Душой нараспашку

— Вон! Вон там впереди! Еще один! — весело восклицала фея, делая от радости сальто назад. — Там, за камнями! Паймон благодаря своему умению летать могла парить в воздухе, надвышаясь над землёй на несколько метров. Пред ней открывался дивный вид, одновременно завораживающий и пугающий. Почему пугающий? Потому что вокруг нет ни души, ни одного человека. Только животные, гео слаймы и хиличурлы, копошащиеся в оставленных рудах. Вокруг только камни, песок, заброшенные ангары, а горизонт заслоняют горы и высокие пики, закрученные в каменный водоворот. Но помимо прочего в этом загадочно безлюдном месте стояли высокие краны, на которых безмятежно и одиноко покачивались железные крюки. Куда не глянь, везде лежали кирки, молоты, ящики, забытые сух-пайки и рабочая одежда, повидавшая многое. Кое-где стояли деревянные таблички с надписью:

"Внимание! В связи с повышенной опасностью работа приостановлена. Просьба покинуть территорию".

Но наши герои покидать территорию совсем не стремились. Ну, может быть только один из них. — А еще тут, наверху! — зазывала Паймон подругу, указывая пальцем на добычу. Ее глаза светились, даже сказать сверкали, как мора, когда она осматривала округу. Разлом... Пока что он безлюден - до поры до времени. В скором времени работа здесь возобновится и пойдёт полным ходом. Покинут место хиличурлы и похитители сокровищ, заполонят пространство каменщики, картографы и прочие, кто связан с добычей руды. Но что здесь делает отряд Люмин? Все очень просто: добычей сокровищ! — Паймон, я не поспеваю за тобой! Лети помедленнее, — просила Путешественница, догоняя фею. С такой спутницей никакой компас сокровищ не нужен. Паймон и есть компас сокровищ, не зависимо от того, какой регион они исследуют. — Ах, бандиты! Они сейчас украдут нашу мору! — малышка была преисполнена возмущения. Как это так получается, что ее добычу кто-то хочет присвоить себе? Паймон первая заметила, значит, это ее! Ее и Люмин, разумеется. Разлом полон неоткрытых сундуков. Он словно мышеловка с бесплатным сыром - так и манит похитителей сокровищ. Только роль мышеловки отыгрывает Люмин, каждый раз их побеждая в бою за прелестный ящичек, полный денег, камней для улучшения оружия, артефактами. — И тебе нужно это барахло? С каких это пор "Легендарная Путешественница" собирает весь мусор всея Тейвата, ха? — Странник специально сделал акцент на ее прозвище подчеркивая абсурдность данной ситуации. — Да как ты...! Это совсем не мусор, а бесплатные материалы! Улучшать оружие же нужно! — кажется, летающая малышка сегодня была на взводе, слишком эмоциональна и возбужденная. Какое же удовольствие она получает, когда приоткрывает деревянную крышку и видит золотые монеты... Ради этого момента она была готова вот так весь день летать по всему Разлому. Но, в отличие от подруги, Люмин не была столь мобильной, потому ей приходилось лишний раз карабкаться вверх по горам, чтоб достичь желанной цели. — Аж больно смотреть, как ты ради несчастных камней прочесываешь каждый уголок, каждый кустик. Пустая трата времени и только... — цыкнул Странник явно недовольный сложившейся обстановкой. "Отправимся в Ли Юэ сейчас же, чтобы успеть на праздник!" — говорила Люмин. "Столько всякой вкусной еды можно поесть. Кухни Ли и Юэ просто объеденье!" — приговаривала вторая. "Не будем терять время" — заключили обе и на следующий день троица с воодушевлением отправилась в путь. А что теперь? Открываем чертовы сундуки весь день, как только зашли в этот горный водоворот. — Гляди, Люмин, фея! Пойдем ее