Душой нараспашку

Приветственно заиграла нежная мелодия. В Чайнике стояла всегда прекрасная погода, а время суток хоть и поддавалось контролю, но следовало часам внешнего мира. Люмин так пожелала, чтоб не сбивать себя с толку, когда днём заходила в темнотой окутанный дом, а в час ночной не прогонять сон искусственным солнечным светом обители. Восторженная музыка встретила троих, но вскоре притихла. Кругом зарокотали сверчки, но, впрочем, никого больше и не было. Только бескрайнее, тихое море, далекие, тёмные горы на горизонте и гуляющие пышные облака над ними. Под ногами росла самая сочная трава, которую когда-либо можно было увидеть. Зелень покрывала просторными лугами почти всю землю. Глаза пробежались по округе. Местами видны были голубые камни и безмятежно качающиеся пальмы. Легкий бриз трепал волосы, унося локоны в сторону моря. Слабые волны поглаживали светлый песок, в котором ютились маленькие раковины и камушки. — Давно же меня тут не было... И раз мы здесь, стоит тебе все показать. Пойдём за мной, — нежный голос завлекал за собой. Люмин стояла впереди, оборачиваясь к редкому гостю. На ее руках удобно приютилась беловолосая девочка, погруженная в сладкий сон. Паймон крепко уснула прямо во время кухонного поединка, объевшись, не дождавшись друзей и мягкой кровати. Зато на руках, лежа прямо на груди, малышке было убаюкивающе тепло и невероятно спокойно. Вероятно, безопаснее места не найти и во всем Тейвате. Щечкой оперевшись в плечо Люмин, та умеренно дышала, смирно спала, как дитё. Невозможно представить, что ей снилось и снилось ли вообще? — ...Все равно я не тороплюсь в дом, — подтверждала это ее неспешная, ровная походка. Руки бережно обнимали спутницу, ладонь лежала на маленькой спинке, придерживая. Парень хмыкнул и следовал за хозяйкой. Неясно откуда вновь заиграла приятная музыка, по мотиву так напоминающая колыбельные Мондштадта. Впрочем, вся обитель подражала видам города свободы. И даже тот огромный дом вдалеке был построен в этом же стиле. Других построек совсем не видно. Слишком пусто, хоть шаром покати... Видно, что сама хозяйка была здесь редким явлением. Все казалось заброшенным. Однако это впечатление относилось только к улице. Дом же оставался загадкой, которую хотелось поскорее открыть... Путешественница остановилась у загадочного чайничка с зеленым узором, крышка которого резко поднялась вверх. Кто бы мог подумать, что под ней выскочит большой зяблик и даже станет по-человечески разговаривать? — Я, ваш покорный Искатель самоцветов и Владыка сокровищ, путешествуя по свету, стремлюсь увидеть все сокровища мира... — бархатным голоском поприветствовал большой зяблик. "Сокровища мира?..." — Нельзя настаивать на необыкновенном. Оно придет само, если следовать судьбе, — последнее, что сказал Господин Ду - так звали странного духа - прежде чем Люмин разочарованно вздохнет и отправится дальше. "Если следовать судьбе?..." Судьба уже все уготовила для каждой души свой путь. Истерзанная же душа покалеченной куклы всю жизнь следует своей судьбе, проходя тернистый путь с самого начала, с самого ее "рождения" или, вернее сказать, "создания". И, путешествуя по свету, нашла ли кукла свое сокровище мира? — Все в порядке, Фудзин? — девушка наблюдала за отрешенным видом друга, что взором бороздил по крупицам звезд. "Небо здесь такое же фальшивое, как небосвод Тейвата" — приметил юноша прежде чем его вырвали из мыслей. Люмин стояла напротив, терпеливо ожидая ответа. — Все в порядке, просто задумался о разной ерунде, — отмахнулся Странник, подходя к путешественнице ближе. Умиротворенная обстановка и приятная компания на удивление сильно расслабляют. Парень чувствовал полнейший покой, что будто излучало это место. Теребя волосы, ветерок сдувал из головы лишние думы и беспокойства, избавлял от усталости и волнения. Чайник был создан в годы Войны Архонтов, чтобы вновь показать Адептам солнечный свет и радугу в облаках. Сейчас же обитель полностью создавала все условия, чтобы назвать ее настоящим домом. Домом для Путешественницы, вернее сказать. Странник же здесь только гость. Ведь именно так его назвали, когда вручали приглашение.

