую руку.       — Имир! — Криста, наконец, добралась до подруги.       — О, Криста! — лицо Имир покинуло обычное ехидное выражение, и Криста увидела её настоящие чувства: волнение, смешанное с радостью. Имир подбежала к подруге, намереваясь обнять, но, задев руку, только зашипела от боли. — Отбилась от этого чёрного придурка, да? Он тебе не навредил?       — Нет, — покачала головой Криста, — наоборот, спас, когда начался обвал. А вы тут как? — бросила она взгляд на остальных.       — Целые, — ответила Имир, переводя взгляд в туже сторону. — Титанья жопа нас прикрыла. Хотя от пыли я вечность не отмоюсь, — пошутила она и нарочито громко рассмеялась.       — Давай, нужно промыть и перевязать тебе руку, — предложила Криста, и они направились к палатке за чистой водой и бинтами. Возле палатки тоже было неспокойно. Армин практически висел на Микасе, не позволяя ей полететь к Эрену. Из плеча девушки потоком шла кровь, попадая и на Армина, но Микаса как будто и не чувствовала раны. Жан был белым. И буквально, и фигурально. С застывшей маской вместо лица и в белой пыли, он больше напоминал не очень умело сделанную статую. Подоспевшие Саша, Конни, Райнер и Бертольд присоединились к основному костяку разведки с мечами наперевес, но на их лицах был всё тот же шок. «Колосс. Огромный колосс. В стене», — Саша и Конни были сильно напуганы. «Сначала управление титанами, теперь это, — голос Бертольда дрожал, — как же он? Или это он?». «Как мы умудрились его пропустить?» — сквозь зубы шипел Райнер. Моблит бросал взгляды то на колосса, то на Ханджи, которая одна из немногих не готовилась к возможной атаке стенного титана, а что-то быстро писала, то и дело стирая ладонью пыль с очков.       — Майор Ханджи, у нас тут…       — Моблит, не отвлекай! Я должна всё записать, пока не забыла. Так, умеет сражаться на мечах, обладает странным чёрным оружием из того же материала, что и нити, вынослив, из ран не текла кровь…       — Это всё вы! — внезапно набросился на неё обезумевший пастор. — Вы решили играть со смертью — и вот! — добавил он глубины в голос и махнул рукой на колосса. Впрочем, его речь Ханджи ни капли не впечатлила. Она бросила взгляд на обвалившуюся стену, а потом снова на пастора Ника.       — Он — проблема, и мы с ней разберемся, но я не вижу, чтобы титан шевелился. Думаю, пока он не опасен.       — Не опасен! — снова заголосил Ник. — Его нужно срочно чем-то накрыть, иначе, когда свет падёт на него…       — Но его и так освещает свет, — заметил Кристоффер, положа руку на плечо коллеги, — Ник, прошу, успокойся. Твои крики только разводят ненужную панику. Кажется, только сейчас к Нику вернулось достаточно здравомыслия. Он осмотрелся, и, увидев, что десятки испуганных глаз солдат смотрят на него, кивнул, и сел на ближайший стул, и, ссутулившись, начал молча молиться.       — Думаю, Гарнизон уже прикинул план по ремонту, — сказала Ханджи и была права. Пока разведчики готовились к возможной атаке, солдаты Гарнизона муравьями бегали вокруг обвалившейся стены.       — Как вы можете так спокойно реагировать на это, майор, — вздохнул Моблит.       — Спокойна? Думаешь, я спокойна?! — вскрикнула Ханджи, и её лицо озарила широченная улыбка. — Черныш пришёл как к себе домой, устроил переполох, разрушил стену, а в ней был настоящий колосс! Думаешь, после этого я останусь спокойна?! Да я в ужасе!!!       — Это вышло случайно, — подала голос Криста, в данный момент промывавшая рану Имир, — он её не разрушал, просто…       — Просто что? — спросила, повернувшись, опешившая Ханджи.       — Просто так вышло, — тихо продолжила Криста, она уже пожалела, что открыла рот.       — Просто вышло, — повторил Ник и опять начал закипать, — просто разрушили святую стену и освободили титана.       — Кстати, об этом, — Ханджи повернулась к пастору, — откуда вы знаете, что гиганты активны под солнечным светом? Вы знали об этом, да? О титанах в стенах? По лицу Ника можно было понять, что он пожалел о каждом решении, принятом за последнее время. Впрочем, теперь начал закипать не только он.       — Ник, ты шутишь, да? — рассердился Кристоффер. — Я всю жизнь посвятил служению этим стенам, что защищают нас от титанов, а они сами состоят из титанов?! — пастор Розы еле сдерживался, чтобы не ударить по лицу своего коллегу и друга.       — Кристоффер, ты… Не понимаешь, это не для свободных ушей и… Пастор Розы схватил обеими руками Ника за грудки и поднял.       — Вся моя жизнь — грёбанная ложь, «не для свободных ушей», шавка ты власть имущих и всегда ей был… Он продолжал говорить, пока Моблит тихо спросил у Ханджи:       — Может, остановим его?       — Нет, — просто ответила она, — давай послушаем.       — Ты сказал, что поехал с нами, чтобы своими глазами увидеть бедных и страждущих, я думал, тебя волнуют простые жители и их нужды, а тебя интересует только собственная задница! — продолжил обвинять Кристоффер.       — Это не так… — Ник в хватке уже начал задыхаться, — я правда хотел… Эти люди… Не заслужили… Но я не могу, не могу рассказать. Это клятва… Кристоффер, наконец, отпустил Ника, и тот попытался отдышаться. Сзади раздался шум. Эрен упал на колени, и помощники из исследовательского отряда поторопились его вырезать. Эрену приказали при малейших признаках приближающейся потери сознания мгновенно покинуть титана, чтобы не создавать угрозу для своих. Абель и Нифа помогли оборотню добраться до кушетки. На его лице была усталость, смешанная со злостью. Но зато теперь, когда Эрен был в безопасности, Микаса успокоилась и позволила Армину заняться её ранами.       — Итак, к чему мы пришли, — громко объявила Ханджи, заламывая руки и привлекая всеобщее внимание, — Черныш сбежал. В стенах замурованы колоссы. Верхушка человечества об этом знает, но молчит. Всё правильно? Ник огляделся в поисках поддержки, но не обнаружил её. Даже самый близкий к нему по званию человек и просто друг сейчас смотрел на него волком.       — Я… понимаю ваше возмущение, — начал он. — Я понимаю ваше любопытство и желание обрести ответы. Но… Я не могу… Ни я, ни те, кто знает эту тайну, не могут ничего поведать. Клятва крепка и не покинет посвящённые уста.       — Ну зашибись теперь, — подал голос один из разведчиков спецотряда — блондин с хвостиком и без куска правой руки, — и зачем мы вообще за стены выходим и помираем, если даже ходить далеко не надо? — он перевёл взгляд на колосса.       — Но они и правда нас защищают, — снова подала голос Криста, и все повернулись к ней, — я видела, видела, как люди давали клятву защищать человечество, а потом король превращал их в стены… В тот момент всё вокруг изменилось: Ник метнулся к ней и попытался зажать рот, но получил леща здоровой рукой Имир. Ханджи в диком возбуждении запрыгала на месте, остальные просто застыли, как статуи.       — Эм, Криста, — заговорил Моблит, — не могла бы ты объяснить?..       — Нет! Молчи! — закричал Ник. — Ты погубишь и себя, и других!       — А тебя не спрашивали, — Кристоффер оттащил коллегу от девушек за рясу, — раз ты не можешь раскрыть тайну, значит, другие смогут.       — Ну, я… — засомневалась Криста и вопросительно взглянула на Имир.       — Если кто попробует тебе навредить, он отведает моих зубов и кулаков, — пообещала та. Криста пересказала, как дотронулась до Чёрного солдата и они перенеслись в память короля, построившего стены, использовавшего огромную силу и своих же подданных в качестве фундамента. Закончив, Криста осмотрелась и поняла, что её рассказ шокировал всех, кроме Ника и, на счастье, Имир. Девушка была рада, что действительно может положиться на крепость духа своей лучшей подруги.       — Это просто безумие, — пробормотала рыжая девушка из спецотряда и попыталась тряхнуть головой, отчего та закружилась, и начавшую падать разведчицу подхватили пастор Розы и её коллега.       — Титаны — это люди? — вслух задал вопрос шокированный Моблит.       — Леви этому не обрадуется, — сказала Ханджи, приложив ладонь к подбородку, — но это объясняет…       — Что объясняет, майор? — спросил Моблит.       — Всё объясняет! — воскликнула Ханджи, и её лицо опять озарила широкая улыбка, — ну хорошо, почти всё, — она немного умерила пыл, — непонятно: связь с Чернышом. Она универсальна? Или же уникальна? — увидев вопросительные взгляды, она пояснила, — любой на месте Кристы увидел бы то же самое, или же в ней есть что-то особенное? На последнем слове Ник опять опустил взгляд. Кристоффер закатил глаза и встряхнул его.       — Говори уже.       — Эта девушка, я не видел её раньше, но если она может видеть тайны, то, наверное, она…       — Кто?       — Не надо! — воскликнула Криста. — Я… не нужно…       — Ты боишься? — понял блондин из спецотряда.       — Чего?! — возмутился с кушетки Эрен. — Ты не боялась отправляться в экспедиции и нападать на Чёрного солдата, но боишься этого?       — Ну… я… — она снова бросила взгляд на Имир, на что та просто пожала плечами:       — Это должно быть твоё решение, но знай, что бы ты ни выбрала, я на твоей стороне.       — На самом деле я не уверена, имеет ли моя кровь значение, — решилась Криста и начала свой рассказ. — До вступления в армию я жила на ферме как бастард одного из аристократических родов. На следующий день после прорыва Марии к нам с матерью приехал отец. Я впервые увидела его и подумала, что нас заберут в лучший дом. А в итоге мою мать убили и планировали прикончить меня. Но, видимо, в последний момент он пожалел меня, наказал сменить имя и вступить в армию.       — Так, выходит, тебя зовут не Криста? — не понял Эрен.       — Нет, на самом деле меня зовут Хистория Рейсс, — заново представилась она, — и я не знаю, имеет ли значение для Чёрного солдата, что я наполовину аристократка.       — Хмм, — пробормотал Кристоффер и снова встряхнул Ника, — не хотите пояснить, пастор священной стены Сина? Я же вижу, что вы знаете чуть больше об этой истории?       — Я не… я правда не могу, — практически извиняясь, зашелестел Ник, — всё, что я мог рассказать, всё, на чём не лежит вето, — это факт присутствия на этом свете Хистории Рейсс. Я бы не смог раньше и не могу поведать сейчас вам ничего более.