скорее проведем. Ей должно быть плохо, ведь она потерялась, — подначивала Паймон на помощь, но главный мотив был, конечно, не просто довести голубую фею до ее домика, а награда... Иногда, чтобы получить желанное, нужно было решать головоломки. Правда, это слишком громкое слово для испытания, что усеивают вершины Разлома. Люмин с первого раза успешно разрушала гео конструкции, открывая заветный сундук. А рядом стояла еще одна головоломка, и ещё, и ещё... Двоица поддерживала энтузиазм друг друга вест день вплоть до самого вечера, поднимаясь все выше и выше. А все началось с простого: "Эй, Люмин, там сундук. Пойдем откроем? Всего один. А потом продолжим путь." Чистая ложь себе и другим. Азарт берет свое и путешественница бегала от одной точки до другой, опустошая окрестности. И как к вечеру ее ноги держали? Одной Люмин известно. — Паймон сейчас умрет с голоду! Кажется, желудок прилип к позвоночнику. Подумать только, Паймон не ела весь день с самого утра! — в подтверждение этих слов живот голодной малышки долгоиграюще заурчал, что ей самой стало немного стыдно за это. Она прихватилась за животик и приуныла. — Потерпи немного, почти готово, — пыталась успокоить ее блондинка, но и она сама не могла сдержать урчания желудка. Десять часов на ходу и ни крошки в рот. Настолько было им увлекательно, что обеим и в голову не приходила мысль устроить перерыв, присесть перекусить, разбить лагерь на обед. Это вылетело даже из светлой головы Паймон! Как такое возможно? — Ах, как вкусно пахнет..., — подбирая слюнки тыльной стороной ладошки, фея нависала над котлом и пыталась хоть немного насытиться хотя бы волшебным ароматом ужина. — Ну сколько еще осталось? — Вновь сглатывая, раздражалась Паймон. Места ей не было. Глаза только и впивались в бурлящую жидкость, которую помешивала девушка. Наконец-то она понесла к губам ложку и, сильно подув на ее, взяла в рот. Фея с завистью глядела на ту и хмурилась так смешно, что даже Странник не смог сдержать усмешку, слетевшую с надменной улыбки. — Люмин, а дай-ка я попробую, готово ли, — проговорил Фудзин и оказался рядом с путешественницей, забирая из ее рук ложку. Та даже сопротивления не оказала, слушая его речь. Заболтал. Зачем? Что ему нужно? Сначала он медленно помешал бульон еще несколько раз, потом ладонью смахнул к носу пар, смакуя вкусный аромат. Совершенно не торопясь, юноша отчерпал и приподнес ко рту немного супа. Неторопливо росмаковав, прочувствовав всю солянку вкусов, сделал задумчивое лицо. Паймон не могла больше молчать: — Что? Что не так? — активно интересовалась голодная, уже надумывая себе ужасный вкус. Но такого быть не могло, ведь это кухня Люмин. — Думаю, нужно еще 30 минут и будет готово, — через чур спокойно заявил Странник. — Что?! - выпала Паймон, уронив нижнюю челюсть. Ее мир держался на волоске, еще чуть чуть и рухнул бы, как и она сама - ужасно голодная и совсем обессиленная. Дневные похождения забрали почти все ее силы. Даже на возмущения энергии критически не хватало, и, как лист, беловолосая спускалась к земле, безмерно расстроившись. — Очень смешно! — отобрала Люмин поварешку, фыркнула и недовольно насупила брови. Даже она была несколько раздражена, как и ее пустой желудок. — Паймон, неси тарелки, все готово. Малышка будто ожила в одно мгновение, исчезла и мигом появилась вновь с чистыми столовыми приборами и горящими глазами. Ее настроение и общее состояние в миг улучшилось, словно и не было ранее никаких драмматичных сцен. — Приятного аппетита! — раздалось по лагерю и повторилось в ответ.