***

— Каждому гостю я выдаю Допуск обители. Держи и не потеряй, пожалуйста, — вежливо предостерегала хозяйка. "Не потерять пропуск, как и доверие Люмин." Изначально она не хотела кого-либо приглашать в гости, но понимала, что этот момент должен был бы настать рано или поздно. Оттягивать это было бессмысленно. Деревянная дощечка с синим украшением была с уверенностью передана в руки Странника. Блондинка смотрела на этот предмет с меланхоличной улыбкой. Она так давно последний раз видела допуск обители. А слово "гость" по отношению к другим людям совсем перестало использоваться. Парень повертел тонкую деревянную пластинку в руках, провел большим пальцем по вырезанному рисунку. На вид обычная дощечка с украшениями и на первый взгляд ничего магического в ней не было. — Как этим пользоваться? — вполне разумный вопрос. — Проще, чем ты думаешь. Но, главное, не теряй ее, иначе зайти ко мне вновь не получится, — повторила мечница, ставя перед ними золотой Чайник безмятежности, что левитировал прямо над землёй. — Просто протяни к нему руку, как я, — Люмин коснулась крышки загадочного инструмента вместе со Странником, и оба спустя пару секунд оказались в новом, неизведанном ему месте.

***

Удивительно, как адепты Ли Юэ смогли придумать такое чудо технологии. Оно создавало новое пространство, где могли расти трава, деревья, цветы и плоды. Как раз они и росли на грядках путешественницы. Подходя к дому, она обратила на них внимание, посмотрев в их сторону, не скрывая печали. Там росли фрукты харра и персики зайтун, шелковица и глазурные лилии. Растения никто не собирал и они бесхозно росли многие месяцы, будучи нетронутыми руками человека. Вдали виделись высокие-превысокие качели, стоявшие посреди открытого поля. Лишь ветер там гулял, волнами приминая свежую траву. Вероятно, Люмин иногда покачивалась на них, с размышлениями осматривая просторы моря, что лежало пред ней как на ладони. С другой же стороны расположился маленький сад под раскидистым деревом, что наклонилось над землёй, словно укрывало маленькую беседку в уютной тени. Круглый столик и стульчики стояли одиноко вокруг различных причудливых кустов и пышных цветов. На милой скатерти стоял миниатюрный заварник и пару чашек. Когда-то здесь проводились чаепития, слышались чужие голоса и звенел людской смех... — Добро пожаловать! Я так рад снова вас видеть, что не могу сдержать чувств! — и снова выскочил большой зяблик, но окраса небесной синевы. Отличался он от первого так же и на вид, и на голос, что был высоким, но мягким, как облачко. — Если у вас возникнут вопросы по поводу обители в чайнике, то не стесняйтесь обращаться ко мне. Владыка исчезающих радуг и ясного неба всегда выглядела улыбчивой и очень дружелюбной, что нельзя сказать о Страннике. Люмин быстро прыгала взглядом то на Пухляша с чайной крышкой на макушке, то на гостя в широкой шляпе. До сих пор опущенные уголки губ робко поднялись вверх. Она выдала тихий смешок, подмечая их забавное внешнее сходство. Понимая весь глупый юмор, Фудзин наклонил голову в бок, одаривая путешественницу резким взглядом исподлобья. — Тебе кажется это смешным? Серьёзно? — цыкнул он, уходя прочь. Парень решил удалиться и осмотреть беседку, заходя в зелёную арку, изображающую кошачьи ушки. Когда он прошёл внутрь, его сразу встретили порхающие кристальные бабочки, блаженно плывущие по воздуху. От одного лишь касания они поспешно отлетали прочь, опасаясь повредить хрупкие крылья. Вслед за ними сыпалась сказочная пыльца, растворяющаяся в легком порыве ветра. — Мне составило больших трудов поймать их и принести сюда. Так что будь аккуратнее, — выйдя из-за спины гостя, дружелюбно улыбнулась светловолосая девушка. — Зато остальное, что есть в этом саду, ты можешь и осмотреть, и потрогать. Думаю, рвать цветы ты не собираешься, — посмеялась Люмин, проходя