***

Весь день разведчики караулили колосса, но тот не сдвинулся ни на сантиметр. Гарнизонные бегали вокруг дыры, как ошпаренные, и к вечеру пришли с планом ремонта. Пастор Ник сказал, что лучше будет начать его после захода Солнца, чтобы случайно не спровоцировать титана. Чем в данный момент Гарнизон и занялся. На всей территории лагеря раздавался грохот стройки. А 104-тый собрался возле всё той же палатки, практически вплотную прилегавшую к стене. Им запретили под угрозой трибунала покидать эту площадку.       — Не уверен, что смогу заснуть в таком шуме, — проворчал Конни.       — Спасибо Чернышу, — поддержал его Эрен, — эй, конемордый, нитки не жмут?       — Я не заодно с ним, выскочка-самоубийца! Или ты намекаешь, что я на одной стороне с титанами?! Но, прежде чем опять началась никому не нужная ссора, голос подал Райнер:       — Так, успокоились, оба. У нас у всех был тяжелый день, и ночь будет не лучше. Не время для мелочей.       — Предательство человечества — не мелочи, — тихо проворчал Эрен, но продолжать спор не стал.       — Вы так спокойны, — заговорила Хистория, — не понимаю, — покачала головой она.       — Из-за того, что у тебя другое имя? Подумаешь, — фыркнул Эрен, и остальные закивали.       — А если бы кто-то был достаточно глуп, чтобы предъявлять претензии, имел бы дело со мной, — хмыкнула Имир.       — А как же память прошлого короля?       — Мы ведь не знаем, почему это сработало на тебе и имеет ли твоя кровь значение, — сказал Армин, — так что пока бояться нечего.       — Кроме того, что все стены состоят из гигантских титанов и Чёрный солдат почти освободил одного из них, — заметила Саша.       — Да, жуть пробирает, до сих пор мурашки по коже, — согласился с ней Конни, — интересно, почему вся эта жуть происходит с нашим отрядом? Сначала разумный титан во время первой экспедиции, потом тот ненормальный во второй, а теперь это?       — Не знаю. Я думаю, совпадение — Бертольд подал голос и поёжился, а затем сменил тему. — Интересно, что стало с тем первым разумным?       — Никто не знает, — ответил Армин, пожав плечами, — предполагаемый оборотень просто пропала. Может, Чёрный солдат и правда её спас. Тогда, наверное, ему известно, где она.       — Но и его поймать не выходит, — фыркнул Райнер, — вёрткий, как слизняк. Жан зарычал и слишком агрессивно бросил полено в костер, тот в долгу не остался, и руку парня облизнуло пламя.       — Чёрт! — выругался Жан, — почему эта тварь такая… Непонятная! То он спасает отряд Леви, то титанов, то меня. Потом сражается с людьми, из-за чего пострадали Микаса и Имир, а теперь обрушил стену, и мы все чуть не погибли!       — Я же говорила, что это вышло случайно, — заспорила Хистория, — к тому же он и меня спас, — ребята повернулись к ней, — от обвала, — пояснила она.       — Ханджи что-то поняла, — задумчиво проговорил Армин, — но я не… Он осёкся. Ночное небо прорезал фиолетовый сигнал. И исходил он из-за стены, из Троста. Ханджи, писавшая за своим столом в свете свечей, мгновенно вскочила на ноги и закричала: «Моблит! Абель!» Из соседней палатки тут же выбежали солдаты из исследовательского отряда и тоже заметили уже угасающий сигнал.       — Какого? — не поняли они.       — На Кристоффера и Ника напали! — крикнула Ханджи. — Нет времени одеваться, хватайте мечи — и погнали! — приказала она.