***

Что-то коснулось блондинистых волос, ударило по голове. Оно легло на щеку, сползло к носу, там и остановилось. Люмин, пробиваясь из лап Морфея, не понимала, что происходит. Она с неудовольствием напрягла глаза, пощурилась и наконец отлепила веки друг от друга. Тело спросонья было тяжёлым - девушка явно не доспала. С усилием воли ее рука поднялась и достигла лица, на котором нащупала чужую ладонь. Маленькую и тёплую, тоже относительно тяжёлую и обмякшую. "Снова во сне дерётся..." — прояснила Люмин. Такое происходило каждый раз после очень активного дня, такого, как был вчера. Интересно, что ей сейчас снится? Может быть Паймон снова дерётся со слаймами и открывает сундуки, только уже в пространстве сна? Неугомонная, от неё можно было такое ожидать. Она отодвинула ее ладонь от себя и почесала нос, потом протерла глаза, запустила в волосы пальцы, растрепав челку, и шумно зевнула. Ее пустой взгляд плавал по потолку палатки, как одинокий парус в океане. В голове было так же пусто и тихо - штиль. Зато она слышала, как беспокойно сопит её маленькая подруга. Люмин приподнялась с постели, подтянувшись, покряхтев. Еще пару секунд потупя в пустоту, она вернула взгляд к спутнице и наблюдала за ней. Паймон снова перевернулась, раскидывая кулачками по сторонам. Совсем как ребёнок... Впрочем, она не сильно от него отличалась. Все, что ей нужно было, это хороший сон, вкусная еда и кто-то, кто мог ее защитить. Путешественница бесшумно усмехнулась с этой мысли, преподнося ладонь к ее белым волосам. Она осторожно погладила ее по макушке пару раз, успокаивая и надеясь, что та спокойно доспит до утра, а сама решила выйти наружу, подышать свежим воздухом. А воздух был действительно свежим, прохладным, пробуждающим. Вокруг было тихо, безмятежно, даже ветерок лишний раз не тревожил красноватую траву. "Еще даже не утро, а проснулась.." — мысль свалилась ей на голову после того, как Люми глянула на небо. Но глаза ее заметили кое что поинтересней. Впереди, у самого обрыва высокой скалы, где они устроили ночлег, кто-то лежал. Девушка тихонько шагала в его сторону и встала прямо у его головы. Странник беззаботно лежал на мягкой земле, свесив ноги с обрыва вниз, вместо подушки он завел руки за голову, а любимую шляпу положил рядом с собой. Казалось, он мирно спал. Даже грудь его еле заметно поднималась от размеренного дыхания. Блондинка стояла прямо над ним, наклонившись вперед, оперевшись ладонями в колени. Нависая над телом куклы, она рассматривала тонкие черты лица, бледную, нет, белую кожу, чёрные тонкие брови и длинные ресницы. Как такое можно было создать? Райден сильно постаралась над его внешностью, тут не поспоришь. На лице не читалось ни одной эмоции, совсем ничего. Его прикрывали темно-синие локоны волос, отливали голубым в свете Луны. Но вдруг в следующую секунду кукла приоткрыла один глаз, сверкая синевой. Девушка застыла как статуя. — Долго ты на меня смотреть будешь? — с укором поинтересовался парень. Он мог и дальше так безучастно лежать, не обращая никакого внимания на подругу. Однако ее взгляд просверливал на его лбу жгучую дырку, словно от пули, потому игнорировать просто не мог. Да и такое внезапное внимание если не раздражало, то несколько смущало. — А ты чего тут... лежишь? — сиплый от недавнего пробуждения голосок прервал тишину. Люмин прочистила горло, покашляв в кулак, и оставила руку в том же положении, касаясь мягких губ. — Снова снятся кошмары? — золотые орбиты все еще были обращены к нему, изучали, неприкрыто рассматривали. — Нет, я не спал. Не нуждаюсь в этом, ты знаешь, — Странник приоткрыл второй глаз, налаживая зрительный контакт с собеседницей. "Интересный, однако, ракурс..." — для