вперёд, к столику. В женских руках оказалась небольшая чашка. Хозяйка повертела ее из стороны в сторону, заглянула внутрь - пусто. Когда-то из нее пробовали разные сорта чая, и она с друзьями обсуждала свои впечатления, рассказывала истории и опыт путешествий... Странник обошёл сад вокруг, остановившись у предмета, захватившего его внимание. Этим предметом был мольберт с шедевром - иначе это назвать никак нельзя. Не маленьких размеров холст стоял на нем, показывая прелестный портрет милой девушки с длинными прядями волос и загадочной улыбкой. — Кто это нарисовал? — поинтересовался юноша, всматриваясь в картину. Она слишком была похожа на оригинал. Даже слишком... Казалось, что, если оживить это изображение, то с холста сошла бы точная копия путешественницы. Думаю, алхимику из Ордо Фавониус это под силу... — Альбедо. Я его приглашала сюда однажды. Он и портрет Паймон нарисовал. Второй шедевр стоял недалеко от мольберта. Рисунки не пачкались и не загрязнялись дождями, ведь они здесь не шли. Каждый день стояла хорошая погода, которую поддерживал дух Пухляш. Впрочем и относить в дом надобности не было. А сами картины были материальным воспоминанием, что зародилось в этой беседке, отрывать которое со своего законного места совсем не хотелось. — У тебя есть вкус, — начал Странник, осмотрев все вокруг, — Но, позволь отметить, все здесь слишком... — он, потерев подбородок, отвёл ладонь вперед, словно в ней лежало подходящее слово, — ...минималистичное. Местами как-то пустовато. — Твоя правда. С первых дней я стремилась обставить здесь все как полагается, но я перестала видеть в этом смысл, — девушка уныло дернула плечами, попутно выдав шумный вздох. Друзья, что приходили погостить, всегда сменялись другими, долго не засиживаясь на месте. Никто не мог по-настоящему составить компанию легендарной путешественнице, что уж говорить про помощь и поддержу в трудную минуту. За Люмин идти мало кто мог, ведь у каждого есть свое место в этом мире, свой дом, свое дело, своя семья. Гости приходили лишь мило пообщаться, приободрить подругу и составить ей досуг. Но это все кончалось как только она отправлялась в путь в другой регион. Никто не оставался с ней надолго, а привыкать к чужому присутствию, голосу друзей мечнице не хотелось. В минуты уединения обитель наливалась вязким одиночеством, вынуждая Люмин покинуть ее, чтоб не задохнуться, и надолго прикрыть крышкой. — Могу понять, — выразительно кивнул Странник, пытался поддержать ее, — Иногда что-то меняется, а иногда приходится просто смириться и идти дальше. Трава под ногами зашумела - Фудзин встал напротив Люмин, плечом к плечу. Он старался пересечься с ней взглядом, словно хотел удостовериться, что она слушает. — Главное, чтобы тебе здесь нравилось. Это все таки твой дом. Блондинка согласилась, благодарно кивнув, вместо слов показала усталую улыбку, завершающую эту короткую беседу. Было приятно осознавать, что Странник ее понимает, не осуждает и даже старается поддержать. Троица неспешно зашагала в сторону двухэтажного дома, что уже горел огнями окон с узорчатыми решетками. Женские каблучки постучали по каменной лестнице. Люмин подперла ладонью дубовую дверь, заставляя ту отодвинуться и дать проход внутрь. Гулко отозвался паркет под ногами - они наконец-то вошли. В нос сразу ударил приятный запах дерева. Однако вместе с тем Странник почуял лёгкий, сладкий аромат цветов. Впрочем, их можно было не только почувствовать, но и увидеть. Растения заняли все горшки в этом доме, заставили собой каждый угол, наполняя атмосферу жизнью. Растения - маленькие и большие - стояли и на полу, и на шкафах, и на веревках кое-где свисали с потолка. За ними ухаживал дух чайника, так же и избавлялся от пыли, которую нигде нельзя было заметить. А осесть ей было где. Что только у Люмин не было: картины, какие-то