себя подметил тот и продолжал молчать, с прищуром уставившись на нее. Их диалог шёл так неспешно, между репликами рождались паузы, которые ни один из них почему-то не хотел устранять. Но вот Люмин добавила новую фразу: — Совсем не спать — такое себе удовольствие, — усмехнулась она, думая о своем состоянии сейчас. Девушка, стоявшая над чужим лицом, спустилась вниз, еще немного приближаясь. Ей не хватило того малого расстояния, что было между ними? Нет, не для этого она присела. Ее легкая рука вдруг коснулась его лба, а тёплые пальцы нежно погладили его, поправляя небрежно лежащую челку на лице. - Ты не забыл тот разговор? Я всегда могу побыть рядом, если на можешь уснуть, если доконали плохие сны. Люмин слишком добра. И эта доброта что-то постепенно ломает в нем, разрушает, пускает трещины, пробивается вперёд до самых недр души. От этого временами становится как-то не по себе, непривычно, даже взволнованно. Что-то щекочет внутри, порхает, раздражает... Нарастает навязчивое желание схватиться за грудь, взяться за щеки, прикрыть лицо руками. Так ли чувствуют себя люди, когда к ним проявляют... заботу? — Помню. Не надо об этом напоминать, — мужская рука быстро отвела в сторону тёплую ладонь, а голова повернулась на бок. Он чуть нахмурился, прикрыв веки, а следом и вовсе сел, приподнявшись с бурой травы. Она промялась под ним, образуя его силуэт. — Сама то чего проснулась? — перевел стрелки Фудзин. — Ты не выглядишь беспокойно, так что я полагаю, кошмаров у тебя не было, — он соизволил себе наполовину обернуться к ней, искоса глядя на нее. Он прошёлся оценочным взглядом снизу вверх и отвернулся, спросив: — Паймон снова боксирует? Подруга усмехнулась с такой формулировки и усиленно покачала головой в подтверждение догадки. Зачем? Он ведь все равно не смотрел. — Ага. За завтраком я ей это припомню, — хихикнула блондинка себе в кулачок. Больше ответных слов она не получила, лишь молчание. Вновь настала пауза, но она никогда Люмин не напрягала. С каким еще человеком можно вот так помолчать и не чувствовать неловкость? Девушка наслаждалась впечатляющими видами Разлома, который она, можно сказать, покорила. — Если сравнивать с людным Сумеру, то здесь так пусто, словно тут и не было никого раньше. — вдруг начал тему Странник. Всегда ли он так наблюдателен? Возможно, эта привычка у него осталась от прошлой жизни Фатуи, когда любая деталь могла сыграть на руку в их коварных планах. К счастью для всех и для него в частности, он большее не состоит в этой гиблой организации. — Сумеру похож на муравейник, поселившийся на дереве, а этот муравейник был разрушен бедствием. — Впрочем, ты не далек от правды. Так тут и было, — Люмин, долго не думая, решила присесть к нему рядом, тоже повесив ноги с горного отвеса. Где-то она уже видела похожу чарующую высоту птичьего полета. Буквально, на их уровне вдалеке парил орёл, осматривая свои владения. — Загрязнения, что находятся на дне Разлома, мне удалось очистить. Это были приключения... Паймон как-нибудь тебе расскажет все в красках, как она любит. — "К звездам и к безднам", верно? Ничего тебя не страшит, Искательница приключений, — одобрительная улыбка легла на его губы. Тут не поймёшь — снова съязвил или похвалил. — Ни глубина, ни высота... Может показаться, что Странник к чему-то старался привести диалог, да так, чтоб тема не ударила в лоб. Такое могло попросту оттолкнуть от разговора, как похожее уже случалось. Люмин не всегда приоткрывала ему свои секреты, оставаясь загадкой, как звезды на небе. Однако его настойчивость часто срабатывала, потому что ей начинало казаться, что парню действительно интересно узнать ее получше. А Люми тем временем уставилась вниз, стукая подошвой обуви друг об друга, тихонько звеня. Она, наклонившись вперёд, не боялась упасть, наслаждалась. Дежавю? — Да. Как я уже говорила, Великая Путешественница Люмин и ее не менее великая Спутница Паймон никого и ничего не боятся, — наигранно загордилась блондинка, широко улыбнувшись парню в лицо. Тот принял данное заявление с удивлённым лицом, вскинув бровь. — Вот как..., — вздернул голову Странник и веки его чуть опустились, создав надменный взгляд. Ей стало как-то не по себе, захотелось вернуть сказанные в шутку слова. Но слово не воробей - вылетит, не поймаешь. В следующую секунду парень наклонился к ней, смирив расстояние между ними, оказавшись достаточно близко. Люмин сидела, не шелохнувшись, уже пытаясь просчитать, что сейчас выкинет этот Непредсказуемый. — "Никого и ничего" говоришь? — он нашел, за что зацепиться, — Раз так, расскажешь, наконец, зачем ты прыгнула тогда со мной, в Сумеру? После тех событий Люмин так и не объясняла своих действий, хоть и получала косвенные вопросы об этом. Сейчас же Фудзин спрашивал прямо, а деваться было не куда. Его взгляд приковал к себе, острый и неотступный осматривал удивлённое личико. Глаза, цепкие, броские, не желали отпускать. Он желал получить ответ, и девушка это знала. — Ах, вот ты к чему, — она осмелилась прикрыть веки и вновь улыбнуться, даже смела отвернуться в сторону. Однако тень волнения пробежалась по ее телу, заставило помяться на месте. Люмин закинула ногу на ногу, закинув замочек пальцев на колено. — Тебе так интересно? Я поражена. — Я догадываюсь, почему ты это сделала, но хочу услышать все именно от тебя. Прекрати бегать от разговоров, Люмин. Или ты меня боишься? — путешественница клюнула на его удочку, неосознанно возвращая золотой взгляд к собеседнику. — Неужто я прав? — усмехнулся юноша, поняв, что так оно и есть. Данная новость, вероятно, огорчила его, но виду не подал. — Совсем нет, просто... мне нелегко поднимать эту тему — вот и все, — фальшивая улыбка поселилась на ее губах. Фудзин её ненавидел, особенно когда она была адресована ему. Люмин снова закрывалась от него расплывчатыми ответами и веселыми масками, которые он хотел бы сжечь до тла. Она поступает совсем как... он сам. Неужели никогда не раскроется ему? Неужели не хватает того доверия, что он уже заслужил? От этого понимания Странник раздражался еще сильней, чувствуя неприятную горечь на языке. Парень и не заметил, как недовольно сощурился, отчего Люмин неловко увела золотые глаза. И правда, чего это она все отступает, увиливает? После повисшей минуты молчания, кусающего уши и совесть, девушка в полтголоса произнесла: — Не знаю, с чего начать, но... помнишь, что я спросила в тот вечер? "Чувство полёта похоже на чувство свободного падения?", — процитировала сама себя Люми, поднимая голову к ночному небосклону. Звезды светят так же ярко, как в тот день. Воздух чист, свеж, как в тот день. И рядом с ней Странник, как в тот самый день... — Продолжай. Чужой голос был спокоен, не давил. Юноша заглядывал в глаза собеседницы. Неужели он сейчас дотронется до ее души, спрятанной так глубоко? — Загвоздка в том, что я и так знаю ответ на этот вопрос. И да, я считаю, эти чувства схожими, — она закрывает глаза. Кажется, рядом никого нет, только темнота век. — Ощущения свешиваются с теми, что я когда-то испытывала. Они возвращают меня к прошлому, дарят немного счастья, — тихонько объясняла мечница, поглаживая большими пальцами свое колено. Нервничала, но продолжала. — Наверное это будет для тебя новостью, Фудзин, но... раньше, до прихода в Тейват,— она обращает внимание на молчаливого слушателя, — у меня были крылья. Новость так