причудливые камни, шкатулки, вазы и даже алхимические устройства. У входа гостей встретили два книжных шкафа в потолок, стоявших по обе стороны коридора. Впереди стояла высокая ширма в стиле Ли Юэ, по обе стороны которой приставлены столики, показывающие диковинки региона Гео Архонта. В центре гостиной расположились два обивных дивана, будто греющихся у камина. Справа находилась библиотека - не единственная в этом доме. Стены обставлены живописными пейзажами Мондштадта, фотографиями под стеклом, гобеленами, мечами. Дом Люмин вбирал в себя разом все культуры регионов, где она только успела побывать. Сборная солянка, другими словами. Однако это было не плохой особенностью, напротив, хоть это было и весьма необычно, все равно привлекало взгляд гармоничной обстановкой и редкими предметами. Все создавало особенную атмосферу, которую нельзя нигде больше найти. Путешественница придала этому месту свой шарм, но не поборола пустоту, сколько не пытаясь подарить дому жизнь цветов и растений. Лишь едкое уныние и затишье морозили девичье сердце, неприятным холодом гуляя по коридорам и лестницам, словно невидимые приведения. — Стоило предупредить, что у тебя может случиться культурный шок, ха-ха, — вернулась Люмин, оставив Паймон в своей спальне. Она стояла на ступеньке, подтягиваясь, разминая уставшие руки. — Признаться я раньше не видел подобного... интерьера. Весьма... нестандартно, — обходительно прокомментировал Фудзин, все еще осматриваясь. Он долго будет привыкать к обилию цветов и вещей. — Временами нужно просто смириться, верно? — усмехнулась девушка и позвала за собой гостя, вновь поднимаясь наверх. Для Странника уже была уготовлена целая комната, в которой стояло все необходимое для ночлега или уединения. Это привело гостя в замешательство. — Ты что, готовилась к тому, чтобы пригласить меня? — вопрос камнем обрушился на голову блондинки. Она неловко почесала затылок. — Скажу так - Мадам Пин немного поменяла мои планы, но в целом... да. Люмин давно думала о том, как вернуться в заброшенную обитель. Ее подталкивало присутствие постоянного члена отряда, который, думалось ей, не будет против разделять одно жилище на троих. Тем более что Чайник очень удобен в путешествиях, чем палатки в лесу, когда приходилось юношу оставлять на ночном посту. Странник мог стать необходимой частью места, которое перестало бы душить безлюдной атмосферой. — Самый горький, как ты и просил, — девушка подала горячую чашку в руки куклы, что обхватили ее, поглощая тепло. Лицо обволакивал, поглаживал пар кипятка, бил в нос запах душистого, только заваренного чая. — Спасибо. А пока чай остывал, Странник бродил глазами по стене, увешанной живописными пейзажами. Мечница, не найдя подходящей темы лучше, стала рассказывать о всем, что висит перед ними. Картины написаны Альбедо, рисунки малышки Кли, а на фото ее хорошие знакомые - Эмбер, Коллеи и другие... На книжной полке покоились письма, чернила и перо. А на камине красовалась изящная лира. Этому месту не хватало спокойной музыки и светских разговоров. Слышен только треск дров под завораживающим танцем пламени. — Не знаю, можно ли задавать такой вопрос... — Можешь спрашивать все, что угодно, Фудзин, — прервала Люмин, подперев ладонь под щеку. Диван казался очень мягким, а плед прикрывал расслабленные плечи. Усталость брала свое, но она не желала уходить. — Как выглядел твой настоящий дом? Собеседница подала голос не сразу, подняв голову выше, вместе с тем осматривая потолок, гуляя по давним воспоминаниям. Но тяжёлые веки упали вниз. Она понурила голову, отвечая. — Мой настоящий дом? Имеет ли это значение...? Как он выглядел и что было внутри... Это вовсе не важно для меня - путешественницы, кочующей их мира в мир. Для меня брат был домом: куда бы мы не отправились, где бы не остановились. Парень протяжно и