новость. Повисло тугое молчание. Только трава шелестела, гулял слабый ветерок, играясь с волосами. — Я бы хотела взлететь снова, однако, я просто не могу... — поникла Люми, опуская взор на просторы под ней. — У меня отобрали и крылья, и силу, и брата. А вместе с тем и память. Более я ничего не помню, увы.. Теперь все встало на свои места. Страннику стало ясно, почему эта тема была такой неприятной для неё. Он то и знать не знал, а болтливая Паймон даже ни разу не обмолвилась о крыльях. Хотя, знала ли вообще верная спутница об этом? — А падение — это взлёт, но наоборот, — продолжила пояснять девушка, видя, как ее слушатель не находит слов в ответ. Он не прерывал ее, внимательно слушая каждое слово, что та отдавала ему. Вокруг никого, лишь высота, небо, горы. И Луна — немая зрительница сия интимного момента. Девушка поставила лицо под холодные лунные лучи, обращаясь к Луне, прижав ресницы к щекам. Тишина... — Прости, Люмин. Я и не знал, что все так серьёзно оказывается, — данные слова встретили меланхоличные глаза девушки, и та непривычно нежно улыбнулась. А взгляд отдал теплинкой, которую Странник не хотел бы кому-либо отдавать. — Извини, что затянула с этим. Ты первый, кто должен был об этом секрете узнать, ведь..., — девичьи губы приподнялись в уголках, — Именно ты прыгнул тогда вместе со мной. Люмин поджала колени к себе и обняла их, положив светлую голову на них. Она смотрела на собеседника из-под плеча и легко улыбалась. Однако все равно выглядела такой уставшей и грустной. — Спасибо тебе. Это последнее, что она произнесла тогда. И, о Архонты, зачем он надавил на нее? Но может без этого она никогда бы не решилась поведать ему тайну? Бедная птица с золотым оперением, запертая в прочной клетке под названием Тейват. Кто засадил это прекрасное создание за решётку, лишил желаемой свободы, отнял все силы, испачкал перья, сломал крылья...? Тот, кто сделал это, вероятно, заседает сейчас на Селестии и наблюдает за ней. Госпожа Судьба умеет шутить не только над куклами и неудачными экспериментами, но и над самыми светлыми и чистыми созданиями. Жестоко. Грязно. Подло. Но, благо, птичка жива и сильна. Она не потеряла дара петь и все еще стремиться к свободе. Когда-нибудь она оправится окончательно и самостоятельно взлетит. И улетит отсюда далеко-далеко, если сможет сломать прочные прутья злополучной клетки. Обязательно. — Я рад, что ты доверилась мне, Люмин, проведав свой секрет. Но доверься мне снова. Пойдём. Путешественница уже думала отправиться обратно к Паймон, проверить ее хотя бы, а может и попробовать уснуть, но планы вдруг рухнули в момент. Юноша поднялся на ноги и ждал таких же действий от собеседницы. —Не могу видеть твоё поникшее лицо, хоть ты и пытаешься выглядеть счастливой. Думаешь, не вижу? — раздражение пробежало меж строк, но Странник не хотел выглядить слишком строгим. Однако недовольство не пытался даже скрыть. Он подал руку девушке со словами: — Вставай. Второго приглашения не будет... Люмин в изумлении наблюдала за ним, хлопая глазками, словно не понимала, что от нее требуется. Фудзин выглядел уверенно, так же настойчиво. Ему не хотелось отказывать. Было бы упущением игнорировать его. А жалеть о чем-либо путешественница не любила. Она взялась за чужую руку, приподнимаясь с бурой земли, отрехнув белое платье. Его кожа холодная, но нежная, бархатная. Вокруг его кисти закружилась элементальная анемо энергия, что сразу приковало к себе внимание. Люми увидела так же и то, что полосы на его плечах и груди под водолазкой засветились приятным голубым свечением, как и глаз бога, висевший в районе сердца. — Что ты задумал? — подняв светлые брови вопрошала девушка. Однако руки не отпускала и отдавалась во владение парня. Она решила снова довериться ему, чему он был несказанно рад. — Подарить тебе "немного счастья", как ты сама выразилась. Тонкие губы украшала довольная улыбка, манящая за собой. Странник поднялся над травой и завис над пропастью. Блондинка, протянув ему руку, стояла на самом краю обрыва. Лунный свет зажег огонек на медовых орбитах, глаза живенько заблестели. — Раскрой планер, — подначивал юноша с весёлой ухмылкой, — Давай же, не бойся. — Я и не боюсь, — уверенность посетило ее тело и та, сжав кулачок, повесив планер за спину, глядя тому глаза в глаза, сделала решительный шаг вперёд. Шаг в пропасть, в воздух. Земля под ногами буквально исчезла в одно мгновение, но в следующую секунду чужая мужская ладонь дала опору и повела за собой. Странник наблюдал за ней, за ее так быстро меняющейся мимикой лица, за тем, как удивление сменяет восторг, после переходит в глубокое удовольствие и детскую радость. Люмин продолжала крепко держаться за него, разведя руки в сторону. Благодаря тому, что ее поддерживал счастливый обладатель Глаза Бога, она не падала вниз, а находилась на одной высоте. Однако, стоит отметить, что на месте так зависать было проблематично, поэтому нужно было всегда двигаться вперёд, чтоб "крылья" за спиной позволяли держаться на лету. — А-ха-ха! — звонко просмеялась Люми от восторга. Даже щеки заболели от напряжения. — А можешь быстрее? — наконец она глянула на юношу, что все это время неотрывно за ней присматривал. — Конечно. Ещё спрашиваешь... —усмехнулся и ускорился Странник. В лицо ощутимо бился воздух, но то было приятным ощущением, совсем не приносящим дискомфорт. Девушка снова рассмеялась. Такая высота под ногами дух захватывала. Она медленно переставляла ножки вперёд, словно шла по невидимому, прозрачному полю. Вдвоем пролетая над обширным Разломом, они неспециально пролетели мимо парящего орла. Путешественница улыбалась птице, и, если б пернатые могли говорить, то орел обязательно поздоровался с ними. Но, вместо этого, он громко воскликнул, что эхом раздалось по округе. Пальчики девушки коснулись длинных перьев птицы, отчего та усиленно замахала и полетела выше. "Удивительно" — единственная мысль, что не сдуло ветром сейчас из головы летящей. Люмин с закрытыми глазами позволила себе окунуться в мир ощущений и прочувствовать всеми фибрами души этот волшебный момент. Каждая клеточка ее тела ликовала, дыхание прихватывало, а сердце энергично стучало, танцуя под ребрами. — Ты в порядке? Выдернул ее Странник, сжимая мягкую ладонь. И та сжала его в ответ. Сейчас он был ее главной опорой и вдохновением. — Ещё. Можно ещё так немно— — Да. Вдвоем парочка облетела вокруг весь Разлом, временами поднимаясь то выше, то ниже, буквально пробегая и стуча каблуками по деревянным крышам и кранам, снова отпрыгивая вперёд в желанные объятия ветра. В конце такого досуга Фудзин взял курс на самый высокий выступ, на гору, откуда открывался лучшая панорама. Медленно подлетая к земле, он не смел отпускать ее руки и держал до самых последних секунд полёта, пока ноги не коснулись твёрдой земли. Люмин по энергии вместе с юношей побежала пару шагов вперёд и, вдруг, не разрывая рукопожатия, под напором сильных эмоций и взрывающих сознание чувств, она резко оборачивается к нему и впадает в объятия. Благодарственные объятия от всей души, грудь к груди, словно пыталась передать то, что чувствовала в тот момент. Женская рука припала к его спине и прижала ближе к телу подруги, да так сильно, что он мог почувствовать бешеный ритм сердцебиения. Адреналин сделал свое дело. Странник замер, напрягшись всем своим телом, пока крепкие объятия, длившиеся