многозначительно промычал, задумчиво приставив пальцы к губам. Стоило ли затрагивать эту заведомо трудную тему сейчас - в первый день нахождения в личной обители Люмин? — А в целом мы много где жили, и эта обитель меня более чем устраивает, — Странник не уловил ни грусти, ни тоски в ее голосе. — Временами приходилось ночевать под открытым небом, а бывали случаи, когда нам выдавали царские хоромы с большими круглыми кроватями. Кажется, о последнем сейчас мечтала мечница, пригревшаяся у камина. Странник долгое время томил свой взгляд в пламени, позабыв моргать, и потихоньку допивал чай, коего осталось на дне кружки совсем немного. Горечь обволакивала язык, оседала на кончике, оставляя терпкое послевкусие. Горячий напиток отдавал теплом, обжигающе скользил по горлу, растекался где-то в груди и приятно согревал. Вся обстановка настойчиво подталкивала расслабиться и забыться на время, отдаться в объятия уюту в этом укромном месте. В воздухе витал аромат цветов, освежал обстановку. В гостиной так же стоял инструмент для проигрывания мелодий, но сейчас он не работал. Поэтому в доме царица тишина, редко пробиваемая треском горящей древесины. Даже часы, что висели среди картин, шли абсолютно беззвучно, и казалось, что все это... лишь сон. Разве может быть так хорошо наяву? Горькое послевкусие - это единственное, что помогало спуститься с небес на землю, вернуться в реальность из нескончаемых раздумий. Странник отложил пустую чашечку на небольшой столик. Он перевёл все внимание на спящую девушку в белом, которая без сил уснула прямо так - на диване под пледом. Благо, что хоть не с чаем в руках... Застывшее лицо и ровное дыхание. Мечница уронила руку с колен, но ей это никак не помешало спать дальше. Обмякшая ладонь легла между ними. Странник долго решался, но все же коснулся ее. Он, проведя большим пальцем по коже, чувствовал ее мягкость и нежность, а тепло заставляло его взять чужую ладонь в свою и не отпускать. Безопасно ли она себя чувствует рядом с ним, что так легко погрузилась в безмятежный сон, отбросив все тяготы мира? Стоит ли ей вообще сближаться с "плохим парнем", бывшим предвестником? Не оберётся ли проблем и к чему это все приведет? "Что же у тебя на уме, Люмин?" - про себя подумал Фудзин, снимая шляпу, словно вместе с ней снимая лишний круговорот мыслей. Он поставил ее ребром на пол и с бесшумным вздохом откинулся на спинку дивана. Затылок лег на мягкую подушку, а глаза увидели то, что до сих пор юноша не замечал. По всему потолку был расчерчен рисунок ночного небосклона. Множество звёзд нарисованы от руки красками белых, желтых и красных оттенков. Каждая казалось уникальной, словно их рисовали разные люди. Вероятно те, что выглядят как каракули, отметила Паймон. Взгляд побежал по изображаемому космосу, прыгал от звезды к звезде, как когда-то путешествовала Люмин с братом, покоряя новые миры. Глубоким темно-синим цветом аккуратно обрисована каждая звездочка, заполнено почти все пространство потолка гостиной. Редкие из них были, похоже, сделаны из бумаги в технике оригами и прекрасно дополняли картину, добавляя объёма. Теперь Страннику стало понятно, почему по всему дому были расставлены светильники в виде многоугольных звездочек. А с первого взгляда неясно, к чему они здесь и что дополняют. Временами стоит поднимать взор выше, чтобы увидеть прекрасное будь то днем - в пушистых облаках, будь то ночью - в млечном пути. Если хорошенько присмотреться, то можно заметить, что рисунок на потолке кое-где светился, подражая мерцанию настоящих звезд. Вероятно какой-то алхимик постарался создать такую краску, которая светится в темноте. Рассматривать только что найденное чудо можно было долго, но новый поток мысли, словно раскрывшаяся артерия земли, унес юношу далеко-далеко. Вся обитель наконец-то погрузилась в долгожданный сон...