пару секунд, не закончились. Он не успел ответить на них, не пошевельнулся, даже вздохнуть был не в силах. Робкость вдруг напала на него, как Люми с обнимашками. Наконец она отпрянула назад, отпуская и чужую руку. Девушка преисполненная радости, счастливо покрудилась вокруг себя, тихонько пропищав в полной эйфории. А после, поднявшись на носочки, встала напротив юноши и стукнула пятками о землю. Раскинутые в стороны ладони встретились у груди и прижались к яремной ямочке. — Спасибо! Спасибо, Фудзин! —щурившись, ликовала блондинка. А после открыв жизнерадостные глаза, увидела его в полном смятении. Он еще не мог произнести не слова, лишь молчаливо стоял и в упор смотрел на принцессу в белом. Кажется, она вывела его из строя... — Ничего.. Пустяки... Наконец он заговорил, тихо и неуверенно, голос немного дрожал. Казалось, он был не здесь, а где-то в другом месте. А может потерял сигнал с реальностью? Куда же подевалась напористая, смелая, найденная сторона Странника? Таким она видит его впервые, отчего широко распахнула глаза. — Прости, наверное, не стоило мне без разрешения... — начала уже извиняться Люми, как ее тут же прервали жестом. Парень поставил пред ней ладонь, как бы заставляя замолчать, а сам наклонился голову вниз, опустив глаза в пол. Бледные щеки стали рдеть, алый румянец расползался по лицу. Странник нахмурился. Снова его шляпы не было рядом, нечем и лица закрыть. Вот жалость... Но не для девушки. Она, не удердавшись, тихонько хихикнула сквозь улыбку и шагнула к другу поближе. Юноша почувствовал чужое тепло, обволакивающее его фарфоровые пальцы. Он резко обернулся к ней порозовевшим лицом. На нем читалась надпись: "Что ты, черт возьми, делаешь со мной?". — Спасибо ещё раз. Я чувствую счастье благодаря тебе.

***

Это была запоминающаяся ночь для обоих. Но всему приходит конец, и Луна почти прошла свой маршрут, приближаясь к горизонту. С другой стороны совсем скоро возвысится над землёй яркое утреннее Солнце и раскинет тёплые лучи по всему Тейвату. Небо розовело, а облака отдавали нежным сиреневым оттенком. Двое друзей снова сидели у обрыва на том же месте. Сердце у Люмин все еще билось с приятным чувством. Та, прикрывая глаза, снова видела те самые картины, виды, пейзажи, над которыми пронеслась под руку с другом. Впечатления останутся с ней еще надолго. "Скоро рассвет. Встретим его вместе?" — предложила путешественница своему спутнику. По аналогии двое уже провожали закат, теперь встречают рассвет. Люмин всегда была такой романтичной? Перед облаками, напоминающими сахарную вату, плавал Нефритовый дворец. Даже видно было, что внутри горят огоньки. Группировка Цисин, видимо, никогда не спит. — Нужно будет навестить госпожу Нин Гуан. Хочу еще встретиться с Гань Юй и Ке Цин, — тихонько шептала Люмин совсем рядом, — Но перед этим планирую зайти к Сян Лин. Уж очень сильно Паймон к ней хочет заглянуть. — Нисколько не удивлён. Странник видел, как небо светлеет с каждой минутой, рассеяный свет разливается в воздухе, освещает уже не такой темный Разлом. — И Мадам Пин не забыть навестить... Юноша прикрыл веки, чтобы яркий солнечный свет не ударил в глаза. — Кто это? Молчание стало ему ответом. Он было уже решился обернуться к притихшей собеседнице, но вдруг почувствовал тяжесть на своем плече. Странник тут же замер и стал медленно поворачивать шею, косясь синими глазами на девушку. Он увидел, как блондинистые волосы рассыпались на его плече, а Люмин спокойно уснула. Но ведь она сама предложила встретить рассвет. Как можно было уснуть под самое утро? Странник не мог понять ее, однако, расслабившись, не стал ее будить. И даже поднявшееся Солнце не смогло заставить ее проснуться.